Случай с падением в пруд с лотосами Линь Сую даже подстраивать не пришлось, по всей видимости почтенная подруга искренне надеялась убить наседку и заполучить яйцо себе, но ее план потерпел крах. К тому же, в то время императрица все еще была жива, поэтому почтенной подруге пришлось сдерживаться, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и не попадать под горячую руку. Именно простодушность старшей служанки Юнь заставила ее отступить и сдаться. Да и простодушие, быть может, не самое подходящее слово — женщина была абсолютно не приспособлена к политическим хитросплетениям и спасалась одной только удачей. Будучи молодой, она забеременела после второго визита императора и смогла сохранить плод даже после принятия противозачаточного супа, что уже являлось неведомым чудом. Но она не была хитрой женщиной. Старшая служанка Юнь привыкла проглатывать обиды и страдать в одиночестве, и, хотя мысль о постоянных притеснениях гневила ее, она и не думала искать способа забраться повыше, отдавшись течению. Порой она выбиралась на тайные встречи с принцем Цинем, на которых передавала ему обувь и вышитые собственной рукой платки.
Быть может, если она бы находилась в обычной семье, то подобная мягкотелость сыграла на руку, однако при дворце это было наименее полезное качество. Женщина прекрасно видела стремления ее сына заполучить престол, подобно ему не воспринимала наследного принца всерьез и верила — даже сильнее, чем почтенная подруга, — что у него все получится, и в будущем принц Цинь обязательно станет императором. Она была готова на любые жертвы, согласившись стать соучастником в отправлении Янь Циня. Только этих бездумных поступков в угоду сыну хватало, чтобы понять, с какой наивной и глупой женщиной им пришлось иметь дело.
— Пусть один из шпионов нашепчет кое-что на ушко старшего брата этого почтенного, — с усмешкой отдал приказ Линь Суй.
За прошедшие два года он успел раскинуть свои сети по всему дворцу, и наложница, что проживала во дворце принца Циня вот уже год, верно служила ему.
Лю Чжунхай поклонился, отправившись выполнять указ, и Линь Суй проводил его спину взглядом, пребывая в хорошем настроении. Он очень ценил молодого евнуха: тот был умен и догадлив, отлично справлялся с порученными делами и всегда сохранял ясность ума. К тому же, у него не было никаких моральных терзаний, и он действовал исходя из желания выгоды и лучшей жизни, что как нельзя лучше подходило Линь Сую.
Наследный принц призвал к себе Лу Судуна и приказал связаться с Чжун Чжо.
Лу Судун обладал осторожным, твердым характером и, ко всему прочему, был блестящим стратегом. Слова Линь Суя поначалу смутили его и даже шокировали — все же Чжун Чжо слыл весьма хитрым и даже подлым человеком, — однако от этого чувства он быстро избавился и с успехом исполнил приказ.
Всех своих приближенных Линь Суй отбирал с крайней педантичностью, его слуги прошли сквозь огонь и медные трубы, прежде чем оказаться на своих местах. Но мутные воды, отравленные наследным принцем, уже давно покинули пределы Восточного дворца, охватив почти весь императорский двор.
В прошлом году Чжун Чжо уговорил императора построить резиденцию возле горячих источников, где он мог бы скрываться во время лютых холодных зим. Предложение вскоре перешло в проект, и пока рабочие занимались подготовкой места для купален, чиновник спрятал у себя в кармане немало «излишков». Хотя в отчетах Линь Сую он не обмолвился об этом и словом, но наследник решил не припоминать ему этого.
В любом случае, как только Линь Суй займет престол, Чжун Чжо придется выплюнуть ровно столько, сколько он успел пожрать.
***
Спустя две недели после семнадцатого дня рождения Янь Циня, Чжун Чжо посоветовал императору отстроить резиденцию в горах Юньшуй, где он смог бы проводить холодные зимы и дышать свежим, чистым воздухом, тем самым избавляясь от бренных человеческих оков. Он говорил выверенно и так красноречиво, однако под красивой оберткой прятался весьма простой посыл: там император сможет скрываться от посторонних и проводить время так, как захочет он сам.
С собой он возьмет наследного принца и принца Циня, чтобы избежать междоусобиц в столице во время его отсутствия, а также младших наложниц Юэ и Шу и старших наложниц Юй и Сянь. Император погрузился в долгие раздумья и вскоре решил оставить во дворце почтенных подруг, чтобы они присматривали за гаремом и держали его в узде.
Что до его четырех советников, выбор правителя пал на самого доверенного, Чжун Чжо, и еще нескольких чиновников, угодных императору. Сюэ Динчунь относился к своей работе весьма серьезно и строго, подобного рода разъезды были ему не по душе, поэтому на его присутствии настаивать не стали.
Резиденция в горах Юньшуй была хорошим местом, не знавшим проливных дождей осенью или ослепительного солнца зимой.
Линь Суй решил взять на свою душу еще одно хорошее дело и прихватил с собой Янь Циня. В конце концов, на свой день рождения тот возжелал повеселиться с ним за пределами дворца, на что наследник ответил с привычном раздражением, скрывая внутренний разгорающийся интерес.
В своем возрасте щенок был еще неопытен и крайне настырен. Иногда поводом злости Линь Суя становился один лишь взгляд в его сторону: хотя Янь Цинь свято верил, что умело скрывает все свои тайные помыслы, но молодой человек знал его слишком хорошо и замечал, как тот тайком разглядывает те места, которые не должен был, тем самым предавая свои похотливые желания. Хотя щенка держали на поводке, это никак не умаляло его пыла, и, стоило Линь Сую уснуть, как он позволял себе лишь целовать и облизывать, остерегаясь, однако, ключевых мест.
Наследный принц же находил в этом огромное удовольствие, наблюдая, как Янь Цинь с трудом сдерживает себя, толкая выносливость до немыслимых пределов.
Чжун Чжо крайне умело получал все, чего хотел, поэтому резиденция в горах Юньшуй отличалась не только богатым убранством, но и горячими купальнями, завершающими общий вид.
Император уже отвел своих наложниц принимать ванну вместе, поэтому Линь Суй, который явно не хотел упускать комфорт доставшейся ему жизни, дождался, пока они закончат, и занял купальню. Переведя взгляд ко входу, он мысленно отсчитал до десяти — и будто по часам в проходе выскочила голова Янь Циня.
— Старший брат наследный принц, я хочу с тобой!
Не дожидаясь прямого отказа Линь Суя, пятый принц мигом сбросил с себя всю одежду и нырнул в горячий источник, одарив брата глупой улыбкой. Хотя он никогда не подделывал искренность своих эмоций, сейчас его взгляд намертво приклеился к лицу Линь Суя, раскрасневшемуся из-за жаркой воды, порой скользя к порозовевшей шее, возвышающейся над гладью воды. Будто опомнившись, Янь Цинь тут же опустил голову, потупив взгляд, чтобы его лицо вновь не проявило его тайных мыслей. Однако воды в источниках были кристально чисты и даже не собирались ничего скрывать от чужих глаз. Молодой человек тут же пожалел о том, что пришел, понимая, что сложившаяся ситуация представляет для него некое затруднение, но все же не мог отделаться от укола счастья.
Линь Суй заприметил напрягшуюся часть тела Янь Циня и будто невзначай махнул рукой, посылая по глади небольшую рябь. Маленькие волны скользнули от его пальцев, устремившись в определенном направлении и наседая друг на друга, — они превратились не только в ласковое касание, но и в дразнящий жест.
Его высочество наследный принц отстраненный и холодный, как прежде, держался гордо, но на бледном лице алели губы, очерченные парами источников.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/12971/1140041
