Когда она дочитала этот отрывок, Фу Цзишэнь не оставил ей и тени снисхождения:
— Мой почасовой гонорар начинается как минимум со ста тысяч. А у тебя на счету хватает разве что на две-три фьючерсные позиции. На что ты собираешься меня нанимать?
Он добавил без жалости:
— Скорее всего, ещё пару дней проиграешь — и тебе нечем будет покрыть маржу. Тебя принудительно закроют. Откуда у тебя деньги на мой час?
Юй Цин молчала.
Будь она не в таком безвыходном положении и не вынуждена держать низкий профиль, она бы уже швырнула ему в лицо пару лимитированных сумок и прижала его голову: «Ну-ка, служи мне, милочка!»
А сейчас приходилось прижать хвост.
Она понимала его высокомерие: ему действительно нет смысла тратить столько сил и времени ради таких копеек. Для него это сделка с явно неравным соотношением усилий и вознаграждения — только сумасшедший согласился бы.
Но всё равно после такого колкого замечания настроение портилось.
Внезапно в голове мелькнула зловредная идея.
— Господин Фу.
— Не обсуждается.
— Вы хотя бы выслушайте меня до конца?
Фу Цзишэнь остановил её:
— У меня нет времени разбирать твои проблемы на фьючерсном рынке.
— Я не о фьючерсах, — Юй Цин придвинулась ближе. — Скажите честно: если я разбогатею, смогу ли я нанять вас на что угодно? Например, заплачу двадцать миллионов, чтобы вы месяц работали только на меня.
Фу Цзишэнь наконец поднял глаза:
— Неплохо дерзко. Ты правда думаешь, что стоит написать цифру «2» и добавить семь нулей — и у тебя сразу окажется двадцать миллионов?
Он отодвинул её в сторону:
— Лучше займись своим рынком.
Юй Цин тут же, как пружина, вернулась на прежнее место:
— Вы осмелитесь дать слово? Двадцать миллионов наличными — без займов, без кредитов, без помощи мужчин. Только мои собственные заработанные деньги.
Фу Цзишэнь никогда не боялся вызовов и не воспринимал её бахвальство всерьёз.
С интересом взглянув на неё, он сделал уступку:
— Двадцать миллионов — слишком много для тебя. Боюсь, пока у меня не родятся правнуки, ты так и не соберёшь нужную сумму. Два миллиона — продам тебе неделю своего времени.
Юй Цин усомнилась.
— Как только наберёшь нужную сумму — переводи прямо мне. Какую именно неделю хочешь забронировать — заранее сообщи секретарю Пань, — сказал Фу Цзишэнь и снова углубился в новости.
Вскоре автомобиль свернул в подземный паркинг башни корпорации «Фуши».
Юй Цин специально посмотрела на время: дорога заняла двадцать одну минуту.
В час пик на этот маршрут ушло бы как минимум полтора часа.
Это был первый раз, когда Юй Цин приехала в компанию на машине Фу Цзишэня. Чтобы избежать сплетен, она подождала, пока он выйдет, и ещё немного посидела, пока водитель не сказал:
— Мисс Юй, машин больше не заезжает.
— Хорошо, спасибо, — ответила она и вышла.
У лифтов Фу Цзишэнь ещё не поднимался — он разговаривал с заместителем главы финансового департамента.
В компании давно ходили слухи, что Фу Цзишэнь и Цяо Ян пара.
Юй Цин редко обращала внимание на такие сплетни — все её мысли были заняты тем, как заработать и стать независимой.
Услышав шаги, они одновременно обернулись.
В глазах Цяо Ян мелькнуло удивление: она не ожидала увидеть Юй Цин так рано. Обе женщины были в деловой одежде, с лёгким макияжем и бледной помадой, но Юй Цин почему-то казалась особенно привлекательной.
Юй Цин встретила их взгляды и вежливо поздоровалась:
— Доброе утро, господин Фу. Доброе утро, менеджер Цяо.
Цяо Ян уже несколько раз имела дело с Юй Цин:
— Доброе утро.
Фу Цзишэнь лишь кивнул и, повернувшись, ввёл отпечаток пальца на панели лифта. Двери медленно распахнулись.
Юй Цин не знала, ждал ли он её специально или просто увлёкся разговором с Цяо Ян и забыл о времени.
Они вошли в президентский лифт.
Фу Цзишэнь бросил на неё взгляд, ничего не сказал, но палец держал на кнопке — явно ждал.
Цяо Ян поняла намёк: босс хочет, чтобы Юй Цин тоже вошла.
— Юй Цин, заходите, — сказала она тепло и мягко.
На самом деле Юй Цин не хотелось ехать с Фу Цзишэнем в одном лифте.
Цяо Ян специально отошла в сторону, освобождая место.
Отказываться было невежливо:
— Спасибо.
Она встала в угол за спинами обоих.
Фу Цзишэнь нажал свой этаж, затем этаж офиса Цяо Ян и спросил:
— До какого вам?
Юй Цин:
— До двадцать восьмого. Спасибо, господин Фу.
Он уже нажал кнопку двадцать восьмого, ещё до того, как она произнесла число.
Цяо Ян слегка повернулась и, с лёгкой фамильярностью, спросила:
— Рабочий день начинается только в девять. Почему так рано? Вас начальство загрузило?
Юй Цин спокойно ответила:
— Нет. Вчера у меня возникли дела, и я ушла сразу после окончания смены. Осталось проверить несколько контрактов — решила пораньше прийти и доделать.
Цяо Ян улыбнулась:
— Так же было и со мной в начале карьеры. Если не закончишь работу вовремя, ночью снишься, боишься, что где-то ошиблась.
Пока они говорили, лифт остановился на двадцать восьмом этаже.
Юй Цин снова поблагодарила и быстро вышла.
— Она юрист в отделе правового обеспечения, — сказала Цяо Ян Фу Цзишэню, когда двери закрылись. — Многие в компании считают её своей богиней.
Пауза.
— И я тоже считаю её очень красивой, — добавила она с улыбкой. — Посмотрим, насколько наш вкус совпадает. Если бы вы ставили ей оценку по десятибалльной шкале, сколько бы поставили?
Фу Цзишэнь взглянул на неё:
— Теперь оценка персонала зависит от внешности?
Цяо Ян промолчала.
Она не уловила его ход мыслей, но поняла главное: он не хочет отвечать.
Что и ожидалось.
Она перевела разговор на работу:
— «Лэ Мэн» планирует увеличить расходы на наземные продвижения и персонал в первом квартале следующего года.
«Лэ Мэн» — бренд напитков, принадлежащий Цинь Молину, прямой конкурент «До Синь», напитков корпорации «Фуши». В этом году конкуренция особенно обострилась.
В следующем году станет ещё жарче.
— Может, нам тоже увеличить инвестиции в маркетинг? — спросила Цяо Ян.
Фу Цзишэнь, с тех пор как выкупил «До Синь», больше не интересовался напитками. Сейчас его мысли были заняты двумя участками земли.
— Обсудите это с вице-президентом «До Синь».
Цяо Ян кивнула:
— Хорошо.
В это время лифт достиг её этажа.
Тем временем на двадцать восьмом этаже Юй Цин открыла все окна, заварила кофе и погрузилась в анализ фондового рынка.
Незаметно наступило восемь тридцать.
Она всё ещё была погружена в аналитические материалы, надеясь, что сегодня повезёт: даже если не заработать много, то хотя бы не придётся пополнять маржу.
В восемь сорок в офис начали заходить коллеги.
Юй Цин спрятала все материалы по рынку и включила компьютер. Только теперь почувствовала голод — в спешке заработать забыла позавтракать, а теперь уже поздно идти за едой.
Она написала Фу Цзишэню: [Вы уже позавтракали?]
Фу Цзишэнь: [Сколько сейчас времени?]
Видимо, рассчитывать не на что. Юй Цин: [Я ещё не ела.]
Фу Цзишэнь: [Потому что встала недостаточно рано. Ранняя пташка червячка получает.]
Юй Цин мысленно фыркнула: [Господин Фу, вы, случайно, не слышали поговорку: «Ранний червяк — птичьей пищей»?]
Через некоторое время пришёл ответ: [Юй Цин, у тебя амбиций на гриву? Может, хоть раз задумайся о целях и постарайся не быть червяком!]
Юй Цин молчала.
Ещё куча контрактов требовала проверки — некогда думать о завтраке.
— Мэй Цинчэн, хочешь кофе? Я иду в чайную, — Чжан Сяочи встала со своего места и потянулась.
Юй Цин, не отрываясь от экрана, сверяла данные с результатами поиска в телефоне и совершенно не услышала вопроса.
— Юй Цин?
Она подняла голову, растерянно:
— Что?
— Когда я стану такой, как ты, чтобы, когда меня зовут, я вообще не слышала? — восхитилась Чжан Сяочи и указала на её кружку. — Кофе налить?
— Спасибо.
Юй Цин продолжила сверку. Убедившись, что у дистрибьютора поддельные документы, она сразу вернула контракт из отдела продаж через систему OA, подробно объяснив, в чём проблема.
Фу Цзишэнь прислал сообщение: [Голодна?]
Юй Цин: [Хозяйка этого телефона больше не существует. Её уже съела птичка. Её уже съела птичка!]
Ответа больше не последовало.
Наверное, он чуть не лопнул от злости.
Всё утро Юй Цин пила кофе вместо еды, но голод не унимался.
В половине одиннадцатого терпение лопнуло.
— У тебя есть что-нибудь перекусить? — спросила она у Чжан Сяочи.
В офисе запрещено есть, но женщины редко слушают правила — у всех всегда найдутся сладости.
Чжан Сяочи раньше любила сладкое, но сейчас готовилась к свиданию и сидела на диете.
— Посмотрю, может, что-то есть.
Перерыла все ящики, нашла только два кусочка шоколада и бросила их на стол Юй Цин.
— Пока что это всё. До обеда в столовой ещё целый час.
Юй Цин редко ела шоколад — слишком калорийно. Но сейчас было не до разборчивости:
— Спасибо.
Вдруг она пристально посмотрела на Чжан Сяочи. Та смутилась:
— Что ты так смотришь?!
— Ты наростила ресницы, — улыбнулась Юй Цин, откусывая кусочек шоколада и медленно его пережёвывая. — Очень красиво.
Чжан Сяочи честно призналась:
— Подруга познакомила меня с кем-то. Встречаемся в эти выходные.
Она вздохнула:
— Вам, красавицам, не понять наших страданий. С университета ни одного романа — и всё.
Юй Цин:
— У меня тоже не было.
Чжан Сяочи не поверила — наверняка Юй Цин просто старается поддержать её.
С тех пор как Юй Цин пришла в отдел правового обеспечения, сюда постоянно захаживали коллеги-мужчины — якобы с юридическими вопросами.
А в столовой и подавно — стоило ей появиться, как все мужские взгляды тут же устремлялись в её сторону.
Именно о таких, как она, говорят: «красота питает глаза».
У входа послышался знакомый голос, приближающийся всё ближе:
— А, хорошо. Наверное, контракт завалился под другие бумаги, не заметила. Я уже в офисе, сейчас посмотрю… Да, отлично, до связи.
Это была начальник отдела Чжоу Юньли. Обычно она разговаривала с подчинёнными совсем другим тоном. Сегодня же в её голосе чувствовалась несвойственная мягкость.
— Юй Цин, зайди ко мне, — прозвучало в офисе холодное, лишённое эмоций распоряжение.
Вот он, привычный тон Чжоу Юньли.
Чжан Сяочи опустила голову и бросила Юй Цин сочувственный взгляд.
Юй Цин аккуратно убрала важные документы в сейф и направилась в кабинет начальника.
Чжоу Юньли только что вернулась, повесила пальто:
— Ты заблокировала контракт от «До Синь»?
— Не блокировала, — доложила Юй Цин. — Это новый дистрибьютор из юго-западного региона. В скане бизнес-лицензии сфера деятельности «розничная продажа предварительно упакованных продуктов питания» подделана — добавлена позже. Также отсутствует лицензия на оборот пищевых продуктов. Я вернула контракт через систему OA и подробно указала причину. Сотрудники отдела продаж прекрасно знают требования к документам дистрибьюторов.
Она не знала, как именно отдел продаж пожаловался Чжоу Юньли и какие детали исказил, возлагая вину на неё.
Чжоу Юньли налила себе воды и молча смотрела на Юй Цин.
Юй Цин поняла, чего хочет её начальница: чтобы она безоговорочно одобрила контракт в системе OA.
Но это невозможно.
Если одобрить, а потом возникнут проблемы — отвечать будет она.
Чжоу Юньли медленно пила воду, глядя на неё с лёгкой насмешкой:
— Директор Чжао сообщил, что дистрибьютор уже подал заявку на изменение сферы деятельности в управление промышленности и торговли. Процедура может затянуться на несколько дней, но все документы пришлют вместе с официальным контрактом.
Юй Цин никогда не верила в устные обещания и промолчала.
Если сейчас уступить, завтра кто-то другой придёт без одного документа, попросит одобрить «временно» с обещанием прислать позже.
Послезавтра — другой без другого документа, тоже с обещанием.
А потом всё это канет в Лету, и у неё не хватит времени гоняться за всеми недостающими бумагами.
Как она тогда будет оформлять архивы?
Она не хотела открывать «зелёный свет» отделу продаж, но и открыто ссориться с непосредственным руководителем тоже не желала.
В рабочей среде крайне нежелательно портить отношения с прямым начальником.
Взвесив всё, Юй Цин нашла решение и начала готовить почву:
— Проблема с документами дистрибьютора может быть и незначительной, и серьёзной одновременно.
Чжоу Юньли явно не собиралась слушать. Она взяла какой-то файл и открыла его.
Юй Цин продолжила, не обращая внимания:
— Я юрист. Моя задача — выявлять и минимизировать риски, связанные с контрактами. Всегда нужно рассматривать самый худший сценарий.
http://bllate.org/book/9181/835567
Готово:
