Именно подруга Ду Дуна, Ли Ли, рассказала Цяо Фэнтяню о взаимоотношениях Люй Чжичуня и Чжань Чжэнсина.
Волосы Ду Дуна от природы имели проплешины, поэтому у него не было выбора, кроме как брить голову. Вдобавок ко всему, у него были раскосые глаза, с приподнятыми внешними уголками, что придавало мужчине свирепый вид. Однако на самом деле он был очень добрым человеком.
Ли Ли — изящная и прелестная, «лицо подобно лотосу, а брови словно ивы», но увы, она не имела ни денег, ни амбиций, и полагалась на поддержку Ду Дуна, проводя все свое время погрузившись в сплетни и пустую болтовню.
Их пару можно было назвать «разбитым горшком со сломанной крышкой».
Ли Ли снимала жилье с видом на улицу, на втором этаже здания, где располагалось интернет-кафе. Вторым начальником этого заведения был третий дядя Ли Ли по материнской линии, который обычно так суетился, что его ноги, казалось, едва касались пола. Он освободил старую каморку площадью в несколько квадратных метров и позволил Ли Ли жить в ней столько, сколько нужно. Каждый день после обеда, когда Ду Дун и Цяо Фэнтянь заказывали поесть, эта госпожа следовала за запахом, словно ищейка, и проскальзывала в салон, безо всякого стыда бесплатно угощаясь едой. Ее расчет времени всегда был безупречным.
— Эй, позвольте мне рассказать кое-что, — поправив на шее воротник из искусственной норки, Ли Ли ловко вытащила самую большую речную креветку из контейнера для еды на вынос. — Я видела, как Сяо Люй, из вашего салона, зашел в хостел с парнем. Парень похож на студента из Ли-У, — женщина облизнула пальцы.
— А? — Ду Дун и Цяо Фэнтянь повернули головы и воскликнули в унисон, не веря своим ушам.
— Что значит «а»? — говоря это, Ли Ли вытащила свой телефон из сумки, которая была высококачественной подделкой дорогого бренда. — Я вас не обманываю, вижу их уже третий раз. Идите сюда, смотрите, я сделала фото. Откройте глаза пошире и посмотрите. Разве это не Люй Чжичунь?
На экране появились две высокие и стройные фигуры. Фотография была размыта из-за дрожащих рук, но у одной из фигур были исключительно броские рыжие волосы. В сочетании с немного сгорбленной спиной и худым телом не было никаких сомнений, что это был Люй Чжичунь.
— Все еще не верите мне? — самодовольно спросила Ли Ли.
Глядя на ярко освещенную светодиодную вывеску на фотографии с надписью «Молодежный хостел», Цяо Фэнтянь не мог не нахмуриться.
— Ты видела их три раза? Почему ничего не сказала раньше? — Ду Дун сломал пару одноразовых палочек для еды и легонько шлепнул ее по затылку.
— Отстань, — Ли Ли увернулась и стукнула по стойке так, что та зазвенела. — Какого черта? Вы что, национальная безопасность? Я должна вам все докладывать? Разве я сплетница? Я просто видела, что он вышел оттуда в слезах, и заподозрила неладное… — сказав это, женщина прикрыла рот и понизила голос. — Черт, его же нет в салоне, да? Лучше бы он этого не слышал…
Цяо Фэнтянь вытер руки, опустил голову и взял немного баклажанов, приготовленных с рубленым мясом:
— Не беспокойся.
Ду Дун цокнул языком и пожал плечами, глядя на Ли Ли:
— Этот негодяй уже два дня не ходит на работу.
Ни ветра, ни снега. Такси быстро домчалось до главного входа в муниципальную больницу Линань. Цяо Фэнтянь тащил Люй Чжичуня всю дорогу до здания отделения неотложной помощи. Сначала он хотел зарегистрироваться на прием к проктологу, но, хорошенько все обдумав, все же выудил пятьдесят юаней, чтобы зарегистрироваться в отделении неотложной помощи.
— Твое удостоверение личности, — Цяо Фэнтянь посмотрел на юношу и протянул руку. — Настоящее. То, на котором написано «Люй Цзючунь», а не то, которое ты получил за двадцать юаней на вокзале.
Люй Чжичунь пошарил в кармане пуховика, опустил голову и пробормотал:
— Пятьдесят пять юаней…
— Молчи, садись на стул и жди!
Муниципальная больница Линань была крупнейшей больницей высшего уровня в городе и имела хорошую репутацию в юго-западном районе. Ее врачи особенно преуспели в пластической хирургии, что широко транслировалось в онлайн-кругах. Только в прошлом году правительство выделило средства на реконструкцию старых кирпичных построек, и выжало немного свободного места для здания отделения неотложной помощи. Вдоль стен выстроились два ряда араукарий*[1].
[1] Араука́рия (лат. Araucaria, от названия чилийской провинции Арауко) — род вечнозеленых хвойных деревьев семейства Араукариевые. Фото в конце главы.
Погода стояла сырая и холодная. Ранним утром людей было немного. Отделение неотложной помощи выглядело пустым, пропитанным резким и вяжущим запахом дезинфицирующих средств. Не теряя времени, Цяо Фэнтянь затащил юношу в кабинет неотложной помощи и подробно объяснил ситуацию. Молодой врач, проводивший осмотр, чуть не ударил кулаком по столу, срывая свои очки, и указывая пальцем на лицо Цяо Фэнтяня, одновременно осыпая его проклятиями:
— Смешно! А что делали вы, его семья? Не отправили в больницу, даже спустя двадцать четыре часа! Вы ждали, пока его кишки разорвутся и начнут гнить, и он умрет мучительной смертью?
— Мне жаль, мне жаль.
Врач связался с заведующим проктологическим отделением, назначил рентген, а затем позвонил дежурной медсестре и приказал ей немедленно готовиться к операции.
— Если это попало в толстую кишку, речь идет не просто об операции. Это вопрос жизни и смерти, вы разве не понимаете?!
— Я это не осознавал и не обратил должного внимания…
Доктор был в ярости. Он расстегнул свой белый халат, раздвинул его полы, положил руки на талию и с издевкой сказал:
— Неужели такие люди, как вы, думают, что туда можно запихнуть что угодно? Как можно быть настолько равнодушным к себе?
Хоть за его словами стояли добрые намерения, но звучали они едко и неприятно. Закрыв собой Люй Чжичуня, Цяо Фэнтянь невольно замер с извиняющейся улыбкой на лице. Он провел пальцами по спутанной челке и на мгновение растерялся, не зная оставить ее как есть, или опустить на лоб.
Мужчина не мог ничего ответить на эти слова. Доктор, похоже, тоже не ожидал от него ответа, лишь покачал головой, развернулся и быстро ушел.
— Врач собирае… что со-со-со-собирает делать? — Люй Чжичунь чувствовал себя одновременно испуганным и беспомощным. Выслушав громоподобную проповедь от врача, он наконец-то осознал всю серьезность ситуации и принялся безостановочно тереть руки.
— Со-со-собирается отрезать твою хризантему.
— А?!
— Что «а»? Шучу, но теперь-то ты забеспокоился?
Цяо Фэнтянь вздохнул и потер шею. Он легонько потрепал опущенные плечи Люй Чжичуня:
— Дурачок.
Рентген сделали очень быстро. Примерно за то время, которое требовалось, чтобы выпить чашку чая, заведующий отделением проктологии уже держал в руках результаты обследования Люй Чжичуня. Юноша был глупым, но ему повезло — секс-игрушка оказалась небольшой, но не вошла в отдел, соединяющий его прямую кишку с толстой. А вот разрыв ануса был достаточно серьезным. Стенки кишечника также были повреждены и кровоточили, что привело к инфекции и лихорадке. Ему неизбежно придется ставить внутривенные капельницы и принимать лекарства.
Вероятно потому, что они много раз видели людей с такой проблемой, у медсестер, выталкивающих носилки из операционной, были обычные выражения лиц. Когда они отдавали распоряжения, их тон был таким же безразличным. По сравнению с ними, наполовину скрючившийся на каталке Люй Чжичунь был красным, словно краб, бланшированный в кипятке.
Плата за операцию, лечение и лекарства составила пять тысяч юаней. Цяо Фэнтянь оплатил счет.
Люй Чжичунь был единственным пациентом в палате на три человека. Цяо Фэнтянь стоял возле кровати, помогая ему немного замедлить скорость капельницы.
— Я чувствую, что… теперь мне больше не стыдно… — белоснежная простыня скрывала половину подбородка Люй Чжичуня. Вероятно, теперь он чувствовал себя намного лучше, и хотя его глаза все еще были слегка опухшими, на лице юноши наконец-то появился намек на расслабленную улыбку.
Этот ребенок был хорош собой. Его кожа была белой, словно снег, а на лице выделялась пара очень темных глаз, кристально чистых и ясных. Когда Цяо Фэнтянь сел, он передал юноше стакан теплой воды:
— Поделом тебе, раз решился на такие постыдные дела.
— Врач снял видео в операционной…
Цяо Фэнтянь промолчал, а затем поднял брови. Боясь, что Люй Чжичунь будет слишком много думать, он сказал первое, что пришло ему в голову:
— Они просто ведут учет, не забивай себе голову.
— Но я слышал, как они смеялись надо мной. Я не мог ясно расслышать, что они говорили, но точно смеялись надо мной.
Цяо Фэнтянь не ответил.
Как же тут не смеяться? Как сексуальные действия, которые идут вразрез с нормой, могут не стать темой для пересудов и сплетен?
Как только у общества складывается мнение о какой-либо группе людей, это становится подобно хроническому недугу. В своих словах, поступках и делах, так называемые «нормальные люди» непременно считают себя на голову выше остальных. А значит, в их глазах Люй Чжичунь был подобен клоуну, балансирующему на веревке, чей истинный облик оказался раскрыт, едва возник порыв ветра.
Цяо Фэнтянь помог Люй Чжичуню поправить края простыни. После небольшой паузы он спросил естественным тоном:
— Чжань Чжэнсин. Расскажи, как ты с ним познакомился?
Люй Чжичунь тут же поднял голову и захлопал глазами, глядя на Цяо Фэнтяня.
— Смелее, расскажи мне об этом.
Люй Чжичунь натянул простынь до самого носа и тихо произнес:
— Я дважды мыл ему голову. Он взял мой номер и пригласил на свидание. Я недолго думал и просто… Блядь, он просто водил меня за нос.
Цяо Фэнтянь спросил:
— Он обманул тебя?
Наступил полдень. Погода в Линане была ясной. Теплый солнечный свет с улицы проникал в комнату, отражаясь на худом лице Люй Чжичуня.
— Он сказал, что я ему нравлюсь. Что ему нравится, как я выгляжу, что он хочет быть со мной. Но после того, как он трахнул меня несколько раз, он больше не обращал на меня никакого внимания. Когда мы делали это, я говорил, что мне больно, но он не слушал, — Люй Чжичунь сжал губы. — И он засунул мне внутрь эту штуку. Тогда он сказал, что это просто для развлечения, но, в конце концов, так и не смог ее вытащить. А потом он просто оделся и ушел, сказав, чтобы я сам с этим разобрался. Он сказал, что все будет нормально, и эта штука сама может выйти… Сейчас я понимаю, что все это было чушью.
— У тебя есть фотография этого юноши? — Цяо Фэнтянь видел фотографию, сделанную Ли Ли тайком, но это было то же самое, будто он и не видел ее вовсе.
Люй Чжичунь сначала покачал головой, но потом кивнул. Он взял телефон:
— Он прислал мне свое селфи в Blued… [2] Черт, он удалил меня из друзей, — недовольный Люй Чжичунь постучал по телефону. — Нашел, вот оно.
[2] Blued — это приложение для знакомств геев, запущенное в Китае в 2012 году.
Цяо Фэнтянь подвинулся поближе к экрану и тут же ясно увидел этого Чжань Чжэнсина. Его можно было считать представителем среднего класса или даже высшей лиги — густые брови и удлиненные глаза, яркая и привлекательная внешность. На щеках виднелась легкая небритость, что делало его еще более эффектным. Цяо Фэнтянь почувствовал, что юноша выглядит смутно знакомым… Похоже, он действительно ходил в их салон на стрижку.
И если ему не изменяет память, то этот парень даже пытался с ним флиртовать.
— Цяо-гэ, — Люй Чжичунь заблокировал экран и со смешком опустил голову. — Скажи мне, в нашем кругу люди следуют только своей похоти, а не сердцу? Я что, очень глупый и доверчивый?
Будто острые колоски пшеницы пронзили нежную плоть сердца. Цяо Фэнтянь не мог просто закрыть глаза и притвориться слепым, но и не мог с полной убежденностью сказать «нет». С другой стороны, глядя на Люй Чжичуня, он не мог заставить себя ответить «да».
Поэтому он направил разговор в другое русло, и сменил тему:
— Сяо Чунь, могу я спросить… Тебе ведь всего девятнадцать. Почему ты работаешь и не хочешь вернуться домой?
Едва заметная улыбка Люй Чжичуня тут же утратила свой блеск. Он молча перевел взгляд на голый потолок.
Видя, что юноша не отвечает, Цяо Фэнтянь тоже замолчал и не стал расспрашивать дальше. Он повернул голову и заметил, что раствор довольно быстро течет по трубкам капельницы, и половина флакона уже опустела.
После трех капельниц Люй Чжичунь погрузился в глубокий сон. Оставалось еще три флакона, но прежде чем продолжить, юноше нужно было восстановить силы в течение нескольких часов. Цяо Фэнтянь тихо закрыл дверь палаты и пошел в туалет, чтобы нанести слой пудры на лицо и снова надеть маску.
Мужчина спустился к главному входу больницы и протянул руку, чтобы поймать третье такси за день.
— Водитель, в университет Линань.
Университет Линань, который все называли Ли-У, был предметом глубокой гордости для горожан и насчитывал более чем вековую историю. Находясь под непосредственным контролем Компартии Китая, он являлся одним из ведущих и известных вузов страны. Бесчисленное количество абитуриентов ломало голову, как поступить в университет, но едва ли горстка смогла подняться на эту башню из слоновой кости.
Однако не было никакой уверенности, что академическая доблесть и моральная целостность студентов этого заведения были равны друг другу.
И Цяо Фэнтянь сомневался в этом больше, чем кто-либо другой.
Его цель была проста: он не будет спорить, не будет поднимать шум, он просто поймает Чжань Чжэнсина и набьет ему морду. Опасаясь, что боевой техники, которой он обучился несколько лет назад, будет недостаточно для того, чтобы взять ситуацию под контроль, мужчина написал Ду Дуну и попросил его быть на подхвате, и готовым в любой момент прийти на помощь.
Такси сделало большой круг вокруг озера Тинъюй и направилось прямо к боковому въезду в новый район. Цяо Фэнтянь заплатил за проезд и вышел из машины. На мгновение он почувствовал, что его гнев берет верх над эмоциями, и ему пришлось даже сделать еще пару кругов вокруг здания. Однако, вспомнив болезненный и бледный вид Люй Чжичуня, он все еще злился так сильно, что сводило зубы.
Чжань Чжэнсин, вероятно, был неудачником, который не проверил свой гороскоп перед выходом из дома. Купив еду на вынос и возвращаясь в общежитие, он остановился поболтать с соседями. В разгар веселой болтовни с друзьями, он столкнулся лицом к лицу с Цяо Фэнтянем, который искал его и пришел прямо к зданию номер 29.
— Прекрасно.
Стоя на расстоянии менее десяти шагов, Цяо Фэнтянь сжал кулаки, усмехнувшись:
— Это не потребовало особых усилий.
Цяо Фэнтянь был в маске. Чжань Чжэнсин не мог видеть его лица, но он узнал телосложение и цвет волос. Он уже несколько дней чувствовал вину, а сейчас очень быстро интуитивно понял, что задумал Цяо Фэнтянь. Он сунул свой контейнер с едой на вынос в руки соседа по комнате:
— П-подержи это!
Сразу после этого юноша сделал пару шагов назад, повернулся и бросился бежать в сторону озера Тинъюй.
— Убегаешь?!
Цяо Фэнтянь сорвался с места и бросился в погоню.
Соседи по комнате в недоумении переглянулись, оставаясь на месте и наблюдая за двумя далекими фигурами, одна из которых преследовала другую.
Сосед номер один нахмурился:
— Какого черта? Играют в догонялки?
— Кто знает, — сосед по комнате номер два взвесил контейнер с едой и издал странный смешок. — Наверно, снова влез в какие-то неприятности из-за своего члена. Так ему и надо.
Чжань Чжэнсин просто бездумно бежал туда, куда его вели ноги. Цяо Фэнтянь последовал за ним через павильон на озере Тинъюй и увидел, как юноша поворачивает в сторону фонтанной площади. Оба бежали, не говоря ни слова, как будто мысленно договорились хранить молчание. На протяжении всего времени их преследовали удивленные взгляды других студентов, но никто из них не заботился о том, чтобы постараться привлекать меньше внимания.
Цяо Фэнтянь поджал губы и увеличил скорость. Он видел, что ему нужно только вытянуть руку, и он смог бы схватить Чжань Чжэнсина за воротник. Но его нога задрожала, мужчина на секунду потерял концентрацию, и парень снова ускользнул от него. Цяо Фэнтянь поднял голову, натянул маску и последовал за ним в административное здание.
Мраморный пол скрипел под их ногами. Если они ступали недостаточно осторожно, то скользили словно фигуристы по льду. Чжань Чжэнсин чувствовал себя как в пословице: «Умирающий олень не выбирает тень». От отчаяния он не заботился о том, что все в административном корпусе занимали высокие должности в университете, поэтому прямиком забежал в здание, в попытке спрятаться. Однако это было подобно тому, как ступить на минное поле.
Главное, что пока юноша бежал, он не смел остановиться даже на полсекунды, спасая свою жизнь. Он чувствовал зловещее давление позади себя, словно порывы ветра, возвещающие о надвигающейся буре.
Цяо Фэнтянь бежал, пока его лоб не покрылся испариной. Оперевшись о стену, он резко закашлялся. Мужчина поднял голову и увидел высокую фигуру, появившуюся внизу лестницы. Фигура двигалась в направлении, куда бежал Чжань Чжэнсин, и обернулась, чтобы посмотреть в коридор, вероятно, услышав громкий топот.
— Эй! Отойдите в сторону! Уйдите с дороги!
Чжань Чжэнсин не успел вовремя остановиться, а уворачиваться было слишком поздно. На его крик другой мужчина инстинктивно отклонился, чтобы уступить дорогу. Но неожиданно Чжань Чжэнсин резко качнулся вперед и, не успев вовремя схватиться за перила, упал на колени у подножия лестницы, вскрикнув от боли.
Тяжело дыша, Цяо Фэнтянь сделал пару шагов вперед и прижал Чжань Чжэнсина к полу. Одной рукой он сжимал его шею, а другой взмахнул, и отвесил парню звонкую, сочную пощечину.
— Твою мать, ты еще убегаешь?
Это было первое, что сказал Цяо Фэнтянь, наконец, завершив погоню.
После пощечины Чжань Чжэнсин быстро пришел в себя. Он посмотрел на Цяо Фэнтяня, навалившегося на него, и внезапно осознал, что дело дрянь. Молодой человек прикрыл лицо и голову и принялся вырываться, крича мужчине, стоявшему рядом:
— Помогите! Он избивает меня! Этот человек хочет избить меня!
— Чжань Чжэнсин? — со стороны раздался голос мужчины.
Чжань Чжэнсин наконец-то как следует разглядел этого человека. Одного взгляда было достаточно, чтобы уголки его рта опустились вниз и он заорал, словно нашел спасательный круг:
— Куратор! Спасите меня! Этот человек хочет меня избить! Он не из нашего университета!
«Куратор?»
Цяо Фэнтянь быстро ослабил хватку на шее парня.
Не потому, что он боялся. Судя по словам Чжань Чжэнсина, человек рядом с ними, должно быть, преподаватель, который отвечал за дела в университете. Цяо Фэнтянь, во-первых, не был студентом Ли-У, а во-вторых, делал это по личным причинам, а не ради общественного блага. Поразмыслив, он решил, что нехорошо поднимать большой шум.
После короткой паузы он наконец цокнул языком и, оперевшись на колени, медленно встал.
— Ты в порядке? — мужчина наклонился, протягивая руку, чтобы за подмышки поднять Чжань Чжэнсина. Брови молодого человека были нахмурены, а движения неуклюжи. — Что происходит? Почему ты устроил в кампусе такой шум? — после этих слов мужчина повернулся к Цяо Фэнтяню.
Вежливым тоном он спросил:
— Я могу узнать, кто вы?
Грудь Цяо Фэнтяня вздымалась, он делал быстрые вдохи. Мужчина окинул взглядом другого человека. Он не торопился отвечать и объясняться.
Мужчина, которого Чжань Чжэнсин назвал куратором, был высоким, с черными волосами, пропорционально сложенным телом и низким голосом.
Его белоснежная рубашка сочеталась с галстуком цвета темного индиго, аккуратно завязанным близко к горлу, не слишком свободно, но и не слишком туго. Он носил короткую куртку из габардина, а под ней виднелся идеально скроенный свинцово-серый костюм. Ткань была безупречно отглажена, но это не делало вид мужчины слишком строгим. Напротив, это подчеркивало его внешность, делая представительным и статным.
На его длинном, точеном носу сидели очки в тонкой оправе. Он являл собой живое воплощение ученого мужа: блестящий интеллект и незаурядный талант читались в каждом его жесте и серьезном солидном облике.
— Куратор, он… — Чжань Чжэнсин согнул ногу, упираясь носком в пол, и непрерывно вращал лодыжкой. Его слегка опухшее лицо выражало смущение.
На шее у мужчины висело служебное удостоверение, на котором аккуратно было напечатано его имя и название факультета, а сбоку вклеена маленькая фотография.
Цяо Фэнтянь никогда не страдал близорукостью и обладал уникальным, исключительным навыком — на расстоянии ста метров он мог лишь бросить взгляд, и уже знал, какой номер у приближающегося автобуса. Поэтому мельком взглянув, он ясно увидел слова, которые состояли из иероглифов размером с ноготь: Чжэн Сыци, преподаватель, факультет гуманитарных наук.
http://bllate.org/book/12834/1613977
