— Угу.
— Тогда что ты сейчас делаешь?
— ……Работаю.
Цю Сун поспешно произнес: — Тогда продолжай работать, увидимся вечером. — После чего повесил трубку.
Вошедший как раз вовремя Цзу Хуань, чтобы передать материалы, толкнул дверь кабинета и увидел, как Цю Сун, словно накачавшись адреналином, выбросил пару ударов в сторону пустоты.
Цзу Хуань вышел из кабинета и зашел снова, но Цю Сун уже выглядел совершенно нормально.
— Сун-эр. — Цзу Хуань положил материалы, но не ушел. Вид у него был такой, будто он хочет что-то сказать, но не решается. Помявшись добрую половину дня, он наконец спросил: — Какие родственники сегодня вечером будут у тебя дома?
Цю Сун поднял на него взгляд, но продолжил заниматься своими делами: — Почти все — от седьмой тетушки до восьмой матушки — приедут встречать Новый год в нашей усадьбе, это традиция семьи Цю. Что, ты тоже решил заглянуть сюда сегодня с новогодним визитом?
— Да не то чтобы нельзя, рано или поздно все равно придется заглядывать… — пробормотал он себе под нос, убедил самого себя, и выражение его лица стало гораздо более расслабленным. Дойдя до двери, он вдруг обернулся и предупредил: — Кстати, этот твой противный двоюродный брат ведь наверняка там? Ты поаккуратнее с ним, в свое время они с Цзинь Цяо учились на одном факультете, и он немало пакостей ему наделал.
При мысли о Линь Чжао взгляд Цю Суна холодел.
В мгновение ока наступил вечер. Усадьба семьи Цю была залита ярким светом, словно сверкающая жемчужина на склоне горы. Едва Цю Сун дошел до гостиной, как несколько родственников окружили его плотным кольцом. Вторая тетушка явилась хлопотать за Цю Мина, добиваясь того, чтобы отец и сын из семьи Цю сегодня вечером сгладили свои разногласия.
Однако большинство людей в мягкой форме советовали Цю Суну не действовать сгоряча, ведь брак — это не шутка, и просили его всё хорошенько обдумать.
Но Цю Сун отделался общими фразами, усыпив их бдительность, после чего подгадал момент и выскользнул из их кольца.
Лунный свет был холодным, в саду гулял прохладный ветерок. Он присел на край клумбы и позвонил Цзинь Цяо, но в ответ раздались лишь длинные гудки — трубку никто не брал. Он уже собирался сесть в машину и съездить проверить его, как вдруг неподалеку послышался шум.
— А Сяо Сун любит мужчин — это он от тебя научился?
Цю Сун нахмурился. Голос звучал точь-в-точь как у его младшего дяди Цю Чжэня. Заглянув через просвет в кустах, он действительно увидел при тусклом свете сидящего в инвалидном кресле Цю Чжэня, а также Цзу Хуаня с руками в карманах и бесстрастным выражением лица.
На мгновение он замер от потрясения.
С каких это пор Цзу Хуань стал любить мужчин? И к тому же, откуда младший дядя вообще знает, что Цзу Хуань — гей?
— Цю Чжэнь, я подозреваю, что у тебя травмированы не ноги, а голова. — Цзу Хуань отнюдь не принадлежал к тем, кто позволяет себя обидеть, и без малейших церемоний отбрил собеседника.
Два месяца назад Цю Чжэнь попал в автокатастрофу и повредил ногу, да так, что до сих пор передвигался в инвалидном кресле. Никто не брался гадать, останется ли он хромым, а потому эту тему никто не осмеливался поднимать в его присутствии.
Даже сквозь разделявшие их несколько метров Цю Сун заметил, как мгновенно потемнело лицо Цю Чжэня. На его непривычно бледном для зимы лице читалась ярость, а за тонкими стеклами очков невозможно было скрыть холодный упрек во взгляде.
— Цю Сун, с твоим замужеством за мужчиной я разберусь позже, когда придет время, — бросил Цю Чжэнь и, управляя пультом инвалидного кресла, уехал.
— Что у вас тут происходит? — ошеломленно моргнул Цю Сун.
Цзу Хуань махнул рукой, глаза его были полны усталости. Он хлопнул Цю Суна по плечу: — У твоего младшего дяди крыша едет. — И добавил: — Кстати, я только что видел, как Линь Чжао куда-то уехал на машине.
— Эй, ты… — Цю Сун проводил взглядом его удаляющуюся спину, нахмурился и повернулся к гаражу.
Тем временем на участке серпантинного шоссе массивный внедорожник перегородил дорогу посредине. Молодой человек с тюремной стрижкой-ежиком выпрыгнул из машины, уголки его губ кривились в злой усмешке, а мутный взгляд источал жестокость, отчего его в целом правильные черты лица казались отталкивающими.
Он неспешно подошел к такси, постучал в стекло водительской двери и, дождавшись, пока водитель опустит стекло, сперва бросил взгляд на сидевшего сзади Цзинь Цяо, а затем ухмыльнулся: — Шеф, он выходит здесь.
Водитель побелел от страха, губы у него тряслись, и он заикаясь спросил: — Ч-ч-что ты зател?!
Цзинь Цяо поднял веки, разглядел пришельца и тяжело нахмурился, не скрывая отвращения во взгляде.
Линь Чжао с ухмылкой хлопнул водителя по плечу, перевел ему двести юаней через приложение и выпалил с развязностью уличного хулигана: — Мы с этим парнем знакомы, я оплатил его поездку!
Водитель растерялся. Не смея связываться с парнем, у которого на лице было написано нечто недоброе, он мог лишь посмотреть на Цзинь Цяо: — Молодой человек, тут такое дело…
— Сколько с меня, шеф? Я как раз выхожу здесь, — Цзинь Цяо выглядел совершенно невозмутимым.
Водитель замахал руками: — Твой друг уже всё оплатил! Даже с лихвой…
— Он мне не друг. — Цзинь Цяо бросил взгляд на счетчик, спокойно отсканировал QR-код для оплаты и вышел из машины.
Водитель такси, похоже, хотел убедиться, что всё в порядке, да и опасался неприятностей, но, столкнувшись с недружелюбным взглядом Линь Чжао, был вынужден тронуться с места и уехать.
Под черно-синим куполом ночного неба придорожный фонарь казался тусклым донельзя. Кроме воя ветра, здесь царила пугающая тишина.
Линь Чжао раскинул руки, преграждая Цзинь Цяо путь, и провел языком по зубам, глядя на него с игривой насмешкой: — Прости, что в школьные годы вел себя глупо, ты держишь зла. Теперь, когда ты женился на Цю Суне, мы, конечно, уже не друзья — скорее уж родственники.
Цзинь Цяо бросил на него мимолетный взгляд и, молча продолжая путь в гору, двинулся вперед. Хвост из одного человека неотступно следовал за ним. Линь Чжао закинул руку ему на плечо, развязно ухмыляясь: — Старые товарищи столько лет не виделись, неужели даже не поздороваешься? Я ведь специально приехал тебя встретить.
Цзинь Цяо поморщился и смахнул его руку. От Линь Чжао разило въевшимся в кожу табачным дымом — стоило чуть приблизиться, и в нос ударял этот отвратительный запах.
Но лишенный всякой проницательности Линь Чжао снова придвинулся ближе, однако, поймав холодный взгляд Цзинь Цяо, чуть отступил назад и с издевкой протянул: — Чего это Цю Сун не приехал за тобой? В те годы, когда он бегал за тобой, так и норовил прилипнуть, а теперь заполучил тебя — и перестал ценить?
Он насмешливо фыркнул, не скрывая издевки: — Впрочем, этот мой двойродный брат всегда таким был: с детства шальной, общеизвестная черная овца в семье. Для него охладеть к тебе — обычное дело. Смотри гляди, завтра ему снова взбредет в голову любить женщин, тебе лучше заблаговременно подготовиться к такому повороту.
http://bllate.org/book/39975/5068503
Готово: