Вина доказана.
Именно это поручила Да Чуню Ши Цяньсуй.
— Я крутая, да? — Ши Цяньсуй приподняла брови, ожидая похвалы.
Не дождавшись ответа, она скосила глаза в сторону и увидела, что лицо Янь Си помрачнело как никогда прежде, а угольно-черные зрачки напоминали бездонный холодный омут, источая густую опасность.
Как жутко. Ши Цяньсуй даже показалось, что вокруг упала температура, и она невольно вздрогнула.
В этот момент на них устремлялось все больше взглядов, а вокруг раздавался неприятный шепот.
Мужчина побагровел еще сильнее, сделал шаг вперед и, вне себя от ярости, тыча пальцем в Ши Цяньсуй, разразился руганью:
— Ты вообщенормальная? Какое твое дело? Мы что, незнакомы, что ли? Ну сфотографировал спину, и что такого? Закон нарушил?
Ши Цяньсуй спряталась за спину Янь Си и только собралась дать отпор, как услышала донесшийся спереди ледяной голос:
— Я разрешала?
Аура была мощной, подавляющей, словно острый клинок, пропитанный слоями морозного холода, который вонзился прямо в того человека. Она не сводила глаз с его пальца, застывшего в воздухе, и процедила:
— Руки захотел лишиться?
Ши Цяньсуй нервно сглотнула. Интуиция подсказывала: будь у Ледышки сейчас в руках меч, она бы и впрямь отрумила этому типу руку.
Ши Цяньсуй невольно вспомнила свой вчерашний безрассудный поступок, у нее перехватило дыхание, и по телу побежали мурашки.
Сложив руки за спиной в молитвенном жесте, она мысленно поблагодарила Ледышку за то, что та не стала с ней возиться.
Мужчина, очевидно, тоже испугался этой ауры. Он перевел взгляд на рослого парня, неизменно следовавшего за ним по пятам, а затем на Янь Си, которая сверлила его ледяным взглядом. Связываться ни с кем из них не стоило, и, взвесив все в уме, он отступил.
Достав телефон, он прямо при них ударил фотографию, схватил сумку и позорно ретировался.
Фарс подошел к концу.
В ресторане снова стало шумно.
Ши Цяньсуй бросила взгляд на Да Чуня и на цыпочках попятилась к выходу: хотя она и совершила доброе дело, но, похоже, невольно испортила Ледышке работу. Лучшей стратегией было немедленно бежать, пока беда не затронула и ее.
Насмотревшись на мощную ауру Янь Си, она растеряла всю свою прежнюю дерзость и присмирела, как испуганная кошка, прижавшая хвост.
— Стоять.
Голос Янь Си раздался из-за спины.
Спокойный, ровный, но сердце Ши Цяньсуй все равно тяжело ударилось о грудную клетку, а ноги будто вросли в землю.
Она несколько раз глубоко вдохнула, силой подавляя внезапно накатившее напряжение, мелко перебирая ногами, повернулась и натянуто улыбнулась:
— Эм... что-то еще? Если ничего, то...
Янь Си в упор смотрела на нее своими темными глазами, ее тонкие губы шевельнулись:
— Есть перехотелось?
От этого пронзительного холодного взгляда Ши Цяньсуй аж мороз по коже пробежал, и она поспешно отказалась:
— Н... нет, я не голодна... — однако ее живот тут же предательски заурчал.
Ши Цяньсуй: «…..»
Янь Си вернулась к своему столику, согнутым пальцем постучала по стулу рядом с собой, призывая ее сесть.
Ши Цяньсуй медленно переступила ногами и опустилась рядом, выпрямив спину и выглядя донельзя послушной.
От этой картины Да Чунь просто лишилась дар речи.
Этот человек действительно способен усмирить сестру Цяньсуй.
Потрясающе.
Она мысленно поставила Янь Си большой палец.
...
Официант подал четыре блюда и суп — все фирменные угощения заведения.
Усевшись напротив, Да Чунь ошпарила кипятком столовые приборы и протянула их Ши Цяньсуй:
— Будешь суп, сестрица Цяньсуй?
— Я сама, — Янь Си перехватила фарфоровую пиалу, налила суп из ребрышек с ямсом и годжи и придвинула к Ши Цяньсуй. — Пей больше, полезно для крови и энергии.
Ши Цяньсуй на мгновение опешила и пробормотала:
— Спасибо.
Она опустила голову, помешивая ложкой суп, и, заметив плавающие кусочки имбиря, нахмурилась. Янь Си заметила эту мимолетную перемену в выражении лица, наполнила другую пиалу, а ту, с имбирем, переставила себе.
Ши Цяньсуй снова замерла, сдавленно поблагодарив во второй раз. При этом на душе у нее заскребли кошки: с чего это Ледышка вдруг стала такой заботливой, не собирается ли она свести счеты?..
Пока та пребывала в растерянности, Янь Си взяла общие палочки и стала накладывать ей еду, даже тщательно выковыряв все острые и пряные приправы.
Ши Цяньсуй зачерпнула ложку супа и отправила в рот, чувствуя себя еще более тревожно — точь-в-точь как преступник в ожидании приговора.
Да Чунь подняла взгляд и молча наблюдала за ними обоими: чем дольше она смотрела, тем сильнее крепло ощущение какой-то неописуемой химической связи между ними.
Янь Си нарушила молчание:
— С тем человеком у меня исключительно рабочие отношения. И ничего больше.
Ложка со звонком упала в фарфоровую пиалу. Ши Цяньсуй ошеломленно выдала «а?» — совершенно не понимая, к чему это.
Она скосила глаза на Янь Си, но та молча и сосредоточенно ела, явно не собираясь продолжать.
Ши Цяньсуй мысленно переварила эти брошенные наугад слова, и до нее внезапно дошло.
Ледышка что, специально оправдывается перед ней, говоря, что это было не свидание?
Но к чему? Она ведь не слепая.
...
Этот обед дался Ши Цяньсуй с большим трудом. Да Чунь отличалась молчаливым нравом, а Ледышка и вовсе — сказав ту фразу, больше не раскрыла рта.
Её чуть не разорвало от напряжения.
Ши Цяньсуй промокнула уголки рта салфеткой, поднялась и попрощалась с Янь Си:
— Спасибо за угощение, мне пора.
Однако Да Чунь преградила ей путь:
— Сестрица Цяньсуй, сначала прими лекарство.
Ши Цяньсуй: «???»
— Сестрица Цяньцзинь велела мне проследить за тобой.
Да Чунь действовала быстро и, не давая Ши Цяньсуй шанса отказаться, бросилась на кухню, рассудив, что раз сестра Цяньсуй всегда послушна перед этой женщиной по имени Янь Си, то и сейчас, пожалуй, будет так же.
Она попросила официанта разогреть лекарство, принесла его и поставила перед Ши Цяньсуй.
Ши Цяньсуй нахмурилась, изобразив страдальческую гримасу.
— Сестрица Цяньцзинь сказала: если придется, вливай силой.
— Сестрица Цяньцзинь, сестрица Цяньцзинь, только и знаешь, что свою сестрицу Цяньцзинь! — глядя на решительный настрой Да Чунь, которая явно не собиралась отступать, Ши Цяньсуй смирилась с судьбой и взяла чашу с отваром.
В нос ударил едкий запах травы.
Желудок тут же протестующе заворочался.
Ши Цяньсуй от нахлынувших чувств даже прослезилась.
Сквозь пелену слез она заметила, как сидящая рядом женщина опустила голову и стала что-то шарить в сумочке. Вскоре она вытащила несколько разноцветных свертков и толкнула их поближе к Ши Цяньсуй.
Ши Цяньсуй смахнула непрошеные слёзы и всмотрелась в надписи на обертках.
Фруктовые карамельки?
Ши Цяньсуй в изумлении посмотрела на Янь Си, часто моргая сияющими глазами.
Так это... она для нее приготовила?
Подперев щеку рукой, Янь Си смотрела на нее в ответ, постукивая изящными пальцами по столу, и приподняла брови:
— Тебя еще и с ложечки покормить?
Среди нескольких миллионов мрачных и извращенных авторов небеса явили миру хотя бы одну тебя, а теперь ты заявляешь мне, что у тебя объявилась красотка?
Лицо Янь Си было безупречно под каким ни угодной углом.
Под длинными густыми ресницами таились глаза с богатой историй, источавшие пресыщенность и холодок, но стоило им обратиться к ней, как в них сами собой проступали нотки нежности. Ши Цяньсуй погрузилась в этот взгляд, словно увязая без остатка.
Пока Янь Си вновь не напомнила о себе:
— Мм?
Интонация повысилась, прозвучав словно с крючком.
От этого звука Ши Цяньсуй мгновенно растерялась.
Она опустила глаза, чтобы скрыть смущение:
— Н... не нужно, — пробормотала она, схватила чашу с лекарством, зажала нос и осушила её до дна.
Тошнотворный вкус бушевал во рту. Зажав рот рукой, Ши Цяньсуй поманила Да Чунь, показывая, что пора уходить, но, уже поднявшись, вернулась к столу, сгребла оставшиеся фруктовые конфеты и лишь после этого сбежала без оглядки.
Глядя на ее спину, Янь Си невольно расслабила брови.
Как только обе скрылись из виду, она подозвала официанта и велела принести бутылку красного вина.
Дав вину подышать, она наполнила бокал, сделала небольшой глоток, достала телефон и набрала номер.
Вызов почти сразу же соединился.
— Алло-алло-алло.
— Ну как там насчет публикации? Рассказывай скорее.
На другом конце провода была Хань Цюлин, коллега-писательница, с которой они случайно столкнулись в реальной жизни и с тех пор сдружились.
Сделав глоток вина, Янь Си небрежно бросила:
— Сорвалось.
Хань Цюлин изумленно ахнула:
— В смысле? Разве тебя не приглашали на личную встречу именно потому, что всё было решено?
Янь Си кратко обрисовала предысторию.
На том конце повисло молчание.
Лишь спустя долгое время послышался голос:
— То есть, хочешь сказать, ты случайно встретила в реале «Вызвавшую всемирный потоп»? И она опять сорвала тебе подписание контракта на публикацию?
Янь Си тихо произнесла:
— Угу.
Хань Цюлин не выдержала и выругалась матом:
— Капец.
— Она что, больная?
Янь Си невольно нахмурилась и холодно ее оборвала:
— Не говори так.
Хань Цюлин удивилась:
— Чего?
Янь Си пояснила:
— Она поступила правильно, я должна ее поблагодарить. Иначе я и сама не собиралась подписывать контракт с «Ланьюй Вэньхуа».
— Редактор, с которым я общалась, оказался непорядочным человеком.
Он постоянно донимал ее личными встречами, что для нее было формой домогательства. К тому же сегодня он исподтишка сфотографировал ее и хвастался перед коллегами — просто тошнотворно.
— Так что обсуждать там было нечего.
Хань Цюлин многозначительно протянула «а-а-а», в ней заговорило любопытство:
— С каких это пор ты стала ее защищать?
Янь Си легонько покачала бокал, сквозь рубиновую жидкость разглядывая прохожих на улице, и бесстрастно ответила:
— Ни с каких.
Хань Цюлин затараторила:
— Ну тогда, тогда... скажи мне, как она выглядит в реальной жизни? Толстая, худая, высокая, симпатичная? Какое впечатление производит?
Янь Си отодвинула телефон подальше от уха:
— У тебя слишком много вопросов.
Собеседница тут же сделала вывод:
— Значит, страшная!
Янь Си слегка нахмурилась и поправила:
— Красивая.
Хань Цюлин поразилась:
— Серьезно? Она красивее тебя или ты ее?
Образ Ши Цяньсуй внезапно всплыл в памяти — юная, яркая, игривая и невероятно милая. Янь Си прямо ответила:
— Она.
Хань Цюлин чуть не сошла с ума:
— О небеса! Янь Си, ты понимаешь, что несешь? Ты вообще отдаешь себе отчет в том, какая у тебя потрясающая внешность? Из-за того, что писатели сетевой литературы целыми днями пялятся в мониторы, у них нет ни сил, ни времени следить за фигурой и лицом. Если среди нескольких миллионов мрачных и извращенных авторов небеса явили миру хотя бы одну тебя, а теперь ты заявляешь мне, что у тебя тут откуда ни возьмись появилась красотка... Думаешь, я в это поверю?
Янь Си: «...Этот мрачный и извращенный автор — случайно не ты?»
http://bllate.org/book/39320/4970405
Готово:
