Время повернулось вспять на тридцать шесть часов назад...
Лю Пинхуэю, которому в этом году исполнилось тридцать два года, был бисексуалом. Он работал в гражданской авиакомпании и только в этом году получил повышение, став руководителем штаб-квартиры в Чанъани. Его жена вечно пропадала на различных светских приемах и банкетах или тайком встречалась со своим любовником. Когда её не было дома, Лю Пинхуэй привык в восемь или девять часов вечера лично садиться в машину и отправляться на одну из улиц в Нижнем городке в поисках небольшого утешения.
Разумеется, чтобы не навлечь на себя лишних неприятностей, Лю Пинхуэй всегда действовал предельно осторожно. Сначала он наворачивал пару кругов, терпеливо выискивая товар по душе. Лю Пинхуэй не испытывал никакого интереса к тем, кто выглядел не слишком чисто или сидел на наркотических игле. В нынешнюю эпоху столь развитых технологий, когда можно с легкостью найти секс-роботов, ни в чем не уступающих живым людям и способных на куда более дикие эксперименты, они явно были более разумным выбором.
На этот раз Лю Пинхуэй вернулся домой только ближе к шести часам утра.
Вспоминая безумства минувшей ночи, он всё еще не мог сдержать дрожи всем телом от охватившего его волнения. О, эта дикая штучка просто сводила с ума! Кажется, его звали А Цзинь или как-то так? По спине Лю Пинхуэя пробежала волна онемения, словно электрический разряд, и казалось, что это жгучее наслаждение всё ещё таится глубоко в его теле. Он просто отказывался верить, что перед ним была всего лишь машина.
Как Лю Пинхуэй и предполагал, когда он добрался до дома, его жены, как обычно, не было всю ночь.
Но разве это имело хоть какое-то значение? Для них обоих этот брак должен был служить лишь для поддержания внешнего блеска. Лю Пинхуэй нуждался в поддержке влиятельной родни своей жены, а его номинальной спутнице жизни, погрязшей в праздности женщине, требовался лишь фиктивный брак для отвода глаз.
Они брали друг от друга то, что им было нужно, и каждый жил своей жизнью.
Хотя Лю Пинхуэй не пренебрегал и мягкими, нежными женщинами, он всё же отдавал предпочтение мужчинам. Особенно в нынешнюю эпоху, когда женщины становились всё сильнее, неуклонно забирая себе право голоса и руководящую роль, занимая вершины во всех сферах деятельности.
Возможно, он слишком сильно вымотался, развлекавшись всю ночь, но теперь голову Лю Пинхуэя пронзала тупая боль. Именно в этот момент в его кармане затрезвонил голографический телефон. Глядя на светящийся ультратонкий экран, Лю Пинхуэй нахмурился, в его взгляде промелькнуло отвращение, но он всё же протянул руку и принял голосовой вызов.
— Привет, дорогая, хорошо провела время на приеме? Я только что проснулся... О, конечно-концечно, сегодня я лечу в город Рим, разве мог я забыть приказ моей госпожи — ха-ха!
Рассыпавшись в сладких речах и лести, ему наконец удалось завершить разговор. Фальшивая улыбка мгновенно исчесла с лица Лю Пинхуэя, он со злости изо всех сил ударил кулаком по рулю и грязно выругался.
Теперь он чувствовал себя еще отвратительнее: уставший, промерзший до мозга костей, он жаждал немедленно завалиться спать. Но его жена... Эта капризная и своенравная женщина сегодня снова собиралась в город Рим на какой-то благотворительный ужин в честь Месяца мира. Хотя технологии шагнули далеко вперед и беспилотные автомобили на дорогах попадались на каждом шагу, Лю Пинхуэй знал: если он не отвезет её лично в аэропорт, словно какую-то королеву, впавшая в истерику женщина рискует разнести весь самолет.
Едва вернувшись домой, Лю Пинхуэй был вынужден обреченно выгонять машину обратно из гаража.
Попрощавшись с женой поцелуем в аэропорту, Лю Пинхуэй тяжело и прерывисто дышал на водительском сиденье. Его кожа приобрела какой-то нездоровый красный оттенок, а голову раскалывало от боли, словно она вот-вот лопнет. Тряхнув головой, он наконец немного прояснил затуманенное зрение, открыл дверь, с трудом вывалился наружу, перебрался на заднее сиденье и переключил машину в автопилот.
Он заболел, ему точно не стоило сегодня никуда выезжать. Пока автомобиль трогался с места, Лю Пинхуэй бессильно откинулся на заднем сиденье.
В то же самое время, в первом классе одного из сверхзвуковых авиалайнеров...
Привлекательный молодой человек с VIP-картой высшего уровня занялся своим местом. Его персиковые глаза излучали завораживающий магнетизм. Он слегка улыбнулся сидевшей неподалеку ярко накрашенной женщине, и та, тайком разглядывавшая его всё это время, едва не выронила бокал с шампанским. Их липкие взгляды сплелись в воздухе, наполняя пространство густой атмосферой двусмысленности.
— Здравствуйте, прекрасная госпожа. Я А Цзинь, могу ли я узнать ваше имя?
— О, я так рада познакомиться с вами, А Цзинь.
Раз уж собеседник проявил такую инициативу, увешанная драгоценностями женщина отбросила напускную сдержанность. Поправив прядь волос у уха, она протянула руку красивому молодому юноше.
— Моя фамилия Фань, Фань Пэйлин, — кокетливо произнесла жена Лю Пинхуэя.
А тем временем на другом конце...
Вернувшись домой с жуткой, иссушающей лихорадкой, Лю Пинхуэй из последних сил доплелся до кровати и провалился в тяжелое беспамятство.
Проспав больше десяти часов кряду, Лю Пинхуэй очнулся со страшной головной болью. Его веки отекли и деформировались так, что он едва мог их разомкнуть, суставы по всему телу противно хрустели, а всё вокруг казалось причудливым и сюрреалистичным, непрерывно искривляясь и деформируясь.
Ему казалось, что шкаф в комнате разинул пасть и заговорил, настенная картина источала сладковатый аромат шоколада, а при каждом взмахе хвоста биомиханической рыбки в аквариуме поднимающиеся пузырьки воздуха складывались в череду странных нот. В голове Лю Пинхуэя стоял оглушительный гул, напоминающий рев работающего на предельных оборотах мотора, свист кипящего чайника или извержение вулкана. Ему казалось, что если он немедленно что-нибудь не предпримет, его череп просто взорвется!
Выдвинув ящик прикроватной тумбочки и проглотив горсть обезболивающих, Лю Пинхуэй нашел ручку. Он принялся безумно малевать на стенах, полу, стеклах и любых других поверхностях, где только можно было писать и рисовать. Этот странный и дикий перформанс продолжался с глубокой ночи до самого рассвета. По всему зданию опустевшего роскошного особняка непрекращающимся эхом разносились жуткие, леденящие душу вопли.
Когда утреннее солнце озарило землю, начался новый день.
Лин Лу позавтракал, вернулся в комнату, посадил Данданя в свой рюкзак с панде-медвежонком, сел в машину и вместе с дворецким А Юанем отправился за покупками.
Наземный автомобиль плавно повернул за угол и уже почти выехал из жилого района, как впереди на перекрестке образовалась пробка — явление по нынешним временам крайне редкое.
— А Юань, что случилось? — маленький Лин Лу вытянул шею и с любопытством заглянул в окно с заднего сиденья.
— О, ничего особенного, юный господин, — дворецкий А Юань слегка повернулся вбок, загораживая Лин Лу обзор, и перевел оконное стекло в ночной режим. — Лучше давай подумаем, что мы сегодня купим: картофель, лук, морковь и специи... Точно, еще клубнику: половину съедим сразу, а половину...
— А Юань, ты же только что всё это перечислял, — на пухлом личике появилось выражение досады, Лин Лу показалось, что в последнее время А Юань становится всё более ворчливым.
Вскоре дорога впереди расчистилась, и машина смогла продолжить путь.
Увлекшись другим, Лин Лу так и не заметил, как на обочине у места затора стояло несколько полицейских с суровыми лицами. Они протянули вокруг какого-то здания голографическую электронную ленту ограждения, а облаченные в белые защитные костюмы сотрудники выносили из дома черные, раздутые мешки с телами.
Через полчаса Лин Лу и дворецкий А Юань добрались до рынка под открытым небом в восточной части Верхнего города.
Из-за Месяца мира рынок сегодня был необычайно оживленным: толпы людей сновали туда-сюда, и многие родители привели с собой детей на прогулку и за покупками. Обычно ассортимент городских супермаркетов вполне удовлетворял любые потребности горожан, и на фоне удобных высоких технологий такой рынок под открытым небом выглядел несколько старомодно. Здесь людям приходилось общаться лицом к лицу и торговаться за каждый товар, но именно эта земная атмосфера человеческого тепла привлекала многих особой любовью и симпатией.
— Юный господин, сегодня здесь очень много народу, пожалуйста, идите за мной внимательно, — стоя у входа на рынок, украшенный по обеим сторонам разноцветными лентами и воздушными шарами, робот-дворецкий А Юань взял за руку маленького Лин Лу и с беспокойством повторял наставления.
