Он был невероятно зол и даже безумно закидывал автора тухлыми яйцами, в сердцах браня его за то, что тот мазохистски истязает персонажей и страдает человеконенавистничеством.
Еще и потому, что Вэнь Сисюй следил за историей целых девять лет, он испытывал совершенно особенные чувства к главному герою книги — Цэнь Юаню.
Он восхищался искренностью Цэнь Юаня, любил его мужество, с которым тот возрождался посреди невзгод, и превозносил его благородный характер.
К концу истории Цэнь Юань уже превратился в настоящего коммерческого титана, который, пройдя через всевозможные лишения, все же сохранил чистое сердце.
Когда Вэнь Сисюй увидел, как Цэнь Юань пожертвовал сто миллионов юаней на строительство «Милого дома» для бездомных животных, его слезы брызнули из глаз, заструившись ручьями.
Вэнь Сисюй, наблюдавший за тем, как Цэнь Юань постепенно растет, в душе ощущал себя отцом-одиночкой — он растил Цэнь Юаня словно собственного сына.
Но кто бы мог подумать, что прошлой ночью, всего через неделю после завершения этой книги, наплыв хейтеров ворвался в раздел комментариев, принявшись напропалую очернять Цэнь Юаня, игравшего роль главного героя.
Сначала лишь некоторая часть людей была недовольна тем, что Цэнь Юань излишне добр, и злилась на то, что он не прикончил злодеев, которые над ним измывались.
Позже это превратилось в то, что толпа людей, даже толком не прочитавших книгу, принялась топтать Цэнь Юаня вместе с остальными.
Лишь потому, что второстепенный злодей, третий и четвертый злодеи, измывавшиеся над Цэнь Юанем в книге, каждый до единого были сильными и невероятно красивыми, эти люди посмели заявить, будто Цэнь Юаня третировали по его собственному желанию, и утверждали, что он от рождения склонен к мазохизму и ему нравится подвергаться издевательствам со стороны второго, третьего и четвертого злодеев.
События принимали все более абсурдный оборот, и группа хейтеров даже выложила в комментариях картинки с поцелуями Цэнь Юаня и нескольких злодеев.
Будучи фанатом-папашей Цэнь Юаня и всю жизнь воспринимая Цэнь Юаня как своего собственного детеныша, Вэнь Сисюй не мог стерпеть этого ни единой секунды!
Всякий, кто читал эту книгу, знал, что второй злодей книги — смертельный враг родителей Цэнь Юаня. С тех пор как он усыновил Цэнь Юаня, не считая принуждения называть себя отцом, он не сделал для Цэнь Юаня ни единого доброго дела; более того, этот человек даже держал целую группу людей, внешне похожих на Цэнь Юаня, чтобы намеренно вызывать отвращение и унижать Цэнь Юаня.
Третий злодей и вовсе был главным виновником — тем самым приемным братом, который ради какой-то там призрачной мечты выбросил Цэнь Юаня на улицу. А четвертый злодей, хотя изначально и приходился Цэнь Юаню закадычным другом детства, после их разрыва неоднократно пользовался своим статусом популярной суперзвезды, чтобы насмехаться над Цэнь Юанем перед камерами, из-за чего Цэнь Юань подвергся травле и даже не смог окончить университет.
И вот эту самую шайку отбросов, просто потому что образы злодеев казались им цепляющими, кто-то умудрялся шипперить с Цэнь Юанем в паре?
Вэнь Сисюй не стерпел. Церемония награждения подошла к концу, но он даже не остался на праздничный банкет, а сразу помчался домой и принялся яростно переругиваться с этой толпой. Вэнь Сисюй редко сквернословил, но когда дело касалось Цэнь Юаня, он не удержался и настрочил гневных комментариев на две с лишним тысячи веток.
Он так увлекся перепалкой, что потерял счет времени, а той же ночью произошло непредвиденное — кто-то раскопал его истинную личность.
Хейтеры изначально хотели посмотреть, кем же окажется этот злобный тип, проклинавший их любимых злодеев, но, пробив данные по IP-адресу, с удивлением обнаружили, что перед ними их собственный муж из трехмерного мира. Толпа тут же замерла: — ...
Все умолкли и молча поудаляли посты.
Грандиозная битва на клавиатурах за секунду превратилась в площадку для признаний в любви.
[Подаю мужу клавиатуру.]
[Муж устал? На что ты хочешь выругаться? Надиктуй мне голосовое, я сделаю это за тебя!]
[У Сюй-Сюя разве есть хобби? Автор — сукин ты сын, Сюй-Сюй не снимается в параллельных проектах и не крутит романы, он просто читает роман, какого хрена ты всех — второго, третьего и четвертого злодеев — перебил?!]
Толпа сводила Цэнь Юаня и злодеев вместе лишь ради шутки, но с Вэнь Сисюем все было иначе: он был всенародным белым лунным светом, которого они берегли в своих сердцах.
Впервые обнаружив, что у Вэнь Сисюя тоже есть увлечения и что он, оказывается, фанат-папаша Цэнь Юаня, люди принялись подгонять автора выпустить новую главу и требовать, чтобы тот добавил в экстры персонажа и прописал Вэнь Сисюя отцом Цэнь Юаня.
В ту же ночь, в три часа утра, автор выложил в публичной сети голосовое сообщение: — @Вэнь Сисюй, ладно, самый альфа-самец в мире, муж Сюй-Сюй, братец прямо сейчас отправит тебя побыть папашей для Цэнь Юаня.
На этом моменте развитие событий перестало волновать Вэнь Сисюя, он выключил телефон и лег спать, оставив толпу фанатов дружески общаться с автором на публичной платформе.
В итоге, проснувшись утром, он и впрямь услышал имя Цэнь Юаня?
И поэтому... Вэнь Сисюй перевел взгляд через толпу на привязанного к дереву юношу — неужели это и есть его детеныш?
— Вэнь Сисюй, ты чего молчишь? Почему ты ничего не говоришь?
Люди, которые только что наперебой щебетали о том о сём, дружно уставились на Вэнь Сисюя.
— Разве не ты говорил, что хочешь проучить Цэнь Юаня?
Глядя на окружающих его людей, Вэнь Сисюй нахмурился. Когда чужие воспоминания, появившиеся в его голове и ему не принадлежавшие, подсказали ему, что он сам и был организатором этой травли, Вэнь Сисюй умолк.
Мало того, что он не переродился отцом своего детеныша, так он еще и вселился в главного виновника, измывавшегося над малышом. Оценка автору — ноль баллов.
Пока остальные всё еще наперебой обсуждали, как бы посильнее поиздеваться над Цэнь Юанем так, чтобы второй злодей Юй Моцин ничего не узнал, взгляд Вэнь Сисюя невольно опустился на ноги Цэнь Юаня.
На улице уже стоял мороз ниже нуля. После того как воспоминания слились воедино, осознание того, что привязанный к дереву юноша — и есть тот самый детеныш, за которым он следил девять лет, причинило Вэнь Сисюю невыносимую, всеобъемлющую боль в сердце.
Все те девять лет, что он читал книгу, Вэнь Сисюю то и дело снился один и тот же сон: в этом сне Цэнь Юань рос окруженный родительской любовью и превращался в лучезарного маленького принца.
Ведь Вэнь Сисюй искренне верил, что ребенок, окруженный заботой и любовью, тоже распустится прекрасными цветами.
Если бы только была возможность, он хотел выстлать для Цэнь Юаня лепестками цветов путь к успеху.
Потому что Цэнь Юань заслуживал самого лучшего.
И тогда под изумленными взглядами толпы Вэнь Сисюй скинул с плеч плед, прижимая к груди пушистое белое одеяло, и направился к привязанному к дереву юноше.
Он расстелил одеяло прямо под ногами Цэнь Юаня, притащил стоявшую неподалеку табуретку, встал на нее, чтобы дотянуться до веревки, опутывавшей руки Цэнь Юаня.
Стоило ему коснуться веревки, как от холода Вэнь Сисюй инстинктивно отдернул руку.
Было слишком холодно — настолько холодно, что он даже не мог вообразить, каково приходится босым ногам Цэнь Юаня.
Вэнь Сисюй полностью сосредоточился на борьбе с тугой веревкой и совершенно не заметил, как в тот самый момент, когда узел ослаб, Цэнь Юань, до этого всё время опустивший голову, поднял на него взгляд.
Его глаза были совершенно спокойными и безжизненными — казалось, само избавление не вызвало в нем ни малейшего отклика.
http://bllate.org/book/40511/5143307
Готово: