— Выпьешь чего-нибудь?
Чжао Шэ протянула стаканчик с горячим напитком, из которого вился пар.
Хэ Юньшу взяла его и поблагодарила:
— Спасибо.
— Пожалуйста, — ответила Чжао Шэ. — Там, внутри, наверняка теплее.
— Просто вышла подышать, — сказала Хэ Юньшу и, обернувшись, стала разглядывать цветочные корзины вокруг. — Ты сегодня пришла рано?
— Примерно в то же время, что и на работу обычно, — пояснила Чжао Шэ. — Господин Фан несколько раз угощал нас «восемнадцатью старинными блюдами» в других заведениях. Очень вкусно. Говорят, у семьи Су ещё лучше, так что я уже с нетерпением жду.
Хэ Юньшу сделала глоток воды и стала дышать на ладони, чтобы согреть их.
— Когда Фан Чжоу угощает гостей, всё это организуешь ты, верно?
Чжао Шэ кивнула.
— Бывали ли среди гостей какие-нибудь особенные женщины? Где вы с ними встречались и что ели? — глаза Хэ Юньшу, скрытые в пару, пристально смотрели на собеседницу. — Если знаешь, пожалуйста, скажи.
Чжао Шэ спокойно выдержала её взгляд, не дав прямого ответа, но сказала:
— Я занимаюсь лишь деловыми встречами. Однако… — она слегка запнулась и неопределённо добавила: — В последнее время у господина Фан много неожиданных дел, его часто вызывают куда-то по телефону. Вместо того чтобы следить за его передвижениями, лучше понаблюдай за его личными вещами — там всегда остаются следы.
Хэ Юньшу усмехнулась с лёгкой иронией:
— Не знаю, правильно ли я поняла. Ты хочешь сказать, что он якобы на работе, а на самом деле встречается с какой-то женщиной, о существовании которой даже ты не знаешь? И при этом оставляет на себе улики?
Чжао Шэ промолчала, но её молчание было равносильно признанию.
Хэ Юньшу сделала ещё один глоток воды и сказала:
— Раз уж мы договорились полагаться только на собственные силы, тебе следовало бы самой найти эту женщину, а не подстрекать меня.
Автор говорит:
Мини-сценка:
Фан Чжоу: Вы вообще чем занимаетесь?
Цзянь Дун: Чжао Шэ, если ты и дальше так будешь поступать, я тебя точно не спасу.
Хэ Юньшу: Если она сама лезет под стену, зачем мешать? Давайте все вместе подтолкнём её хорошенько.
Фан Чжоу: Дорогая, это не нужно. Правда, не нужно.
Благодарности автора за поддержку в период с 19.02.2020 09:38:32 по 20.02.2020 17:46:10:
Благодарю за бросовые гранаты:
Цзан Мэн — 1 шт.
Благодарю за гранаты:
Сяо Си — 6 шт.; lol — 4 шт.; lemonade1, Цяньсяо Аньжань, Солнечный Город, Сюэ, Янь Сяопэй, Юй Я Юй, swanni, Рид, Ба Хао Цзю, Всё, что могу сказать, Почёсывающаяся Янтарь, Ты поел? — по 1 шт.
Благодарю за питательные растворы:
Цяньсяо Аньжань — 35 бут.; Zeroo — 20 бут.; cy050322 — 15 бут.; Нуань Гэ, Су Су, загорающаяся на солнце, Сяо Цзян, Рид, Аньи Ань — по 10 бут.; Всё, что могу сказать, biubiu, магазин «Байцай», специализирующийся на лучших товарах для покупок — по 9 бут.; Ван Никэ, Бянь Бянь — по 6 бут.; cardior, Хозяин Туотуо, Автор, пожалуйста, добавь главу! — по 5 бут.; Ты поел?, Лишнее! — по 3 бут.; 25483182, Идеал мира, Тинтин, Лэй Фэн не в пагоде Лэйфэна, lemonade1, Я суперкрутой, Фэйфэй, Девушка-мастер нездорового образа жизни, Цзюн Цзе, 2020 — удача и процветание! — по 1 бут.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Я продолжу стараться!
Хэ Юньшу попрощалась с Чжао Шэ и тут же столкнулась с Фан Хань.
Фан Хань цокнула языком:
— Как она сюда попала?
— Тётушка, — окликнула её Хэ Юньшу, — она пришла помочь.
— Помочь? Ерунда! Фан Чжоу разве не платит ей зарплату? Я тебе уже не раз говорила: я отношусь к тебе как к своей. Разве ты не знаешь, как я развелась? Неужели хочешь повторить ту же ошибку?
Фан Хань потянула её в сторону:
— Мне всё равно, способна она или нет. Способных мужчин полно. Почему бы Фан Чжоу не назначить секретаря-мужчину?
Хэ Юньшу впервые по-настоящему пережила эмоциональный удар два с лишним месяца назад, увидев след помады, но с тех пор, как твёрдо решила развестись, ей стало всё равно — изменяет он на самом деле или нет.
Фан Хань говорила из заботы и сочувствия, но также и из-за собственного опыта. Её брак был заключён между равными семьями, они с мужем росли вместе с детства и поженились очень молодыми. Но люди развиваются по-разному: её муж встретил на стороне более яркую женщину. Та тоже начинала с должности секретарши или помощницы и постепенно разрушила их семью. Сначала Фан Хань злилась, горевала, устраивала сцены, но потом решительно развелась. После развода она несколько лет была в ярости, пока мадам Фан не придумала предлог — якобы чтобы научить Хэ Юньшу кое-чему, — и постепенно помогла ей прийти в себя. Поэтому к Хэ Юньшу у неё было странное отношение: с одной стороны, раздражение, с другой — желание подогреть интерес и понаблюдать за развитием событий.
Хэ Юньшу понимала Фан Хань, но не собиралась вдаваться в подробности и, сославшись на необходимость, направилась к входу на парковку.
Вскоре подъехала машина её родителей.
За рулём сидел отец, рядом с ним — молодой человек, чьё лицо казалось знакомым. На заднем сиденье разместились мать и тётя Цуй.
После того как парковщик помог припарковаться, все четверо вышли из машины.
Молодой человек оказался Гуань Хао.
Хэ Юньшу не поняла, как он здесь оказался. Она подошла и поздоровалась:
— Папа, мама, тётя Цуй…
Её голос привлёк внимание всех четверых.
Гуань Хао сначала улыбался, но, увидев её, его улыбка стала странной. Он посмотрел на неё, затем на вывеску заведения и, наконец, перевёл взгляд на тётю Цуй.
Тётя Цуй же радушно сказала:
— Юньшу, это мой племянник Гуань Хао, о котором я тебе рассказывала. Гуань Хао, это Хэ Юньшу, дочь дяди Хэ и невестка семьи Фан. Познакомьтесь.
Она ждала, что они пожмут друг другу руки.
Хэ Юньшу слегка сжала губы — уж слишком всё совпало.
Гуань Хао вдруг рассмеялся:
— Тётушка, мы уже знакомы.
— Знакомы? — удивилась мать. — Когда? Почему Юньшу мне об этом не говорила?
Хэ Юньшу наконец пояснила:
— Познакомились недавно совершенно случайно. Я ела мороженое, не смотрела под ноги и налетела прямо на него…
Мать нахмурилась:
— Кто в это время года ест мороженое? Сколько раз тебе говорила — не есть холодное! Слушаешь ли ты меня хоть когда-нибудь?
Тётя Цуй больно ткнула мать в бок и кашлянула:
— Здесь столько людей, такая суета! Если хочешь ругать, подожди до завтра, когда Юньшу придёт домой.
Мать замолчала: дочь ведь теперь невестка семьи Фан, и надо сохранять лицо.
Отец, заметив неловкость, поспешил увести обеих тёток, сказав, что хочет осмотреть интерьер. Хэ Юньшу облегчённо вздохнула — в её нынешнем состоянии она точно не выдержала бы напора матери.
Когда все ушли, Гуань Хао протянул руку:
— Хэ Юньшу, давай познакомимся заново. Я — Гуань Хао.
Хэ Юньшу посмотрела на его руку — длинные, сильные пальцы с чёткими суставами — и слегка пожала её. Но Гуань Хао не отпустил её руку, его ладонь была горячей:
— Вот уж поистине судьба! Два раза случайно встречались, думал, может, будет и третий, но не ожидал, что ты дочь дяди Хэ. Очень приятно!
Его горячая ладонь обожгла её, она резко дёрнула руку, но не смогла вырваться.
Гуань Хао извиняюще улыбнулся и наконец отпустил её:
— Прости, просто я очень удивлён.
Хэ Юньшу убрала руку:
— Удивлён чем?
Гуань Хао на мгновение задержал взгляд на её чистых, без колец пальцах, будто хотел что-то сказать, но в итоге произнёс:
— Не ожидал, что ты уже замужем.
И даже у тебя двое сыновей.
Фан Чжоу подарил Хэ Юньшу помолвочное кольцо — четырёхкаратный жёлтый бриллиант в форме сердца, который делал её кожу белоснежной. Она очень любила его и не раз хвасталась перед матерью и Чжуан Цинь.
Но оно было слишком большим и вычурным для повседневного ношения, да и потерять такой камень — не по карману.
Потом появилось обручальное кольцо — скромное платиновое кольцо с крошечным бриллиантом внутри. Его-то она и стала носить. Сначала надевала, но потом заметила, что Фан Чжоу его не носит, а сама уже была поглощена мыслями о разводе и решила, что незачем носить кольцо в одиночку. Так оно и осталось лежать в шкатулке.
Из-за этого и возникло недоразумение.
Хэ Юньшу уже бывала в нескольких безобидных романах и прекрасно понимала, что такое любовь. Увидев выражение лица Гуань Хао, она сразу всё поняла.
Гуань Хао смутился, почесал нос и неловко улыбнулся:
— Прости.
Не уточнив, за что именно извиняется.
Она поспешила избежать недоразумений:
— Мне нужно подняться и заняться делами. До свидания.
Гуань Хао кивнул и проводил её взглядом, пока она не скрылась в толпе. Он долго смотрел ей вслед, затем вздохнул с горькой усмешкой.
Хэ Юньшу вернулась в заведение и нашла Су Сяодин.
Су Сяодин была в приподнятом настроении, сияла и улыбалась всем подряд.
Увидев Хэ Юньшу, она тут же воскликнула:
— Сноха!
Хэ Юньшу указала наверх:
— Мама ждёт тебя, хочет поговорить.
Су Сяодин чуть шевельнула бровями, но ничуть не удивилась и сразу согласилась. Даже несмотря на то, что Фан Цзюня здесь нет, она совершенно не боялась встречаться с его матерью наедине.
Они поднялись наверх, одна за другой, ни спеша, ни замедляя шаг.
Разговор был приватным, посторонним там не место. Хэ Юньшу проводила Су Сяодин к двери, а сама осталась ждать у лестницы.
Зимний полуденный свет был тусклым, поэтому в здании горели все лампы. Холодный белый свет делал мебель похожей на снег и подчёркивал полноту лица Су Сяодин. Она сидела напротив мадам Фан, держа спину прямо, слегка приподняв подбородок, что делало её лоб более выпуклым, а губы — ярче. Когда мадам Фан говорила, Су Сяодин внимательно слушала; когда же говорила сама, несколькими фразами заставляла мадам Фан менять выражение лица. Та, хоть и раздражалась, не уходила, не хлопнув дверью. Видимо, несмотря на слова о недовольстве Су Сяодин, на самом деле она была с ней бессильна.
Хэ Юньшу с завистью смотрела на Су Сяодин — на её уверенность в споре с мадам Фан, на её сияющие глаза.
Когда-то и у неё было такое время, но она всё это потеряла.
Хэ Юньшу совершенно не завидовала тому, сколько денег Фан Цзюнь потратил на Су Сяодин или сколько акций ей подарил. Она завидовала только его искреннему отношению к ней.
Фан Чжоу и Фан Цзюнь выросли в одной семье, получили одинаковое воспитание. Он прекрасно понимал, что такое настоящая любовь, знал, что она любит его, но всё равно не давал ей этого.
Эта зависть давила на неё так сильно, что она едва могла дышать.
Она глубоко вдохнула, её лицо покраснело, на лбу выступил холодный пот, сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди.
К счастью, Су Сяодин вскоре закончила разговор и вышла.
Хэ Юньшу с трудом обменялась с ней несколькими фразами и поспешно спустилась вниз, чтобы найти укромное место и перевести дух.
Дрожащими руками она достала телефон, нашла номер Фан Чжоу и набрала его.
Звонок прозвучал три раза и тут же был принят.
Голос Фан Чжоу прозвучал с явным раздражением:
— Юньшу, сейчас я очень…
— Сейчас, прямо сейчас, — перебила она. — Немедленно возвращайся в город. Иди в отель «Первый» напротив твоего офиса.
Фан Чжоу не ответил, в трубке раздался шум помех.
Хэ Юньшу холодно рассмеялась:
— Часа тебе хватит, чтобы вернуться?
— Юньшу, — сказал он, — давай будем разумны.
— Тогда пятьдесят минут, — её взгляд блуждал по толпе. — Я сейчас в таком состоянии, что, если не попробую на вкус эту измену, не знаю, на что решусь.
С этими словами она не дала ему ответить, выключила телефон и спрятала его в сумку.
Поправив волосы и одежду, подтянув сумочку, она направилась сквозь толпу к улице.
Пришло время подвести промежуточные итоги.
Едва она скрылась из виду, из-за угла появился Гуань Хао с сигаретой в руке. Он некоторое время смотрел ей вслед, глубоко затянулся и медленно выпустил дым.
Затем достал телефон и набрал тётю Цуй:
— У меня срочно возникли дела, не смогу остаться на обед. Мне нужно уйти.
Тётя Цуй расстроилась:
— Как раз сейчас? Юньшу очень милая, постарайся пообщаться с ней больше — может, удастся встретиться с Фан Чжоу.
Гуань Хао не ответил, положил трубку и тоже исчез в толпе.
Фан Чжоу слушал гудки в трубке и впервые почувствовал такое раздражение, что захотел швырнуть телефон об пол.
Его лицо стало мрачным, он попытался перезвонить, но никто не отвечал.
Старший господин Фан шёл впереди, его походка слегка пошатывалась. Он спросил:
— Что случилось с Юньшу?
Фан Чжоу посмотрел на его неуверенные шаги и не смог вымолвить то, что держал в горле.
— Не нужно меня сопровождать, у дяди Чжао полно помощников. К тому же мы собираемся играть в вэйци, а этот старый неумеха начинает партию — и не остановишь. Не стоит тебе ждать. Иди, — старший господин Фан оглянулся на подходивших сотрудников. — Оставь мне старика Циня.
Фан Чжоу всё ещё колебался:
— Но здесь я лучше всех разбираюсь в деталях.
http://bllate.org/book/8487/779984
Готово:
