Меня зовут Лань Хунъюй, а тебя как?
С того вечера, как они пообщались с Чжун Цзо, Ван Жунцзюнь остался дежурить на Мики.
Поэтому, когда наместник прислал людей забрать Чжун Цзо, он присутствовал при этом лично, и на душе у него скребли кошки.
Во-первых, он понимал, что бессилен помешать; во-вторых, отчетливо осознавал, что в будущем ему вряд ли удастся увидеться с Чжун Цзо; а в-третьих, он никак не мог взять в толк, как вообще Чжун Цзо этого добился.
Сегодня он особенно внимательно следил за обстановкой на Столичной планете и предполагал, что Чжун Сыцзэ, пожалуй, еще не знает правды. Так почему же наместник смог узнать о происхождении Чжун Цзо так быстро?
Начальник тюрьмы хоть ничего и не понимал, но приказ был подписан лично высокопоставленным чиновником из Министерства юстиции, и ему пришлось подчиниться.
За почти десять месяцев общения, учитывая их связь через Второго молодого господина, они привыкли перекидываться с Чжун Цзо парами фраз, и сейчас все испытывали легкую тоску и тревогу. Проводив его взглядом, они посмотрели на Ван Жунцзюня: Второй молодой господин...
Ни о чем не спрашивайте, — прервал их Ван Жунцзюнь. — Ложитесь спать пораньше, я ухожу.
Покинув Мики, он сел в машину, глубоко вздохнул и набрал номер командира.
Операция Отряда Черный Льва по спасению рядового провалилась настолько сокрушительно, что Тираннозавр наконец не выдержал и решил лично отправиться на дело. Заместитель командира до смерти боялся, что тот разберет на запчасти роботов-тюремщиков, и на всякий поехал следом, так что они оба еще были в пути.
Ван Жунцзюнь не осмелился говорить прямо по связи, а лишь поинтересовался временем их прибытия. Узнав, что они смогут приехать завтра во второй половине дня, он сказал, что встретит их.
Тираннозавр буркнул угу и сбросил вызов.
Заместитель командира с горькой усмешкой произнес: Я еще даже рта раскрыть не успел, а ты уже сбросил. Сказал бы ему, что встречать не нужно, мы и сами сразу доберемся, разве не так всегда бывает?
У Тираннозавра чутье было острее, и он понизил голос: Что-то случилось. Время на его экране показывало около часа ночи, к тому же он сидел в машине, не станет же он звонить просто ради того, чтобы сообщить о встрече.
События доказали, что Тираннозавр оказался прав.
Как только они благополучно приземлились, у заместителя командира сердце ушло в пятки, и он тут же выпалил: Забрали? Куда забрали?
Ван Жунцзюнь ответил: В тюрьму более высокого уровня.
Заместитель командира удивился: Разве бывают тюрьмы еще выше уровнем? Почему я никогда об этом не слышал?
Ван Жунцзюнь молча вел машину и ничего не ответил.
Заметив, что Заместитель командира собирается расспрашивать дальше, Тираннозавр остановил его, надеясь, что на этом все и закончится, но добродушный Заместитель командира тут же взвился: Что значит не расспрашивать? Мою жизнь спас Сяо Чжэн, я не уследил за Сяо Цзо и позволил ему угодить в тюрьму — с меня уже хватит вины перед Сяо Чжэном, а теперь Сяо Цзо непонятно куда забрали, и жив он или мертв, неизвестно, и вы говорите мне не спрашивать?!
Ван Жунцзюнь произнес: В моей машине включен глушитель сигналов.
Подразумевалось, что прослушка полностью исключена.
Тираннозавр бросил на него взгляд и сказал Заместителю командира: Он в Планетарной тюрьме.
Последующий рассказ поверг Заместителя командира в ступор.
Впрочем, Ван Жунцзюнь и Тираннозавр лишь в общих чертах знали о внутренней кухне, а более точных деталей не ведали. Единственное, в чем они были уверены, — все находящиеся там люди обладали особой спецификой, и наместник вряд ли станет их преследовать.
Заместитель командира спросил: Тогда... тогда зачем наместник вообще построил это место?
Ван Жунцзюнь и Тираннозавр разом замолчали.
Характеры наместников шести звездных систем кардинально отличались: одни были властными, другие отличались странными причудами, как тот же Чжун Сыцзэ, а наместник их Первой звездной системы Чу Инхо обладал самым мягким нравом из всех шестерых. Со всеми он держался любезно и приветливо, но его истинные мысли было крайне трудно угадать.
Заместитель командира с опозданием сообразил, что задал глупый вопрос, и тоже умолк.
Спустя мгновение Тираннозавр нарушил молчание: Его забрали из-за его происхождения?
Ван Жунцзюнь кивнул. Ему было не жалко поделиться парой слов, тем более что Чжун Цзо не просил хранить тайну.
Он произнес: Он — родной племянник Чжун Сыцзэ, а тот, что на Столичной планете, — самозванец.
Заместитель командира: ...
Тираннозавр: ...
Ван Жунцзюнь вкратце обрисовал семейное положение Чжун Цзо и напоследок добавил: Об этом...
Тираннозавр перебил: Знаем только мы трое.
Больше Ван Жунцзюнь распространяться не стал и привез их к себе домой.
Отдохнув ночь, Тираннозавр и Заместитель командира ранним утром следующего дня вернулись на базу. Проводив их до космопорта, Ван Жунцзюнь не сразу тронулся с места на машине.
Последние два дня он изо всех сил старался подавлять все эмоции и желания, не смея показывать слабость перед командиром, да еще и нашел время утешить Заместителя командира. Но на самом деле он переживал сильнее кого бы то ни было. Он так долго оберегал Чжун Цзо, а теперь тот оказался там, куда он не может дотянуться, и случись что — он ничем не сможет помочь. Было бы глупо отрицать, что он места себе не находил от тревоги.
Посидев за рулем и выкурив сигарету, он получил звонок из дома.
Причиной было то, что наместник, услышав о его отставке, захотел отправить его на Столичную планету развеяться, а заодно поручить ему присмотреть за Чжун Не и поводить того по местным достопримечательностям — всё-таки тот приходился племянником Чжун Сыцзэ.
Ван Жунцзюнь спросил: Что-нибудь еще он сказал?
Старший молодой господин Ван ответил: Сказал, что ты можешь навестить своего сослуживца.
Ван Жунцзюнь мгновенно все понял.
Независимо от того, понимает ли тот истинную личность Чжун Цзо или нет, раз наместник заявил, что Чжун Не — племянник Чжун Сыцзэ, ему придется с этим смириться, иначе о свидании с Чжун Цзо нечего и мечтать.
Он ответил: Я понял.
В конце концов, зачинщику всей этой истории глубоко плевать на то, признают они это родство или нет, с какой стати ему убиваться из-за этого?
Впрочем, ему нужно сопровождать этого самозванца? Он холодно усмехнулся про себя: ну хорошо, он как следует примет дорогого гостя.
В то же самое время в Центральном военном училищe Не Чжэнъян, только что закончивший тренировку, направлялся с сокурсниками к выходу с плаца, как вдруг раздался мелодичный звон. Открыв уведомление, он обнаружил сообщение с официального аккаунта Министерства юстиции следующего содержания: Уважаемый господин Не Чжэнъян, ваш старший брат Чжун Цзо в настоящее время содержится в Синей морской тюрьме строгого режима. Если вы хотите навестить его, мы можем организовать встречу.
Не Чжэнъян запнулся левой ногой о правую и с грохотом шмякнулся носом в землю.
В этот момент некий зачинщик всех бед как раз завершил ознакомительную экскурсию по Острову № 9.
Планетарная тюрьма, как следует из названия, представляла собой целую планету, целиком превращенную в тюрьму.
В отличие от обычных исправительных учреждений, здесь не существовало понятия распорядка дня — заключенные полностью распоряжались собственным временем и могли заниматься всем, чем пожелают. На острове было построено пять отдельных вилл, по одной на каждого узника, а вдобавок в общественной зоне находились разнообразные развлекательные объекты, которыми разрешалось пользоваться бесплатно и без ограничений.
На первый взгляд все выглядело прекрасно, но суровая реальность кусалась.
Из разговора с роботом-тюремщиком Чжун Цзо узнал, что более девяноста процентов площади этой планеты покрыто водой, суша разбита на разбросанные повсюду архипелаги, а острова отстоят друг от друга на огромные расстояния. Присмотревшись, он заметил, что промежутки между ними практически равны, что сильно напоминало рукотворную постройку. Но главное было в другом... здесь не было лодок.
Много лет назад его договор с народом Силинь заключался в том, что он проникнет внутрь и поможет им отыскать кое-кого.
Сейчас он стоял на рифе, глядя на еле виднеющиеся вдали крошечные силуэты островов, и погрузился в молчание. При таком расстоянии, сколь бы силен он ни был, вплавь добраться не удастся.Тюремщик увидел, что он присел, устроился рядом и спросил:
— Что ты задумал?
Чжун Цзо невозмутимо ответил:
— Любуюсь красивыми видами.
Тюремщик заметил:
— Но на острове есть еще три товарища. Солнце вот-вот сядет, когда ты пойдешь поздороваться с ними?
Чжун Цзо предложил:
— Сначала можешь рассказать об их досье.
— Ладно, — согласился тюремщик. — Хань Ша, самец, зверолюд, 127 лет; Бу Дэ, самец, метис человека и зверолюда, 87 лет; Калака, самец, рыболюд, 32 года.
Чжун Цзо переспросил:
— Последний — рыболюд?
Когда человечество осваивало шесть звездных систем, столкновений с другими расами было не избежать. Одни расы изгнали в дальние системы, другие примирились с людьми, причем наибольшую долю среди них составляли зверолюди и рыболюды. Первые обычно были сильнее людей и отличались более крупным телосложением, вторые же по габаритам почти не уступали людям, обладали крепкой мускулатурой, отчетливыми признаками рыб на теле и превосходно плавали.
Тюремщик подтвердил:
— Именно так.
Чжун Цзо поднялся на ноги:
— Пошли, навестим их.
На Острове № 9 располагалось пять вилл, но прежде там содержалось всего трое заключенных.
От нечего делать те целыми днями резались в картишки — перекидывались в дурака, снова в дурака и опять в дурака. Вообще-то они могли позвать тюремщика сыграть во что-нибудь другое, но тюремщик был искусственным интеллектом, обыграть его они не могли, а проиграв с разгромным счетом, были вынуждены продолжать играть в дурака между собой. Поэтому, когда Чжун Цзо неторопливо приблизился, засунув руки в карманы, они были немало обрадованы, дружно встали в знак приветствия и принялись затаскивать его за карточный стол.
Чжун Цзо окинул их взглядом и поинтересовался:
— Во что играем?
Рыболюд Калака спросил:
— А во что ты умеешь?
Чжун Цзо ответил:
— Всего понемногу.
Вообще-то в прошлом он целенаправленно изучал карточные игры.
В те времена у него еще сохранялись человеческие эмоции, и поскольку Ци Чжэн насмотрелся фильмов и загорелся этой идеей, Чжун Цзо учился вместе с ним. Позже, попав в армию и познакомившись с Ван Жунцзюнем, он поднаторел еще немного у второго молодого господина из числа золотой молодежи, так что в собственных силах был уверен.
Он отодвинул стул и сел:
— На ставки играем?
Калака уточнил:
— На что хочешь ставить?
— В таком месте играть на деньги неинтересно, — рассудил Чжун Цзо. — Давайте на желания. Победивший сможет заставить проигравшего выполнить одно поручение — например, сделать массаж, спеть или что-то в пределах разумного. Ну как?
Калака охотно согласился:
— Пойдет!
Чжун Цзо перевел взгляд на остальных двоих.
Зверолюд немного подумал и тоже не возражал.
Метис сложил пальцы в виде орхидеи и застенчиво произнес:
— Только в постель не напрашивайся, ладно?
Чжун Цзо кивнул:
— Без проблем.
Карточная партия началась безотлагательно.
Чжун Цзо пошел напролет, сметая все на своем пути. Хотя в паре сдач ему не везло и он проиграл, на общем результате это не сказалось. Позже неугомонные сокамерники стали играть с ним по очереди, применяя смену игроков и используя поднадоевшего им дурака, но в итоге их точно так же смели с доски, причем из-за удвоения ставок они влетели еще крупнее.
Компания незаметно проиграла всю ночь, и все закончилось лишь тогда, когда небо на востоке побелело. Все трое сокамерников задолжали Чжун Цзо по несколько сотен желаний.
Чжун Цзо посмотрел на них:
— Я слышал, вы, зверолюди, славитесь своей честностью.
У троих сокамерников лица сделались хуже тучи:
— И что ты от нас потребуешь?
Чжун Цзо завел их в дом, указал на большую кровать и приказал зверолюду:
— Разобрать.
Зверолюд опешил:
— Чего?
— Велели — делай, — бросил Чжун Цзо и повернулся к метису. — А ты срывай простыни и рви их на полосы.
Трое сокамерников ничего не поняли, но уговор есть уговор, и они послушно принялись за дело.
Сорок минут спустя они наконец осознали истинную цель этого господина.
Калака плыл впереди, привязанный к полосам ткани, следом за ним буксировал импровизированный плот, сделанный из кровати, зверолюд с метисом изо всех сил гребли досками, а этот самый барин, скрестив ноги, восседал в самом центре и уплетал суньбао, приготовленные для него тюремщиком.
Уплетая булочки, он еще и покрикивал:
— Гребите ровнее, я вообще-то ем.
Не спавшую всю ночь и оставшуюся без завтрака парочку в лице Калаки и зверолюда довели до такого состояния, что хоть плачь.
Метис же и вовсе расплакался:
— Мы же договаривались на масс... массаж и пес... песенки!
Калака со зверолюдом хором подтвердили:
— Точно!
Чжун Цзо предложил:
— Можете спеть прямо сейчас, засчитаю за выполнение одного желания. Давайте, затягивайте.
Трое сокамерников мгновенно замолчали.
Кому захочется горбатиться на тяжелой работе и при этом горланить песни!
Чжун Цзо неторопливо доел, прилёг на плот и немного поспал. Проснувшись и увидев, что они все еще гребут, он заметил:
— Что-то вы медленно.
Трое сокамерников в отчаянии взвыли:
— Дай поесть хоть немного, сжалься!
Чжун Цзо велел им остановиться и швырнул мешок со снеками.
Сокамерники со слезами благодарности проглотили угощение и вновь принялись за работу.
Надзиратель, наблюдавший за планетарной тюрьмой, запечатлел эту сцену на запись и переслал их лорду.
Чу Инхо: «……»
Изначально он рассчитывал, что трое зверолюдов с Острова № 9 обладают покладистым нравом и первыми задирать Чжун Цзо не станут, к тому же у них шкура толстая и удары они держат отлично — стоит им лишь немного продержаться, как вмешаются тюремщики. И пусть Калака габаритами не превосходил человека, но он умел плавать, так что в крайнем случае можно было просто нырнуть в море и спастись от этой машины для убийств.
В итоге же машина никого не убила, зато использовала людей вместо тяглового скота.
Чу Инхо осведомился:
— Где они сейчас?
Надзиратель доложил:
— Только что прибыли на Остров № 8.
Чу Инхо распорядился:
— Следите за ним, поглядим, что он еще удумает.
Надзиратель отрапортовал, прервал связь и вновь переключил внимание на конкретного вестника смерти.
Остров № 8 был просторнее девятого, и заключенных там водилось больше, причем все сплошь люди. Они кучками сидели тут и там, беседуя между собой, и вдруг замерли, заметив, как трое зверей ведут под белы ручки какого-то паренька.
Одежда Чжун Цзо наполовину промокла от волн, а верхнюю часть костюма он и вовсе стянул и выбросил.
Он откинул назад прилипшие ко лбу пряди мокрой челки, обнажив высокий лоб, и легко улыбнулся собравшимся:
— Привет.
Остальные: «……»
Что за чертовщина?!
В этот момент подал голос парнишка, выглядевший совсем юным:
— Вы с другого острова прибыли?
Чжун Цзо ответил:
— Да.
У паренька было миловидное кукольное лицо, из-за чего он казался совсем ребенком, а когда он улыбался, на щеках проступали ямочки.
Он сам подошел к Чжун Цзо и с улыбкой произнес:
— Здорово придумано. Меня зовут Лань Хунъюй, а как тебя звать?
http://bllate.org/book/40815/5191023
Готово: