В индустрии давно не было новостей о Хан Юаньтине. Последний раз он видел связанные с ним новости, когда тот расстался с Цзи Нанем.
Это в принципе была единственная новость о Цзи Нане, которую знал Гу Цзиньмянь.
Цзи Нань опустил окно, спросив:
— Вы, ребята, даже не собираетесь вместе на шоу? Вы что, поссорились?
— Думаешь, я буду разговаривать с тобой вежливо просто потому, что мы поссорились? — На холодном, в темных очках, лице Гу Цзиньмяня появилась саркастическая улыбка. — Я настолько жалок?
Сказав это, он обогнал машину на повороте, оставив Цзи Наня позади.
Цзи Нань: «...»
Когда Гу Цзиньмянь пришел домой, Гу Лифань собирался пойти на званый ужин. Он посмотрел на лицо младшего брата и спросил:
— Ты слишком много работал последние два дня?
Гу Цзиньмянь небрежно заметил:
— Даже Цзи Нань подозревает, что у нас с Инь Мошу что-то не так, и мы не можем ужиться вместе. Кажется, так больше не может продолжаться.
Гу Лифань: «???»
Разве это то, о чем он спрашивал?
— Тогда найди Инь Мошу. В любом случае ты можешь работать где угодно, а вот он не сможет вернуться сюда и одновременно сниматься в фильме.
Гу Цзиньмянь бросил на него задумчивый взгляд:
— Даже ты так думаешь.
В этот момент Инь Мошу отправил сообщение в WeChat: [Режиссер «Времен года для тебя» хочет встретиться. На какой удобный для тебя день мне взять отпуск?]
— Забудь об этом. Раз мой второй брат так думает, я поеду сам.
Гу Лифань: «???»
Через три дня после отъезда Гу Цзиньмянь вернулся в сопровождении автомобиля команды программы «Времена года для тебя».
Когда он вернулся, команда как раз ужинала. Когда исполнительный агент Инь Мошу сяо Лю увидел Гу Цзиньмяня, он с энтузиазмом помахал ему рукой:
— Босс, сюда!
Гу Цзиньмянь постоял там несколько секунд, а после осторожно подошел.
— Я не ожидал, что вы приедете сюда. Инь Мошу вчера сказал режиссеру, что сегодня возьмет отпуск, чтобы забрать вас.
Гу Цзиньмянь взглянул на Инь Мошу, у которого было бледное лицо, и сел, чтобы сделать глоток воды. Вода была идеальной температуры.
После приветствия съемочной группы последовала и команда программы «Времена года для тебя».
Инь Мошу закончил есть. Ему, вероятно, больше нечего было делать. Он неторопливо сел на стул со стаканом воды и сказал с полуулыбкой:
— Удобно вести машину, так что в следующий раз, когда ты сбежишь куда-нибудь на ночь глядя, тебе не придется втискиваться в поезд.
Гу Цзиньмянь: «???»
— Почему это я должен сбегать? — Он широко открыл глаза. — Это наш отель, почему я должен куда-то сбегать!
Инь Мошу тихо рассмеялся.
Режиссеры с обеих сторон сразу же заволновались, особенно режиссер Инь Мошу.
Эта женщина-режиссер была поклонницей их CP. Последние несколько дней ей пришлось наблюдать за отчужденным видом Инь Мошу, его равнодушием ко всему. Ее сердце истосковалось от этого. А теперь этот тихий смех пробудил ее пылающую фанатскую душу.
Это было так мило и нежно.
Инь Мошу сказал что-то, чего они не могли понять:
— Как ты стал вторым пилотом с таким характером?
Второй пилот?
Ни один из них не имел к этому никакого отношения, как они оказались вовлечены в это?
Единственное, о чем они могли подумать, — это какая-то роль в небольшой сценке.
Соблазнение в форме пилота? Ролевые игры?
Команда программы «Времена года для тебя»: «!!!»
Из всех присутствующих только Гу Цзиньмянь знал, о чем говорит Инь Мошу.
Он уже сказал так много и даже назвал имя автора. Инь Мошу должен был догадаться, что он читатель этой книги.
Когда режиссер Линь руководил съемками, Гу Цзиньмянь напился и болтал о себе прошлом, заявив, что он был самым молодым вторым пилотом X-Airline.
Тогда все посчитали, что он говорит чепуху спьяну, но Инь Мошу к этому времени обо всем догадался. Он знал, что Гу Цзиньмянь говорил о том, чем он занимался до того, как переселился в книгу.
— Я добился этого, потому что могу.*
П.п.: Эту фразу и последующие можно расценить двояко: как эвфемизм для происходящего в спальне между героями. Именно так их и понимают окружающие.
Программная группа «Времена года для тебя»: «...»
То, как он это сказал, было похоже на утверждение, что он «нападал», потому что мог.
Гу Цзиньмянь высокомерно задрал подбородок:
— Не подвергай сомнению мои профессиональные навыки.
Программная группа «Времена года для тебя»: «...»
Вероятно, он говорил, что не стоит подвергать сомнению его навыки?
Инь Мошу покачал головой:
— Ты очень импульсивен и не подходишь для этой профессии.
Коллектив программы «Времена года для тебя» дружно кивнул: его ни к чему нельзя принудить.
Гу Цзиньмянь: «???»
— Ты еще не знаешь? Всякий раз, когда я проявляю импульсивность, это все из-за тебя!
Лица сотрудников программы «Времена года для тебя» постепенно становились из красных желтыми.
Чем дольше они слушали этот разговор, тем больше их лица желтели. В то же время они не могли не покраснеть, увидев улыбку Инь Мошу.
Кто-то из команды позвал его. Он встал и сказал съемочной команде, что была с Гу Цзиньмянем:
— Комнаты для вас подготовлены. Просто оставайтесь здесь сегодня, а завтра продолжим.
Они ответили, но не спешили убирать камеру.
Два молодых человека в одном кадре были милыми и интересными. Было бы расточительством не сделать больше снимков.
Инь Мошу увидел, что они все еще снимают, и посмотрел на Гу Цзиньмяня, который сидел с безучастным выражением лица.
Прошла почти неделя после падения с лошади, и за это время они успели немного отдалиться друг от друга. Не слишком далеко, но они уже не были так близки, как раньше, не говоря уже о прикосновениях. Так что у Инь Мошу было нет так много возможностей как следует разглядеть его с тех пор.
Гу Цзиньмянь заметил его взгляд и поднял глаза. Его кожа была очень белой, поэтому, когда он плохо спал, темные круги под глазами становились более очевидными. Он смотрел на человека напротив с некоторой усталостью и еле заметной обидой.
Кадык Инь Мошу слегка дернулся. Не обращая внимания на камеры, он подошел к нему, устремив на него взор сверху, затем схватил Гу Цзиньмяня за подбородок и опустил голову, закрыв весь обзор оператору.
Гу Цзиньмянь удивленно посмотрел на него. Он собирался уже оттолкнуть его от себя прочь, но Инь Мошу схватил его за запястье, не дав ему это сделать.
Только тогда Гу Цзиньмянь вспомнил, что рядом находится съемочная группа, поэтому застыл на месте, не двигаясь.
Инь Мошу неожиданно наклонил голову и через несколько секунд быстро отошел. Команда этого не ожидала, и, поскольку Инь Мошу закрывал собой весь обзор, у них не получилось снять их поцелуй.
Они были одновременно удивлены, обрадованы и возмущены.
Они что… поцеловались?
У Инь Мошу продолжились съемки, а Гу Цзиньмянь так и не сдвинулся с места, застыв на какое-то время. Два режиссера смотрели на него с большим любопытством, и их глаза могли заменить лампочки, способные осветить темную ночь съемочной группы.
Камера оператора чуть ли не вплотную приблизилась к лицу Гу Цзиньмяня.
Гу Цзиньмянь не сразу нашелся, что сказать.
— Чем вы продолжаете тут заниматься? Сворачивайте съемку!
Два режиссера посмотрели друг на друга и увидели в глазах друг друга одно слово: злость.
Гу Цзиньмянь в гордом одиночестве покинул команду, направившись в отель.
Уже давно стемнело. Он шагал в тишине ночи, совершенно один. Невольно он начал вспоминать о том, что только что произошло.
В тот момент, когда Инь Мошу заблокировал его, он, помня, что они вообще-то снимаются в любовном шоу, не стал уклоняться от близости. Инь Мошу тогда наклонился, плавно прижался к губам, коснулся кончика его языка и отпрянул.
Быстро и аккуратно.
Гу Цзиньмянь в тот момент почувствовал, будто кто-то коснулся хрупких чувствительных струн его души.
Чувствуя онемение на губах, Гу Цзиньмянь дотронулся до них. Опуская руку, он заметил красные следы на своем запястье.
http://bllate.org/book/13178/1173286
