На следующий день Фан Цзинь вернулся на работу в компанию. Едва переступив порог, он увидел женщину-руководителя отдела кадров, которая поджидала его у дверей приемной с нерешительным выражением лица, словно собиралась что-то сказать, но не решалась.
— Глава Сюй? — с удивлением произнес Фан Цзинь.
Сюй Цай кивнула на стопку документов в своих руках:
— Помощник Фан, можем ли мы обсудить вопрос твоего трудового договора?
Не понимая в чем дело, Фан Цзинь открыл дверь кабинета и жестом пригласил ее войти.
Когда Фан Цзиня только перевели в компанию Гу Юаня, ему выделили крошечный кабинет, окна которого выходили на север. Еще хуже было то, что он располагался прямо в центре офисного этажа — над головой имелась лишь вентиляционная шахта, но совершенно не было внешних окон. Тогда Фан Цзинь ничего не сказал, но спустя некоторое время Гу Юань привык к отрезвляющему супу и решил отплатить тем же: по собственной инициативе он велел отделу кадров перевести его в просторное и светлое помещение.
Офисное здание примыкало к гавани, и из панорамного окна открывался далекий вид на лазурную гладь воды. С другой стороны имелось еще одно небольшое внутреннее окно, которое напрямую выходило в кабинет генерального директора — через стекло можно было невооруженным глазом наблюдать за тем, что происходит у Гу Юаня.
Фан Цзинь отодвинул стул для Сюй Цай, но боковым зрение вдруг заметил, что это внутреннее окно занавешено белой тканью.
Его завесили со стороны Гу Юаня.
Фан Цзинь: «……»
Фан Цзинь взял себя в руки, сел за рабочий стол и жестом предложил женщине-руководителю:
— Слушаю вас.
Сюй Цай тоже заметила эту занавеску, и уголки ее глаз на секунду судорожно задергались.
— ……Тут такое дело. После квартальной аттестации кадров мы решили увеличить твой текущий оклад на шестьдесят процентов. Предусмотрен значительный рост премий по итогам года, компенсаций за использование корпоративной связи и транспорта, включая командировочные расходы, а также последующие социальные льготы. Всё подробно указано в договоре.
Она протянула ему стопку документов. Фан Цзинь перелистал страницы и слегка нахмурился:
— Это решение отдела кадров?
— Именно так, — тут же подтвердила Сюй Цай, после чего кашлянула: — Кроме того, в сроки заключения контракта тоже были внесены соответствующие изменения…
Фан Цзинь быстро пролистал документ дальше и сразу же заметил, что срок контракта неожиданно изменился на десять лет. За несанкционированное расторжение трудовых отношений до истечения срока полагалась многократная компенсация за нарушение договора, а из-за конфиденциальности должности после увольнения вводился десятилетний период неразглашения, во время которого запрещалось устраиваться на работу в ту же отрасль.
В приложении к договору шел подробный список компаний той же сферы деятельности, охватывавший практически все крупные и средние предприятия судоходной и телекоммуникационной отраслей, которые хоть как-то пересекались с их бизнесом. Список тянулся длинной, сплошной лентой мелкого шрифта. Если бы этот контракт действительно воплотился в жизнь, Фан Цзиню даже в голову не пришло бы думать об увольнении, потому что, если только не сменить профессию кардинально, пришлось бы умереть с голоду.
Сюй Цай, проработавшая в кадрах много лет, судя по всему, сама находила происходящее крайне неумежным, и ее обычно ровный голос слегка дрожал:
— Хотя условия несколько суровы, о вознаграждении еще можно договориться. Мы можем разработать для вас, помощник Фан, специальный стандарт оценки эффективности с пересмотром каждые полгода, и зарплата вполне может соразмерно расти в зависимости от результатов…
Фан Цзинь спросил:
— Это действительно решение отдела кадров?
Сюй Цай неуверенно произнесла:
— Конечно.
Фан Цзинь посмотрел на нее, внезапно чуть-чуть улыбнулся и, взяв ручку, расписался в конце договора.
Он не колебался ни секунды. Поставив подпись, он сразу же захлопнул папку и протянул ее обратно, чем слегка ошеломил Сюй Цай:
— ……Помощник Фан, вы действительно не хотите еще раз подумать?
— Нет, — мягко ответил Фан Цзинь. — Я сам этого хочу.
Когда он произносил эти слова, в глубине его глаз, казалось, переливалось какое-то едва заметное веселье, из-за чего весь его облик выглядел необыкновенно мягким и нежным. Сюй Цай невольно на мгновение замерла.
·
Когда женщина-руководитель ушла, Фан Цзинь некоторое время сидел за столом, не сводя глаз с занавешенного белой тканью окна.
Сегодня утром он, как обычно по дороге на работу, заехал на автомобиле за Гу Юанем в его квартиру в центре города, но к моменту прибытия тот уже уехал на машине водителя. Теперь, вспоминая об этом, он понимал: целью столь раннего приезда в офис наверняка было именно это. Он почти отчетливо представлял себе, как Гу Юань лично взял молоток и гвозди, долго что-то стучал, а затем с чувством глубокого удовлетворения повесил белую ткань.
Фан Цзинь встал, подошел к внутреннему окну и заглянул внутрь.
Наверное, сейчас Сюй Цай отправилась в кабинет генерального директора докладывать Гу Юаню о том, что он подписал контракт. Интересно, какое выражение лица сейчас у Гу Юаня?
Не хочешь, чтобы я увольнялся? — подумал Фан Цзинь.
Пока ты меня не увольняешь, я действительно не уволюсь до конца своих дней, и даже без прибавки к зарплате.
Белая ткань прекрасно пропускала свет, и сквозь стекло смутно угадывались движения в противоположном кабинете. Фан Цзинь прищурился, прижавшись к стене и приглядываясь, как вдруг перед глазами всё потемнело.
Оказалось, что позади белой ткани повесили что-то еще — судя по всему, пиджак Гу Юаня.
Фан Цзинь: «………………»
·
Весь день до самого обеда Гу Юань не вызывал его, однако именно благодаря этому Фан Цзинь неожиданно получил гораздо больше свободы.
В привычное время обеда он, по своему обыкновению, взял два контейнера с едой — для себя и для Гу Юаня — чтобы разогреть их. Всё это он готовил дома сам. Каждый понедельник в обед Гу Юань ел домашнюю еду и не назначал никаких деловых ланчей, поэтому каждое воскресенье вечером Фан Цзинь готовил дома три блюда и один суп в контейнерах, а на следующий день привозил их разогреть в кабинет генерального директора.
Каково же было его удивление, когда стоило ему толкнуть дверь, как из нее вышел разговаривающий по мобильному телефону Гу Юань — они столкнулись нос к носу прямо в коридоре.
Фан Цзинь замер на полуслове, а Гу Юань бросил на него ледяной взгляд и, прошествовав мимо, решительно направился к лифту.
……Это он что, на обед?
Фан Цзинь на мгновение засомневался, а затем быстрым шагом направился к окну в конце коридора компании. Сквозь стекло было видно вход в высотное офисное здание: Гу Юань уверенным шагом спускался по ступеням, а его фигура в сшитом на заказ черном костюме выглядела необычайно элегантно. Неподалеку у тротуара припарковался роскошный Mercedes-Benz, и стройная женщина в темных очках стояла у задней двери машины, поджидая его.
Фан Цзинь узнал эту женщину. Говорили, что она училась в художественном училище и какое-то время находилась на содержании у Гу Юаня; у нее был прекрасный характер и очень красивая внешность. Раньше, когда Фан Цзинь возил Гу Юаня на свидания, она даже угощала его молочным чаем.
В глазах Фан Цзиня отразилась удаляющаяся спина Гу Юаня, который направлялся прямо к этой женщине. Спустя мгновение он отвел взгляд и с горькой усмешкой легко выдохнул.
Он с бумажным пакетом в руке направился в корпоративную буфетную. Стоя перед микроволновкой, он не совсем понимал, как поступить с контейнером Гу Юаня. Он приготовил нежную говядину, обжаренную с перцем, стручковую фасоль по-домашнему, жареное филе пангасиуса и контейнер наваристого и ароматного костного бульона. Сам он осилить две порции точно не мог, а выбрасывать было слишком жалко — неужели оставить Гу Юаню на вечер?
Шутки в сторону, ему бы не хватило смелости предложить старшему молодому господину Гу есть еду, которая простояла на столе целый день.
Может, просто найти кого-нибудь и отдать? Фан Цзинь как раз думал, кому бы ее вручить, как вдруг из-за спины раздался голос:
— Помощник Фан? Чего делаешь, идем обедать?
Фан Цзинь обернулся и узнал нового технического директора компании Се Хэнъи.
Этот технический директор проработал здесь меньше двух месяцев, но уже успел завоевать сердца решительно всех сотрудниц компании — от сорокавосьмилетнего вице-президента до восемнадцатилетних стажерок. Каждый день на корпоративном форуме обновлялся закрепленный в самом верху пост с новыми «украденными» четкими фотографиями их «возлюбленного божества», что наглядно доказывало: его популярность превосходила холодного, сурового и безжалостного старшего молодого господина Гу на добрых восемьдесят миль.
Технический директор заглянул внутрь и шумно принюхался:
— Ого, помощник Фан, твоя жена просто молодец, столько всего приготовила! Эх, хорошо живется тем, у кого есть девушка, а я пойду вниз есть коробку с бизнес-ланчем, еще увидимся!
В сердце Фан Цзиня шевельнулось предчувствие:
— Подожди-ка… Слушай, не хочешь съесть этот обед?
Технический директор пораженно вытаращил глаза:
— Мне?
— Я сегодня взял с собой больше, чем нужно, всё равно не осилю. Поешь, а потом просто помой контейнер и верни мне.
— Ой, да с огромным удовольствием! — технический директор тут же принялся потирать руки и, сияя от радости, забрал коробку с едой, чтобы разогреть ее.
Фан Цзинь сначала разогрел свой собственный обед и неторопливо вымыл палочки и ложку под краном, а затем аккуратно обернул дно контейнера бумажной салфеткой, чтобы масло не протекло. Технический директор тем временем ждал у микроволновки, пока разогреется еда, и попутно завел праздную беседу:
— Твоя девушка каждый день готовит дома? Ей не надоедает?
Среди подобных одиноких технарей в кругах принято считать, что если ты приносишь еду из дома, значит, у тебя есть девушка. Фан Цзинь уже собирался сказать, что это он сам приготовил, как вдруг в груди снова зашевелилось какое-то неуловимое чувство неизвестного происхождения, и он произнес:
— Ну… вроде бы нет. Не каждый день.
— Хорошая девушка, — вздохнул технический директор. — Красивая? Наверное, очень хозяйственная?
В воображении Фан Цзиня возникло красивое, казалось бы, лишенное малейших изъянов лицо Гу Юаня, и он с легкой улыбкой ответил:
— Красивая.
— И характер наверняка отличный?
— Ну… временами тоже капризничает.
— Это нормально. Когда брат раньше встречался с девушками — эх… — технический директор с видом бывалого человека тоскливо покачал головой: — Если она и красивая, и готовит, то капризы и женские слабости — это в порядке вещей. Мужчина должен быть выше мелочных обид с женщинами, надо уметь уступать. Лишь бы жизнь шла своим чередом, пусть даже на голове слегка зеленеет…
Фан Цзинь с улыбкой кивнул:
— Да, я буду уступать.
Микроволновка издала звенящий сигнал, и технический директор нетерпеливо извлек контейнер наружу, с наслаждением втянув воздух:
— Ох, как вкусно! — после чего схватил прилагавшуюся к буфетной ложку и, даже не потрудившись ее сполоснуть, зачерпнул полную ложку нежной говядины с рисом и отправил в рот.
Фан Цзинь только хотел сказать, чтобы он ел медленнее и не подавился, как вдруг из коридора донеслись шаги, и следом за ними в проеме буфетной отчетливо появилась фигура Гу Юаня.
Фан Цзинь повернулся и в тот же миг остолбенел.
Гу Юань всё еще говорил по телефону, но шаги его прервались. Он замер прямо в дверях, в упор глядя на технического директора. Его и без того холодный взгляд сейчас казался смешанным с ледяной крошкой, тонкие губы были намертво сжаты, а вокруг его фигуры, казалось, сгущались бесчисленные бури.
Технический директор открыл рот, и рисовое зернышко шлепнуло на стол:
— Ди… директор?
Гу Юань с бесстрастным выражением лица перевел взгляд на Фан Цзиня и, не сказав ни единого слова, решительно зашагал обратно в свой кабинет. Громкий стук! — дверь захлопнулась с тяжелым стуком.
·
В тот день Фан Цзинь за обедом несколько раз порывался узнать, не отдать ли свой обед Гу Юаню, но не успел он набраться смелости и постучать в кабинет генерального директора, как Гу Юань снова с грохотом вылетел из кабинета — на этот раз действительно отправляясь к своей любовнице.
Фан Цзинь догадался о его пункте назначения потому, что тот велел любовнице подогнать роскошную машину прямо под окна центрального входа в офис и демонстративно припарковать ее в самый разгар полуденного часа пик. Прохожие то и дело оглядывались на эту наглую и дерзкую выходку, совершенную без малейших угрызений совести, — он даже не побеспокоился о том, что за неправильную парковку могут выписать штраф.
Фан Цзинь обедал без всякого аппетита, а во второй половине дня на работе то и дело погружался в задумчивость.
У него по плану было совещание, где он должен был вести заседание вместо Гу Юаня, но в самый разгар доклада финансового директора он вдруг выпал из реальности. Он неподвижно уставился на кончик своего пера Montblanc, длинные густые ресницы не моргали, и он даже не отреагировал, когда докладчик закончил и все захлопали.
Финансовый директор перепугался не на шутку.
Помощник Фан, спущенный из главного офиса всего несколько месяцев назад, уже успел завоевать здесь огромный авторитет. Все знали, что его анализ и рекомендации часто способны изменить курс решений генерального директора Гу. К тому же, хотя он обычно немногословен, от его глаз никогда не укрывались тайные междоусобные войны в глубоких водах высшего руководства.
Каждый стремился лишь завязать с ним добрые отношения, надеясь, что в критический момент он хотя бы не скажет дурного слова, не говоря уже о том, чтобы получить удар в спину посреди бела дня, когда даже поплакаться некому.
По окончании совещания финансовый директор сделал вид, что случайно оказался впереди Фан Цзиня, и, открывая дверь, неожиданно обернулся с улыбкой:
— Смотрите, кажется, дождь собирается, а моя машина как раз в ремонте, что же делать? Вечером после работы так трудно поймать такси.
Фан Цзинь не сразу сориентировался и рассеянно бросил:
— Тогда я могу подбросить вас.
Финансовый директор громко рассмеялся и замахал руками:
— Нет-нет, о нет! Ох, не зря мы все говорим, что помощник Фан — добрый человек, стоит попросить о помощи, никогда не откажет… Я просто позвоню жене, пусть встретит!
Фан Цзинь просто на мгновение выпал из реальности, но та острота чутья, что была воспитана в нем в корпорации семьи Гу с юных лет, никуда не делась. Услышав это, он сразу понял: человек просто пытался прощупать почву и узнать его отношение, и невольно слегка улыбнулся.
Больше он не обращал внимания на заискивающего финансового директора — вежливо кивнул и вышел из комнаты.
·
Гу Юань не возвращался в компанию весь день. Для человека, чей привычный рабочий ритм составлял не менее двенадцати часов в сутки, выкроить целый день на ухаживания за любовницей было поистине неслыханным делом.
Неужели он просто обедает у любовницы и работает удачно совмещает это с удаленкой? Мысль, промелькнувшая в голове Фан Цзиня, заставила его с самоиронией покачать головой.
Людская жадность поистине не знает границ. Раньше, когда они сутками не виделись, он мечтал лишь о том, как хорошо было бы работать вместе с ним. Позже, когда он стал его помощником, ему хотелось, чтобы старший молодой господин Гу просто вел себя чуточку добрее. Теперь же отношение Гу Юаня стало гораздо лучше прежней холодной отстраненности, и он снова начал надеяться, что тот перестанет уделять внимание любовнице.
Кто я такой, в конце концов? Неужели и вправду возомнил себя девушкой старшего молодого господина Гу? Фан Цзинь представил себе крепкую, подтянутую фигуру Гу Юаня ростом метр восемьдесят пять, который с абсолютно невозмутимым лицом открывает ему дверь в розовом фартуке со словами: Ты вернулся!, и невольно прыснул со смеху.
Дел во второй половине дня не предвиделось, поэтому Фан Цзинь просто предупредил секретаря и ушел с работы пораньше. Каково же было его удивление, когда, спускаясь в вестибюль на первом этаже, он случайно заметил на диване для гостей до боли знакомый женский силуэт: длинные волосы, черное платье, изящная фигура и сумочка Hermès из крокодиловой кожи — это была та самая Чи Цю, которую он видел в доме семьи Гу!
Чи Цю изящно прикрыла рот рукой, улыбаясь, а перед ней стоял захлебывающийся от восторга технический директор Се Хэнъи и что-то оживленно рассказывал. Подобные сцены происходили едва ли не ежедневно с тех пор, как Се Хэнъи появился в компании, и после каждого такого раза в его копилке прибавлялось еще одно преданное девичье сердце. Фан Цзинь, лишь взглянув на это, почувствовал, как у него начинает болеть голова, и тут же быстрым шагом направился к ним:
— Директор Се!
— О, помощник Фан! — технический директор обернулся и воодушевленно произнес: — Ой, позволь представить, это мисс Чи, она пришла в нашу компанию в поисках кое-кого…
Большие глаза Чи Цю с изысканным макияжем некоторое время изучали Фан Цзиня, а затем на ее губах появилась легкая улыбка:
— Помощник Фан, мы снова встретились.
— А? Вы знакомы? — технический директор еще не успел сообразить, в чем дело, как Фан Цзинь кивнул Чи Цю и тут же решительно оттянул его в сторону.
— Ты знаешь, кто она?
— Знаю, она богиня из моих снов! — лицо технического директора светилось звездным счастьем. — Стоило мне увидеть ее, как я влюбился в восемнадцатый раз в своей жизни! Ах, среди бескрайнего людского моря лишь потому, что я бросил на тебя лишний взгляд, твои лучистые большие глаза, твои алые губки…
— Она младшая кузина второго молодого господина Гу, которую собираются представить директору Гу в качестве невесты, — холодно произнес Фан Цзинь, подумав про себя: «Ты же поел чужой еды, а теперь метишь на место чужой невесты — директор Се, потрогай-ка сперва свою шею, на месте ли круглая штука, что к ней крепится?»
Технический директор испуганно замер:
— Что ты сказал?
Черно-белые глаза Фан Цзиня холодно посмотрели на него, слегка приподняв брови.
Ошеломленный технический директор лишился дар речи. Пройдя мимо него, Фан Цзинь направился к Чи Цю, которая изящно прислонилась к подлокотнику дивана, и вежливо произнес:
— Мисс Чи.
— Мы договорились с вашим директором Гу встретиться в четыре часа, а сейчас уже почти половина пятого, — Чи Цю указала на часы Van Cleef & Arpels на своем запястье и с улыбкой спросила: — На звонки он не отвечает, а на ресепшене понятия не имеют, куда он делся. Я как раз собиралась попросить их разыскать вас: вы посоветуете мне сегодня отправиться домой или все-таки подождать еще немного?
Фан Цзинь на мгновение замер, но тут же нашелся:
— Простите, я позвоню ему и напомню.
Раз Гу Юань ушел сегодня в расстроенных чувствах к любовнице, он, должно быть, просто забыл о встрече с Чи Цю, хотя трудно было исключать и то, что он сделал это намеренно, чтобы помучить ее ожиданием. Фан Цзинь помедлил секунду, но в итоге звонить не стал — вместо этого он отправил Гу Юаню текстовое сообщение: «Господин Гу, мисс Чи сейчас внизу в холле компании, говорит, что у нее была назначена встреча с вами на четыре часа, это так?»
Сообщение только ушло, и Фан Цзинь даже не успел убрать телефон, как пришел ответ:
— Пусть приезжает.
Следом за этим Гу Юань прислал координаты. Взглянув на них, Фан Цзинь понял — это дом его любовницы.
·
Пять минут спустя Фан Цзинь завел машину. Трудно было представить, какое чистилище ждет его впереди, и он лишь надеялся, что к моменту, когда он доставит Чи Цю, любовница не выйдет на улицу.
Чи Цю сидела на пассажирском сиденье и с улыбкой спросила:
— Мы что, направляемся к дому директора Гу?
— ……Это одна из его загородных резиденций.
Чи Цю кивнула и многозначительно произнесла:
— Одна из.
Фан Цзинь подумал: «Я и впрямь недооценивал женскую проницательность». Ему оставалось лишь мысленно вздохнуть, привычным движением включить поворотник и выкрутить руль — серебристый Lexus рыбкой вплыл в уличный поток машин.
Чи Цю молча смотрела на мелькающие за окном здания и автомобили, долгое время храня молчание. По своему вкусу в одежде она далеко превосходила тех девушек из художественных училищ и третьесортных старлеток; даже просто сидя рядом, она производила невероятное впечатление. От нее исходил приглушенный, изысканный шлейф духов, который в замкнутом пространстве автомобиля ощущался особенно отчетливо.
Фан Цзинь плавно остановил машину на красный свет светофора, как вдруг заметил, что она повернула к нему лицо:
— Помощник Фан.
— Слушаю вас.
— Угадайте, на что я сейчас смотрела? — с улыбкой произнесла Чи Цю.
Фан Цзинь нахмурился:
— ……На прохожих?
— Нет.
— На уличный пейзаж?
— Нет.
— …… — Фан Цзинь озадаченно посмотрел на нее и услышал в ответ: — Я разглядывала вас в отражении.
Фан Цзинь слегка опешил.
— Я думала о том, насколько же у вас должно быть терпеливым, чтобы сносить этого самовлюбленного маньяка Гу Юаня, который то и дело злобно подшучивает над вами и срывает на вас злость без всякой причины? — Чи Цю подперла щеку изящной ручкой и с живым интересом разглядывала безупречный в своей идеальности профиль Фан Цзиня. — Простите за нескромность, но на моем месте я бы уволилась еще в вечер того приема, а в худшем случае — влепила бы ему пощечину, да так, чтобы от сумочки у него на лице места живого не осталось.
Фан Цзинь понял, что она догадалась: в тот вечер в саду с Гу Юанем разыгрывал сцену именно он. Он серьезно ответил:
— Простите, мисс Чи, в тот раз все вышло случайно… Директор Гу вовсе не такой, каким вы его представляете.
— О? А какой же он?
Фан Цзинь инстинктивно хотел что-то объяснить в защиту Гу Юаня, но слова застряли у него в горле.
Ему хотелось сказать, что директор Гу на самом деле очень хорошо к нему относится, но в чем именно выражается это «хорошо»? Первым на ум пришла каша из тыквы и свинины с тысячелетними яйцами на том приеме, но следом память тут же стерла это воспоминание, затопив всё последующим: садом, звездным небом, тем фальшивым поцелуем и холодным, полным отвращения взглядом Гу Юаня в конце.
……На самом деле взгляд Гу Юаня, когда он испытывал отвращение, тоже был очень красив, — утешил себя мыслью Фан Цзинь и сказал Чи Цю: — Директор Гу неплохо относится к своим подчиненным. Хотя порой его характер берет верх и он не может себя сдержать, он на самом деле не из тех начальников, кто станет мучить людей, да и социальный пакет у сотрудников отличный…
Чи Цю с насмешкой посмотрела на него:
— В машине что, жучок спрятан? Почему мне кажется, что вы занимаетесь самовнушением?
— Все не так, как вы думаете, — с легким нажимом произнес Фан Цзинь. — К тому же, мисс Чи, мой характер вовсе не так хорош, как вам кажется.
Чи Цю слегка удивилась, а в следующую секунду загорелся зеленый свет, и Фан Цзинь, не говоря больше ни слова, вдавил педаль газа.
·
Судя по всему, заметив, что Фан Цзинь всю дорогу был чем-то недоволен, Чи Цю больше не заводила с ним разговоров, и двадцать минут спустя автомобиль плавно затормозил у точки, координаты которой прислал Гу Юань. Это был элитный жилой комплекс с отелями в центре города, славившийся баснословными ценами на недвижимость даже по меркам города G.
Гу Юань был занят работой, а потому не мог проявлять много терпения к своей любовнице — в подавляющем большинстве случаев всё сводилось к обоюдному согласию и денежному расчету, а стоило кому-то заскучать, как они тут же расходились в разные стороны. Однако у него было одно достоинство: он отличался щедростью. Положенное вознаграждение выплачивалось исправно, а по случаю праздников он, точно так же, как и для сотрудников компании, вовремя выписывал дополнительные премии, из-за чего репутация в отрасли у него была на удивление неплохой.
Фан Цзинь заглушил двигатель и отправил Гу Юаню СМС о том, что они прибыли, а полминуты спустя в стекло постучали.
Подняв голову, он увидел стоявшего у двери автомобиля Гу Юаня. Его красивое лицо было покрыто инеем, ярость в глазах не прикрывалась ничем, а позади него стояла та самая студентка художественного училища, что приезжала сегодня к офису.
Только Фан Цзинь разблокировал двери, как Гу Юань рывком распахнул дверь и, не дав ему ни единого шанса на оправдание, набросился с криком:
— Какого черта ты здесь делаешь?!
— Я…
— Я сказал тебе «пусть приезжает», имея в виду, что адрес нужно скинуть ей, а дальше пусть она ловит такси, едет на машине, идет пешком или приползает! А не чтобы ты работал у нее водителем! Ты мой помощник! Если кому и водить машину, так только мне одному! Нашел кого катать, любую уличную бродяжку в свою машину сажаешь?!
Высокая фигура Гу Юаня нависала над ним сверху, и свирепая тень полностью поглотила Фан Цзиня на водительском сиденье, заставив любовницу испуганно отступить на полшага назад.
С другой стороны Чи Цю выглянула с пассажирского сиденья, с живым интересом окинула взглядом любовницу, перевела глаза на Фан Цзиня и неторопливо вздохнула:
— ……А ведь неплохо к тебе относится.
Не успел Фан Цзинь ее остановить, как буря Гу Юаня тут же нашла себе другую цель для выхода.
Он широким шагом обошел машину к пассажирской двери, резким движением распахнул ее и посмотрел на Чи Цю сверху вниз, словно сошедший с небес монарх. В этот момент атмосфера вокруг него сгустилась настолько, что казалась осязаемой, словно крошечную Чи Цю собирались стереть в порошок:
— Пересаживайся назад, — холодно произнес он. — Переднее сиденье — мое.
http://bllate.org/book/39724/5032967
Сказали спасибо 0 читателей