Перевязав коту рану свежим бинтом и дав ему новое лекарство, Рун Ча услышала от присланного стражника, что Юй Мяосинь вне опасности. Лишь тогда камень наконец упал у неё с души.
Что до вчерашнего происшествия — сколько ни ломала она голову, так и не могла понять, кто пытался её подставить. Чем больше думала, тем сильнее болела голова.
В конце концов она просто влила в себя чашу лекарства, укуталась тонким покрывалом цвета лунного света и прилегла отдохнуть.
Вскоре она уже крепко спала.
Неизвестно почему, ей приснился наследный принц.
Хотя их отношения всегда были холодными, он всё же изредка навещал её.
Прошлой зимой она тоже сильно простудилась.
В ту ночь она лежала одна в своих покоях, когда дверь неожиданно открылась и в полумраке перед ней возник высокий силуэт, будто окутанный лёгкой дымкой.
Наследный принц вошёл к ней, укрылся с ней одним одеялом и крепко сжал её руку.
Она горела от жара, вцепилась в его холодные пальцы и прошептала:
— Ваше высочество… это вы?
Лунный свет проникал сквозь занавески, лицо принца казалось покрытым снежной вуалью. Когда он повернул голову, его черты были настолько прекрасны, что могли заставить влюбиться любую девушку Поднебесной.
А в его взгляде, словно роса на рассвете, пряталась нежность, которой она никогда прежде не видела.
Она спокойно закрыла глаза, прижав раскалённую щёку к его плечу, а рука её, подобно водопаду чёрных волос, покоилась на его руке.
В ту ночь она спала особенно сладко.
Рун Ча несколько раз прошептала «Ваше высочество» и вдруг резко проснулась.
Оглянувшись, она увидела рядом только кота — больше никого не было.
Будто почувствовав доверие хозяйки, персидский кот свернулся клубочком у неё на плече, ровно дышал, а пушистый хвост свисал с края ложа, наслаждаясь покоем.
Рун Ча перевела дух и похлопала себя по груди, успокаиваясь.
«Наверное, мне просто не хватает мазохизма, раз я стала видеть во сне этого пса-наследника», — подумала она.
Поразмыслив, она позвала Чуньсяо:
— Сходи, найди мне несколько народных любовных повестей. Чем мельдраматичнее и кровавее — тем лучше.
Она решила, что, читая о несчастных героинях, перестанет думать о всякой ерунде.
Чуньсяо, хоть и не понимала, зачем это нужно, всё же отправилась собирать книги.
Рун Ча пробежалась глазами по нескольким томам и нахмурилась, потирая виски.
Эти повести оказались слишком пресными и лишенными воображения.
Тогда она взяла перо и сама начала писать.
Девушка склонилась над бумагой, сосредоточенно выводя иероглифы, и то и дело хлопала в ладоши от восторга.
Юйчи Цзин, заинтересовавшись, что она пишет, осторожно подпрыгнул на больной лапе и запрыгнул на стол, устроившись рядом с её рукой.
Увидев написанное, кот замер в ужасе.
«Много лет замужества она провела в боях за мужа, пила яд, принимала на себя отравленные стрелы. А он всё это время смотрел лишь на её младшую сестру и не щадил её, причиняя невыносимую боль. И вот однажды, чтобы спасти возлюбленную, он вырвал из её чрева нерождённого ребёнка ради снадобья. От горя она поседела за одну ночь. А когда та, кого он любил, умерла, он остался один на троне, владея всей Поднебесной, но погружённый в безграничное одиночество, и пролил слёзы раскаяния».
Вспомнив её недавние сны и бормотание во сне, Юйчи Цзин начал сомневаться в самом смысле кошачьего существования и чуть не свалился со стола.
«Неужели в её снах я именно такой бездушный монстр?»
Автор примечает:
Рун Ча: «Нет, в реальности ты тоже именно такой бездушный монстр».
Спасибо «Мяо Конгу» за питательную жидкость! ^_^
В палатах наложницы Нин из трёхногой позолоченной курильницы поднимался лёгкий ароматный дымок.
Среди благоухающего тумана наложница Нин вдруг хлопнула ладонью по столу. Драгоценные камни на её длинных ногтях зловеще блеснули, отражая холодный огонёк в её глазах.
— Жуй Юэ! Я посадила тебя рядом с женой наследного принца, чтобы ты присматривала за ней! Как же так получилось, что она не только обнаружила поддельное письмо, но и успела его подменить?
Как самая любимая наложница императора, она полностью соответствовала современным представлениям о красоте в Западной Цзинь: яркие черты лица, густая белая пудра, щёки и переносица подкрашены алой краской.
Её фигура была пышной, на ней было золотое шёлковое платье. Высокая причёска украшена несколькими золотыми подвесками и серебряными шпильками.
Служанка по имени Жуй Юэ не смела поднять на неё глаза и, опустив голову, робко пробормотала:
— Наши люди положили письмо прямо к ней в одежду. Я не знаю, как оно исчезло. По дороге обратно во дворец я всё время разговаривала с Чуньсяо и не заметила, чтобы кто-то подходил к жене наследного принца или предупреждал её.
— Мне нужны результаты, а не твои оправдания! — брови наложницы Нин нахмурились, и она резко постучала ногтем по столу, начав вертеть в пальцах жемчужную шпильку.
— Может, я попробую придумать что-нибудь в ближайшие дни? — Жуй Юэ дрожащим голосом подняла глаза.
Наложница Нин презрительно фыркнула:
— После всего случившегося император уже в курсе дела. Ты хочешь, чтобы я снова действовала через несколько дней? Ты, видимо, очень хочешь, чтобы я попала в немилость к Его Величеству?
— Рабыня не смеет!
— Не смеешь? — наложница Нин насмешливо усмехнулась. — Ты действительно не смеешь. Но если ещё раз подведёшь — я не смогу тебя оставить в живых.
Жуй Юэ почувствовала острую угрозу, её колени задрожали, и она стала молить о пощаде:
— Прошу… прошу, помилуйте!
Наложница Нин сдержала гнев и махнула рукой:
— Ступай. Пока просто следи за каждым шагом жены наследного принца. Ничего не предпринимай без моего приказа. Как только узнаешь что-то новое — немедленно докладывай.
— Слушаюсь, — Жуй Юэ быстро поднялась и ушла.
Глядя ей вслед, наложница Нин задумчиво прищурилась.
Она подозвала приближённого евнуха и положила жемчужную шпильку в бархатную шкатулку.
— Отнеси эту шпильку с жемчугом в виде пионы жене наследного принца. Скажи, что девятый принц в прошлый раз сломал её пион, и я глубоко сожалею об этом. Поэтому приказала мастеру изготовить эту шпильку с жемчугом из Наньнинской страны в качестве извинения от девятого принца.
Раз план провалился, она всё равно должна сохранять видимость доброжелательности.
*
Вернувшись из покоев наложницы Нин, Жуй Юэ осторожно направилась обратно во Восточный дворец.
На ступенях у входа лежал мягкий коврик для кошачьего отдыха. Персидский кот, прищурив глаза до щёлочек, лениво грелся на солнце, не желая даже шевелиться.
Жуй Юэ прошла мимо, не обратив на кота никакого внимания, и, убедившись, что вокруг никого нет, тихо проскользнула в свой двор.
Но как только она скрылась из виду, кот перевернулся на другой бок, встряхнул шерсть, и его глаза внезапно засверкали — в них не было и следа сонливости.
За несколько дней рана почти зажила, образовалась корочка, и по краям уже пробивались короткие мягкие волоски. Боль почти прошла, и Юйчи Цзин мог понемногу двигаться.
В последнее время, перемещаясь по дворцу, он замечал, как Жуй Юэ тайком шныряет туда-сюда, и стал пристально следить за этой служанкой.
Он помнил, что в тот день, когда Рун Ча выезжала из дворца, Жуй Юэ тоже сопровождала её.
Когда Рун Ча спустилась с горы, она отослала Жуй Юэ.
По дороге обратно Жуй Юэ всё время болтала с Рун Ча о закупке цветов и горшков, из-за чего та так и не заметила подброшенное в рукав поддельное письмо.
А когда Рун Ча вернулась, императрица-мать уже ждала её — значит, она заранее получила информацию.
Юйчи Цзин хорошо знал характер императрицы-матери. Хотя она и держала злобу ко всему Восточному Цзиню из-за смерти второго принца и даже посадила своих шпионов рядом с Рун Ча, она никогда бы не стала подделывать доказательства, чтобы отомстить.
Следовательно, императрица-мать не действовала намеренно — её просто ввели в заблуждение.
Соединив все события воедино, Юйчи Цзин уставился на удаляющуюся фигуру Жуй Юэ, и его взгляд потемнел.
Он решил последовать за ней, чтобы выяснить, кому она служит и каковы её цели.
Едва он добрался до сливы в саду, как его вдруг подхватили за шкирку.
— Ах ты, в последние дни такой послушный был! Как рана ещё не зажила, а ты уже опять бегаешь повсюду? — Рун Ча уложила кота в тёплый плащ и крепко обняла его тонкими руками.
Юйчи Цзин пару раз дернулся, но вырваться не смог.
Хотя у него и были планы, он понимал, что рана пока не позволяет далеко убегать, поэтому перестал сопротивляться.
Императрица-мать в ближайшее время не будет подозревать Рун Ча. Тот, кто за всем этим стоит, потерпел неудачу и теперь вряд ли станет рисковать.
Он будет продолжать следить за Жуй Юэ.
Юйчи Цзин удобно перевернулся и, изящно распластавшись на спине, стал греться в тепле её плаща.
В последние дни Рун Ча заботилась о нём как могла: увеличила число слуг для ухода за котом, перенесла кошачье ложе в свои покои и часто просыпалась ночью, чтобы проверить, не ухудшилось ли состояние раны, боясь, что кот снова пропадёт.
Он видел, как она добра к этому коту.
И теперь он уже не испытывал к ней прежней неприязни. По крайней мере, пока он кот, их отношения были вполне мирными.
Увидев, что кот успокоился, Рун Ча подозвала служанку, чтобы та принесла низкий табурет и положила на него вышитую хлопковую подушку.
Она села, взяла расчёску и начала осторожно прочёсывать густую, длинную шерсть кота.
После такой процедуры шерсть стала пышной и мягкой, полностью скрывая рану.
Кот снова выглядел как прежде.
Рун Ча с удовольствием осмотрела своё творение и нежно почесала коту подбородок:
— Раз наш Тяжелёнок такой хороший, я подарю тебе игрушку.
Зазвенели колокольчики, и в её руке появилась палочка для игры с котом.
Это была тонкая медная палочка, на конце которой висели разноцветные попугайские перья на нитке. Среди перьев был спрятан маленький колокольчик.
Рун Ча поставила кота на пол и начала покачивать палочкой.
Перья висели невысоко — коту стоило лишь немного подпрыгнуть, чтобы дотянуться до них лапами.
Юйчи Цзин некоторое время наблюдал, слушая её болтовню, и понял, чего она хочет.
Она хотела, чтобы кот прыгал и играл с этой палочкой.
Внутри него всё закипело: «Фань Рун Ча, очнись! Ты уже взрослая женщина, а не восьмилетняя девочка!»
Пусть он сейчас и кот, но вовсе не котёнок с детским сознанием. Как он может играть в такие глупости?
Если бы у него был способ вернуться в своё тело, он всё ещё оставался бы наследным принцем.
Как может будущий император играть с такой дурацкой игрушкой?
Лучше ему поменьше общаться с Фань Рун Ча, а то он и сам начнёт верить, что он настоящий кот.
Поэтому Юйчи Цзин с досадой смотрел на её палочку, гордо поднял голову и сохранял царственное достоинство наследного принца.
Рун Ча долго махала игрушкой, но кот даже не дёрнул ухом. Он лишь лениво поднял лапу и начал умываться, будто делая себе массаж лица.
Она оперлась локтем на колено и, подражая ему, согнула указательный палец и слегка ущипнула щёку.
Вчера лекарь сказал ей, что котёнок всё ещё растёт. Раз рана заживает, ему нужно постепенно возвращать подвижность.
Поэтому она и сделала эту игрушку.
Разве маленькие котята не любят играть с такими палочками? Почему Тяжелёнок не проявляет интереса?
Рун Ча не сдавалась и пробовала разные движения.
Рука устала, она сменила позу, но кот даже не смотрел в её сторону.
Она уже начала недоумевать, как вдруг её мысли прервал чей-то голос.
— Третья сноха в самом деле в прекрасном настроении! — весело воскликнул пятый принц, входя во двор. Его чёрные сапоги оставляли следы на тонком слое снега.
Он пришёл вместе с первым принцем, но тот, лишь обменявшись вежливостями, сразу отправился в покои наследного принца.
Рун Ча подняла кота и подошла к пятому принцу с улыбкой:
— Ты пришёл за белой камелией? Я уж думала, ты забыл.
Пятый принц хлопнул себя по лбу и игриво ответил:
— Да, у меня столько приглашений, что всё откладывал.
Хотя он так и сказал, Рун Ча поняла его намёк.
Несколько дней назад императрица-мать приходила с упрёками — пятый принц, вероятно, уже знал об этом.
Он, скорее всего, не хотел добавлять ей хлопот в столь непростой момент.
Теперь, когда шум утих, он и первый принц пришли навестить наследного принца и заодно забрать цветок.
— Занят встречами с красавицами? — лукаво спросила Рун Ча и велела слуге принести цветок.
Когда цветок принесли, пятый принц велел стражнику взять его.
Белая камелия источала нежный аромат. Пятый принц вдохнул запах и, глядя на цветок, на мгновение задумался.
— Искусство третьей снохи в выращивании цветов поистине непревзойдённое, — с восхищением произнёс он и велел оставить золото и серебро в качестве платы.
Когда пятый принц уже собрался уходить, Рун Ча окликнула его:
— Подожди! У меня к тебе вопрос.
Она вспомнила о подмене письма и, полагая, что, возможно, пятый принц помог ей, осторожно спросила:
— В тот раз, когда я возвращалась во дворец… это ты подменил поддельное письмо?
http://bllate.org/book/5913/574050
Готово:
