Слуга смущённо ответил:
— В детстве я подслушивал уроки в школе, когда мой двоюродный брат учился. Я не читал книг, но знаю иероглифы.
Тан Шэнь задал ещё несколько вопросов и понял, что слуга действительно умеет читать, но не изучал классические тексты, только половину «Аналекты Конфуция».
— Остаёшься ты. У тебя есть имя?
— Меня зовут Лю Шуньчжу.
Тан Шэнь: «...»
Подумав, он сказал:
— Теперь ты будешь зваться Фан Хуань.
— Хорошо.
Через некоторое время Тан Шэнь передумал:
— Подожди, ты не можешь зваться Фан Хуань. Тебя будут звать... Фэн Би.
Фэн Би был в замешательстве, но согласился:
— Хорошо, теперь меня будут звать Фэн Би.
У Фу Вэя был слуга Вэнь Шу и слуга Фу Цинь. Тан Шэнь последовал его примеру и нашёл себе Фэн Би*.
П.п: *Фэн Би (奉笔) – с почтением подносящий перо.
Когда управляющий Лу и Фэн Би ушли, Тан Шэнь вернулся в свою комнату. Он положил «Стелу храма Фамэнь» Чжун Тайшэна на стол и взял исправленные сочинение и стихотворение. Тан Шэнь посмотрел на кружки, обведённые на бумаге. После долгого чтения он не мог удержаться от слёз и смеха:
— Чуть не дал слуге это имя!
— Цинь и Вэй разольются волнами. И на сбор орхидей выйдут девы с дружками!*
П.п: * строки из стихотворения «В третью луну, праздник сбора орхидей» (из «Книги песен»):
Той порой Чжэнь и Вэй
Разольются волнами,
И на сбор орхидей
Выйдут девы с дружками.
Молвит дева дружку:
«Мы увидимся ль, милый?»
Он в ответ: «Я с тобой,
Разве ты позабыла?»
«Нет, опять у реки
Мы увидимся ль, милый?
На другом берегу
Знаю место за Вэй я —
На широком лугу
Будет нам веселее!»
С ней он бродит над Вэй,
С ней резвится по склонам,
И подруге своей
В дар приносит пионы. (переводчик Штукин А.А.)
Когда Тан Шэнь выбирал имя для Фэн Би, первой мыслью было это стихотворение из «Книги песен».
— Лучше держаться подальше от Ван Чжэня…
Несмотря на эти слова, на следующий день Тан Шэнь взял исправленные работы и отправился в резиденцию министра к Ван Чжэню. К сожалению, на этот раз Ван Чжэня не было дома, он был на службе в министерстве доходов.
Ван Чжэнь заранее приказал управляющему принять Тан Шэня и забрать исправленные работы. На этот раз Тан Шэнь ушёл из резиденции министра с новой коробкой закусок.
Так прошёл месяц.
В праздник Цинмин Тан Шэнь, находясь дома, смотрел на юг, через горы и реки, зажёг благовония в память о Лян Суне и совершил обряд поминовения.
После этого он написал письмо и позвал Фэн Би:
— Отнеси это письмо в резиденцию министра и передай его управляющему особняка Ван. Мой старший брат говорил, что каждый месяц отправляет вещи в Цзиньлин, и если есть что-то, что нужно отправить, можно передать управляющему. Отнеси письмо сегодня, пораньше.
Фэн Би взял письмо, побежал в резиденцию министра и передал его управляющему.
Когда Фэн Би вернулся, Тан Шэнь с удивлением увидел, что он снова принёс коробку с закусками.
Тан Шэнь: «...»
Эта жизнь просто невыносима!
Приближался июнь, погода становилась всё жарче. Зимы в Шэнцзине были намного холоднее, чем на юге, но лето не приносило облегчения. Палящее солнце висело высоко в небе, а в Академии сынов государства, где учились сотни студентов и преподавали десятки наставников, не было никаких горшков со льдом для охлаждения. В лекционных залах стояла невыносимая жара, студенты вытирали пот со лба и усердно занимались.
— ...Установить принципы «Вёсен и Осеней», чтобы передать их будущим мудрецам, и поступать так, как подобает благородному человеку, — разве это не приносит радость?
Когда студенты закончили чтение, преподаватель, сидевший в широком кресле, не выдержал и громко объявил:
— На сегодня занятия окончены.
Студенты обрадовались, каждый спешил выбежать из зала. Тан Шэнь тоже был среди них, но он не торопился. Сначала слишком много студентов хотели выйти, создавая толкучку у дверей. Все толкались, и в итоге становились ещё более потными. Ему нужно было просто подождать.
— Цзинцзэ, ты сегодня днём пойдёшь со мной на занятия в зал Чжэнъи?
Тан Шэнь поднял голову и увидел молодого человека лет двадцати с небольшим, худощавого и с мягкой улыбкой. Увидев его, Тан Шэнь тоже улыбнулся:
— Я взял выходной на сегодня, у меня есть дела. Завтра пойдём вместе.
Мэй Шэнцзэ улыбнулся шире:
— Хорошо.
Они взяли книги и уже собирались выйти из зала, как вдруг услышали грубый голос:
— Все назад, куда вы лезете! Вы все студенты Академии сынов государства, будущие столпы государства, и вы так стремитесь покинуть святое место?
Студенты поспешно вернулись в зал, Тан Шэнь и Мэй Шэнцзэ переглянулись и тоже вернулись на свои места.
Тан Шэнь с удивлением увидел, что в зал вошёл не кто иной, как инспектор Лю.
Во главе Академии сынов государства был ректор Линь, чиновник третьего ранга. Под его началом были два инспектора, чиновники четвёртого ранга.
Инспектор Лю погладил свою седую бороду и, увидев, что все студенты вернулись в зал, сердито хмыкнул:
— Только что закончились занятия, а вы уже бежите, как будто от огня. Мэн-цзы говорил: «Когда Небо собирается возложить на человека великую миссию, оно сначала испытывает его сердце и закаляет его тело». А вы не можете вынести даже небольшой жары?
Студенты не смели возражать, они могли только опустить головы и признать свою вину.
Инспектор Лю остался доволен:
— Сегодня я пришёл, чтобы сообщить вам, что к началу июня вы должны подготовиться к экзаменам. Каждый месяц на основе ваших сочинений и стихотворений вас делят на четыре уровня: «Цзя», «И», «Бин», «Дин»*. Обычно это не так важно, но в начале июня вы должны отнестись к этому со всей серьёзностью.
П.п.: Цзя, И, Бин и Дин (甲乙丙丁) – как А, Б, В и Г, где А — самая высокая оценка.
Один из студентов с любопытством спросил:
— Господин инспектор, что-то необычное произойдёт?
Инспектор Лю улыбнулся:
— Необычное? Ты прав! В начале июня, в суете и заботах, боевые колесницы* уже готовы. Четвёрка коней могуча и сильна, везут они обычное снаряжение! Доблестные полководцы* выступают в поход, кормят коней и точат оружие — это искусство воинов, что сражаются на острие меча, они владеют копьями и дубинами. Однако мы, люди письма, владеем искусством, что рождается на кончике пера**. На экзамене в начале июня те студенты, кто получил оценки «Цзя» и «И», смогут в середине июня посетить лекции в зале Биюн*** Академии сынов государства.
П.п: * «Боевые колесницы» и «доблестные полководцы» — это метафора о подготовке к экзаменам, которая сравнивается с военными сборами.
** «Искусство на кончике пера» — противопоставление воинского мастерства и интеллектуального труда, подчеркивающее важность образования и культуры.
***Зал Биюн (辟雍) — центральный из пяти павильонов для занятий императора, с эпохи Чжоу.
Некоторые студенты всё ещё не понимали, что это значит, Тан Шэнь тоже был в замешательстве.
Однако Мэй Шэнцзэ крепко сжал свои книги, его лицо покраснело от волнения, глаза горели.
Тан Шэнь тихо спросил:
— Брат Шэнцзэ, что это за зал Биюн? Я уже два месяца в академии, но никогда там не был.
Мэй Шэнцзэ взволнованно ответил:
— Зал Биюн обычно закрыт. Ты знаешь, что мы, студенты Академии сынов государства, — ученики Сына Неба. Это главная академия Шэнцзина. Каждый месяц учёные из академии Ханьлинь приходят читать нам лекции. Ты был на лекции Ли-дажу.
Тан Шэнь кивнул:
— Да, тогда мы были в зале Чжэнъи.
— Зал Биюн открывается только тогда, когда приходит высокий гость. И во всём мире только один гость может открыть его.
Тан Шэнь вдруг понял, он сжал пальцы и пристально посмотрел на Мэй Шэнцзэ.
Мэй Шэнцзэ медленно произнёс:
— Святой снизошёл, чтобы благословить Академию сынов государства. Только когда приходит император, зал Биюн открывается. Это легендарное «Посещение Сына Неба»!
* * *
В это время в министерстве доходов.
Ван Чжэнь сидел на главном месте, левый и правый заместители министра сидели по бокам от него. Левый заместитель, сухощавый мужчина средних лет с козлиной бородкой, тяжело вздохнул:
— Посещение Сына Неба... Почему сегодня на утреннем совете император вдруг решил прочитать лекцию в Академии сынов государевых? С момента его восшествия на престол прошло двадцать шесть лет, и он никогда не посещал зал Биюн.
Правый заместитель был намного моложе, но тоже носил бороду, что делало его похожим не на учёного, а на грозного воина. Он сначала посмотрел на Ван Чжэня, увидел, что тот пьёт чай, и только потом сказал:
— Посещение Сына Неба — это хорошая новость, господин Сюй, нам тоже нужно начать готовиться.
Левый заместитель министра финансов Сюй Линхоу сказал:
— Господин Цинь прав. А что думает господин Ван?
Оба заместителя повернулись к Ван Чжэню.
Медленно смахнув пар, поднимающийся от горячего чая, Ван Чжэнь сделал глоток и спросил:
— Это ранний Лунцзин* с предгорья этого года?
П.п: * Лунцзин – чай из одноимённой провинции, ныне городского уезда в Яньбянь-Корейском автономном округе провинции Цзилинь КНР.
Сюй Линхоу кивнул:
— Да.
Ван Чжэнь улыбнулся:
— Прекрасно. Господин Сюй, что вы только что сказали?
Сюй Линхоу и Цинь Сы переглянулись и промолчали.
Ван Чжэнь поставил чашку и искренне восхитился:
— Император любит учиться, и его посещение — это благословение для студентов Академии сынов государевых в этом году.
http://bllate.org/book/13194/1176595
