— Ах… — Инсоп тихонько вздохнул, почувствовав прикосновение чего-то пушистого. Это был Уилл. Каждое утро он прыгал к нему на кровать и будил его таким образом. Он протянул руку и обнял мягкое тепло. От Уилла исходил приятный аромат геля для душа… Гель для душа?..
Парень резко распахнул глаза и вскрикнул, когда понял, что только что он обнимал не белого пушистого Уилла, а темноволосого мужчину. Он инстинктивно дернулся, пытаясь вырваться, и скатился с кровати вместе с простыней, которая накрыла его голову.
Инсоп отчаянно замолотил руками, скинул простыню и увидел прямо перед собой обнаженного мужчину.
— Что ты делаешь? — спросил тот хриплым голосом.
Парень не мог понять, сон это или реальность, поэтому провел ладонью по лицу и с силой ущипнул себя за щеку. Острая боль подсказала ему, что он не спит.
Красивый мужчина слегка нахмурился, несколько раз моргнул, словно не до конца проснулся, и снова спросил:
— Что ты делаешь в такую рань? Ты решил пошутить?
— Э-э… А-а…
Сколько бы Инсоп ни пытался, звуки никак не хотели складываться в слова.
— Ты вчера заснул на диване, пока у тебя шла кровь.
Парень продолжал молча смотреть на мужчину. Ему и так было стыдно, что он заснул на чужом диване, а когда Ли Уён напомнил про носовое кровотечение, Инсопу захотелось просто испариться в воздухе.
Он помнил, как закрыл глаза, ощущая себя ужасно одиноким, и… видимо, уснул. В конце концов, он был самым обычным человеком со своими слабостями.
— А как я оказался в твоей кровати?
— Может, ты ночью вставал в туалет и перепутал комнаты? Я тебя точно не переносил, так что ты явно пришел сюда своими ногами.
Ли Уён протяжно зевнул с сонным выражением лица. При каждом движении его тело, на котором совсем не было одежды, обнажалось все сильнее.
По иронии судьбы в этот момент Инсопу вспомнились слова генерального директора Кима, который ругал Ли Уёна за то, что тот не пропускает тренировки, как бы сильно ни устал, и постоянно корректирует свою диету.
Любой, у кого есть глаза, мог заметить, что актер находится в отличной форме. Конечно, Инсоп тоже был в курсе этого. Иногда ему приходилось подбирать одежду для мужчины, поэтому он хорошо знал его размеры.
Но увидеть это своими глазами — совсем другое дело.
Инсоп медленно умирал, глядя на него.
Если в прошлый раз Ли Уён был хотя бы частично одет, то теперь — полностью обнажен… Несчастный Инсоп думал о том, что он преодолел реку, но на другой стороне внезапно оказалась гора. Нет, он, пытаясь избежать встречи с тигром, наткнулся на тигра. Вот эта пословица больше подходит. Ах, да какой толк сейчас от этих пословиц, если Ли Уён лежит перед ним совершенно голый?!
— Ты в порядке? Кровь из носа, кажется, прекратилась.
— Ч-что? А… Да.
Инсоп ощупал свой нос и достал салфетку, испачканную засохшей кровью.
Увидев это, Ли Уён тихонько улыбнулся и зарылся лицом в подушку.
Лицо Чхве Инсопа запылало.
Согласно его плану, он должен был находиться рядом с Ли Уёном и вести себя тише воды ниже травы, а когда его личность будет раскрыта и менеджера Чхве Инсопа уволят, немедленно вернуться в США. Он должен был быть совершенно незаметным, незапоминающимся, и ему не нравилось то, что сейчас происходит. В памяти Ли Уёна он останется менеджером, заснувшим на диване с кровью из носа… А ведь до этого был еще инцидент с озером, с извращенцем в туалете, и совсем недавно его даже застали плачущим на крыше.
А теперь он смотрел на обнаженного Ли Уёна, лежащего на кровати…
Он был в полной заднице. Он облажался.
В памяти Ли Уёна он совершенно точно оставит свой след. Несколько лет спустя, когда он подумает о менеджере по имени Чхве Инсоп, перед ним предстанет истина.
— Который час?
Услышав вопрос, Инсоп повернул голову и посмотрел на часы:
— Еще нет и четырех.
— Тогда мы можем еще немного поспать. Я завел будильник.
Инсоп услышал, как мужчина завозился, устраиваясь поудобнее, пока он сам, сидя на полу, молча теребил простыню.
— Ты не собираешься возвращаться в кровать?
— Что? Нет… Я пойду спать на диван… А-а-а!
Огромная рука, внезапно появившаяся из темноты, схватила парня и потянула за собой. Падая на кровать, Инсоп ненавидел себя за то, что успел подумать и оценить руку Ли Уёна.
— Просто поспи. Все равно скоро вставать.
— Нет, на диване…
Ли Уён стянул простыню и накинул ее на Инсопа. Затем, схватив оба конца простыни, мужчина спокойно перевернулся на другой бок, а Чхве Инсоп оказался в ловушке, плотно прижатый к нему.
Прислушиваясь к тихому дыханию лежащего рядом мужчины, он с открытыми глазами ждал сигнала будильника.
Это был самый долгий час в его жизни.
http://bllate.org/book/12950/1137428