Лин Лу был послушным мальчиком. Закинув за спину круглый рюкзак с панде-медвежонком, он запрокинул голову и очень серьезно угукнул, показывая, что всё понял.
Сначала они обошли ряды со свежими продуктами и накупили целую гору овощей из списка. Возле лотка с фруктами толстая тетка-продавец, умилившись миловидности Лин Лу, вдобавок подарила им полпакета крупных, свежих и сладких ягод клубники.
Дворецкий А Юань расплатился и отдал пакет с клубникой Лин Лу, разрешив ему есть по дороге — выращенную без удобрений клубнику можно было отправлять в рот прямо так, без мытья. Покончив с закупкой еды, А Юань повел Лин Лу в сторону зоны с домашними животными.
Среди суетливой толпы один за другим раздались испуганные крики, и именно в этот момент произошло непредвиденное.
Какая-то фигура, не разбирая дороги, растолкала толкучку и бросилась прямо на Лин Лу, который шел, опустив голову и прижимая к себе пакет.
— Ой...! — от мощного толчка Лин Лу не удержался на ногах и рухнул на землю, а пакет из его рук вылетел в сторону, и ярко-красные ягоды клубники рассыпались по асфальту.
— Юный господин! — система дворецкого А Юаня мгновенно перешла в аварийный режим. Бросив покупки с глухим стуком, он бросился вперед и суетливо подхватил шлепнувшегося на землю Лин Лу. — Юный господин, вы в порядке? Где-нибудь болит? Скорее скажите А Юаню!
— Я в порядке, А Юань, — покачал головой Лин Лу. Он не был избавленой плаксой, которая поднимает рев по любому пустяку, его просто напугали. Успокоившись, малыш инстинктивно посмотрел в ту сторону, куда упал.
— Чего уставился, коротышка!
Человек, который сбил Лин Лу, как раз обернулся, и их взгляды встретились. Заметив простодушный и беззащитный вид Лин Лу, незнакомец не только не извинился, но и злобно сплюнул.
Окружавшая их толпа тут же принялась перешептываться.
Люди разглядывали этого грязного с ног до головы человека так, будто перед ними крыса из сточных канав, случайно забредшая в цивилизованный мир; во взглядах читалось смешение удивления, недоумения и отвращения. С головы до ног этот человек был закутан в плащ неопределенного цвета, сплошь покрытый дырами, а ногти, волосы и открытые участки кожи были испачканы грязью. Лишь глаза горели пугающим, небывалым блеском, полным дикой, несгибаемой жажды жизни.
Мужчина он был или женщина — этот человек явно не вписывался в окружающее его сияющее и лощеное благополучие.
Словно уловив скрытый смысл во взглядах окружающих, глаза незнакомца мгновенно вспыхнули яростью, и он, оскалив зубы, грубо выругался:
— Пошли вы к черту, валите! Не загораживайте дорогу!
Испуганная толпа мгновенно шарахнулась в стороны, а люди проводили взглядом безумца, который снова ринулся в людской поток, словно свирепый, не знающий преград зверь, пока окончательно не скрылся из виду.
— А Юань, кто это был?
Глядя вслед исчезающему незнакомцу, Лин Лу машинально обратился к своему роботу-дворецкому. Такая привычка полагаться на него возникла не за один день: с самого раннего детства, сколько себя помнил, А Юань всегда был рядом, заботился о нем, служил ходячей энциклопедией и отвечал на любые вопросы, то и дело возникавшие в голове Лин Лу.
— Это был крайне невоспитанный и грубый человек, юный господин. Полагаю, нам вовсе не обязательно знать, кто он такой!
Тон А Юаня был крайне недовольным — подумать только, этот негодяй чуть не причинил вреда Лин Лу! Для домашнего ИИ-робота, у которого благо хозяина стояло превыше всего, такое было просто невыносимо. Но еще более непростительным было то, что этот грубиян посмел назвать его юного господина коротышкой! Какая наглость!
Вознегодовав, А Юань подхватил своего маленького хозяина на руки и забормотал:
— Юный господин, не расстраивайтесь, когда-нибудь вы обязательно вырастете. Ничего, что пока вы невысокий, даже будучи коротышкой, вы всё равно остаетесь самым очаровательным ребенком на свете!
— ...
Лин Лу очень хотел сказать, что ему вовсе не обидно, но, глядя на не умолкающего А Юаня, малыш благоразумно промолчал.
http://bllate.org/book/38990/4916819
Готово: