— О? Расскажи мне. Значит, есть кто-то, кто тебе нравится?
— Почему тебя это интересует?
— Это…
Сугём, пытавшийся ответить на вопрос Ча Игёма, потерял дар речи. Он не знал, что и сказать. Если говорить откровенно, причина была в банальном любопытстве, а еще в его опасениях по поводу того, что Игём может быть вовлечен в скандал в будущем, как это случилось в его предыдущей жизни.
К тому моменту, когда его смешанные чувства, казалось, усилились до предела, Игём поинтересовался:
— Ты беспокоишься?
— О? Это…
Сугём так и не смог выдавить из себя хоть какие-нибудь слова. Конечно, он переживал, но и отвечать честно ему было неудобно.
Некоторое время Сугём не произносил ни звука и только шевелил губами. Из-за этого между ними воцарилась неловкое молчание. Только когда стало уже трудно разобрать, чем вызван холод в воздухе — прохладой, характерной для веранды, или тяжелой тишиной, Ча Игём открыл рот:
— Сон Сугём.
— Хм?
Услышав свое имя, Сугём вопросительно посмотрел на друга. Ча Игём напряженно наблюдал за ним. В его взгляде было нечто странное, что заставило Сугёма тяжело сглотнуть.
— Я же говорил тебе.
— Что?
Сугём наклонил голову набок, услышав непонятные ему слова. Он понятия не имел, что его товарищ имел в виду, но по какой-то причине его сердце бешено забилось в груди.
Сугём посмотрел на Ча Игёма, чувствуя, как сильно колотится сердце. Какая-то часть его хотела избежать этого взгляда, но ведь у него не было абсолютно никакой причины делать это. Поэтому Сугём, стараясь успокоить свое трепещущее сердечко, не сводил глаз с Игёма.
— Не бери в голову.
— Нет, что значит «не бери в голову»?
Сугём уставился на друга, чувствуя нарастающую злость. Почему он замолчал?! Он же первый позвал его и первый предложил поговорить!
— Эй, знаешь, что больше всего выводит людей из себя?
— Когда прекращают разговор на полуслове? — ответил Ча Игём, цинично фыркнув. Услышав эти слова, Сугём гневно стиснул зубы.
— Что, так ты знаешь?
— Естественно.
— Значит, ты знал, но все равно сделал это?
— Я этого не делал, потому что я все сказал, — равнодушно отозвался Ча Игём. Сугём глубоко и прерывисто вздохнул, пораженный его невообразимо бесстыдным поведением.
— Что ты имеешь в виду? Ты ничего не говорил!
— Это твое мнение.
— А-а-а-ах! Ча Игём такой раздражающий!
— Как скажешь.
Он слегка пожал плечами, как будто ему действительно было все равно, раздражает он Сугёма или нет. Последний сделал глубокий вдох, чтобы унять кипящий внутри него гнев.
— Отойди, я хочу зайти внутрь.
— Сон Сугём.
— Ах, что опять?! — резко обернулся тот, закричав во всю мощь своих легких, когда услышал свое имя после того, как прошел мимо товарища, изо всех сил толкнув его плечом. Ча Игём изогнул губы в улыбке. Его непринужденная манера поведения заставила Сугёма попытаться успокоить бурлящие внутри эмоции.
— Что ты хочешь на ужин?
— Если я скажу тебе, ты приготовишь это для меня?
— А иначе зачем бы я спрашивал? Как минимум, я куплю это для тебя, так что скажи мне, что ты хочешь.
— Ча Игём действительно раздражает, но это мне нравится, — обиженно пробормотал Сугём. Как будто он не знал, как вести себя с ним. С одной стороны, он был ужасно зол на Ча Игёма, мастера по выведению людей из себя, но, с другой стороны, тут же погрузился в размышления о том, что бы такое съесть.
— Вьетнамские спринг-роллы, — подал он голос после небольшой паузы. — Креветки, рыба, крабовое мясо и ананас — обязательное условие. Остальные овощи можно не добавлять.
— Хорошо.
Ча Игём слегка кивнул. Он вел себя так, словно в этом не было ничего такого. Благодаря этому гнев Сугёма быстро сошел на нет.
— Отлично, вьетнамские спринг-роллы.
Сугём с улыбкой покинул веранду. Хансоль, до сих пор находившийся в гостиной, увидел возвращающегося друга и, естественно, последовал за ним в комнату.
— Что сказал Игём?
— Я не знаю, он говорил какие-то глупости, а потом пообещал, что приготовит для меня вьетнамские блинчики с начинкой.
— Правда?
— Ага, — небрежно ответил Сугём и растянулся на кровати. Как только парень улегся в уютную теплую постель, он тут же захотел спать, как будто сон, ускользнувший от него несколькими минутами ранее, все-таки вернулся.
В этот момент Хансоль нежно погладил его по волосам, и Сугём выгнулся и замурлыкал, как кошка на солнышке, наслаждаясь приятными прикосновениями.
— Хён, ты спишь?
— А-ага.
— Я не хочу потерять тебя первым. Но и чтобы это происходило слишком быстро, я тоже не хочу. Я до сих пор не знаю, о чем думает хён.
— Понимаю…
— Спокойной ночи, — весело рассмеялся Хансоль, услышав ответ Сугёма, а затем натянул одеяло повыше, чтобы укрыть друга.
Почувствовав еще большую сонливость после ласкового прикосновения, Сугём перестал сопротивляться надвигающимся волнам сна и провалился в приятную темноту.
http://bllate.org/book/13153/1167747
