— Я и правда наелся. — Инь Цзиньчжао немного перевёл дух, а затем сам завёл разговор о том, о чём они оба молчаливо избегали упоминать с момента его пробуждения.
— Прости... — Он отвёл взгляд, словно не смея встретиться с виноватыми глазами Лин Чэнъана. — Я слишком тороплюсь. Я больше не могу петь, думал, что смогу хотя бы сниматься в рекламе и играть в сериалах, но теперь я не способен ни на что.
Его глаза смотрели в окно, оставляя Лин Чэнъану лишь бездушную оболочку, за которой было не разглядеть его истинных чувств.
— Ты просто отдыхай и поправляйся, я рядом. — Лин Чэнъан не удержался и взял Инь Цзиньчжао за руку.
— Нельзя, нельзя, нельзя... — Инь Цзиньчжао непрерывно качал головой, повторяя эти слова, а в его бормотании слышалась невыразимая усталость.
— Почему нельзя? — В ответном вопросе звучала полная уверенность. Лин Чэнъан мягко и ласково уговаривал Инь Цзиньчжао. Если до автокатастрофы Лин Чэнъан был вспыльчивым и опасным типом, то теперь, научившись дорожить дорогим человеком, рядом с Инь Цзиньчжао он превратился в донельзя мягкого и покорного увальня.
— Как же можно? Я уже испортил «Ожидание», а теперь загубил ещё и рекламу зелёного чая. — Уворачиваясь от взгляда Лин Чэнъана, Инь Цзиньчжао пытался натянуть улыбку, но она всё равно не могла скрыть глубокого самобичевания.
Под «Ожиданием» на самом деле подразумевался идольный сериал «Жду, пока ты скажешь, что любишь меня», где Инь Цзиньчжао играл главную мужскую роль. Когда Инь Цзиньчжао попал в аварию, «Ожидание» снимали уже больше месяца. Поскольку съёмочная группа не могла позволить себе тратить столько времени на ожидание выздоровления Инь Цзиньчжао, им пришлось сменить главного героя. Отснятая ранее плёнка в основном пошла прахом, а причинённый ущерб оказался колоссальным. И хотя вопросы урегулирования взяла на себя компания Инь Цзиньчжао, фактически это означало, что он повесил этот долг на компанию «Синъюй». Вдобавок к проваленной рекламе зелёного чая сумма, которую он теперь задолжал «Синъюй», была просто астрономической.
Раньше он мог надеяться понемногу сниматься в сериалах и участвовать в мероприятиях, чтобы постепенно вернуть долг компании, но теперь его тело превратилось в руины, а чрезвычайно прижимистая компания «Синъюй» не станет тратить деньги на содержание бесполезного балласта. Карьера Инь Цзиньчжао в шоу-бизнесе была практически полностью разрушена.
— Сяо Чжао, помнишь ли ты хоть что-то из нашего прошлого? — Лин Чэнъан не стал донимать его бесконечным утешением.
— Почти ничего не помню, похоже, при аварии и впрямь повредил голову. — Нынешний Инь Цзиньчжао ведь был самозванцем, откуда ему было что-то помнить.
— Мы вместе уже полтора года, и раньше вообще-то ты меня содержал. Подумай только, в каком жалком состоянии я тогда находился: без удостоверения личности, работал нелегально, мало того что не платили, так водитель ещё и высадил посреди дороги за неимением денег на билет. Посреди глубокой ночи ты, ни капли не боясь, что я могу оказаться грабителем, подобрал меня и привёл домой.
Тогда Лин Чэнъан ещё не знал Инь Цзиньчжао. Избалованный молодой господин, ничего не умеющий делать, промучился больше полугода, прежде чем судьба свела его с Инь Цзиньчжао.
— С тех пор как ты меня подобрал, я отдал тебе своё сердце и тело, возврату и обмену товар не подлежит. — Лин Чэнъан запретил Инь Цзиньчжао говорить «нет».
— Выходит, я подобрал домой добрую волшебницу из сказки? — Упавшее духом настроение Инь Цзиньчжао было развеселено шуткой Лин Чэнъана.
— Признавайся честно, ты тогда ведь и вправду хотел меня ограбить? Только не пользуйся тем, что у меня плохая память.
— Ты помнишь?! — Лицо Лин Чэнъана выразило крайнее удивление.
— А? Ты что, и вправду собирался меня ограбить? — Инь Цзиньчжао удивился куда сильнее Лин Чэнъана.
— Мне тогда не заплатили за подработку, да ещё и избили в придачу, припёрли к стенке так, что деваться было некуда. Если бы не те три пачки лапши быстрого приготовления, от которых я объелся, заснул и пропустил момент, я бы и вправду ограбил. — Лин Чэнъан глуповато усмехнулся и, вспомнив свой прежний убогий вид, смущенно покраснел.
— Три пачки лапши... как же дёшево ты стоишь.
— И то верно, три пачки лапши в обмен на добрую волшебницу — как выгодно.
— И правда выгодно.
Поболтав немного и наконец-то немного воспрянув духом, Инь Цзиньчжао вскоре снова крепко заснул. Тихонько прикрыв дверь, Лин Чэнъан отошёл в уединённый угол и позвонил Хэ Чуну.
— Брат Хэ, я решил подписать тот официальный контракт. Но договор Сяо Чжао с компанией ты должен мне отдать.
— Без проблем. — На другом конце провода Хэ Чун чрезвычайно довольный искривил губы в улыбке.
Выброшенная пешка в обмен на инструмент, способный загребать огромные деньги — почему бы и нет? Хэ Чун положил глаз на Лин Чэнъана ещё с той самой первой встречи, когда тот сопровождал Инь Цзиньчжао. Лин Чэнъан явно был человеком недюжинным, и та наспех состряпанная реклама зелёного чая лишний раз это подтверждала. Он был уверен, что выход рекламы в следующий понедельник обеспечит Лин Чэнъану прекрасный старт и отклик на первом шаге в шоу-бизнесе.
Целеустремлённый и упавший в обморок, переживший к тому же сердечную недостаточность, Инь Цзиньчжао теперь ещё нескоро сможет вернуться в шоу-бизнес, а после выписки из больницы он и вовсе отсиживался дома, поправляя здоровье.
Лин Чэнъан, подписавший контракт за спиной Инь Цзиньчжао, поначалу опасался, что тот наделает глупостей, но, увидев, как послушно тот сидит дома в интернете, успокоился и смог спокойно заниматься делами на улице. Разумеется, он понятия не имел о том, что на самом деле у Инь Цзиньчжао просто-напросто наконец-то обострилась затворническая натура.
Пока днём Лин Чэнъана не было дома, Инь Цзиньчжао с огромным удовольствием горбился перед монитором, пуская кольца дыма и лазая по сети. Непонятно, до какой же степени у него была развита гибкость: этот порой по-детски наивный Инь Цзиньчжао умудрялся задирать обе стопы на самые края студильного кресла, и издалека казалось, будто на стуле примостилась какая-то мартышка, при этом он преспокойно и с большим комфортом сидел в интернете.
— Хэ-хе, самое время. — То, что Лин Чэнъан ничего не говорил, еще не значило, что Инь Цзиньчжао ничего не знал, тем более что за всеми этими ниточками за кулисами стоял он сам. Теперь, когда его контракт с компанией «Синъюй» оказался у него на руках, разбираться со всем остальным стало куда проще.
— Каково тебе будет узнать, что вся твоя компенсация — лишь пустой пшик, Лин Чэнъан? — Усмехнувшись с глубоким подтекстом, Инь Цзиньчжао понял, что у него больше нет терпения продолжать этот спектакль.
Его лицо не выражало радости, однако глядя в экран монитора, он издавал зловещий и злорадный смешок, идущий из самого сердца.
[Привет, как успехи с сегодняшним домашним заданием? Хочешь, я тебя поучу?] Инь Цзиньчжао снова забрёл взломать компьютер маленького Хэ Фея. Неудивительно, что, даже запершись дома, он так прекрасно развлекался — всё потому, что всегда находился кто-то, готовый составить ему компанию.
Хэ Фэй по ту сторону сети отчаянно сражался, вытаращив глаза с лопнувшими капиллярами. Увидев, как в самом центре экрана внезапно всплыло диалоговое окно, он в ту же секунду ощетинился от безусловного рефлекса.
http://bllate.org/book/40636/5163371
Готово:
