Внезапно небольшой прибор, стоявший на кафедре, вспыхнул ярким светом, и лучи его ударили прямо в экран.
Цзян Чжи-яо: …
Янь Фэйфань, директор школы, сидевший в первом ряду и до этого спокойно наблюдавший за этим балаганом, теперь нахмурился:
— Кто это? Кто включил проектор? Нам он сейчас не нужен.
Но никто не отозвался. В зале поднялся ропот тревожных голосов, заглушивший прежние смешки:
— Что случилось? Мой телефон сломался!
— Я только что записывал видео, а теперь экран белый!
— У меня то же самое! Странно… мой телефон показывает именно тот экран, что впереди!
Без разницы — снимали ли они видео, листали форум или яростно обсуждали в школьном чате [Сексуальная Цзян Яо-яо прямо сейчас решает задачи] — все телефоны словно превратились в кирпичи. Эти богатые дети использовали самые дорогие модели — «восьмизвёздочные» или с системой «Ванчжэ», — но их устройства были взломаны без малейшего сопротивления.
Тысячи экранов мобильных и главный экран в зале одновременно вывели одну и ту же фразу:
2019 год, лето. Экзаменационные задания по китайскому языку для старшеклассников провинции Хубэй, город Хуанган, промежуточная проверка знаний.
Некоторые отличники вдруг вспомнили:
— Разве это не та самая работа, которая поставила в тупик даже победителя национальных экзаменов?
— Да, да! Говорят, там огромный объём классических текстов, а тема сочинения — совершенно непонятная.
— Наши одиннадцатиклассники тоже решали эти задания. Слышал, семьдесят процентов получили «неуд»…
— Так что происходит? Кто-то заставил Цзян Яо-яо решать эти задания? Но она же десятиклассница!
— Ха-ха-ха! Наверное, кому-то показалось недостаточно весело, и они решили устроить ей позор! Гениально!
В такси.
Юноша по имени Ван Бинь с ноутбуком на коленях быстро стучал по клавишам, создавая мелодичный ритм, от которого водитель то и дело поглядывал на него в зеркало заднего вида.
Он прижимал телефон плечом и говорил:
— Ся-гэ, а ты уверен, что твой план сработает? Посмотри, включился ли проектор?
Из трубки раздалось тихое:
— Проектор включён. Кроме меня, все телефоны в зале действительно заблокированы.
Парень радостно рассмеялся:
— Отлично! Теперь мы устроим настоящее шоу… Пусть после этого никто не осмелится обижать мою богиню!
Ци Ся тихо произнёс:
— Увеличь шрифт. У меня файл с мелкими буквами, задние ряды не разглядят.
— Да ладно тебе, Ся-гэ! Ты что, считаешь меня своим оператором проектора?
Ци Ся:
— У меня ещё и динамик в телефоне плохо работает. Раз уж начал, подстрой и громкость.
Ван Бинь: …
В малом актовом зале средней школы Сяоминчэн.
Кто-то включил кондиционер, и прохлада пробежала по спинам собравшихся. Одни продолжали хихикать над своими телефонами, другие пристально смотрели на экран. Директор понял, что всё не так просто, как казалось, но, увидев легендарные задания, которые когда-то поставили в тупик даже победителя национального экзамена, заподозрил, что организатор всего этого, возможно, на его стороне.
Поэтому Янь Фэйфань скрестил руки и решил наблюдать.
Старый учитель Лю Цзюньдэ с лёгкой усмешкой в уголках глаз произнёс:
— Похоже, кто-то посчитал мои задания слишком лёгкими для тебя, Цзян Чжи-яо. Знания десятого и одиннадцатого классов во многом пересекаются, особенно в части анализа текстов. Попробуй решить эту работу.
Цзян Чжи-яо потерла виски, подтащила поближе стул и села.
— Простите, возраст уже не тот, чтобы стоять, — вежливо сказала она, будто бы бабушка.
Её взгляд упал на экран. Луч проектора окружил девушку, подчеркнув её чёткие черты лица. Жемчужная заколка в причёске доумацзи блестела холодным белым светом.
【Часть I (Задания по чтению), всего 70 баллов
I. Чтение классических текстов (35 баллов)
(1) Отрывок из «Книги о пути и добродетели», (всего 9 вопросов, по 3 балла за каждый)
Управление великой страной подобно приготовлению мелкой рыбы. Когда Дао управляет Поднебесной, даже духи теряют силу. Не то чтобы духи утратили силу, просто их сила не причиняет вреда людям…】
В этот момент текст на экране внезапно увеличился, и на первом кадре отобразилась только эта часть. Едва это произошло, в зале послышались возгласы:
— «Книга о пути и добродетели»? Как же скучно!
— Да, опять про управление государством. Ну и зануда эта Цзян Яо-яо! Наверняка скажет: «Я с Лао-цзы не знакома»!
— Ха-ха-ха! Кто вообще придумал такой номер? Респект!
Цзян Чжи-яо вдруг заговорила:
— Почему здесь оборвалось? Хотите, чтобы я процитировала дальше? Пожалуйста.
Она окинула взглядом зал и начала без малейшего запинания:
— Управление великой страной подобно приготовлению мелкой рыбы. Когда Дао управляет Поднебесной, даже духи теряют силу. Не то чтобы духи утратили силу, просто их сила не причиняет вреда людям. И не только их сила не вредит людям — и святые не причиняют вреда. Когда ни одна из сторон не причиняет вреда другой, добродетель сливается воедино…
Она декламировала так плавно и уверенно, будто читала с листа, без единой паузы. Все остолбенели.
— Стоп, это же задание на понимание текста, а не на заучивание!
Проектор, казалось, завис. Ци Ся в последнем ряду нахмурился и что-то тихо сказал. Только тогда надпись на экране медленно поползла вверх, а шрифт немного уменьшился.
— Чёрт, Ся-гэ! Такси тряхнуло, и я пару клавиш не туда нажал. Экран сам собой дернулся?
— Ничего страшного. Сейчас всё восстановилось.
Текст на экране продолжил двигаться, пока не появился первый вопрос:
«1. Выберите группу слов, в которой есть хотя бы одно с ошибкой в произношении».
Всего три группы, по четыре слова в каждой.
Цзян Чжи-яо замолчала на мгновение, собираясь ответить, но господин Лю прервал её:
— Не нужно выбирать. Всё, что ты сейчас процитировала, произнесено абсолютно верно.
Она кивнула.
Её чтение было не просто правильным — каждое слово, каждый звук были точны, а дыхание ровным. Она делала паузы именно там, где требовалось согласно древним канонам. Этот отрывок из «Дао дэ цзин» был обязательным для заучивания в семье Цзян. Если бы она не смогла его воспроизвести, её отправили бы на три дня молиться в семейный храм.
Экран продолжил прокручиваться.
«2. Выберите неверное толкование фразы „Управление великой страной подобно приготовлению мелкой рыбы“».
Проектор снова завис.
Цзян Чжи-яо посмотрела на строку текста, медленно повернулась к залу и тихо сказала:
— Почему здесь снова остановилось? Хорошо. Я объясню своё понимание этой фразы четырьмя примерами.
Внутри у неё зародилась лёгкая радость.
Прошло уже более двух тысяч лет с тех пор, как она последний раз составляла императорские указы для своего супруга. Тогда её литературный стиль и глубина мысли вызывали восхищение даже у самого Сына Небесного. Но после смерти все эти таланты оказались бесполезны — ей оставалось лишь беседовать с духами на горе Цинби.
А теперь, наконец, она снова могла свободно излагать свои мысли о государстве и политике — с полной отдачей и наслаждением.
Когда Цзян Чжи-яо погружалась в свой внутренний мир, она становилась предельно сосредоточенной. Она даже не заметила, как насмешливые взгляды в зале сменились молчанием, а затем — полным недоумением. Директор Янь Фэйфань стиснул зубы, впивая ногти в ладонь.
Господин Лю Цзюньдэ сжал губы. Он пристально смотрел на эту обычную десятиклассницу, из уст которой лились столь глубокие и величественные суждения, и его грудь судорожно вздымалась.
За спиной девушки проектор наконец перестал зависать и показал варианты ответов на вопрос… Когда она замолчала, господин Лю наконец произнёс:
— Потрясающе. Твоё понимание гораздо глубже, чем любое из предложенных в задании. — Он не удержался и спросил: — Ты всего лишь десятиклассница… Откуда у тебя такое доскональное знание «Книги о пути и добродетели» и столь зрелое понимание государственного управления?
Ученики переглянулись.
— Вот это да… Даже Лю Яньван так отзывается о Цзян Яо-яо?
— Но реально круто!
— Может, она всё подготовила заранее? Опять утечка заданий?
— Не похоже. Всё, что она сказала, звучало как её собственные мысли.
…
Цзян Чжи-яо ответила господину Лю:
— В нашей семье Цзян изучают и размышляют об этих знаниях ради мира и процветания Поднебесной, ради благополучия всех поколений потомков.
Она чуть прищурилась и посмотрела на тысячу учеников перед собой:
— Вы все — мои потомки.
Затем перевела взгляд на Лю Цзюньдэ:
— А ты, Лю, человек достойный. Твой дед, господин Лю Ичжоу, — человек, которого я уважаю. И ты тоже мой потомок.
Как только Цзян Чжи-яо произнесла эти слова, все — ученики, директор и даже сам Лю Цзюньдэ — уставились на неё с изумлением.
??? Что?! Мы все — твои потомки? Даже Лю Яньван — твой потомок?
Цзян Чжи-яо не говорила без оснований. Ведь всем этим ребятам было на несколько тысяч лет меньше, чем ей. Разве они не её потомки? Кроме того, когда она ещё жила на кладбище, не раз беседовала с духом Лю Ичжоу и обещала присматривать за его потомками.
С материнской добротой она подошла к суровому, морщинистому, как грецкий орех, Лю Цзюньдэ и мягко похлопала его по плечу:
— Сяо Дэ, дедушка видел книгу, спрятанную под твоей кроватью. Он говорит, тебе не стоит стыдиться её. Управляй страной, приводи в порядок семью, совершенствуй себя и устанавливай мир в Поднебесной — он гордится тобой.
Лю Цзюньдэ, человек немолодой и много повидавший, никогда не сталкивался с подобным.
Всего за несколько секунд все наблюдали, как легендарный «Лю Яньван» нахмурился, морщины у глаз глубоко врезались в кожу у висков, и он, будто пошатнувшись, еле добрался до кафедры, чтобы опереться. Из его глаз скатилась слеза.
— Откуда ты знаешь, что меня зовут Сяо Дэ? Откуда знаешь про книгу? Как ты узнала о моём деде?.. Я…
Цзян Чжи-яо мягко улыбнулась. В лучах проектора её лицо, ранее строгое, стало теплее и нежнее. Она снова похлопала его по плечу:
— Хватит. Ты уже в годах, нельзя так сильно волноваться. Довольно.
Слёзы «Лю Яньвана» ошеломили весь зал.
Кто-то уронил телефон, кто-то разинул рот, кто-то хлопал себя по щекам, думая, что спит.
В последнем ряду Ци Ся по-прежнему сохранял мрачное выражение лица. Он потёр висок в полумраке.
Именно в этот момент директор вскочил на ноги и крикнул:
— Довольно издевательств!
Лицо Янь Фэйфаня покраснело:
— Лю Цзюньдэ! Я позвал тебя сюда, чтобы Цзян Чжи-яо прошла испытание, а не чтобы ты болтал с ней о семейных делах! И ты, Цзян Чжи-яо! Не думай, что этими фокусами обманешь меня! Кто дал тебе право управлять проектором и выводить эту работу? Ты заранее подготовила её, думая, что я не замечу?
Шёпот, подобный приливу, снова заполнил зал.
— А ведь правда… Как Цзян Яо-яо управляла нашими телефонами и проектором?
— Наверное, она заранее подготовила эту работу.
— Но как она узнала про деда Лю Яньвана…?
В этот момент в распахнутые двери зала ворвался высокий силуэт. Юноша в чёрной маске, очерченный контурами против света, словно вытеснил из помещения последние остатки здравого смысла.
Он подошёл к Цзян Яо-яо, в левой руке держа MacBook, а правой легко постучал по клавиатуре. Экран позади мгновенно погас. Одновременно с этим все телефоны в зале вернулись в норму — кто-то снова увидел интерфейс видеозаписи, кто-то — чат.
— Никто не давал Цзян Яо-яо права управлять проектором.
— Это сделал я. Ирума.
…
Девяносто девять процентов учеников в зале хором выдохнули:
— Чёрт возьми!
Ирума-да?
Тот самый Ирума, чьё лицо никто никогда не видел?
Легендарный хакер города Сяомин, чей уровень почти достиг вершины современных технологий?
Да, если это он — тогда действительно возможно взломать все электронные устройства в зале, включая телефоны и проектор. Всё, что подключено к сети.
http://bllate.org/book/9786/885992
Готово:
