— Значит, не было видно никакого посредника, проникшего в щель. Здесь ведь нет условий, при которых возникает щель инь-ян… Неизвестно почему, она внезапно появилась. Появление того старого духа, скорее всего, связано именно с ней. Ци Яньчэн исчез потому, что попал внутрь щели и полностью потерял связь с внешним миром.
Рун Ли ещё до этого опасалась такой возможности — и вот, к сожалению, её опасения оправдались.
— Щель инь-ян может быть создана человеком? — недоверчиво воскликнул Чжуо Янъи. Если бы он не знал способностей Рун Ли, то подумал бы, что перед ним какой-то глупец, выдумывающий небылицы.
— В давние времена, во времена расцвета, могущественные мастера дао использовали щели инь-ян, поглотив множество жизней. Позже этот метод стал запрещённым искусством и постепенно утрачен. Сегодня уже никто не знает, что такие щели можно создавать искусственно.
Чжуо Янъи был поражён до глубины души. Он чувствовал себя совершенно ничтожным: ведь ещё недавно считал себя весьма талантливым и мечтал вскоре стать величайшим мастером дао.
— Значит, в современном мире всё ещё есть такой могущественный человек? — с восхищением спросил он. — Кто бы это ни был, раз он смог создать щель, может, он и сможет выпустить оттуда брата Чэна?
Сразу же после этих слов он почувствовал, насколько глупо прозвучало его предположение, но взять их обратно уже не мог.
— Современные люди давно утратили такие возможности и условия. Даже в эпоху расцвета создание щели считалось деянием, противоречащим самой Небесной воле, и лишь немногие обладали достаточной силой для этого. Эта щель была создана кем-то из древних, и, вероятно, сейчас что-то её активировало.
Искусственно созданная щель инь-ян не так строга, как естественная: как люди, так и духи могут входить и выходить из неё. Однако для любого существа — будь то человек или призрак — прохождение через неё причиняет огромный урон.
— Неужели этим кто-то управляет?
— Боюсь, чтобы понять, что происходит, нам нужно сначала спасти Ци Яньчэна.
— Тогда что нам делать? — растерянно спросил Чжуо Янъи, глядя на огромное дерево перед собой. — Брат Чэн ведь точно знал о существовании щели инь-ян… Как он вообще последовал за ней внутрь!
Рун Ли тоже не знала, как поступить. Даже когда Сяочао привёл её сюда, она ничего не почувствовала. Лишь приложив максимум усилий, она уловила слабейший диссонанс — и то только потому, что заранее знала, на что обращать внимание. Иначе бы даже не заметила.
Она не знала, как открывать щель инь-ян. В наследственной памяти об этом не говорилось: каждый мастер дао хранил свой метод в тайне, и никто посторонний не имел к нему доступа.
Ситуация зашла в тупик. Чжуо Янъи уже собирался вернуться и позвонить учителю, чтобы тот как можно скорее прислал помощь.
В этот момент Се Дуонань шагнул вперёд и провёл ладонью по стволу дерева:
— Дайте мне попробовать.
Чжуо Янъи с изумлением уставился на него, чувствуя смесь недоумения и раздражения:
— Господин Се, я понимаю, что вы хотите помочь, но это же не кино! Нельзя просто принять пару эффектных поз и решить проблему.
Хотя Се Дуонань и был отцом Рун Ли, в роду Рун особой силой всегда обладали женщины; мужчины же, особенно из других кланов, как правило, были обычными людьми — так сохранялась чистота крови.
«Как же так, — думал Чжуо Янъи, глядя на Се Дуонаня, — у такой могущественной Рун Ли такой ненадёжный отец?»
Се Дуонань ничего не стал объяснять. Он просто приложил руку к дереву и спокойно закрыл глаза.
— Аба… — тревожно прошептала Рун Ли. С того самого дня всё будто пошло наперекосяк.
— Не волнуйся, — мягко ответил он. — Я просто попробую. Не знаю почему, но мне кажется, будто я могу открыть эту дверь.
Рун Ли перестала возражать, но велела Чжуо Янъи отойти подальше. Сама же встала за спиной Се Дуонаня и взяла его за свободную руку.
Се Дуонань больше не отвлекался. Он сосредоточился и направил внутреннюю энергию в ладонь. Это умение он освоил лишь пару дней назад и до сих пор не понимал, зачем оно ему. Но сегодня, похоже, нашлось применение.
Рун Ли почувствовала перемены внутри него и тоже закрыла глаза, направляя свою иньскую энергию, чтобы помочь ему упорядочить поток.
Чжуо Янъи смотрел на них обоих с тяжёлым чувством в груди и глубоким разочарованием в себе: неужели его способности упали так низко, что он даже не может отличить практика от обычного человека?
Пока он размышлял об этом, в том месте, где ладонь Се Дуонаня касалась дерева, вспыхнул ослепительный свет. Ствол дерева медленно раскрылся, словно древние врата, скрипя и раздвигаясь в стороны…
— Что за чёрт?! Как такое возможно! — Чжуо Янъи остолбенел, не веря своим глазам.
Се Дуонань действительно открыл щель инь-ян?
Его уверенность в себе как лучшего новичка поколебалась окончательно. Он даже не почувствовал в Се Дуонане следов духовной практики, а тот без труда открыл щель инь-ян!
Учитель всегда говорил, что он слишком молод и самоуверен, не понимает, что за пределами его знаний существуют куда более могущественные люди. Раньше он не придавал этому значения, но теперь реальность жестоко ударила его по лицу.
Сам Се Дуонань с изумлением смотрел на происходящее. В голове просто прозвучал голос, велевший ему сделать это — он и не ожидал, что получится.
— Я действительно открыл её.
— Аба, ты потрясающий! — радостно воскликнула Рун Ли, не скрывая изумления. Она и представить не могла, что её отец обладает такой силой. Её аба определённо не простой человек.
Старейшина деревни Люхуай никогда не помогала посторонним — Се Дуонань был единственным исключением. Рун Ли всегда подозревала, что это связано с его истинным происхождением. Иначе бы старейшина не вмешалась. Сейчас же её догадка получила подтверждение.
Се Дуонань слегка улыбнулся: наконец-то он оказался хоть немного полезен. Но дальше он был совершенно растерян.
— Что нам делать теперь?
Рун Ли взглянула на щель, раскрывшуюся до размеров обычной двери:
— Я пойду внутрь. Вы двое останьтесь снаружи.
— Ни за что, — сразу же возразил Се Дуонань. Как отец, он не мог допустить, чтобы дочь отправилась в такую опасность одна. — Пойду я, или пойдём вместе.
Если бы он знал, что делать внутри, он бы ни за что не позволил Рун Ли идти первой. Но поскольку он не понимал, что ждёт их за порогом, согласился лишь на совместное путешествие.
— Хорошо, — сказала Рун Ли, видя его решимость.
Она перевела взгляд на Чжуо Янъи. Тот тут же поднял руку:
— Я тоже хочу пойти с вами!
Встретить щель инь-ян — уже редкость, а уж тем более получить шанс заглянуть внутрь! Если он упустит эту возможность, будет жалеть всю жизнь.
Но Рун Ли возразила:
— Мы не знаем, что там внутри. Возможно, войдя, уже не сможешь выбраться. Тебе лучше подождать снаружи.
Чжуо Янъи ещё не достиг совершеннолетия, и она не хотела подвергать его риску. Хотя Се Дуонань и сумел открыть щель, неизвестно, сможет ли он открыть её снова изнутри. А вот вместе они будут сильнее — поэтому Рун Ли и согласилась идти с отцом.
— Я уже не ребёнок! — возмутился Чжуо Янъи. — Я сам отвечаю за свои поступки и точно не стану вам обузой!
Се Дуонань взглянул на него:
— Кто-то должен остаться снаружи на случай, если придёт помощь. Если мы окажемся в ловушке, именно ты свяжешься с другими и сообщишь, что произошло.
Чжуо Янъи, хоть и с неохотой, больше не настаивал.
— Расскажете потом подробно, как там всё устроено? — с надеждой попросил он. — Если получится сфотографировать — ещё лучше.
Се Дуонань фыркнул:
— Ты думаешь, мы идём на экскурсию?
Но, увидев разочарованное лицо юноши, смягчился:
— Фотографировать нельзя, но расскажу обязательно.
Чжуо Янъи тут же просиял.
— Пора входить, — сказал Се Дуонань, нахмурившись.
Только что щель была размером с дверь, но теперь она сузилась до такой степени, что пролезет лишь один человек — и то не слишком крупный. Щель инь-ян медленно смыкалась.
Отец и дочь не стали медлить и, под пристальным и обеспокоенным взглядом Чжуо Янъи, поочерёдно шагнули внутрь.
В тот же миг ледяной холод пронзил их тела до самой души. Сразу же после их входа врата захлопнулись.
Оказавшись внутри щели инь-ян, оба невольно нахмурились.
Здесь царило ощущение чуждости — их тела явно чувствовали, что они здесь лишние.
Перед глазами простиралась бескрайняя белизна, не имеющая ни начала, ни конца, словно весь мир погрузился в первобытный хаос. Особенно тревожно стало, когда врата за ними закрылись — теперь невозможно было понять, где вход.
— Везде одинаково, — сказал Се Дуонань, оглядываясь. Куда ни глянь — везде одно и то же. Только что закрылись врата, а он уже не мог вспомнить, с какой стороны они были.
Во все триста шестьдесят градусов — лишь ослепительная белизна. Ни звука, кроме их собственных голосов. Хорошо ещё, что они вдвоём: хоть можно разговаривать, иначе одиночество быстро свело бы с ума.
— Я не чувствую своей силы, — растерянно сказала Рун Ли. С тех пор как она себя помнила, такого не случалось никогда. Её сила будто полностью исчезла — она ощущала себя обычной смертной, лишённой оружия.
Щель инь-ян не принадлежит ни миру живых, ни миру мёртвых. Поэтому любой, кто в неё попадает, теряет свою силу — неудивительно, что выбраться отсюда почти невозможно.
— Здесь слишком странно, — сказал Се Дуонань. — Мы должны держаться вместе и ни в коем случае не терять друг друга. В таком месте легко потеряться.
Рун Ли подумала и вытянула со своего запястья верёвку для извлечения душ, связав их руки:
— Так мы точно не разлучимся.
В ту же секунду оба почувствовали нечто необычное.
— Аба… Кажется, я снова ощущаю свою силу, — удивлённо сказала Рун Ли.
Се Дуонань тоже был поражён: в момент, когда их руки соединились, в его сознании возникло смутное, но чёткое направление.
— Пойдём вон туда, — сказал он, доверяясь внутреннему чутью. Голос в голове указывал именно на эту сторону — так же, как и раньше, когда он открывал врата. Будто он от рождения знал, что делать.
Рун Ли без колебаний последовала за ним.
Но этот мир, казалось, не имел границ. Куда бы они ни шли, конца не было видно. Иногда создавалось впечатление, что они бегут по беговой дорожке: движутся, но не продвигаются вперёд.
Се Дуонань упрямо шёл вперёд, не собираясь сдаваться. Рун Ли молча следовала за ним, не задавая вопросов и не выражая сомнений.
Время здесь будто застыло: стрелки наручных часов перестали двигаться. Они шли, не зная, сколько прошло — часы или дни, — но вокруг по-прежнему царила безжизненная белизна.
Наконец Се Дуонань начал сомневаться:
— Может, мы ошиблись?
Это был его первый совместный подвиг с дочерью, и он сильно переживал, что подведёт её. Хотелось предстать перед ней как надёжный отец, а вместо этого — неудача с самого начала. Если бы он был один, он бы без колебаний следовал интуиции. Но ради дочери не мог позволить себе ошибиться.
Рун Ли почувствовала его тревогу и улыбнулась:
— Здесь всё равно куда идти — везде одинаково. Аба, раз ты смог открыть эти врата, значит, только ты и сможешь нас отсюда вывести.
Се Дуонань растрогался: какая у него замечательная дочка! В таких условиях многие уже сошли бы с ума от страха или раздражения, а она остаётся спокойной и поддерживающей.
Он больше не сомневался и уверенно двинулся вперёд.
Прошло ещё неизвестно сколько времени, но впереди наконец-то появилось нечто иное: там мерцал свет, ярче, чем вокруг.
— Аба, смотри! — радостно воскликнула Рун Ли, указывая вперёд. — Мы идём верно!
Се Дуонань облегчённо выдохнул, хотя внешне постарался сохранить спокойствие.
— Не радуйся раньше времени. Мы ещё не знаем, что там впереди.
Ведь даже если они идут в правильном направлении, никто не может сказать, что их ждёт на другом конце. С древних времён лишь немногим удавалось выбраться из щели инь-ян, и мало кто мог рассказать, что там внутри.
К тому же каждая щель уникальна. В прошлый раз они столкнулись с бесовским кольцом, где всё повторялось по кругу. А здесь — бесконечная белизна, от которой легко потерять ориентацию.
http://bllate.org/book/9798/887128
Готово:
