«Я тоже… Я тоже хочу стать человеком».
Прошло уже несколько месяцев, как змея жила вместе с маленьким наследником герцога. Но с наступлением зимы мальчик уехал из герцогского поместья, получив известие, что его бабушка, баронесса, по которой он скучал, заболела. К сожалению, из-за того, что баронесса терпеть не могла змей, умную и дружелюбную змею пришлось оставить.
Перед отъездом мальчик со слезами умолял всех, кого знал, ни в коем случае не выпускать змею в лес, и с разрешения герцога его просьба была исполнена. Так что, даже оставшись без хозяина, змей мог наслаждаться комфортной жизнью посреди зимы. Но почему-то ему больше, чем уютного гнездышка, хотелось увидеть ребенка с большими голубыми глазами и вьющимися волосами.
И вот наступила весна. После дождя, пробуждающего жизнь в горах и долинах, змея ждала судьба, перевернувшая жизни зверей и людей.
Тот вечер выдался радостным — после долгой засухи наконец пошел долгожданный дождь. В герцогском поместье устроили праздничный прием в честь старшего сына герцога, назначенного капитаном королевской гвардии. Теперь, когда и герцог, и его наследник стали ближайшими советниками короля, все, кто имел к ним хоть какое-то отношение — друзья, враги и просто желающие выслужиться, — слетелись, словно вороньё.
Среди гостей были и граф с графиней. Они держались в стороне от политики, но их семья издавна поддерживала дружеские отношения с герцогским домом. Так змей встретил единственного сына графа — Эдвина.
В тот шумный день змей проснулся от сна в комнате мальчика. Среди гомона он услышал голос маленькой девочки, с которой Лайал когда-то играл.
Не осознавая зачем ему это надо, змей выполз из стеклянного ящика. Ему не столько хотелось увидеть девочку, сколько понять, почему Лайал так ее полюбил, в отличие от него, змея. Образ девочки с длинными конечностями, весело игравшей с Лайалом, крепко засел у него в голове.
Итак, змей пополз в темноту, избегая разлитых напитков и еды, прячась от света фейерверков и люстр, пока не обнаружил ту самую девочку.
Рядом с ней был мальчик ее возраста по имени Эдвин.
— Пойдем туда.
— Эдвин, взрослые сказали, что в лес ходить нельзя.
Эдвин был темноволосым мальчиком с голубыми глазами. Для мальчика он был довольно миниатюрным и миловидным, но по сравнению с Лайалом, похожим на маленького ангела, его внешность казалась змею обычной. Однако его живые, сияющие в свете праздника голубые глаза выдавали бойкий характер. И всё-таки змей решил, что эти глаза не вызывают у него такого интереса, как глаза Лайала. К этому моменту Лайал стал для змея мерилом всего.
— Ничего страшного! Пошли вместе!
Эдвин, озираясь по сторонам, схватил девочку за руку, и пока взрослые были заняты разговорами, они побежали по садовой дорожке. Сначала девочка боялась, но, начав носиться по лабиринту из кустов, она вскоре разразилась звонким смехом.
Дети бегали во всю прыть по тропинкам, на которых уже высохли следы дождя. В обычное время взрослые не позволили бы им так резвиться — это не по-аристократически. Они играли, не подозревая, что за ними по пятам следует черный змей.
Неизвестно, сколько времени прошло за играми. Уже опустился сумрак, но они всё ещё играли в детские игры, подбирали палки и фехтовали, падая на землю. Потом, присев, они стали собирать в карманы белые камешки, похожие на жемчуг, и вдруг осознали, что слишком задержались. Тогда они ускорили шаг, чтобы выбраться из леса.
Их одежда была испачкана, и, возможно, родителей это рассердит, но сейчас им было слишком весело, чтобы думать об этом. Их смех звенел, наполняя владения герцога детским весельем. И когда они, словно соревнуясь, кто быстрее, добежали до опушки…
*Бум!* *Шлёп!*
Эдвин поскользнулся на мокрой после весеннего дождя грязи, его ловкое тело резко откинулось назад, и затылок с глухим стуком ударился о камень. Звук был настолько громким, что девочка, бежавшая впереди, испуганно обернулась.
Это была смерть.
— Эдвин?
Девочка позвала мальчика, но ответа не последовало.
— Эдвин, не шути так… Мне страшно…
Тихо пробормотав, она осторожно подошла и слабо потрясла его плечо. Его лицо было бледным, глаза широко раскрыты, рот приоткрыт. На ее маленькой ладони осталась кровь.
Девочка в ужасе отпрянула, застыла на месте, а затем бросилась бежать.
Змей, в нескольких шагах от них обвился вокруг дерева и всё это время наблюдал за детьми.
Когда звук маленьких шагов затих вдалеке, змей сполз с дерева и толкнул головой безжизненно раскинувшееся тело. Никакой реакции.
Змей понял.
Это было брошенное тело.
Душа покинула его, хозяина больше не было — значит, его можно было забрать, и никто не смог бы возразить. Да и не должен был. Змей лишь наблюдал, как маленький мальчик поскользнулся на мокрой земле, упал и разбил голову о камень. Даже если бы он захотел что-то сделать — не смог бы.
Это было что-то вроде судьбы.
Змей заполз в пустую оболочку и пристально посмотрел вниз.
У него теперь было десять пальцев и две ноги — то, чего раньше не существовало. Две руки, чтобы обнять плачущего и утешить. Две ноги, чтобы бежать вместе с кое-кем. Голосовые связки, чтобы говорить чистым голосом, вести беседы и петь песни. Губы, которые могли мягко прикоснуться к щеке.
Все, чего он хотел, имелось в этом теле.
Змею не нужно было колебаться — да в тот момент он и не колебался. В его крови текла наследственность его вида. Он был тем, кто пожирал плоть собственного отца, чтобы выжить, и не испытывал ни капли сожаления. Змей проник внутрь маленького тела и нашел сердце, в котором еще оставалось тепло. Он не знал, откуда пришло это знание, но в его генах было четко записано, как можно превратиться в другое существо.
Это можно было назвать чудом. Неизвестно, что именно повлияло, но всего за одну линьку, даже с незрелыми способностями, он смог завладеть этим телом. Да, это было настоящее чудо.
Обычно для змеи, не достигшей зрелости, было почти невозможно завладеть телом человека или другого существа. Но в мире всегда есть исключения. Как в каждом виде есть выдающиеся особи, так и этот змей был одной из них — вот почему он смог выжить так долго, будучи слабым змеенышем, и возможно, поэтому, оставаясь малышом, он сумел захватить пустую человеческую оболочку.
Но вместо того чтобы верить в свою исключительность, змей решил, что, возможно, это то, что люди называют судьбой. Так было предначертано — вот почему он выжил в одиночестве, встретил маленького милосердного человека и в конце концов смог отобрать тело, похожее на того ребенка. Разве все это могло быть просто случайностью?
Итак, он одним глотком поглотил маленькое сердце и захватил бездыханное тело.
— …Ха-а.
Дыхание, словно по волшебству, вернулось в покинутые душой губы. Расширенные зрачки, до этого смотревшие в пустоту, постепенно снова начали реагировать на свет. Вид мертвеца, возвращающегося к жизни и поднимающегося на ноги, был жутковатым и зловещим. В лунном свете, среди леса, он наконец стал тем, кем так отчаянно хотел быть.
Издалека доносились голоса людей. Девочка привела взрослых. Змей с пустым выражением лица сидел на месте и ждал их. Вскоре подбежали бледные граф с графиней.
— Эдвин!
Это имя пронзило сердце змея. Он осторожно потрогал затылок, затем полностью расслабился и отдался объятиям.
— Идите сюда. Здесь много крови… Как состояние ребенка?..
Герцог выразил сожаление по поводу неприятного происшествия в его владениях и пообещал сделать все возможное для лечения и восстановления графского сына.
Змей больше не возвращался в стеклянный ящик. Он лежал на мягкой кровати и ел приготовленную пищу — то, чего никогда не пробовал при жизни. Еда была липкой, влажной и отвратительной, но он не подавал вида и глотал, как человек. Правда, не имея опыта, больше половины пищи проливалось мимо — так было почти всегда.
Тело, только что ставшее человеческим, было слишком хрупким — раны заживали медленно. Но это даже к лучшему. Взрослые, сосредоточенные на серьезности травмы, не замечали странностей в поведении ребенка.
— Рана уже хорошо затянулась.
Врач сменил повязку, одобрительно похлопал змея по плечу и ушел. Прошло несколько дней, и в поместье поднялся шум — младший наследник вернулся домой после долгого отсутствия.
— Мама! Папа! Лайал здесь!
Звонкий голос заставил дремавшего змея резко открыть глаза. Сердце, большее, чем у змеи, бешено колотилось. Неосознанно он ждал, когда же ребенок наконец заметит его. Но Лайал первым делом бросился искать свою змею.
Вскоре послышался смущенный голос слуги, осторожно объяснявшего, что змею отпустили в лес. Раздался плач. Взрослым пришлось долго уговаривать ребенка, пытаясь объяснить исчезновение змеи.
http://bllate.org/book/13007/1146358
