Появление зон эрозии все-таки было проблемой мирового масштаба. К тому же сейсмические данные, которые запросил Тан Сун, не относились к категории строгой секретности. И хотя сведения из-за рубежа поступали медленнее, чем внутренние сводки, ждать пришлось не так уж долго.
Пока тянулось ожидание, на экранах конференц-связи появились изображения еще двоих иностранцев.
Земля, который только что изучил составленный Цзин Цичжэнем список ведущих геофизиков, мгновенно узнал новоприбывших. Шарик в восторге закрутился в мыслях парня, возбужденно частиря:
«Они тоже геофизики! Они тоже изучают Землю! Оба! Оба!»
— Да-да, хорошо, — мысленно отозвался Цзин Цичжэнь. — Они все специалисты по Земле и пришли сюда исключительно ради тебя. Так что веди себя прилично и успокойся.
«Угу, ладно», — кротко согласился Шарик.
У Бабушки Фан, Лао Сяо и Цзинь Гуйцзюань уже вовсю слипались глаза, но новость о том, что сама планета обрела сознание, мигом прогнала сонливость. Крепко сжимая чашки с кофе и силясь не упустить ни слова, они завороженно наблюдали, как маститые профессора жарко спорят на экране. Ученые то и дело порывались призвать самого Шарика к ответу, чтобы тот рассудил их...
Шарик так и раздувался от гордости.
Цзин Цичжэнь лишь молча вздохнул. Меньше всего ему хотелось работать испорченным телефоном.
Наконец Тан Сун получил долгожданные зарубежные сводки и вывел их на общий экран. Внимание участников конференции тут же переключилось на зоны эрозии.
Цзин Цичжэнь сразу зацепился взглядом за координаты штата Массачусетс: показатели энергетических всплесков там вплотную подобрались к пиковым значениям, зафиксированным в торговом центре Юньхай Ваньчэн.
— Амплитуда колебаний здесь почти идентична той, что мы наблюдали в Юньхай Ваньчэн, — глухо произнес Тан Сун. — Однако эти аномалии длятся гораздо дольше...
— Это Бостон? — подхватил Цзин Цичжэнь. — Тот случай с вечеринкой в кампусе? Пропавшие студенты, профессор и филиппинская горничная до сих пор не вернулись, значит, и сама зона эрозии в городе никуда не делась.
«Если они не найдут источник притяжения между двумя пузырями, эти сферы продолжат сближаться! — запрыгал от нетерпения Шарик. — Сначала они просто соприкоснутся, а потом начнут налезать друг на друга, и зона эрозии начнет стремительно разрастаться! А поскольку эта пограничная область принадлежит сразу обоим мирам, законы физики там перепутаются. Все начнет меняться самым непредсказуемым образом!»
Цзин Цичжэнь сухо резюмировал услышанное:
— Если проблему не решить в зародыше, пораженная область продолжит разрастаться, а условия внутри нее станут еще более непредсказуемыми.
Маньмань, как раз отхлебнувшая чаю, поставила чашку, придвинула к себе пачку нетронутого маршмеллоу и достала две крупные зефирины разных цветов. С силой сдавив их, она сплющила их вместе.
— Вот так, да? — спросила она.
Грубо, но наглядно.
Потерпевший Шарик согласно закивал:
«Вот-вот! Терпеть не могу чужие планеты!»
Однако на этом Маньмань не остановилась. Сжав разноцветные комочки покрепче, она резко рванула их в разные стороны.
Зефир деформировался, потеряв былую форму. Тот комочек, что оказался слабее, с мясом вырвал кусок у соседа. В итоге один маршмеллоу лишился бока, а на рваных краях обеих сладостей остались отчетливые цветные следы друг от друга.
«Тот шар, который я прогнал, как раз остался без куска! — радостно запрыгал Шарик в сознании парня. — Так ему и надо! Нечего лезть на чужую территорию!»
Цзин Цичжэнь опешил, внезапно осознав масштаб катастрофы:
— Погоди... Ты что, буквально оттяпал кусок у той параллельной планеты?!
«Она сама напросилась!» — ничуть не смутился Шарик.
Цзин Цичжэнь потерял дар речи. Снимаю шляпу, как говорится.
Немного помолчав, он все же полюбопытствовал:
— Но в торговом центре Юньхай Ваньчэн я не заметил, чтобы ландшафт как-то резко изменился или вздыбился.
Шарик проигнорировал вопрос о ландшафте, сочтя его несущественным, и обиженно запыхтел:
«Между прочим, я не жадничал! Я поделился!»
— Что? — не понял Цзин Цичжэнь.
Мысли парня на мгновение зашли в тупик — логика планеты порой бывала слишком витиеватой. С трудом уловив нить, он спросил:
— Ты про тот момент, когда рассеялся призрак госпожи Ли? В каком смысле — не жадничал?
«Призрак госпожи Ли мыслил точно так же, как настоящая Ли Цзянли из нашего мира, — принялся объяснять Шарик. — Но облик привидения она приняла из-за влияния чужой планеты. Черные карты, которые она вам раздала, сотканы из этой самой аномальной энергии!»
Цзин Цичжэнь наконец сложил этот пазл в голове.
Судя по всему, «оттяпанный кусок планеты», о котором толковал Шарик, был лишь метафорой.
Когда призрак госпожи Ли растаял, разъяренная Земля пинком отправила параллельный мир восвояси, а всю оставшуюся чужеродную энергию благополучно впитала в себя. Слова о щедрости означали лишь то, что часть этой добычи в виде черных дисконтных карт досталась людям.
То же самое касалось и образцов тканей монстра, которые сохранила Бабушка Фан, и окровавленного гигантского топора Охранника. Все эти аномальные трофеи, не имеющие ничего общего с земными аналогами, несли в себе концентрированную силу пограничной зоны.
Тан Сун сидел с выключенной камерой, но прекрасно видел маневры Маньмань с зефиром. Он жестом попросил у нее оставшийся пакет, быстро соорудил аналогичную наглядную модель, сфотографировал на телефон и отправил снимки в общий чат конференции.
Профессора, которые еще минуту назад готовы были вцепиться друг другу в глотки через экраны, разом замолчали.
Цзин Цичжэнь решил добавить конкретики:
— По словам Земли, место слияния двух зефирин — это и есть зона эрозии. Если позволить ей разрастись, а потом уничтожить ядро эрозии, миры, конечно, разойдутся, но последствия будут именно такими, как на фото: рваные раны и чуждые примеси останутся на обеих планетах.
— Вы хотите сказать, что в Бостоне люди оказались заперты в этой мешанине? — ужаснулся один из иностранных профессоров. — Боже спаси их души.
В этот момент Цзин Цичжэню пришла в голову другая мысль. Он тут же обратился к Шарику:
— Погоди, а тех, кто застревает в зонах эрозии, выбираешь ты?
«Конечно нет!» — поспешил откреститься тот.
— Значит, затягивает случайных людей, которые оказались в границах формирующейся зоны? — уточнил парень.
Шарик на мгновение задумался, подбирая слова:
«Ну... оказаться в границах зоны они, конечно, должны. Но это не чистая случайность. Скорее, сознание этих людей совпало по частоте с самой аномалией. Возник некий резонанс, и их утащило внутрь...»
Цзин Цичжэнь резко подобрался:
— То есть, если аномалия возникнет где-нибудь в глуши, где нет ни души, внутрь никто не попадет?
«Естественно! — отозвался Шарик. — На ранних этапах область поражения совсем крошечная. Если она появится посреди Тихого океана на необитаемом клочке суши, откуда там взяться людям?»
— Но ты ведь сам говорил, что если не уничтожить ядро эрозии...
«...то зона продолжит разрастаться! — перебил его Шарик. — Рано или поздно она накроет обитаемые земли, и тогда внутрь затянет тех, кто вступит в резонанс! А-а-а-а, как же это бесит!»
При одной мысли о расширении зон эрозии планета мгновенно впадал в ярость.
Цзин Цичжэнь медленно выдохнул:
— Теперь картина ясна.
Шарик, сопя от злости на наглых пришельцев, принялся напутствовать парня пафосным тоном политрука:
«Так что вы там, человеки, давайте поднажмите! Ради единой судьбы человечества! Ради мира во всем мире! Защитить Землю — значит спасти себя! Отважные воины, берите оружие и вперед, в бой!»
Цзин Цичжэнь обреченно молчал.
«Эй, я тут толкаю вдохновляющую речь, а ты даже ухом не ведешь?» — обиделся Шарик.
— Потому что у меня сейчас голова лопнет от ответственности, — вздохнул парень. — Мне нужно срочно обсудить это с Тан Суном.
Все прежние теории меркли перед суровой реальностью: зоны эрозии не статичны. Они неуклонно расширяются, неся в себе смертельную опасность.
Если не гасить эти очаги на ранней стадии, масштаб катастрофы станет неуправляемым. Границы аномалий раздвинутся от размеров торгового центра или виллы до целых кварталов и мегаполисов. И тогда человечеству несдобровать.
Цзин Цичжэнь поднялся, подошел к Тан Суну и, коснувшись его плеча, кивнул на выход, показывая, что им нужно поговорить с глазу на глаз.
Офицер недоуменно вскинул брови, но спорить не стал — молча встал и вышел вслед за ним.
Лао Сяо, который уже едва не сползал под стол от усталости, мгновенно подобрался. Оглядевшись по сторонам, он тихо спросил:
— Что стряслось?
Сы Цзяян качнул головой:
— Понятия не имею. Но у Сяо Цзина такой вид, что мне становится не по себе.
***
В пустой комнате отдыха за стеной Цзин Цичжэнь без утайки выложил все, что только что узнал от планеты.
Улыбка Тан Суна увяла. Он посерьезнел на глазах.
Сделав несколько шагов по комнате, офицер задумчиво пробормотал:
— Значит, сейчас по всей планете созревает больше десятка таких аномалий. Зародыши пока можно не трогать, но те зоны, где уже зафиксированы исчезновения людей, оформились окончательно. Нам во что бы то ни стало нужно остановить их рост.
«В точку! Молодцы!» — воодушевился Шарик.
— Земля передает, что ты молодец и она в тебя верит, — с каменным лицом перевел парень.
Тан Сун только хмыкнул.
Тан Сун потер лицо, сбрасывая оцепенение, и вдруг негромко рассмеялся, сверкнув клыком.
— Ну же, выше нос. Давай не будем терять оптимизма.
Цзин Цичжэнь хмуро посмотрел на него, но все же не удержался от ответной слабой усмешки.
— Посмотри на это с другой стороны, — Тан Сун дружески похлопал его по плечу. — Благодаря тебе мы можем напрямую говорить с планетой. Мы уже знаем об угрозе гораздо больше, чем кто-либо еще, верно?
Парень молча ждал продолжения.
— К тому же сейсмологи научились фиксировать энергетические всплески в моменты зарождения зон эрозии, так что вслепую мы действовать не будем. Проблема глобальная, поэтому я подготовлю подробный рапорт руководству. Дальше делом займутся дипломаты и спецслужбы — будут налаживать контакт с коллегами за рубежом.
Его уверенность действительно немного утихомирила тревогу.
Цзин Цичжэнь облегченно вздохнул, но тут же качнул головой с горькой усмешкой:
— Знаешь, аномалии в обитаемых зонах — это еще полбеды. Там хотя бы есть люди, способные найти и разрушить ядро эрозии.
— Ловлю на слове, — улыбнулся Тан Сун. — Жду твое коронное «но».
— Но, — послушно кивнул Цзин Цичжэнь, — что делать, если зона эрозии возникнет на дне Марианской впадины? Или на пике Эвереста? Посреди безжизненных песков Сахары или в любой другой глуши, куда человеку просто не добраться? До каких размеров должна разрастись такая аномалия, чтобы ее наконец удалось подавить?
Этот вопрос заставил Тан Суна окончательно растерять веселость. Его взгляд мгновенно потускнел.
Зато Шарик в мыслях парня искренне изумился:
«Ой, а с чего вдруг такие странные страхи?»
Цзин Цичжэнь опешил. Вообще-то пример с необитаемым островом в океане планета привёл сам секунду назад.
«Глупенький, я же кручусь! — залился веселым смехом Шарик. — Вот умора, ха-ха-ха!»
Парень обреченно зажмурился и потер лицо ладонями.
Ну надо же быть такой заразой!
http://bllate.org/book/37752/4993780
Готово:
