Только что позвонили и велели подождать внизу. У Лан стоял у подъезда целую вечность, но никто так и не появился. Он набрал номер — без ответа. Нервный от природы, он решил сам подняться наверх и посмотреть, в чём дело. Как раз в этот момент его и застала Сюй Ли.
Лу Цзясин повторил уже во второй раз:
— Вон отсюда. Не дай ей увидеть.
Похоже, сегодня он точно собирался устроить кому-то взбучку.
Сюй Ли растерянно и изумлённо смотрела на происходящее. Её потащили прочь, но вдруг она рванулась обратно. Движение вышло настолько неожиданным, что никто не успел её остановить.
Она обхватила Лу Цзясина за поясницу и изо всех сил потянула назад. Губы её побелели от страха, и в отчаянии она выкрикнула:
— Лу… Лу Цзясин!
Мрачное, ледяное выражение лица мужчины застыло на мгновение, а затем сменилось недоумением.
Лу Цзясин обернулся:
— Ты как меня назвала?
С тех пор как она потеряла память, она ни разу не называла его по имени.
Сюй Ли даже не осознала, что произошло. Всё ещё вцепившись в его одежду, она умоляюще прошептала:
— Не дерись, пожалуйста?
Лу Цзясин не был человеком, который впадает в ярость без повода, но когда злился по-настоящему, даже на совещаниях мог сказать такое, что словно ножом резало собеседника. Цинь Чжао боялся, что в таком состоянии он случайно причинит боль Сюй Ли, и незаметно подмигнул У Лану, чтобы тот вмешался и сгладил ситуацию.
Ли Сянь тоже подскочил:
— Лу Цзясин, успокойтесь! Вэнь Чэ просто болтун! Если бы не он, фильм бы уже давно сняли — всё было готово!
На самом деле Лу Цзясин ни слова из этой суматохи не услышал. Он смотрел на бледное, испуганное личико Сюй Ли, и вся его ярость, готовая вот-вот вырваться наружу, вдруг осела. Он ослабил хватку — Вэнь Чэ рухнул на пол.
Сюй Ли выдохнула с облегчением и наконец разжала пальцы, отпустив его руку. Тихо, почти шёпотом, она пробормотала:
— Какой же ты злой…
…
После того как всё немного успокоилось, Лу Цзясин сел в кресло, слегка откинувшись назад, и прикрыл глаза, отдыхая.
Цинь Чжао вкратце объяснил Сюй Ли, в чём дело, а затем обсудил с Ли Сянем:
— Нельзя тянуть с этим делом. Надо решать быстро, иначе фанаты Вэнь Чэ начнут выслеживать госпожу Сюй. Тогда будет совсем плохо.
Имидж Вэнь Чэ всегда строился на образе милого «мальчика по соседству», любимца публики. Большинство его поклонниц — адекватные девушки, но есть и небольшая группа крайне радикальных фанаток. Однажды, когда у него в прессе мелькнули слухи о романе с актрисой из съёмочной группы, одна из таких фанаток даже приехала на площадку и бросила в неё яйцо прямо при всех.
Сюй Ли — всего лишь студентка. За ней не ходит целая свита охранников и ассистентов. Если её личность вскроется, то даже не столько безопасность, сколько поток сплетен и оскорблений может её подкосить.
Ли Сянь предложил:
— Давайте опубликуем официальное заявление. Я уже подготовил текст для поста от имени Вэнь Чэ: мол, тот пост в соцсетях был просто шуткой. А потом команда перепостит это с официального аккаунта и добавит юридическое уведомление: если кто-то продолжит распространять ложную информацию, мы подадим в суд.
За Вэнь Чэ всегда вела его команда, и писать такие тексты Ли Сянь умел как никто другой. Нужно ли трогать до слёз или громогласно заявить о своей правоте — он мог подать любую подачу, и каждый раз по-новому.
Не в первый раз ему приходилось разгребать подобные романтические скандалы за Вэнь Чэ.
Цинь Чжао возразил:
— Если бы мы сразу так поступили — ещё ладно. Но сегодня уже появилась новая информация. Даже если фанаты поверят, кто гарантирует, что хейтеры Вэнь Чэ не начнут раскручивать новую волну?
Ли Сянь задумался.
Тут Лу Цзясин наконец открыл глаза и постучал пальцем по столу:
— Тогда устраиваем пресс-конференцию. Пусть он лично заявит, что с человеком на фото у него нет и не было никаких отношений. Иначе пусть ему не жить.
— Да ты что, правда хочешь, чтобы я клялся на смерть?! — Вэнь Чэ всё это время лежал на диване, прижимая платок к губе. Теперь он приподнялся, опираясь на подлокотник. Кровь уже не текла, но губа сильно опухла. В глазах стояла влага, и он обиженно уставился на Сюй Ли, которая стояла у окна и молча смотрела в телефон.
Лу Цзясин швырнул в него ручку:
— Хватит тут дурачка изображать.
Вэнь Чэ обиженно откинулся обратно:
— Цзясин-гэ, ты вообще за кого? За меня или за неё?
Лу Цзясин лишь бросил на него презрительный взгляд и даже не удостоил ответом. Он кивнул подбородком:
— Делаем так. Прежде чем публиковать заявление, продумайте все возможные последствия. Если в этот раз снова что-то пойдёт не так… — он посмотрел на Ли Сяня.
Ли Сянь, поняв намёк, быстро сказал:
— Я уволюсь.
— Не надо. Уйдёте вдвоём.
Вэнь Чэ безучастно раскинул руки:
— Мне всё равно.
Ли Сянь схватил его за руку и с отчаянием в голосе процедил:
— Ты… бо…ишь…ся!
Он лучше других знал, на что способен Вэнь Чэ. Талант у него, конечно, есть, но характер слишком ветреный. За время карьеры он успел наделать кучу врагов. Именно поэтому компания так старательно его поддерживала. Без этой поддержки его популярность, основанная лишь на фанатской базе, долго не продержится.
У Лан последние дни часто брал отгулы — его отец снова лежал в больнице, поэтому он немного отстал от новостей, но кое-что уже понял.
Прямолинейный по натуре, он не выдержал и прямо спросил Вэнь Чэ:
— Вэнь Чэ, зачем ты вообще фотографировал Сяо Лицзы? Посмотри на эту фотографию! Кто угодно подумает, что ты ей ухо трогаешь! Что ты вообще тогда думал?
Он выпалил всё, что думал, и в комнате воцарилась тишина. Все невольно перевели взгляд на Лу Цзясина.
Выражение лица того уже стало недобрым.
Это было как раз то, чего опасались все — лезть в самую больную тему!
Сюй Ли с самого начала молча сидела у окна и листала телефон. В отличие от большинства, кто держит смартфон одной рукой, она обеими — будто изучала древний манускрипт.
Теперь все замерли в ожидании, не смея перечить Лу Цзясину.
Тот отвёл взгляд от окна и, словно разговор иссяк, тихо произнёс:
— Все дети так любят играть в телефоне, что ли?
Затем посмотрел на остальных:
— Продолжайте.
— Тогда наша команда сейчас подготовит текст, свяжется с юристами, а я предупрежу отдел по связям с общественностью — нужно быть готовыми к возможным атакам хейтеров, — сказал Цинь Чжао и спросил у Лу Цзясина: — Лу Цзясин, а этот топик в соцсетях убирать будем?
— Нет. Если сейчас удалим — будет выглядеть подозрительно. Люди не дураки.
Он и сам так думал.
Лу Цзясин добавил:
— После его заявления, конечно, начнётся шумиха. У нас же скоро выходит сериал с новичком? Купите ему топик в соцсетях, чтобы отвлечь внимание.
Цинь Чжао мгновенно всё понял. Правда, такой ход потребует серьёзных вложений, и он вопросительно посмотрел на Лу Цзясина.
Тот уже предусмотрел всё заранее:
— Я покрою расходы. Делайте.
Команда уже собиралась приступить к работе, как вдруг Сюй Ли, стоявшая у окна, подняла руку — будто на уроке хотела ответить.
— Подождите, пожалуйста.
Цинь Чжао мягко сказал:
— Госпожа Сюй, пусть У Лан проводит вас в комнату отдыха. Сегодня нам предстоит много работы.
Голос Сюй Ли был тихим, будто её только что согрело солнце:
— Вы собираетесь публиковать пост с телефона Вэнь Чэ? Э-э… Можно мне самой это сделать?
Ли Сянь с самого начала заметил, что девушка очень красива — не в ярком, кричащем стиле современных звёзд, а с тихой, спокойной элегантностью. Её голос тоже звучал приятно, и он терпеливо объяснил:
— У Вэнь Чэ огромная аудитория — только в «Вэйбо» у него миллионы подписчиков. Любой его пост моментально набирает тысячи репостов. Если вы ошибётесь или напишете что-то не так, это только усугубит ситуацию.
Цинь Чжао согласно кивнул. Даже Вэнь Чэ, которого Ли Сянь удерживал на диване, поднял голову:
— Да, Сяо Лицзы, не мешай. Братик сейчас всё опубликует, и ты будешь свободна.
Сюй Ли не стала настаивать. Просто повернулась к Лу Цзясину. Её взгляд стал мягким, почти молящим, и она слегка прикусила нижнюю губу.
Что это значило?
Никто не понял. Но Лу Цзясин уже распорядился:
— Дайте ей телефон.
— Лу Цзясин… Это же не игрушка.
— Дай, — повторил он, и в голосе не было и тени сомнения.
Ли Сянь мысленно покачал головой: «Да что за чёртовщина! Малышка как-то умудрилась не только заставить Вэнь Чэ сфотографировать её, но и самого Лу Цзясина заставить потакать ей!»
Ну ладно. Если босс сказал — надо давать.
Экран уже был разблокирован и открыт на «Вэйбо». Сюй Ли сосредоточенно посмотрела на экран, пару раз провела пальцем, пару раз ткнула — и тут же вернула телефон:
— Готово.
Как это — готово?
Она даже не набирала текст!
Ли Сянь недоверчиво взял телефон, но чем дольше смотрел, тем серьёзнее становилось его лицо. Через несколько секунд он в изумлении воскликнул:
— Да она гений!
Цинь Чжао тут же забрал у него телефон, прочитал и с радостным блеском в глазах повернулся к Лу Цзясину:
— Лу Цзясин!
У Лан и Вэнь Чэ тоже заглянули — и У Лан тут же показал Сюй Ли большой палец:
— Барышня, ты обязательно должна поступать в аспирантуру! Такой ум — грех не учиться!
Лу Цзясин слегка подался вперёд и кашлянул пару раз.
Цинь Чжао улыбнулся и поднёс ему телефон:
— Лу Цзясин, посмотрите сами.
Сюй Ли ничего не публиковала. Она просто поставила лайк под одним из старых постов.
И этого оказалось достаточно, чтобы решить проблему раз и навсегда.
Тот пост содержал недавнее распоряжение Государственного радиокомитета: «Мужским звёздам запрещено носить серёжки в ушах во время съёмок развлекательных программ. Если серёжки всё же присутствуют, их необходимо замазывать.»
В своё время это вызвало бурные обсуждения: фанаты любимых артистов с серёжками громко возмущались и жаловались на несправедливость.
Сюй Ли поставила лайк именно под этим постом. А теперь вспомните, что написал Вэнь Чэ под фотографией: «Какие милые ушки без прокола!»
Любой человек сразу поймёт: он просто поддержал новое правило и сделал акцент на том, что у девушки нет серёжек — а значит, фото не нарушает регламент.
Таким образом, слухи были опровергнуты, а имидж Вэнь Чэ даже выиграл — теперь он выглядел как ответственный и законопослушный артист.
Два зайца одним выстрелом! И даже третий — прибыль!
Ли Сяню даже не нужно было нанимать блогеров и накрутчиков — фанатская база сама всё раскрутит в нужном направлении.
Он даже мог использовать это для продвижения нового, более позитивного имиджа Вэнь Чэ.
Вся комната разразилась восхищёнными возгласами.
— Вот это да! Мы тут голову ломали, а она пальцем шевельнула — и всё решила!
— Гениально! Как я сам до этого не додумался!
— Сяо Лицзы, ты просто молодец! Отлично сработала.
Вэнь Чэ поднял голову и искренне, с лёгким стыдом, показал ей большой палец.
Ли Сянь подошёл к ней, взволнованный:
— Девушка, а вы где учитесь? Не хотите ли перейти в индустрию развлечений? У нас отличная зарплата!
Лу Цзясин наконец фыркнул:
— О чём ты думаешь? У неё прекрасные оценки. Твоя контора и близко не стоит того, чтобы она там работала.
— Конечно, конечно.
Сюй Ли всё это время оставалась невозмутимой. Только когда она посмотрела на Лу Цзясина, в её глазах мелькнула лёгкая надежда.
Их взгляды встретились. Лу Цзясин чуть расслабил брови — и в этом молчаливом обмене было сказано всё.
Дело было улажено, но оставалась куча организационных вопросов. Лу Цзясин повёл Сюй Ли к психологу. Они сели в лифт для VIP-клиентов и поехали вниз.
Сюй Ли шла последней и не выдержала:
— Лу Цзясин… А я как?
Он повернул голову, замедлил шаг и лёгким движением коснулся кончика её носа. В голосе прозвучала улыбка:
— Ты — маленькая лисичка.
…
На парковке все разошлись по своим машинам. Вэнь Чэ вдруг почувствовал себя совершенно опустошённым и подошёл попрощаться с Сюй Ли.
Ли Сянь не смог его удержать и тяжело вздохнул.
— Прости меня, — начал Вэнь Чэ. — Тогда я не подумал. Я не хотел ничего плохого. Фото было… ну, просто в прямом смысле.
Сюй Ли махнула рукой:
— Всё уже решено. Просто в следующий раз не публикуй ничего без спроса и не фотографируй меня тайком.
Вэнь Чэ вспомнил Сюй Цинхэ и подумал: «Какой же ты, Лу Цзясин, придурок! У тебя такая замечательная девушка, а ты ещё и на стороне кого-то держишь!»
Его взгляд невольно скользнул по её ушам — и он замер. На мочке у Сюй Ли сверкало свежее проколотое отверстие.
В следующее мгновение он буквально взорвался.
Он бросился к Лу Цзясину, который уже шёл к своей машине:
— Цзясин-гэ! Мне нужно с тобой поговорить!
Лу Цзясин попытался отстраниться и пройти мимо.
Но Вэнь Чэ не отставал, глаза его покраснели:
— Ты что, псих?! Я просто сказал, что её ушки без прокола милые, и ты тут же заставил её проколоть уши?!
Лу Цзясину было лень объясняться:
— Прочь с дороги.
Вэнь Чэ схватил его за руку и не отпускал:
— Она ведь ничего не помнит, верно?
То, что Сюй Ли потеряла память, не было секретом — это легко можно было выяснить. Лу Цзясину было всё равно.
— Я имею в виду, она не помнит прошлого, да? — горько усмехнулся Вэнь Чэ. — А ты, Цзясин-гэ, разве не помнишь, как жестоко издевался над ней? И теперь изображаешь из себя влюблённого? А?
По воспоминаниям Лу Цзясина, Вэнь Чэ и Сюй Ли никогда раньше не встречались. Но сейчас он почувствовал: возможно, всё не так просто.
Автор примечает:
Лу Цзясин: Не помню. У меня тоже амнезия.
— Дядюшка, это же общественное место! Следи за имиджем, а то сейчас сфотографируют — и снова скандал! — Ли Сянь подбежал, чтобы увести его. — Пошли домой. Обсудим позже. Извините, Лу Цзясин, он такой. В индустрии развлечений все немного не в себе.
Это было сказано в упрёк Вэнь Чэ, но одновременно и как лестница для выхода из неловкой ситуации. Однако Вэнь Чэ был не из тех, кого можно остановить — когда он заводился, его не удерживали даже несколько человек.
http://bllate.org/book/6935/657055
Готово:
