Эдвард огляделся по сторонам, будто ища что-то, а затем просто раскрыл принесённую с собой книгу и начертил на её странице таблицу.
Пока он с серьёзным видом объяснял материал урока, я почувствовал себя немного преданным. Я-то думал, что он весь урок занимался чем-то посторонним, а он, оказывается, слушал всё это время?
Не знаю, хорошо ли у Эдварда получается объяснять, но ясно одно: он запомнил весь материал урока дословно.
— Помогло?
— Ты что, вундеркинд?
— Вряд ли, — Эдвард моргнул. — Но, если хочешь, я могу и дальше помогать тебе.
— Правда?
Эдвард улыбнулся и кивнул.
— Что вас так развеселило? — Дот поставил на стол корзинку и вопросительно посмотрел на нас. На столе появились персики, салат, шоколадное печенье и молоко.
Поскольку Эдвард не притрагивался к овощам и фруктам, если ему не подавали их специально, перекусы в это время дня обычно не отличались особым разнообразием.
— Яблочный пирог немного задержится.
— Яблочный пирог? — переспросил Эдвард.
— Я попросил повара. Хотя, может, ты не совсем этого хотел.
Надеюсь, он всё же когда-нибудь вновь попробует пирог леди Роуз.
— Всё, что идёт от тебя, — именно этого я и хочу.
Эдвард произнёс это совершенно естественно. Дот, накрывавший на стол, замер как вкопанный.
— Ты специально это говоришь?
— Что именно?
— Не бросайся такими словами налево и направо. Их же можно понять превратно.
— Превратно?
Дот округлил глаза, уставившись на нас. Ну ты посмотри! Даже когда я прямо указываю на пример, Эдвард, кажется, всё равно не понимает.
Благодаря Эдварду моё домашнее задание было выполнено в мгновение ока. Мы с ним опустошили все тарелки с закусками и растянулись на траве.
Дул слабый приятный ветерок. Лето здесь не было невыносимо знойным, и если закрыть глаза, то казалось, что вот-вот провалишься в сон.
Повернув голову, я увидел, что Эдвард смотрит на меня так, будто его слепит солнце.
Из его руки выкатился медальон.
— Можно мне тоже посмотреть? — я спросил это так, словно никогда прежде не заглядывал внутрь, хотя уже видел всё.
Эдвард открыл медальон.
— Мама.
Он указал на портрет слева.
Я и сам знаю. Вряд ли он имел в виду того, кто изображён справа.
— Когда приезжал его величество, мама всегда пекла яблочный пирог. Должно быть, это было её лучшим блюдом. Когда из кухни доносился вкусный аромат, я понимал, что сегодня хороший день. Потому что мама была счастлива.
Эдвард захлопнул медальон и привалился ко мне.
Не было ничего удивительного в том, что ему не хватало любви.
Я протянул руку к его волосам. Мне всегда хотелось их потрогать, и не было нужды спрашивать разрешения. Эдвард закрыл глаза.
Когда я осторожно провёл рукой по его прядям, они мягко проскользнули между пальцами, словно тёплый шелковистый песок.
Однако вскоре должен был начаться следующий урок, и Эдварду предстояло уйти.
— Вы правда стали очень близки, — заметил Дот, убирая со стола после ухода принца.
— Разве так кажется?
Если даже Дот это заметил, значит, всё шло хорошо.
— Думаешь, даже став королём, Эдвард не казнит меня?
— О чём вы говорите, ваше высочество? С какой стати вас казнить?
— Просто предположение.
Я немного удивился, увидев, как Дот помрачнел.
— Разве принц Эдвард что-то сказал?
— Нет. Ничего. Ты же знаешь, какой он.
— Принц Эдвард… Он хороший человек. Но принц Джеффри в сто раз лучше!
— Спасибо.
— Вы настолько добры, что это немного беспокоит!
— Да-да. Спасибо.
Я переживал за Дота. Как он собирается жить с таким отсутствием проницательности?
Я перестал быть объективным в отношении Эдварда. Но даже взглянув со стороны, можно было заметить, что мы с ним стали ближе. Правда, тот факт, что этим «третьим взглядом» был Дот, вызывал некоторую тревогу.
В любом случае вряд ли он станет убивать родного брата из-за любовных дел.
Всё шло как нельзя лучше.
***
Не успели занятия у герцога Пая закончиться, как Эдвард, пообещав показать мне нечто занимательное, увлёк меня за собой.
Мне следовало бы предвидеть, что его чувство юмора вряд ли совпадает с моим. Направление, в котором он меня вёл, вызывало беспокойство. Чем дальше мы шли, тем безлюднее становилось вокруг, и вскоре мы оказались у северного заброшенного дворца.
Северный дворец уже давно был закрыт. С тех пор, как его покинули и сюда перестала ступать нога человека, прошло, должно быть, лет десять.
Придворные шептались, будто в покинутых покоях видели призраков. Даже Дот как-то признался, что слышал отсюда нечто, напоминающее призрачные стоны.
Неужели Эдвард увлекается охотой за привидениями?
Происходи всё это в реальности, я бы, конечно, не поверил в духов, но ведь это был игровой мир. Если мы и вправду наткнёмся здесь на призрака, будет не до шуток.
— …Нужно открыть вот так, — Эдвард запустил руку под ржавые ворота дворца и что-то там нащупал. Раздался лязг, и чёрный ход распахнулся.
Открылся потайной проход, которым пользовалась прислуга.
— Теперь можно войти. Ну как?
Эдвард уставился на меня в ожидании. «Как?» — это ещё мягко сказано. Что ты вообще делал, слоняясь здесь среди ночи?
Меня так и подмывало отчитать его, но, вероятно, Эдвард ждал совсем не этого.
— Потрясающе. Ты сам обнаружил это?
— Ага, — веки Эдварда расслабились от удовольствия. Его щёки порозовели, когда он с гордостью сообщил. — Три года назад. Поскольку никто сюда не заходил, я однажды решил заглянуть и был удивлён, обнаружив, что это место вполне пригодно для жизни. Зал просторный, сад большой. Наверное, раньше это был важный дворец. Но, видимо, всё может быть заброшено в одно мгновение. Кроме меня сюда никто не приходит. Я привёл его в порядок и сделал своим тайным убежищем.
Он оживлённо болтал, а я кивал, думая про себя: «Так значит, это ты был тем самым „призраком”?»
— Если тебе не хочется находиться во дворце, можешь приходить сюда.
Тебе не нравится быть во дворце? Почему? Мне было любопытно, но я не стал спрашивать.
— Правда?
Когда я улыбнулся и задал этот вопрос, Эдвард великодушно разрешил:
— Да.
Ответы на подобные вопросы можно будет получить и позже.
Свет, проникающий через огромные окна, освещал зал. Были видны толстые ковры и гобелены на стенах. В воздухе витала пыль, словно в заброшенной церкви.
Место не выглядело полезным для здоровья. Но в нём чувствовалась атмосфера потаённого уголка, и я понимал, почему Эдвард им так гордился.
Дети ведь обожают секретные места.
— Ты часто здесь бываешь?
— В последнее время довольно редко… — вздохнул Эдвард. — Я покажу тебе. Здесь есть всё необходимое. Там лежит матрас для кровати, который я принёс, здесь стоит чайный сервиз. Потом покажу тебе колодец во дворе, там можно набрать воды. Здесь даже можно остаться ночевать. Вполне сносно.
— Ты уже ночевал здесь?
— Без всяких проблем.
— Дело не в этом. Разве тебя никто не искал?
Эдвард уставился на меня с недоумением, а затем просто ответил:
— Нет.
Вот именно. Потому он и рыскал по всяким заброшенным уголкам, находя себе подобные убежища.
— Я буду искать тебя, если ты пропадёшь.
Эдвард улыбнулся и привалился ко мне.
— Буду ждать.
Теперь было ясно, кто являлся главным героем всех слухов о привидениях. Похоже, он превратил этот зал в свою тайную базу, притащив сюда всевозможные вещи.
Даже деревянный меч, который я одолжил ему для тренировок, почему-то стоял в углу, а поднос из столовой покоился прямо посреди зала. Я указал на поднос.
— Зачем ты поставил его в такое нелепое место?
— Так удобнее передвигать.
Эдвард потянул поднос, и колёсики издали жуткий скрип. Этому подносу лет сто, что ли?
Кажется, я раскрыл и источник тех самых «призрачных стонов».
Эдвард показывал мне разные вещи, а потом вдруг достал музыкальную шкатулку, которую, по его словам, нашёл где-то здесь. В круглом стеклянном шаре были две фигурки — мужчина и женщина в бальных нарядах, держащиеся за руки.
— Она работает?
— Хочешь посмотреть?
Белая рука Эдварда завела механизм. Раз, два — пружина прокрутилась, и из шкатулки полилась медленная переливчатая мелодия, а фигурки начали кружиться в танце.
В витающей вокруг пыли это выглядело просто волшебно.
Так вот как он здесь развлекается.
Наши взгляды встретились.
— Джеффри, что ты будешь делать на Празднике урожая?
«Что это вообще такое?» — промелькнуло у меня в голове, но я лишь пожал плечами.
— А меня туда позовут?
— Раз его величество брал тебя в охотничьи угодья, то почему бы не взять и на Праздник урожая?
Охотничьи угодья и Праздник урожая. Видимо, между ними есть какая-то связь.
— Вряд ли.
В голове всплыло лицо короля. Короля, который недолюбливает Джеффри.
— Но ты же хотел присутствовать, Джеффри.
— Тебе правда хочется, чтобы я там был?
— Если это то, чего ты сам желаешь.
Его реакция показалась мне странной. Эдвард не из тех, кто интересуется чужими делами.
— Мои желания никогда не сбывались, но с тобой всё иначе.
— Неужели?
Он, конечно же, говорил это о «Джеффри». Но я не был «Джеффри», а желаний у меня всегда было много. И ни одно из них не исполнилось.
Хотя... нет. Я мечтал, чтобы однажды с неба упали деньги, и чтобы рядом был тот, кто поддержит меня.
Если подумать, оба желания в итоге исполнились.
Правда, я не имел в виду, чтобы это случилось в игровом мире.
— Когда загадываешь желание, обязательно уточняй, что хочешь, чтобы оно сбылось именно в этом мире.
— А если не в этом мире, то в загробном?
— Возможно.
— Я учту это, — Эдвард воспринял мои слова всерьёз.
— А какое у тебя желание?
Возможно, Эдвард хочет покинуть дворец? Или же мечтает, чтобы его признали и вернули мать обратно в королевские покои?
Эдвард, казалось, собирался что-то сказать. Когда у него уже был готовый ответ, он никогда не колебался.
Но вдруг выражение его лица изменилось: по нему будто пробежала тень, и он сомкнул губы.
— Не знаю.
Да брось! Как это «не знаю»?
— Ты же сказал, что твои желания никогда не сбывались. Наверняка у тебя было какое-то заветное.
— Теперь это уже неважно, — рассеянно отозвался Эдвард.
— Неужели?
— Оно больше не кажется таким важным.
— Значит, сейчас есть что-то более важное?
Эдвард уставился на меня пристальным взглядом.
— Наверное… Джеффри, ты не должен меня бросать.
— Что? Конечно же, нет.
Эдвард прижался ко мне, обхватив мою талию обеими руками.
— Ты ведь знаешь, что леди Роуз не бросила тебя намеренно.
— Знаю. Помню. Обстоятельства вынудили её. Но, Джеффри, ты не должен так поступать.
Это мне хотелось сказать ему: что бы ни случилось — не убивай меня.
Я слышал, как бьётся его сердце. О чём он думает? Моя ладонь пробежалась по его по спине.
Музыкальная шкатулка продолжала кружиться, наигрывая свою мелодию.
http://bllate.org/book/13014/1146875
