Чи Шу: «……»
В наше время даже роль дворовой собаки кому-то нужно отнимать?
Он невольно представил себе сюрреалистичную картину, как свирепый и огромный пёс с лаем на полном ходу сбивает всех остальных собачонок.
Нет, этого противника можно назвать разве что лизоблюдом.
Под воздействием этого чересчур палящего взгляда Чи Шу небрежно покрутил выбившиеся у мочки уха прядки волос и с улыбкой произнёс:
— Спасибо, что веришь мне, я правда очень счастлив. Ты так долго любил меня и столько всего ради меня сделал, я даже не знаю, как тебя отблагодарить…
Цзян Юй прервал его хриплым голосом:
— Мне ничего не нужно, я хочу быть только с тобой.
Улыбка Чи Шу стала ещё шире.
Клюнул.
Хотя рыба попалась на крючок слишком легко, у него не возникло ни малейшего чувства удовлетворения.
— Я, конечно, хочу улететь с тобой далеко-далеко, только вот…
На лице юноши появилось как раз уместное выражение озабоченности, а взгляд его незаметно скользнул к полуприоткрытой двери по косую сторону позади мужчины:
с его ракурса было не разглядеть, что там происходит.
Цзян Юй нахмурился и глухо спросил:
— О чём ты ещё переживаешь? Неужели ты до сих пор не можешь отпустить своих бывших любовников?
Чи Шу легко покачал головой:
— Как такое возможно, в моём сердце есть только ты один.
— Но я раньше был слишком глуп и связался с кое-ким, с кем связываться не следовало. Ты, наверное, знаешь его — его зовут Линь Ван. Поскольку он не смог заполучить меня, он захотел меня уничтожить, и сейчас он неподалёку…
Чи Шу поднял голову, встретившись взглядом с теми черными, погружёнными во мрак глазами, в глубине которых читалась параноидальная одержимость, едва не захлестнувшая его с головой:
— Неужели… ты позволишь ему просто так забрать меня на твоих глазах?
Цзян Юй сжал зубы и злобно выплюнул два слова:
— Ни за что.
Нельзя.
Как такое возможно.
Подобное.
Он ни за что не позволит.
Чи Шу прикоснулся к слегка заломленному межбровью и вздохнул:
— Дорогой, я ни капли не сомневаюсь в твоей любви ко мне и готов пожертвовать собой ради неё. Так что — не мог бы ты избавить меня от этой проблемы? Стоит ему умереть, и мы сможем быть вместе.
Юноша слегка приподнял подбородок и с улыбкой, не отрывая глаз, уставился на Цзян Юя.
В воздухе повисла короткая тишина.
— Линь Ван — владелец этого здания, но он уже не человек. Он стал монстром, обладающим властью бога над этим зданием. Сейчас на своей территории он очень силён, и я боюсь, что не справлюсь с ним в бою.
Заметив его затруднения, Чи Шу подался чуть вперёд и одарил его совершенно безоблачной улыбкой, хотя в голосе звучала нескрываемая печаль:
— Вот как? Ничего страшного, я пойду сражаться с ним в одиночку, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Но, Цзян Юй… я так боюсь, что больше никогда тебя не увижу! Линь Ван — просто сумасшедший, извращенец, параноик. Он непременно убьет меня и будет истязать перед смертью, мне так страшно…
Под конец его плечи задрожали от мнимого страха, и он опустил глаза.
Чи Шу: «Старший брат, да отреагируй ты уже хоть как-нибудь».
Он едва сдерживался, чтобы не сорваться на фальцет.
Стрим-рум.
[Реплики у ведущего — сплошное кокетство и жеманство.]
[Опять опустил голову и давит смешок, диагноз поставлен.]
[Предыдущий оратор, не разоблачай ведущего, человеку ведь и впрямь невероятно трудно сдерживаться.]
Вскоре Чи Шу почувствовал идущий сверху и сбоку беспрецедентный безумный, жадный и обжигающий взгляд, который пронзал воздух, бесцеремонно облизывая его тело, словно желая разорвать его на куски живьём.
Голос Цзян Юя прозвучал хрипло и глухо:
— Чи-чи, не бойся, я разберусь с ним. Выбери момент, выберись отсюда, спрячься и жди, пока я приду за тобой.
Цель была достигнута, и взгляд Чи Шу стал еще мягче, а сладкие речи безжалостно срывались с губ:
— Спасибо тебе, я так и знал, что ты любишь меня. Отныне рядом со мной будешь только ты.
— Чи-чи, можно я тебя поцелую?
Чи Шу: «……?»
Даже не думай подходить.
У него есть принципы: он продаёт талант, а не тело!
Тень от высокой мужской фигуры накрыла его с головой, а опасное, тяжёлое дыхание уже приблизилось настолько, что едва не касалось его кожи. Похожий на змеиный взгляд почти раздевал его от макушки до пят.
Чи Шу не отстранился и не увернулся, а его слегка протяжный тон напоминал маленький крючочек, царапающий струны души — чарующий и игривый:
— Я, конечно, тоже не против, но сейчас совсем не подходящий для таких приятных вещей момент. Давай лучше потом найдём тихую комнату, где будем только я и ты, вдвоём… И тогда ты сможешь делать со мной всё, что захочешь.
Последние нотки оставляли простор для бесконечных фантазий, взгляд мужчины становился всё более обжигающим, а Чи Шу улыбался, чувствуя внутри полнейшее оцепенение.
Это был, пожалуй, самый убыточный спектакль в его жизни: работа в режиме нон-стоп без перерывов, ни фанатов, ни гонорара, ни сценария — всё держится на чистой импровизации, и при этом в любой момент можно запросто лишиться жизни…
Устал, гори оно всё огнем.
На лице Цзян Юя промелькнуло разочарование, и он ещё несколько секунд в упор разглядывал его своим глубоким взглядом, но в конце концов так и не поцеловал.
— Ладно. Ради тебя я пока потерплю.
Чи Шу беззвучно выдохнул.
В какой-то момент свет за дверью комнаты уже погас.
Тень наискось отсекла полосу света, словно трещина, осветив запекшуюся кровь на бледном лице Цзян Юя и страстно пылающее вожделение в его глазах. Уголки его губ приподнялись, а лезвие топора глухо ударилось о пол.
— Договорились, я приду за тобой.
В коридоре из полуприоткрытой двери хлынул некий пугающий морок.
Тёмно-красная алая кровь медленно текла, жадно впитываемая ковром, и побежала во все стороны паутиной, словно разрастающиеся усики вьюнка.
Тусклый свет над головой несколько раз моргнул, освещаемое пространство становилось всё уже, а в невидимых тенях тьма извивалась щупальцами, переливаясь через края и отчаянно рвясь наружу.
В постепенно темнеющем поле зрения Чи Шу заметил у приоткрытой двери чёрный угол.
В воздухе взорвалась жуткая, необычная аура.
В тот самый момент казалось, что нечто наперегонки вырывается из пола, потолка и стен — полное скрытой угрозы, заполнившее всё вокруг, от которого некуда бежать.
Силуэт Линь Вана медленно проявился.
Он был высок, одет в безупречный чёрный костюм, обнажённая кожа казалась мертвенно-бледной, а угольно-чёрные глаза напоили водоворот; его узкие внешние уголки глаз слегка прищурились, и он молча в упор смотрел на стоявшего напротив Чи Шу.
Этот взгляд, казалось, пронзал его плоть и вырывал внутренности, отчего у Чи Шу внезапно побежали мурашки по коже.
— Больше не прячешься от меня, Чи-чи? — его интонация была медленной и леденящей. — Подойди, иди ко мне.
Холодок пополз по позвоночнику, и Чи Шу в упор уставился на тот угол темноты, чувствуя, как перехватило горло.
Даже та минута на волосок от смерти не могла сравниться по силе с тем душевным трепетом, который приносила нынешняя картина.
У ног Линь Вана находился гигантский монстр.
Похожий то на тень, то на извивающуюся топкую грязь.
С такого близкого расстояния Чи Шу наконец разглядел облик этой твари.
Чернокожий гуманоид ростом в два метра не имел чётких черт лица на месте головы, а места соединения конечностей с туловищем были смазаны; казалось, под этим огромным телом ежесекундно что-то шевелилось, выталкивая оболочку в жуткие изгибы.
Монстр тоже увидал его.
Это был полный злобы и гнева взгляд, словно в невидимой темноте раскрывалась одна пара глаз за другой — насмешливая, исполненная ненависти и холода. В следующую секунду бесчисленные плотные щупальца густой лавиной бросились на него, покрытые извивающимися человеческими лицами.
Нет, точнее говоря, их нельзя было назвать полноценными «человеческими лицами» — просто на овальной поверхности выросли части, похожие на органы чувств.
У некоторых губы аккуратно выстроились в форме таблицы из девяти клеток, у других вместо глаз красовались четыре уха, а у третьих ровно посередине одиноко торчал язык.
Чи Шу сорвался с места и бросился бежать.
Голос Линь Вана прозвучал призрачно и загробно:
— Куда ты бежишь, Чи-чи? Почему ты боишься меня? Разве ты не любил меня больше всех?
Затылок окатило прохладой, и Чи Шу, подавив жгучее желание оглянуться, сломя голову понёсся вперед.
Любил я тебя! Если не побежать, останется только ждать смерти?!
В тот самый миг, когда щупальце едва не коснулось спины юноши, оно словно замерло на месте, остановленное чьей-то невидимой хваткой.
Потратив всего пару секунд, Чи Шу воспользовался шансом и добежал до лифта, запыхавшись и закликивая кнопку вызова.
Двери лифта медленно раздвинулись, и прозрачная зеркальная поверхность отразила растрёпанный вид юноши и картину позади него.
Липкая тьма присосками прилипла к стенам коридора, заполняя пространство ниже потолка, словно паутина, поймавшая добычу; раздутая поверхность монстра продолжала извиваться, роняя на пол густые тягучие капли, словно тая.
Те глаза с неудовольствием «провожали» взглядом направление его побега, а бесчисленные бледные тела вздымались в темноте волнами.
Цзян Юй встал между Чи Шу и монстром, а с его багрового топора капала кровь.
В самом центре чудовища черты лица Линь Вана были смазаны, но его взор по-прежнему упрямо сверлил пространство в сторону Чи Шу, а уголки губ, казалось, изогнулись в странной усмешке.
Тебе не убежать.
Чи Шу: «Драрите, драрите, будет идеально, если вы оба утащите друг друга на дно, а меня оставьте в покое».
За мгновение до того, как двери лифта захлопнулись, до него донёсся хриплый, прерывистый голос Цзян Юя:
— Жди меня…
Чи Шу резко передёрнуло.
Ещё чего, ждать.
Он еле ноги уносит.
Глава 7
Чи Шу перевёл дыхание, поглаживая грудь, едва не задохнувшуюся от бега, и вышел, когда лифт поднялся на пятый этаж. Коридор здесь был погружен в тишину; завернув в лестничный пролёт, он прямиком помчался на седьмой этаж, отыскал знакомую комнату, отпер дверь и шагнул внутрь.
Обстановка в комнате ничем не отличалась от той, что была до его ухода. Нагнувшись, Чи Шу подхватил коробку из-под экспресс-доставки и покинул помещение.
Следующим пунктом назначения была крыша, где требовалось найти тело Ся Мина.
Замок на крыше уже проржавел, и Чи Шу без труда взломал его. Стоило двери приоткрыться, как темнота пахнула в лицо густым туманом.
Неподалёку возвышались огромные резервуары для воды, громоздившиеся друг на друга и затаившиеся подобно выжидающим добычу зверятам.
Лампы здесь не работали, и Чи Шу пришлось включить фонарик, чтобы двигаться впотьмах наощупь. Вокруг царила жуткая тишина — были слышны даже его собственные, намеренно смягчённые шаги и глухие удары сердца.
http://bllate.org/book/40413/5129346
Готово: