Тан Саньюань и Гу Ань продолжали следовать указаниям программы, оказавшись на американских горках, прошли лабиринт, позанимались рафтингом… Они выполняли задания одно за другим. Уже начало темнеть.
Тан Саньюань не забывал о важной задаче — жарке их CP — и сотрудничал с Гу Анем на протяжении всего процесса. Он так веселился, что даже немного устал.
Они с Гу Анем присели отдохнуть на скамейке в парке развлечений, время от времени делая глоток молочного чая из стакана в руке, а оператор сидел на скамейке напротив них, держа в одной руке молочный чай, а другой без устали снимая их.
Летний вечер, прохладный и освежающий ветерок. Тан Саньюань расслабленно потягивал чай через соломинку, довольно щурился и не спеша разглядывал пейзаж.
Солнце уже двигалось к линии горизонта, окрашивая небо в красные оттенки, но количество людей в парке аттракционов не спешило уменьшаться, наоборот, к этому времени все больше и больше людей приходили за развлечением в ночной парк. Это место постепенно становилось все более и более оживленным.
Колесо обозрения, расположенное неподалеку, было красиво подсвечено иллюминацией и выглядело, как красивое место для романтики. Тан Саньюань не мог удержаться, чтобы не бросить на него несколько раз заинтересованный взгляд. Он никогда раньше не катался на колесе обозрения, но, глядя на него сейчас, ему вдруг захотелось попробовать.
Гу Ань допил свой кофе и выбросил стаканчик в мусорную урну рядом с собой. Как только он повернул голову, то увидел тоскливый взгляд Тан Саньюаня, устремленный в определенном направлении. Проследив за его взглядом, Гу Ань увидел, как неподалеку от них медленно вращается колесо обозрения. Многие парочки шли к нему, держа друг друга за руки.
Гу Ань задумчиво прищурился, затем повернулся к оператору, который усердно снимал их весь день, и сказал:
— Мы с братом сяо Санем собираемся покататься на колесе обозрения. Ты так долго снимал и тоже устал. Не нужно идти за нами. Подожди нас здесь.
Тан Саньюань радостно повернул голову и удивленно посмотрел на Гу Аня. Почему каждый раз, когда он хотел что-то сделать, Гу Ань уже знал об этом, как будто он мог читать его мысли?
Когда оператор услышал слова Гу Аня, он с готовностью вытер пот со лба, ответив:
— Все в порядке, я могу продолжить снимать!
Хотя он действительно устал после того, как весь день следовал за этой парой с тяжелым оборудованием на плече, но он был предан своей работе и должен был идти до конца.
Гу Ань посмотрел на него слегка потускневшим взглядом и сказал тоном, не терпящим возражений:
— Уже достаточно записей для монтажа. Посиди здесь и отдохни, мы скоро вернемся, — закончив говорить, он не дал оператору шанса что-либо возразить, быстро встал и повел Тан Саньюаня к колесу обозрения, держа его за руку.
Тан Саньюань торжественно вложил в руку оператора шарик с кроликом, попросив его хорошенько его охранять.
Оператор с шариком в руке смотрел в спины уходящим, наконец-то осознав, что его здесь недолюбливают.
Оператор: «…»
Будто сама судьба случайно превратила его в недолюбливаемую всеми лампочку.
Тан Саньюань и Гу Ань подошли к колесу обозрения. Так как было много желающих прокатиться на нем, они немного подождали в очереди. Они были в масках, и теперь, когда стемнело, никто не узнавал их, стоявших в толпе. Многие люди, стоявшие в очереди, были влюбленными парами. Они держались за руки, шептались или целовались время от времени. Казалось, вокруг них витали розовые пузырьки.
Тан Саньюань был настолько погружен в эту двусмысленную атмосферу, что не мог не покраснеть и не опустить голову, не решаясь больше смотреть по сторонам. Он вдруг вспомнил, как они с Гу Анем держались за руки в доме с привидениями. Интересно, были ли они в этот момент похожи на такие парочки в глазах других людей? Он поспешно тряхнул головой, чтобы прогнать эти образы из головы, покраснев при этом еще больше.
— Брат сяо Сань, о чем ты думаешь, почему у тебя такое красное лицо? — Гу Ань внезапно опустил голову, глядя на Тан Саньюаня спокойным взглядом, словно глубокая вода.
Захваченный врасплох Тан Санюань в панике дотронулся до своих горящих щек и, заикаясь, пролепетал:
— Нет, нет, не может быть.
Подняв руку, он указал вперед, с облегчением сказав:
— Наша очередь.
Оказалось, что незаметно для них подошла их очередь. Тан Саньюань с облегчением выдохнул и потянул Гу Аня за собой в кабинку колеса обозрения.
Гу Ань с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться, и, перестав провоцировать парня, послушно последовал за ним на колесо обозрения и сел.
Дверца кабинки колеса обозрения закрылась. Они стали теми единственными двумя людьми, запертыми в замкнутом пространстве. Наконец-то за ними больше не следил назойливый оператор, и Тан Саньюань не мог не радоваться этому факту. Хотя он уже привык к камере, но сегодня было много неприятных моментов во время непрерывной съемки. Теперь он смог расслабиться, получив долгожданное уединение, сидя на колесе обозрения. Конечно же, он не мог не радоваться этому. Он смотрел то вправо, то влево, вертя головой. Наконец, сам того не осознавая, он повернулся к сидящему напротив Гу Аню, ярко улыбаясь ему.
Гу Ань улыбнулся в ответ, его глаза наполнились тонким мягким светом.
Колесо обозрения начало свое медленное вращение. Тан Саньюань совсем не боялся высоты. Вместо этого он с удовольствием смотрел вниз на землю и людей, которые становились все дальше и дальше от них. Вон там сидел оператор с воздушным шаром в руке, удаляясь от них все сильнее, пока Тан Саньюань не потерял его из виду.
Вначале все было хорошо, колесо поднималось плавно, но чем ближе к вершине, тем больше оно начинало скрипеть и раскачиваться. Тан Саньюань слышал, надсадно скрипели вращающиеся механизмы колеса.
Счастливое выражение лица Тан Саньюаня медленно покинуло его лицо. Страх, который он только что испытал в доме с привидениями, все еще не прошел до конца. Когда он услышал знакомый скрип, его снова охватила паника, и он в страхе крепко вцепился рукой в перила.
Скрип становился все громче и громче. Тан Саньюань боялся пошевелиться, робко глядя на Гу Аня, как будто от одного его взгляда омеге становилось спокойнее.
— Иди сюда, — Гу Ань моментально почувствовал, что с ним что-то не так, и раскинул руки, после чего испуганный кролик торопливо упал в его объятия.
Гу Ань не мог не улыбнуться, обняв его еще крепче.
После того как Тан Саньюань, не раздумывая, сам прыгнул в объятия Гу Аня, он закрыл глаза и крепко обхватил Гу Аня за талию. В любом случае, здесь не было никаких камер и фанатов. Он может выпустить свой страх на волю. Что касается Гу Аня, то тот не только уже знает его секрет, но и видел его робкий вид, поэтому ему не нужно ничего тщательно скрывать перед ним.
http://bllate.org/book/13164/1170041
