— Вы и не подозреваете, — с горечью произнёс он, — ради проверки истинной натуры каждого из вас за каждым испытанием вели наблюдение. А за самими наблюдателями следил… я, старик.
Из уголка его глаза скатилась мутная слеза. Он ткнул пальцем в Бай Цэнь, и в его взгляде бушевали ярость и ненависть.
— Я своими глазами видел, как она свалила Ци Цзиня на землю! И этого ей показалось мало — она продолжала его унижать! Ци Цзинь не вынес позора и… и…
Голос его оборвался. Он задохнулся от рыданий, будто больше не в силах сдерживать переполнявшие его чувства.
Цзин Шао собралась что-то сказать, но Бай Цэнь покачала головой, давая понять: молчи.
Если сегодняшнее дело не удастся уладить миром, лучше не втягивать в него посторонних.
Видеть, как человек умирает прямо перед тобой — да ещё таким ужасным образом, — невозможно без душевного потрясения.
Бай Цэнь действительно растерялась, но обвинения Сюй Жугуя странным образом вернули ей хладнокровие.
Если она сама собьётся с толку, этим только порадует своих врагов.
Чувствительность к телу вернулась: кожа, плоть, даже кости — всё болело пронзительно и остро. Но на лице не дрогнул ни один мускул. Она сохраняла полное спокойствие и даже сделала почтительный поклон — без единой ошибки в этикете.
Однако слова её были далеко не теми, что хотел услышать Сюй Жугуй.
— То, что изволил сказать старейшина, Бай Цэнь не признаёт.
— Ты!.. — возмутился Сюй Жугуй. Он никак не ожидал, что в такой момент она всё ещё питает надежду на удачу. Гнев переполнил его. — Упрямая дурочка! Сегодня я очищу нашу секту от предательницы!
С этими словами он внезапно ударил ладонью вперёд!
Этот удар Бай Цэнь уже видела: именно так он однажды атаковал Ци Цзиня. Тогда в ударе не было убийственного намерения, но теперь, зная все её слабости, Сюй Жугуй наносил его с полной силой, не оставляя ни капли милосердия.
Бай Цэнь и так была истощена, а Цзин Шао только недавно достигла стадии Основы — они просто не успели бы среагировать. Этот удар, казалось, невозможно избежать.
Придётся принять его на себя.
Неизвестно, выдержит ли её израненное тело такой удар.
— Погодите!
Бай Цэнь уже собралась с духом, но чья-то фигура вдруг заслонила её, приняв удар на себя.
Глаза Бай Цэнь широко распахнулись.
Если до этого всё развивалось так, как она предполагала, то эта сцена совершенно выбивалась из логики.
Перед ней стояла Бай Сяньчжу!
Бай Сяньчжу только что сошла с испытательной площадки и, не раздумывая, бросилась вниз, чтобы защитить Бай Цэнь от смертельного удара.
Её тело и без того было слабым, да ещё и ци почти иссякло — она хоть и выдержала удар, но изо рта тут же хлынула кровь.
Она вытерла уголок рта и закашлялась.
— Бай Цэнь — моя сестра. За какое преступление старейшина решил нанести ей такой удар?
Она ещё не знала, что произошло.
Увидев это, чувствительные ученицы уже рыдали в три ручья.
— Старшая сестра Бай…
Бай Сяньчжу недоумённо посмотрела на них, но та, чей взгляд встретился с её глазами, тут же отвела взгляд и заплакала.
В сердце Бай Сяньчжу поднялось дурное предчувствие. Она повернулась к Бай Цэнь.
— Что случилось?
Бай Цэнь смотрела на неё, и в душе её бурлили противоречивые чувства.
Она никак не ожидала, что Бай Сяньчжу примет на себя этот удар ради неё.
Конечно, она не верила, будто та проявила доброту — просто пока не могла понять, какой замысел здесь скрывается.
Наконец одна из учениц не выдержала и сквозь слёзы выкрикнула правду:
— Старшая сестра Бай! Старший брат Ци… он сам взорвался из-за Бай Цэнь!
Бай Сяньчжу на миг оцепенела — в глазах читались шок и растерянность.
Она быстро взглянула на испытательную площадку, потом снова на Бай Цэнь и резко схватила её за плечи.
— Это правда?! Ци Цзинь… сам себя взорвал?!
Бай Цэнь опустила глаза.
Это было молчаливое признание.
Бай Сяньчжу взволновалась.
— Как ты могла?! Он, может, и был к тебе суров, но разве заслуживал смерти?! Мы же из одной секты! Как ты могла быть такой жестокой?!
Из её глаз покатились крупные слёзы. Внезапно голос её прервался, будто она не вынесла такого потрясения, и она потеряла сознание.
Бай Цэнь поспешила подхватить её.
— Эй, Бай Сяньчжу?!
Но кто-то другой опередил её — незнакомый внешний ученик вырвал Бай Сяньчжу из её рук.
— Не притворяйся! Не трогай старшую сестру Бай! Хочешь и её отравить?!
— Да перестань ты наговаривать! — не выдержала Цзин Шао. Хоть она и не любила Бай Сяньчжу, но не могла допустить, чтобы Бай Цэнь терпела такое. — Дай-ка я взгляну!
Она нахмурилась, проверила пульс Бай Сяньчжу и облегчённо выдохнула:
— Просто переполох в сердце и лёгкое ранение от удара. Ничего опасного.
Бай Цэнь тоже перевела дух.
Ей совсем не хотелось оказаться в долгу перед кем-то.
Тем временем Сюй Жугуй, видя весь этот хаос, торжественно объявил:
— Бай Цэнь виновна в убийстве товарища по секте. С сегодняшнего дня она лишается звания ученицы и изгоняется с горы!
— Погодите! — холодно остановила его Бай Цэнь.
Если сейчас не отстоять свою правоту, другого шанса не будет.
Если её изгонят из секты, как она тогда станет главой? Как вернётся домой?
— Почему старейшина не хочет выслушать меня до конца? Неужели боится, что правда вскроется?
— Бред сивой кобылы! Свяжите её!
На этот раз он, усвоив урок, боясь, что найдётся ещё кто-то, кто встанет на защиту Бай Цэнь, махнул рукой, приказывая окружающим схватить её.
Бай Цэнь была слишком слаба, чтобы увернуться, и её быстро скрутили.
Её держали за плечи, но она всё ещё не сдавалась.
— Послушайте меня все! За всем этим стоит заговор Сюй Жугуя и Ци Цзиня!
Она говорила прямо и чётко, попав в самую суть, но, как и предполагала Бай Цэнь, результат оказался самым худшим — никто ей не поверил.
Сюй Жугуй злорадно усмехнулся.
— Несёшь чушь!
Бай Цэнь глубоко вдохнула и громко, чтобы услышали все, воскликнула:
— У меня есть доказательства! Если бы ты не боялся, почему не дал мне договорить?!
— Тащите её вон!
Хотя Сюй Жугуй и был уверен, что всё сделал аккуратно, эти слова всё же заставили его занервничать. Единственное желание — поскорее избавиться от неё.
Воцарился хаос, но вдруг сквозь толпу прозвучал чистый, звонкий голос, который чётко достиг ушей каждого:
— Почему бы не дать ей договорить?
Этот неожиданный голос нарушил общую картину. Сюй Жугуй, не сразу осознав, что происходит, машинально ответил:
— Конечно, потому что…
Он осёкся на полуслове, испуганно поднял глаза и увидел человека в белых одеждах, стоявшего на крыше. Неизвестно, как долго тот наблюдал за этим спектаклем.
Бай Цэнь тоже посмотрела в ту сторону и увидела, как белый силуэт неторопливо шагнул по воздуху и оказался прямо перед ней.
— Говори дальше.
Бай Цэнь моргнула, глядя на этого подобного божеству человека.
Его белые одежды были безупречно чисты, а спуск с небес напоминал сошествие милосердного будды. Когда их взгляды встретились, она увидела в его глазах мягкость, но также и безразличие высшего существа.
Бай Цэнь не успела осмыслить происходящее — вокруг неё все, включая Сюй Жугуя, уже пали на колени.
— Приветствуем главу секты после выхода из затвора!
Авторские комментарии:
Проклятье, этот парень в белом реально впечатлил.
Глава секты?
Бай Цэнь на миг опешила.
Её целью было стать главой секты, а значит… перед ней стоял тот самый человек, которого ей предстояло «переждать»?
Настроение Бай Цэнь стало сложным, и теперь, глядя на главу секты, она видела в нём нечто большее.
Люй Чэньчжоу бегло взглянул на неё — в этом взгляде была сила грозы и молнии. Даже Бай Цэнь, обладавшая железной волей, чуть не подкосила колени.
К счастью, он лишь мельком посмотрел и тут же отвёл глаза, заняв место на возвышении.
С расстояния давление немного ослабло, и Бай Цэнь смогла перевести дух.
Ответив на поклоны собравшихся одно лишь «хм», Люй Чэньчжоу вернул разговор к делу:
— Говори дальше.
Бай Цэнь подняла глаза. Хотя он и не смотрел на неё, она поняла, что обращается именно к ней.
Она собралась с мыслями, но Сюй Жугуй опередил её, бросившись вперёд на коленях.
— Глава секты! Эта девица хитра и коварна, нельзя…
Он не договорил — сверху донёсся тихий, почти шёпотом произнесённый звук:
— Шумишь.
Голос был тихим, но каждый в зале услышал его отчётливо.
Как только слова прозвучали, Сюй Жугуй словно получил мощнейший удар — «бух» — и рухнул лицом в пол, изо рта хлынула кровь.
Он задыхался, как выброшенная на берег рыба, судорожно хватая ртом воздух, и еле выдавил:
— Глава… простите.
Люй Чэньчжоу ничего не сказал, но давление на Сюй Жугуя ослабло — тот понял, что глава секты смилостивился.
Он поспешно отполз в сторону, бросая на Бай Цэнь полный ненависти взгляд.
Бай Цэнь всё это видела и сделала для себя выводы.
Глава секты, судя по всему, обладал невообразимой силой и непредсказуемым характером.
И главное — выглядел он вполне здоровым, похоже, проживёт ещё тысячи лет.
Её перспективы становились всё мрачнее…
Но сейчас не время думать об этом. Почувствовав, что Люй Чэньчжоу ждёт её слов, Бай Цэнь быстро сосредоточилась и почтительно поклонилась, как подобает ученице.
— Доложу главе секты: у меня есть обида!
Она говорила с негодованием:
— Сюй Жугуй в сговоре с внешним учеником Ци Цзинем составил заговор против меня, чтобы изгнать из секты! Более того, Сюй Жугуй, пользуясь своим положением старейшины, подстроил оружие Ци Цзиня! Если бы не удача, сейчас на месте погибшего была бы я!
Зал взорвался от возмущения.
Один особо смелый, но глупый ученик даже выкрикнул:
— Ты хочешь сказать, что старший брат Ци пожертвовал собой, лишь бы оклеветать тебя?! Да ты просто врёшь! Теперь, когда его нет, ты можешь клеветать сколько влезет!
Договорив до половины, он вдруг осознал, где находится, и поспешно поклонился Люй Чэньчжоу:
— Глава секты! Мёртвый не ответит, нельзя верить словам Бай Цэнь!
Сюй Жугуй тоже исказил лицо и снова упал на колени:
— Прошу главу секты расследовать дело!
Люй Чэньчжоу лежал на своём ложе, его взгляд был непроницаем. Бай Цэнь волновалась, но, стиснув зубы, тоже опустилась на колени.
— Глава секты! У меня есть доказательства!
— О?
Брови Люй Чэньчжоу приподнялись, приглашая её продолжать.
Бай Цэнь продолжила:
— Во время поединка с Ци Цзинем его деревянный меч поцарапал мою кожу. Достаточно осмотреть рану — и станет ясно, нанесена ли она деревом или острым клинком!
Бай Цэнь говорила уверенно, но выражение лица Сюй Жугуя стало мрачным.
Он побледнел, но, находясь под взглядом главы секты, не осмелился возразить — любое оправдание лишь усугубило бы подозрения.
В этот момент вперёд вышла Цзин Шао.
— Позвольте мне осмотреть рану.
Люй Чэньчжоу, до этого невозмутимый даже при упоминании острого клинка, теперь, когда выступила Цзин Шао, на миг проявил интерес.
Но эмоция исчезла так быстро, что никто не успел её разглядеть.
Он посмотрел на Цзин Шао и тихо спросил:
— Ученица пика Линхуай?
— Да.
Цзин Шао не испугалась и смело встретила его взгляд, будто не ощущая подавляющего давления.
Люй Чэньчжоу кивнул — это было согласие.
Сюй Жугуй возмутился:
— Глава секты! Эта девушка в сговоре с Бай Цэнь! Как можно доверить ей осмотр?!
Он не договорил.
В воздухе будто невидимая рука сжала ему горло, подняв даже на несколько сантиметров над землёй. Лицо Сюй Жугуя покраснело, он не мог выдавить ни звука.
Голос Люй Чэньчжоу прозвучал безразлично:
— Ты уже не в первый раз оспариваешь мои решения. Похоже, жизнь тебе надоела.
В зале воцарилась гробовая тишина. Все наблюдали, как Сюй Жугуй всё труднее дышит, лицо его становится синим.
Когда Бай Цэнь уже решила, что глава секты задушит его насмерть, невидимая хватка вдруг ослабла. Сюй Жугуй рухнул на пол, жадно хватая ртом воздух.
Люй Чэньчжоу, как ни в чём не бывало, произнёс:
— Учитывая заслуги твоих предков, сегодня я дарую тебе жизнь.
Это было равносильно признанию его вины.
Сюй Жугуй, достигший звания старейшины благодаря тому, что его предки помогали основателю секты, теперь лишился последней опоры.
http://bllate.org/book/6894/654184
Готово:
