Фэй Жань не выдержал и заорал:
— Ты что, псих?! Раз у тебя есть девушка, чего ты лезешь ко мне с придурью!
Ду Фэнцзи цокнул языком:
— Что происходит? Неужели твоя спасительница вернулась?
Се Бин отпустил его воротник и, нервно взъерошив волосы, плюхнулся на диван. Он не мог просто так подняться наверх — ни он, ни остальные не были главами своих семей и не имели права свободно распоряжаться верхними этажами.
— Вас только трое?
Ду Фэнцзи покачал бокалом:
— Да ещё Тан Шэнь.
Фэй Жань вдруг спросил:
— А куда делся Тан Шэнь?
И правда, Тан Шэня внезапно нигде не было. Фэй Жань задумался:
— Наверное, в туалет сходил? Вряд ли побежал за девушкой на самый верх.
Ду Фэнцзи бросил взгляд на Се Бина, сделал глоток освежающего бульона и, почти протрезвев, сказал:
— Ладно, мы ничего ей не сделали. Твой маленький спаситель… это она?
«Ничего не сделали?! Так ведь она уже поднялась туда!»
Се Бин ответил:
— Нет, это не твоё дело.
Их круг был невелик. Хотя они и переписывались онлайн, живя в разных городах, встречались редко и нельзя было сказать, что хорошо знали друг друга.
Он сжал коробку с игральными картами большим и указательным пальцами и понял: он не может оставаться безучастным.
Чем больше он думал об этом, тем сильнее убеждался — кто ещё сможет её спасти? У неё нет никого за спиной. Кто, кроме него, обладает достаточной властью?
Но как объяснить всё это своей семье — вот в чём проблема…
Пока он колебался, дверь с громким хлопком распахнулась, и в комнату вошла Линь Го, засунув руки в карманы.
Она нахмурилась и окинула всех взглядом:
— Вы чего все на меня уставились?
Ду Фэнцзи проглотил готовое «Ё-моё!», а Фэй Жань остолбенел — не веря, что она так просто спустилась вниз.
Се Бин тоже на мгновение опешил. Он представлял, как появится перед ней, словно луч света, протянет руку и вытащит из трясины, а холод в её глазах растает…
Только вот такого исхода он точно не ожидал.
Когда никто не проронил ни слова, Линь Го, недоумевая, прошла вглубь комнаты. За ней следовал ещё один парень.
Она кивнула подбородком:
— Иди забери свои вещи.
Увидев парня рядом с ней — того, чьи жесты казались знакомыми, даже интимными, — Се Бин почувствовал, будто иглы впиваются ему в глаза, и настороженно спросил:
— Какие у вас с Линь Го отношения?
Он же три года наблюдал за ней! Должен был знать её лучше всех! Откуда тогда столько неизвестного?
Линь Го, словно только сейчас заметив его, удивлённо воскликнула:
— Ты тут откуда взялся?
Се Бин:
— Я, конечно, пришёл за тобой!
— А, понятно, — кивнула Линь Го.
Всего лишь «понятно»??
Разве она не видит, как он за неё переживает??
Линь Ин взял свой забытый телефон и, довольный, подошёл к Линь Го, совершенно игнорируя Се Бина.
Он и сам недолюбливал этого фальшивого типа — внешне вежливого со всеми, но на деле смотрящего свысока. Ну и что, что богат и влиятелен? Он отлично знал, какие грязные истории творятся в его семье.
Линь Го приподняла бровь и велела Линь Ину подождать её внизу.
Когда тот ушёл, она пристально посмотрела на Се Бина, испытывая противоречивые чувства к этому главному герою оригинальной книги.
Как вообще могла сложиться такая дикая сюжетная линия? Возможно, Се Бин и правда человек с железной волей. Со временем он наверняка станет величиной, как гора, и получит право силой завладеть героиней, как в оригинале.
Более того, слабость прежней хозяйки тела тоже способствовала формированию его извращённого характера.
Но теперь сюжет уже окончательно пошёл наперекосяк, и всё это её больше не касалось… Она шагала слишком быстро, чтобы ждать, пока остальные догонят.
Се Бин думал, что она хочет что-то ему сказать. Но нет. Линь Го будто полностью отбросила прошлое, развернулась и ушла, оставив за собой лёгкий шелест одежды.
Три года преследования — и всё кончилось так просто.
Линь Го закрыла за собой дверь и столкнулась лицом к лицу с Тан Шэнем, стоявшим в темноте.
Тан Шэнь почти не выделялся на фоне — он стоял у лестницы, словно картина маслом. Его легко было не заметить; если бы он не заговорил, даже эти избалованные наследники едва ли обратили бы на него внимание.
Любой, кто знал Линь Го, удивился бы, увидев лёгкое напряжение на её лице.
Она глубоко вдохнула, прижала пятки вместе и вдруг торжественно отдала честь:
— Товарищ командир!
Се Бин безвольно сидел на диване — любому было видно, что настроение у него паршивое.
Фэй Жань тоже хмурился. Он сидел, потягивая вино в одиночестве, отослав всех своих подружек в сторону. Его длинные ноги покоились на низком столике, а когда он запрокинул голову назад, его взгляд встретился с Тан Шэнем.
— Ты… — начал он, собираясь сказать «Братан, ты меня пугаешь», но вовремя остановился — звучало бы слишком трусливо. Хотя обычно он и не осмеливался задираться перед этим сверстником, всё же он сам был сыном знатной семьи.
Поэтому он сменил тон:
— Ты куда пропал?
Тан Шэнь улыбнулся:
— Тебе так интересно?
Фэй Жань:
— Ладно, наверняка ничего хорошего.
Тан Шэнь сохранял улыбку и обошёл диван сбоку:
— Просто проверил одну вещь.
Линь Го стояла перед ним и чётко отдала честь — так же, как раньше. Пусть внутри она и не питала к нему особого уважения, но внешне всё было безупречно.
Тан Шэнь крутил в руках бокал с виноградным соком, половина его лица скрывалась в тени.
Он никогда не думал, что их встреча произойдёт именно так. Но по сравнению с прошлым она стала больше похожа на настоящего человека.
Теперь она начала заботиться о других. Хотя этот человек и выводил её из себя, заставляя делать лишнее, раньше она бы просто устранила его — одним выстрелом. А сегодня пошла на риск ради него.
Это подтверждало его прежнюю правоту: лучше уж он сам отправит её в иной мир, чем позволить ей превратиться в бесполезный предмет, который можно будет выбросить.
Линь Го опустила руку. Ей хотелось задать множество вопросов, но по привычке она ждала, пока старший заговорит первым. Поэтому она пристально смотрела на Тан Шэня, будто пыталась прожечь в его лице дыру.
Это тоже была привычка из того мира. Когда нельзя было прямо сказать начальнику: «Говори уже, не тяни!», она использовала взгляд для намёка — особенно если её командир был заядлым затяжником.
Раньше Тан Шэнь делал вид, что слеп и ничего не замечает, из-за чего его рейтинг как руководителя был самым низким.
Вспомнив прошлое, Тан Шэнь вдруг приободрился и, решив совершить доброе дело, спросил:
— Фэй Жань, ты завтра уезжаешь?
Фэй Жань кивнул, недоумевая:
— А зачем тебе это?
Тан Шэнь:
— Просто так. Только не забудь выкинуть свой телефон.
Все взгляды в комнате устремились на телефон Фэй Жаня. Выражения лиц были разные. Фэй Жань растерянно подумал: «Это же новый телефон! Зачем его выкидывать?» Ду Фэнцзи не выдержал и похлопал его по плечу:
— Спроси-ка у своей сестры, дома ли она сейчас.
Фэй Жань вскочил, как ужаленный, и широко распахнул глаза:
— Так это ты отправил мою геолокацию сестре?!
Тан Шэнь невозмутимо ответил:
— Нет, я ничего не делал.
Он выглядел очень миролюбиво:
— Я просто сделал вид, что не заметил.
Фэй Жань чуть не завыл от отчаяния:
— Боже мой! Она сейчас приедет и утащит меня домой! Наверняка заставит идти на свидание вслепую или сдаст отцу! Я погиб!
Ду Фэнцзи рассмеялся:
— При твоих-то данных тебе нужны свидания вслепую? Разве ты не помолвлен?
Фэй Жань:
— Именно эта детская помолвка! Ты же знаешь, как мы с принцессой Лу ненавидим друг друга. Лучше я в стену головой!
Тан Шэнь:
— Кстати, принцесса Лу учится в одном из местных вузов.
Фэй Жань:
— Тогда всё, мне даже домой ехать не надо — этап пропущен.
Ду Фэнцзи:
— …
Принцессу Лу звали Лу Си. С детства она водилась с мальчишками из двора, постоянно дралась и кричала. Позже стало известно, что она увлекается спортом и даже поступила как спортсменка-стипендиатка. Семья Лу всегда держалась в тени — когда она переводилась, никто даже не узнал.
Если нужно найти кого-то в этом городе, здесь есть подходящий человек.
Когда все перевели взгляд на Се Бина, тот холодно произнёс:
— Она учится в нашей школе, но мы не общаемся.
Он встал, уголки губ презрительно опустились, и он развернулся, чтобы уйти.
Оставаться здесь дальше — просто терять время.
После этого происшествия Линь Ин наконец согласился пойти в школу. Родители Линь Го звонили ей и не переставали благодарить. Отец, хоть и молчаливый и сдержанный, казался равнодушным, но мама рассказала Линь Го, что в те два дня он был вне себя от тревоги и почти не спал ночами, даже собрался купить билет на поезд, чтобы вернуться.
К счастью, Линь Го уговорила его остаться. Они даже не слышали, чтобы их сын когда-либо говорил с ними таким мягким голосом.
Линь Го молчала в трубку. Для неё всё было просто — это её обязанность как носительницы этого тела. А раз это долг, то благодарности не требуется. Но она не понимала, почему родители так эмоционально реагируют.
В итоге она… так ничего и не сказала.
Приближалась сессия, и Линь Го пропустила несколько пар. Догнать программу было невозможно — преподаватели вели по нескольку классов, а десятый класс учился хуже остальных, так что на них никто не обращал внимания.
Но она не волновалась. Дома бегло просмотрела учебники — и всё, результат обеспечен. Зато Жуань Фу и Юань Жуй часто приносили ей домашку. Староста становилась всё тревожнее, и Линь Го оставила её на ночь, чтобы подготовить к экзаменам.
Жуань Фу обычно сильно переживала перед контрольными, но на этот раз быстро успокоилась — рядом была Линь Го, и от неё исходило такое ощущение надёжности.
Однажды, когда Линь Го пришла на занятия, она заметила странные взгляды окружающих.
Она едва заметно вздохнула.
— Ццц, некоторые совсем совести не имеют! Как можно так нагло заявиться на пары! — раздался женский голос сзади. Говорившая явно не снижала тона, желая, чтобы все услышали.
Тан Чэн стояла спиной к этому направлению и тихо хихикала с подружками, то и дело поглядывая в их сторону.
— Я слышала выражение «бесстыдство»…
— Правда ли, что Тан Чэн говорит? Она действительно ходила на занятия прямо из бара!
Тан Чэн понизила голос:
— Правда. Кто-то своими глазами видел, как она зашла в бар. Кто знает, с какими мужчинами там путается…
Окружающие с тревогой смотрели на неё, будто хотели что-то добавить, но колебались. Одна из девушек спросила:
— Тан Чэн, ты что-то хочешь сказать?
Тан Чэн крепко прикусила губу:
— Только никому не рассказывайте! Я случайно увидела… Линь Го встречается с парнем из восьмой школы и даже пустила его ночевать к себе домой!
Хлоп!
Чэнь Сяодо вдруг выскочила из класса и дала Тан Чэн пощёчину.
Девушки вокруг остолбенели. Чэнь Сяодо была выше большинства девчонок, а в гневе её присутствие казалось ещё внушительнее — никто не осмеливался вмешаться.
— Ты врёшь! Как ты можешь быть такой мерзкой! — кричала Чэнь Сяодо, вне себя от ярости. — Почему ты распускаешь слухи? Линь Го не такая!
Тан Чэн на секунду опешила, затем схватила стоявшую рядом бутылку с водой и замахнулась, чтобы ударить.
— Ты посмела меня ударить!
Ситуация вышла из-под контроля. Никто не решался остановить Чэнь Сяодо — ведь она была права. Но и Тан Чэн никто не смел трогать — с ней лучше не связываться.
Однако бутылка так и не достигла цели — её ловко перехватила чья-то рука.
Линь Го:
— Ты думаешь, тебя никто не посмеет ударить?
Она резко оттолкнула Тан Чэн. Та, потеряв равновесие, села прямо на пол. Остальные разбежались, будто от чумы, и ни один парень не пошёл помогать.
Лицо Тан Чэн сначала покраснело, потом посинело. Она попыталась встать, но, встретившись взглядом с Линь Го, вдруг почувствовала, что силы покинули её.
В этом взгляде она почувствовала холодный клинок, нависший над головой.
Внезапно между ними ворвалась заплаканная фигура, голос которой вызвал мурашки:
— Не деритесь! Прошу вас, не драка! Это всё моя вина.
На лице Чжао Цзяйи были следы слёз.
— Прости, прости, прости… — повторяла она, будто на ней лежала вся вина за случившееся.
Плачущая красивая девушка легко вызывает сочувствие. Один из парней не выдержал:
— Что случилось? Почему ты извиняешься?
Чжао Цзяйи умоляюще посмотрела на Линь Го и, всхлипывая, сказала:
— Прости, Линь Го… Это я плохая. Зачем ты пошла в такое место…
Чэнь Сяодо сегодня окончательно поняла, насколько мерзки эти люди:
— Какое место?! Говори яснее!
Линь Го вдруг взяла Чэнь Сяодо за руку. Сердце подруги сразу успокоилось.
http://bllate.org/book/9521/864019
Готово:
