Карлтон был проницателен и соображал быстро. Увидев Луисена в одном нижнем белье и оглядев комнату, он сразу догадался, что произошло.
Молодой лорд сидел на этом железном стуле, связанный по рукам и ногам, а Моррисон угрожал ему орудиями пыток. Он поместил того, кто и так боялся темноты, в темную комнату и обнажил, словно преступника или грешника. Какое издевательство!
Моррисон совершил непростительное. В глазах наемника вспыхнула жажда крови.
Увидев, что наемник оглядывается по сторонам, Луисен поспешил схватить его за руки. Руки молодого лорда были холодны, как лед, и сердце Карлтона болезненно сжалось.
«Как он, должно быть, переживал, ― подумал наемник. ― Он пытается держаться за мою руку, чтобы не оступиться?»
Молодой лорд выглядел таким беспомощным. Совсем один в этой комнате, он, наверное, был жутко напуган, раз до сих пор продолжает дрожать.
Охвативший его гнев остыл; Карлтон убрал меч в ножны. Успокоить Луисена сейчас было куда важнее, чем наказать Моррисона. Наемник снял плащ и накинул его на плечи Луисену. Уже началась зима, и воздух был слишком холодным, особенно для оставшегося без одежды. Худые плечи молодого лорда сотрясала дрожь.
― Где-нибудь болит? Этот ублюдок что-то тебе сделал? ― спросил Карлтон.
― Нет, я в порядке. Со мной все хорошо. Этот болван не мог даже прикоснуться ко мне.
Карлтон подхватил завернутого в плащ Луисена и внимательно осмотрел с головы до ног, желая убедиться, что, несмотря на его задержку, молодой лорд был в порядке. И не подозревавший о его чувствах Луисен извивался в его руках, пытаясь освободиться.
К счастью, молодой лорд, похоже, не пострадал, а его глаза светились оживлением. Карлтон опасался, что он будет потрясен и подавлен, но Луисен, напротив, выглядел возбужденным и решительным.
Лишь убедившись, что Луисен здоров и душой, и телом, Карлтон наконец испытал облегчение. Едва держась на ногах, он опустил молодого лорда вниз и заключил в объятья. Прижался лбом к его плечу, вдохнул всей грудью и медленно выдохнул.
После потери Луисена ему казалось, что его сбросили с облака, и он падал, врезаясь по пути в разные предметы, и чудом спасся за миг до удара о землю. Все время, пока Карлтон искал молодого лорда, он был вне себя от страха.
Даже в юности ― сразу после побега из дома, делая первые шаги на пути наемника, ― Карлтон, хоть и был тогда намного ниже и слабее, чем теперь, тем не менее никогда не боялся. Он всегда был уверен в себе; он даже не понимал значения слова «страх». Он не испытывал сомнений в своих силах и считал мир сценой, созданной для его деяний, устрицей, ждущей, когда он ее откроет.
Но ища Луисена, Карлтон постоянно терзался страхом. Доселе не испытанный ужас ― чувство, которого он не ощущал, даже стоя против десятков направленных в него клинков, ― владел всем его существом. Он боялся, что так и не найдет Луисена, или что опоздает и найдет молодого лорда раненым.
Это чувство ошеломило Карлтона. Он не мог избавиться от сомнений. Сможет ли он вовремя найти молодого лорда? В правильном ли направлении он движется? Его разум переполняли видения возможных ужасов, а сердце разрывалось от отчаяния.
Луисен в свою очередь осторожно обнял Карлтона. Лишь ощутив на плечах нежные белые руки, Карлтон, наконец, окончательно поверил, что его подопечный вернулся к нему, целым и невредимым.
Карлтон закрыл глаза. Запах Луисена, пока ему непривычный, наполнявший каждый вдох, и тепло его тела рядом дарили душе наемника ощущение мира и покоя. Страх, владевший им, схлынул, словно летний ливень.
«Как странно».
Эта потеря уверенности была так на него не похожа. Он чувствовал себя другим человеком ― странным, незнакомым, чужим. В замешательстве Карлтон просто обнял Луисена еще крепче.
― Я ужасно, ужасно рад, что ты в безопасности.
Случись что-то с Луисеном, Карлтон не простил бы себя до самой смерти. На короткое время потеряв Луисена, он осознал… что значит для молодого лорда лишиться его защиты.
Теперь, вновь обретя способность мыслить разумно, Карлтон понимал, что Моррисон, возможно, вообще не собирался причинять Луисену боли. Однако это не смягчило его сердца. Моррисон и его люди не могли с ним тягаться, даже если бы напали на него всем скопом. Они с Луисеном не пали жертвой тщательно продуманного плана или огромной грозной силы. Его просто застали врасплох.
Пусть даже потеря бдительности Карлтона в этой ситуации разочаровала молодого лорда, ничего не поделаешь. В конце концов, Карлтон и сам терпеть не мог быть таким жалким. Однако он не желал видеть разочарование на лице Луисена, поэтому прижал его к себе еще крепче. Он мог лишь склонить голову, уткнуться носом в плечо молодого лорда, уступавшего ему и ростом, и сложением, и пристыженно вздохнуть.
― С этой минуты я никогда не оставлю тебя одного. Никогда.
Сдавленный голос Карлтона наполняло глубокое раскаяние. Нехарактерный для него подавленный вид привел Луисена в замешательство. Угрюмое лицо, тоскливый голос… Молодому лорду было жаль этого обычно столь уверенного в себе человека, но что он мог сказать? Наемник ругал себя за допущенную ошибку. Он так сильно беспокоился и мучился из-за него!
Решив, что должен его успокоить, Луисен сказал:
― Сначала я немного испугался. Поэтому ответил на все вопросы инквизитора. Но в то же время я думал о тебе.
― Ты думал обо мне?
― Да. Что-то вроде «а что бы на моем месте сделал ты?».
― ...Но моему герцогу было бы трудно следовать моим методам. ― Карлтон разгромил бы подвал, ударил Моррисона по голове и сбежал.
Слова Карлтона заставили Луисена расхохотаться:
― Нет, не то. Я имел в виду твою сообразительность. Ты самый умный человек, которого я встречал в жизни, поэтому я попытался взглянуть на ситуацию с твоей позиции.
― А...
― Благодаря этому я раскусил блеф Моррисона. Твой голос эхом отдавался у меня голове; за время, что мы провели вместе, я многому у тебя научился.
Луисен, разумеется, думал еще и об одноруком пилигриме, но умолчал об этом, поскольку решил, что Карлтон станет ревновать.
― Твои слова запомнились мне сильнее, чем я думал. Я был один, но не чувствовал себя в одиночестве. ― Если задуматься, тот факт, что голос наемника звучал в его мозгу, был так забавен, что Луисен не выдержал и хихикнул.
Услышав это признание, Карлтон поднял голову и посмотрел в лицо молодому лорду. «Я помог тебе? В подобном положении ты думал обо мне?»
Какая неожиданная реакция. Никто и никогда не полагался на него так сильно. Карлтон был невероятно растроган. Как смог Луисен так легко завладеть его сердцем и вывернуть его наизнанку? Наемник взглянул на непринужденно улыбающегося Луисена и, поддавшись внезапному порыву, поцеловал его.
Этот человек постоянно поражал его самыми неожиданными способами. Как ему это удавалось? Луисен не походил ни на кого из известных ему людей, он поступал нелепо и странно, но это делало его совершенно неотразимым.
Луисен широко раскрыл глаза и несколько раз моргнул, прежде чем упасть в объятья наемника. При виде огромных глаз и длинных ресниц молодого лорда Карлтон пришел в еще большее возбуждение. Он углубил поцелуй, и Луисен нахмурил брови ― возможно, наемник был чересчур настойчив. И все же щеки молодого лорда вспыхнули огненно-алым румянцем.
Карлтон немедленно отмечал каждое едва уловимое изменение: ни вспыхнувший румянец, ни трепет ресниц, ни пробежавшая по телу дрожь не ускользнули от его внимательных глаз. Все в Луисене казалось ему прелестным ― и наспех подстриженные светлые волосы, и нежные щеки, и взгляд, беспечный и высокомерный ― словно его владелец ни разу не сталкивался ни с малейшим затруднением ― но в то же время такой задумчивый… Все.
Как странно. Сначала лицо молодого лорда наемнику не понравилось. Все в Луисене пробуждало в нем ощущение собственной неполноценности... но теперь черты молодого лорда казались ему прекрасными и привлекательными.
«Мне это нравится. Он мне нравится», ― почти не сознавая себя, подумал Карлтон. Чем больше он думал об этом, тем сильнее переполнялось его сердце. Тем больше он углублял поцелуй. Он испытывал страстное желание пойти дальше ― овладеть Луисеном полностью, до самого дна ― и стать единым целым. Руки Карлтона шарили по телу Луисена, спускались на бедра и поднимались по спине...
― П-подожди! ― смутившись, Луисен толкнул Карлтона в плечо. ― Мы не знаем, когда вернется Моррисон; дальше заходить неразумно.
― Плевать на этого урода, ― Карлтон собрался было снова прильнуть к губам молодого лорда, но тот воспротивился с неожиданным пылом.
― Я не хочу заниматься этим рядом с орудиями пыток.
― А. ― Карлтон с сожалением отступил.
Луисен просунул руку под его локоть.
― Но все же, тут холодно, так что держись ко мне поближе.
«Как мило, ― подумал Карлтон. Молодой лорд, казалось, был смущен тем, что цеплялся за него, хотя сам проявил инициативу; он смотрел куда угодно, только не на наемника. ― Это мне тоже нравится».
Нравится?
«Минуту, о чем я недавно подумал?»
И лишь теперь Карлтон понял. С недавних пор он постоянно думал о том, как сильно ему нравится молодой лорд… как безмерно он восхищен Луисеном…
Только теперь он осознал, что ведет себя глупо, совершенно не похоже на самого себя. Тот факт, что он считал Луисена единственным имеющим значение человеком в мире… его ненависть к однорукому пилигриму или Моррисону... Его чувства, переходящие от одной крайности к другой…
Иначе говоря... он влюбился в Луисена. Такое случилось с ним впервые.
Он всегда говорил, что влюбленные превращаются в идиотов… То есть теперь он сам был таким идиотом!
Внезапное осознание повергло разум Карлтона в хаос.
***
Луисен с Карлтоном вышли из камеры пыток, которая располагалась в ничем не примечательном доме. Его крыша грозила вот-вот обрушиться, так что, ожидая возвращения инквизитора, они расположились чуть в стороне, усевшись на поваленном дереве.
Луисен рассказал Карлтону, что произошло между ним и Моррисоном, и на протяжении всей речи наемник не сводил с молодого лорда пылающих глаз.
― В чем дело? Ты что-то хочешь спросить? ― осекшись на полуслове, Луисен повернулся к своему спутнику. Карлтон старательно избегал его пытливого взгляда, словно сам недавно не таращился на него, как безумный.
«Почему вдруг он стал так себя вести?» ― подумал Луисен.
Кажется, все изменилось после их страстного поцелуя. Наемник не желал даже встречаться с ним взглядом, но, несмотря на это, упорно следовал за ним и прижимался к его боку.
Луисен изо всех сил пытался понять, что не так с Карлтоном… пытался взглянуть на происходящее с его точки зрения, однако так и не смог определить, было ли все это просто случайным совпадением или он просто совершенно не разбирался в карлтонологии.
http://bllate.org/book/13124/1162981
