Словно в тумане, Исаак не мог оторвать руку от метки на шее Феликса и продолжал ласкать ее. Он пристально разглядывал узор, словно пытаясь запечатлеть и выжечь на обратной стороне век, все еще не в силах поверить в происходящее.
Этот человек, Феликс Феличе, действительно стал его партнером, его альфой. Но это все еще не было похоже на реальность. Исаак бормотал себе под нос, приподнимая подбородок Феликса и получая легкий поцелуй.
— Это так прекрасно.
— ...Как и ты сам.
— Вау, это действительно... Я не могу поверить в это даже после того, как увидел. Ты теперь мой омега.
Исаак посмотрел на Феликса, который выражал именно то, о чем думал, с выражением благоговения.
— Ты доволен?
В ответ на вопрос Исаака Феликс приподнял бровь и посмотрел на него.
— Доволен? Конечно, я доволен. Жаль только, что до сих пор ты скрывал, что являешься омегой, — твердо ответил Феликс, и Исаак прохладно улыбнулся. — Ну, а ты что скажешь? Все это время ты скрывал тот факт, что являешься омегой, жил как бета, но больше так не получится. Отныне, куда бы ты ни пошел, метка моего омеги будет следовать за тобой повсюду. Ты согласен с этим?
Вопрос Феликса на мгновение ошеломил Исаака. Это было то, о чем он никогда не задумывался.
— Естественно... Честно говоря... я не думал так далеко.
Многое изменится, и возникнет бесчисленное количество проблем, с которыми Исаак никогда не сталкивался.
— Но теперь у меня есть ты, не так ли? Полагаю, мне придется с этим смириться. И... какая разница, только бы ты был рядом.
Как обычно, Феликс спокойно ответил, на мгновение удивив Исаака своим частично открытым ртом, прежде чем закрыть глаза и обворожительно улыбнуться.
— Если я намеренно сказал что-то, чтобы заставить тебя снова влюбиться в меня, то это было именно оно.
Исаак смотрел на него завороженно, удивляясь тому, как ослепительно красива улыбка этого человека. Он дал себе зарок терпеть все, раз уж приобрел такую редкую красоту.
— Ну тогда, мой омега, как насчет того, чтобы дать мне ответ сейчас?
— Какой ответ ты хочешь получить?
— Ого, тебе действительно нравится меня дразнить?
Исаак не смог скрыть своего замешательства и мгновение смотрел на него. Прикосновение руки Феликса, все еще гладившей его волосы, было нежным, а взгляд — ласковым. Но внезапно он задал этот вопрос, который не соответствовал его сладкому голосу, не оставив Исааку иного выбора, кроме как вздохнуть…
— Хм, это было довольно неожиданно.
— Ты сам говорил об этом.
— Ну, так и есть, но...
— Тогда дай мне ответ.
Он не смог сдержать взрыв смеха. Исаак не знал, как вести себя с этим мужчиной.
— Я устал, поэтому давай просто поспим и подумаем об этом позже.
— Исаак. Есть вариант вообще не давать тебе спать. — Прошептал Феликс парню прямо на ухо, когда тот попытался отвернуться.
В кончиках пальцев, легонько сжавших его плечо, чувствовалась опасная сила. Чувствуя атмосферу, указывающую на то, что Феликс на самом деле не даст ему уснуть, если прямо сейчас не получит ответ, который удовлетворит его. Исаак коснулся своей покалывающей груди и повернул голову.
— Какого ответа ты от меня ждешь?
Его губы подергивались, когда он пытался подавить смех. Кто бы мог подумать, что этот человек, владеющий оружием и силой, связанной с мафией, заставляющий дрожать от страха стольких людей, обладает таким озорным и детским характером?
— Я не знаю, поэтому и спрашиваю.
Феликс по-прежнему дулся, держа рот слегка приоткрытым. Похоже, Феликс Феличе, известный своей невежественностью, действительно соответствовал своей репутации. Исаак не мог найти никаких признаков усталости на гладком лице, когда он поглаживал его ладонью, кончиками пальцев нежно исследуя манящие губы.
— Разве это не очевидно? — Шепотом спросил Исаак и чуть сильнее надавил кончиками пальцев на губы Феликса, не давая тому заговорить.
Это действие помешало Феликсу что-то сказать. Несмотря на то, что его пухлые губы и слабое тепло его дыхания просачивались сквозь них, щекоча кончики пальцев, Исаак не отпускал их так просто.
— Ответ был предопределен с самого начала. — Феликс выжидающе смотрел прямо в лицо Исааку. — Да. Это единственный ответ, который я подготовил.
В момент, когда ответ вырвался наружу, глубокие синие очи Феликса слегка задрожали. Видя, как красивы его глаза, невозможно было сделать так, чтобы сердце Исаака не забилось быстрее.
— А теперь позволь мне немного понежить тебя. Кажется, что это ты, а не я, мучаешься от жара.
Пока он продолжал говорить, расширенные зрачки Феликса оставались напряженно прикованы к нему. Исаак, который несколько запыхался, убрал руку от губ Феликса и отвернулся.
Феликс легонько прикусил ухо Исаака и прошептал, обдавая его горячим дыханием, запуская мурашки по позвоночнику, заставив живот непроизвольно напрячься.
Течка еще не полностью прошла, и в сочетании с интенсивным сексом, которым они только что занимались, это делало Исаака сверхчувствительным. Даже малейшая стимуляция легко вызывала ответную реакцию. Однако парень намеренно отводил взгляд, делая вид, что не замечает этого.
— Что?
— Исаак, есть нечто удивительное, о чем я должен тебе рассказать. — С озорным выражением лица Феликс бросил дразнящее замечание.
— Ну, что еще?
Почувствовав зловещую атмосферу, Исаак инстинктивно отодвинул свое тело и пытливо спросил. Но Феликс, все еще улыбаясь, поцеловал щеку Исаака. После чего и линию челюсти, и кончик носа, и даже губы, как бы зацеловывая его. Возбуждение и жар, не успевшие полностью утихнуть, снова начали нарастать.
— Что ж, похоже, у меня скоро начнется гон.
Слова, которые прошептали вощле его уха, оставили Исаака ошарашенным. Он поднял на него широко раскрытые глаза.
— Да ну нет...
— Кажется, у меня сильная реакция на твои феромоны, — Прошептал Феликс, облизывая шею Исаака.
Альфа определенно сейчас был намного более горячим, чем обычно.
— Этого не может быть, — с недоверием пробормотал Исаак, но Феликс лишь крепче обнял его, не давая возможности вырваться.
— Твой эструс тоже не полностью закончился. Разве мы не идеальная пара? Тебе так не кажется?
Исаак встретил Феликса с яркой и невинной улыбкой, несмотря на передачу шокирующей правды, он напряг плечи. Феликс продолжал целовать Исаака с радостным выражением лица. В конце концов Исаак сдался и положил руку на плечо своего альфы.
Их ласковые и в то же время жадные поцелуи продолжались бесконечно. В их тесно прижавшихся друг к другу телах кипел неудержимый жар.
***
Живой звук эхом прокатился по пустому пространству, когда магазин был заряжен в автоматический пистолет, предохранитель снят, а патрон дослан в патронник. Феликс наблюдал за движениями Исаака с расстояния шага, внутренне прикусил язык и принял четкое решение никогда не провоцировать этого человека.
У Исаака, нацелившего пистолет на своего противника, было безэмоциональное лицо. Рука, держащая пистолет, была твердой, а его черные глаза прямо смотрели на свою цель. От его выражения, лишенного каких-либо различимых эмоций, становилось жутко. Можно было усомниться, что это тот же самый человек, который всего несколько часов назад с раскрасневшимся лицом стонал и плакал, извиваясь под ним.
После страстного секса они оба отключились и пришли в себя через два дня. Из-за смещения цикла Исаака и внезапно начавшегося гона Феликса время в их брачном сезоне прошло хаотично.
Независимо от того, как это случилось, Исаак провел эти два дня, предаваясь разврату, словно изголодавшийся зверь. Как только парень пришел в себя, первое, что он сделал, это пошел искать Коула. Хотя Феликс ожидал, что тот бросится к Бенджамину и маме.
— Я чувствую себя неспокойно из-за необрезанных концов. — Четко ответил Исаак на недоумение Феликса по поводу того, почему тот хочет увидеть Коула раньше, чем Бенджамина. — Мне кажется, что я обрету облегчение, только когда лично убью этого ублюдка. — Добавил он, засовывая одолженный Феликсом кольт за пояс.
В итоге Феликсу ничего не оставалось, как сопроводить Исаака к месту, где держали Коула.
В день перестрелки Феликс закрыл особняк Коула. Он отдал строгий приказ не допускать никого, запретив входить или даже просто контактировать с ним. Чтобы окончательно завершить привязку, Феликс и Исаак должны были находиться в непосредственной близости друг от друга, а это означало, что неконтролируемые феромоны, несомненно, будут распространяться во все стороны.
Суть заключалась в том, что Феликсу была невыносима мысль о том, что кто-то, кроме него самого, почувствует запах феромонов Исаака и возбудится. Учитывая его доминатные феромоны альфы, мало кто осмелился бы приблизиться, но никогда не знаешь, какой сумасшедший может существовать в мире. Феликс не собирался оставлять место для появления подобного.
Коул был заключен в подземелье особняка. Таким образом, единственным человеком, который мог чувствовать запах их феромонов, был, по иронии судьбы, Коул.
Феликс подавил свой дискомфорт и с безразличным выражением лица уставился на мужчину. Он сидел посреди сырого, наполненного зловонием помещения, которое напоминало тюремную камеру и находилось не в лучшем состоянии.
Во рту у него был кляп, а конечности привязаны к стулу, прибитому к полу. Различные повреждения по всему телу начали загнаиваться из-за пренебрежения, а его расфокусированные глаза были тусклыми, как у тухлой рыбы.
Когда Исаак открыл дверь и вошел, гнетущий и мутный взгляд медленно сместился в сторону, как только в поле зрения попала характерная метка на шее Исаака, его лицо исказилось непонятной гримасой.
Феликс почувствовал опасный и гневный блеск в глазах Коула, и ему пришлось насильно подавить желание выхватить пистолет и выстрелить ему прямо в глаз. В отличие от него, Исаак не проявлял никаких эмоций и спокойно заряжал пистолет.
— Что бы ни случилось, я тот, кто убьет тебя. — Заговорил Исаак, молча смотревший на Коула до этого момента.
Одновременно с этим внезапно раздался выстрел — оглушительный звук, пронзивший колено Коула, и тот разразился криком, приглушенным кляпом во рту.
Это случилось неожиданно. Феликс, прислонившись к двери и скрестив руки на груди, даже вздрогнул от неожиданности. Исаак ничего не сказал. Он равнодушно смотрел на Коула, одно колено которого было прострелено, корчащегося в агонии и издающего мучительный крик, с плотно сомкнутыми губами и холодными глазами.
— Мой отец, я сам и даже моя семья...
Исаак, теряя рассудок от мучений, слабо пробормотал, уставившись на Коула тоскующим взглядом.
«Бах, бах, бах».
Прозвучало три последовательных выстрела, и голова Коула внезапно опустилась.
— Моя семья больше никогда не будет страдать от рук такого подонка, как ты, — пробормотал Исаак себе под нос слабым голосом.
Безвкусная и пустая смерть. Это конец. Феликс с нетерпением ожидал этого, стоя у двери. Будь он на месте Исаака, Коула бы так просто не убили, но омега, видимо, знал, какой конец ему нужен.
Исаак внезапно убрал пистолет и подошел к Феликсу. Он молча наблюдал за Исааком, сканировал цвет его лица и отдал указание своим подчиненным навести порядок. Пока они не дошли до лестницы, ведущей наверх из подвала, Исаак сохранял тягостное молчание.
— ...Спасибо.
Феликс бросил короткий взгляд на партнера. У него было несколько облегченное выражение лица. От этого взгляда ему захотелось поцеловать Исаака или что-то в этом роде, но Феликс молча сжал его руку.
— Не за что.
Позже Исаак узнал, что Феликс сообщил о смерти Коула за два дня до его поимки. Поскольку он с самого начала не собирался оставлять его в живых. Было известно, что Коул выбрал самоубийство из страха после того, как были разоблачены многочисленные коррупционные преступления, совершенные им. Никто ничего не заподозрил.
Масштабному расследованию подвергся не только Коул, но и офицеры, замешанные в коррупции во флоте. Некоторое время все средства массовой информации пестрели статьями о коррупции, что вызвало большую путаницу.
Когда дело о коррупции перевернуло страну с ног на голову и было в какой-то мере урегулировано, пришло письмо, в котором говорилось, что ложные обвинения с лейтенанта Кейсида Патрика сняты, что позволяет тому вернуться на службу.
Вместо этого Исаак вновь открыл свой цветочный магазин в центре Сан-Диего, совершенно забыв о своем прошлом бойца спецназа. Он небрежно порвал письмо.
[Финал основной истории]
П.п.: Не убегайте далеко, вас ждут еще три сайд-стори! ^^
http://bllate.org/book/12986/1143219
Готово:
