Мне ничего из этого не нужно было. Выбор между ножом и пистолетом казался абсурдом. Будь я обычным человеком, потерял бы сознание, но разум оставался ясным. Сымитировать обморок — плохая идея, меня бы быстро раскрыли. Не видя другого выхода, я направился к боссу мафии. Он не шелохнулся, но следил за моей рукой. Вызывать его интерес я не хотел, но платок Роберта был испорчен. Я потянулся к боссу, потому что увидел платок в кармане. Должно быть, моё лицо было в крови, и я не хотел, чтобы мать это увидела и испугалась. Мысль о её заботе давала надежду. Я так задумался о матери, что очнулся, только когда меня вдруг подняли.
Я не испугался, но от такой резкой смены положения у меня кошмарно закружилась и разболелась голова. Чувствуя, что вот-вот отключусь, я подсознательно схватился за ближайшую поверхность для поддержки. Как оказалось, я обхватил босса мафии за шею. Рядом с ухом послышался его насмешливый голос:
— Ты так рад, что выбрал меня?
Я хотел возразить, но сделать вид, что не понял. И молча уставился на него. К счастью, глава мафии не осознал, что я лишь притворился.
— Невозможность общаться несколько удручает. Знал бы, что так выйдет, выучил бы корейский заранее, — сказал он, стянул перчатку и нежно погладил меня по голове. Судя по его сосредоточенному виду, он рассматривал раны на моём лице и особенно аккуратно коснулся щеки, ещё сильнее демонстрируя свою мягкость. — Зефирка… А что, тебе идёт.
Это замечание заставило меня осознать, что он знал о происходящем задолго до прихода. Попытайся я взять ситуацию под контроль, он бы это понял. Я не был уверен, стоит мне сейчас радоваться собственной терпеливости или сожалеть по поводу сделанного выбора.
— Учитывая все эти раны, для нас ситуация сложится не лучшим образом, — босс мафии изобразил беспокойство, хотя на деле его это мало волновало. Он аккуратно прижал меня к себе, после чего пинком отбросил Альберкера, даже не посмотрев в его сторону. На его лице красовалось неповторимое равнодушие. — Избавьтесь от него.
По команде босса Альберкера оттащили. Его судьба была очевидна. И тут моё тело начало подавать признаки усталости. На грани потери сознания понял, что держусь только на адреналине. Вдалеке послышался вой сирен. В этот момент к мужчине, который продолжал держать меня на руках, поспешил Роберт.
— Босс.
— Какая жалость.
Видимо, мои родители обнаружили это место. Теперь я был уверен, что могу спокойно упасть в обморок. Если бы не последняя фраза главы мафии, я бы так и уснул.
— Может, просто похитим его?
На этих словах я потерял сознание.
Или, скорее, отпустил.
* * *
Акт пятый. Гиперопека.
Сколько времени прошло? Я проснулся и увидел незнакомую кровать. Хотел сесть, но что-то удерживало. Повернул голову и заметил макушку Хёндо. Он спал, заплаканный, но не отпускал мою руку — сжимал так сильно, что она затекла. Эта встреча развеяла мои зловещие предчувствия. Понял, что мафия не собиралась меня похищать всерьёз. Но осадок остался. Эта группировка всегда удивляла не только персонажей книги, но и меня своими поступками. Мои опасения часто оказывались близкими к правде, но когда я увидел Хёндо, напряжение спало. А вместе с этим проснулся Хёндо. Когда он лениво поднял голову, наши взгляды встретились.
Я хотел что-то сказать, но не смог издать ни звука. Кажется, что-то было не так с моим горлом, и я коснулся рукой обёрнутой бинтами шеи. Вдруг моя рука задрожала. Точнее, нет, задрожала рука Хёндо, которой он держал меня. Когда по его лицу потекли слёзы, он резко обнял меня за талию. И разрыдался…
Я уже хотел спросить, почему он так драматизирует, но в этот момент дверь в палату открылась — вошла мама.
Моя рука автоматически легла Хёндо на голову, нежно поглаживая. Мама подбежала к кровати и крепко меня обняла. Моё сердце ликовало от её прикосновения. Я закрыл глаза, наслаждаясь моментом, когда услышал её дрожащий голос:
— Прости… Я так виновата…
Испугавшись её всхлипов, я открыл глаза. У неё не было причин просить прощения. Встреча с мафией оказалась неприятной случайностью. Меня ранили сильнее, чем ожидалось, но эти люди относились к людям, как к игрушкам, которые можно легко сломать или подчинить. Для меня же всё закончилось относительно хорошо. Я хотел заговорить, чтобы успокоить маму, но голос пропал. Не зная, что делать, я нежно погладил её по спине с ободряющей улыбкой. Это только заставило женщину плакать ещё сильнее. Я потерпел поражение. Мама оставалась такой же красивой даже в слезах, но я беспокоился о её здоровье. Нервно ёрзая, я продолжал её утешать, пока не пришёл отчим. Он осторожно оттянул маму от меня и начал что-то шептать. Попытка подойти к ней сорвалась, так как ко мне снова привязался Хёндо. Когда я попытался его оттолкнуть, отчим сказал:
— Что-нибудь болит? Твоё горло повреждено, просто кивни или покачай головой.
Я посмотрел ему в глаза. Видеть мужскую руку на спине мамы было невыносимо. Хотелось нахмуриться, но я лишь покачал головой. Отчим положил свою широкую ладонь мне на волосы.
— Спасибо, что ты жив. Мой сын.
Казалось, он тоже едва сдерживает слёзы. Вид расчувствовавшихся отца и сына вызывал мурашки. Я хотел отстраниться, но Кан Рюндо внезапно поднял меня на руки. Хёндо, наконец, угомонился, но ситуация только ухудшилась. Я удивлённо посмотрел на отчима.
— Ты вспотел, — спокойно сказал он. — Нужно сменить постельное бельё. Пошли мыться.
Мне хотелось крикнуть «нет!», но вышло только открыть рот.
— Будь осторожен, не дай воде попасть ему на голову!
— Я постараюсь.
Мама взволнованно посмотрела на меня, затем подошла к плачущему Хёндо. Я попытался отогнать его, но отчим без колебаний унёс меня в душ. Все мои попытки протестовать заканчивались лишь болью в горле. Я прикрыл рот рукой, когда мужчина начал меня раздевать. Я ударил его по руке, и он удивлённо посмотрел на меня. Я бросил на него недовольный взгляд, но это не возымело никакого эффекта.
— Ты не можешь мыться в одежде.
Были ли у меня сомнения? У меня повреждено только горло и щека. Ножки и ручки целы, так зачем меня таскать? Поэтому кивнул в сторону двери, явно намекая, чтобы он вышел. И был уверен, что мой посыл понятен, но, к сожалению, это оказалось не так. Мужчина снова потянулся ко мне, я оттолкнул его руку, но вдруг поскользнулся. Падение на холодный кафель могло закончиться сотрясением мозга, но по пути к земле меня крепко схватили за талию. Сильная рука остановила моё падение. Отчим поставил меня на ноги и вздохнул.
— Так не пойдёт. Стой смирно.
Он вдруг схватил меня и посадил в ванну. Я пытался сопротивляться, но всё было бесполезно. Меня вымыли без моего согласия. Теперь я понял, почему домашние животные так не любят купаться.
«Вот чёрт…»
Моя борьба была бесполезна и только высасывала из меня силы. После меня одели в новый больничный халат и вынесли из ванной. Я задыхался от кипящего гнева и унижения, какого никогда не испытывал. Хотелось укусить за плечо, на которое я опирался, но силы были на исходе. В этот момент я встретился взглядом с Хёндо, который смотрел на меня снизу.
http://bllate.org/book/12990/1143872
Готово:
