Глава 145. Третье воскрешение
Он всё помнил.
Ань Уцзю был немного удивлён. Во время последнего перезапуска Шэнь Ти вёл себя точно так же, как и все остальные. Но всего один перезапуск спустя Шэнь Ти уже полностью с ним синхронизировался, даже сохранил прежние воспоминания.
На самом деле, Шэнь Ти, как и он сам, тоже мог считаться тем, кто вернулся через перезапуск.
Значит, Шэнь Ти отчётливо помнил, как убивал его, так же как Ань Уцзю до сих пор ощущал боль от пули, пронзившей тело.
Ань Уцзю опустил подбородок на плечо Шэнь Ти, мягко поглаживая его по спине.
— Прости. Если бы я не был в отчаянии, я бы никогда не позволил тебе это сделать.
Шэнь Ти усмехнулся:
— Благодари, что я приберёг последнюю пулю, а то тогда было бы действительно отчаянно.
Ань Уцзю опешил. Он не знал, что это была последняя пуля Шэнь Ти.
Даже сам Шэнь Ти не ожидал, что она окажется пущена в того, кого он любит.
Шэнь Ти не ожидал, что, когда он ненадолго уйдёт, сказав Ань Уцзю: «Позови меня в сердце, и я обязательно вернусь», — эта способность слышать зов сердца будет использована Ань Уцзю, чтобы приказать ему убить его.
Ради других Ань Уцзю был готов на всё.
— Эй.
У Ю, сидевший на пассажирском сиденье, выглядел раздражённым. Он обернулся и уставился на них, словно говоря: «Вы серьёзно? Только сели в машину и сразу обнимашки? Вы меня прикончить хотите?»
Шэнь Ти увидел его и тут же рассмеялся, протянув руку, чтобы ущипнуть его за щёку.
— Ты чё творишь?!
Шэнь Ти ответил в расслабленном тоне:
— Просто странно видеть твоё маленькое личико таким.
У Ю потрогал своё лицо, не понимая:
— В каком смысле?
Шэнь Ти проигнорировал его и повернулся к Ань Уцзю:
— Правда ведь? Этот маленький монстрик даже милым стал со временем, с этими щупальцами…
Но договорить он не успел, Ань Уцзю прикрыл ему рот ладонью.
— Думаю, ты бредишь, — холодно отозвался У Ю, отворачиваясь к окну и чуть не подпрыгивая от страха из-за внезапно показавшегося загрязнителя.
Как и в предыдущих циклах, Нань Шань, сидевший за рулём, спросил, куда они направляются.
Услышав голос Нань Шаня, Ань Уцзю показалось, будто с той поры прошла целая жизнь.
Увидев, что Ань Уцзю не отвечает, Нань Шань специально взглянул в зеркало заднего вида и спросил:
— Уцзю?
— Да, я думаю, — тихо отозвался Ань Уцзю.
На этот раз он не мог позволить им пожертвовать собой.
Он не знал, сколько у него осталось попыток, но, как бы там ни было, он не мог смириться с тем, что все умрут из-за него — это было слишком больно.
Подумав об этом, Ань Уцзю вспомнил, как развивались события после его предыдущих решений. В прошлом цикле он изменил маршрут, чтобы спасти У Ю, которому человек в маске перерезал ему горло. Это в итоге привело к гибели Ян Эрцы и запустило наихудшую временную линию, в которой погибли все, а человечество оказалось обречено.
Теперь он понимал, что любое решение может повлечь за собой катастрофу. Но как бы ни было сложно, он не мог упустить ни одного шанса.
Среди бесчисленных временных линий и параллельных вселенных обязательно должна существовать относительно совершенная возможность.
И его цель — найти именно её.
— Мне нужно кое-что вам сказать.
Он рассказал им о своей способности перезапускать время. Как и ожидалось, Нань Шаню и У Ю было трудно в это поверить.
Шэнь Ти взял его за руку и сказал:
— Подожди. Дай я попробую.
Ань Уцзю удивлённо на него посмотрел. Он наблюдал, как Шэнь Ти протянул руку и положил её на плечо У Ю.
В тот же миг У Ю ощутил, как по его плечу в мозг хлынула мощная энергия.
Это были обрывки воспоминаний — всё, что произошло во втором цикле: смерть Ян Эрцы, его собственное заражение и встреча с другой [Ян Эрцы] — всё это промелькнуло перед его глазами.
Но то, что он увидел, не было его собственным опытом — это были воспоминания, увиденные глазами Шэнь Ти.
В этом потоке он наконец понял: Шэнь Ти солгал ему.
Они никогда не расставались и не договаривались встретиться на следующий день.
В то время Нань Шань уже был мёртв.
Поток переполняющих воспоминаний нахлынул на мозг У Ю, как перегрузка данных на машине, заставляя его зависнуть на несколько секунд.
И в эти несколько секунд, в его остановившемся сознании осталась только одна немая картинка: мёртвый Нань Шань, лежащий на нём, заслоняющий его от всех атак загрязнителей.
Он не знал об этом.
Шэнь Ти отпустил его руку. Сначала он хотел спросить, получил ли тот воспоминания, но, наклонившись ближе, заметил, как по щеке У Ю быстро скатилась блестящая слеза.
Он всё понял и ничего не спросил.
Это действительно работает, подумал Шэнь Ти, глядя на свои руки.
В этот момент руки под перчатками вдруг стали обжигающе горячими, а метки на коже будто зашевелились, как множество червей, пытающихся выбраться наружу.
Шэнь Ти сжал кулаки, потом расслабил их, посмотрел вперёд, сквозь лобовое стекло, и сказал У Ю:
— Присмотри за дорогой.
У Ю на секунду растерялся, а потом увидел, как Шэнь Ти положил руку на плечо Нань Шаня.
Точно так же, как с ним, воспоминания Шэнь Ти хлынули в тело Нань Шаня. Таким образом, они все вернули себе воспоминания прошлого цикла, по сути, вернувшись во времени вместе.
— Я тогда умер слишком быстро, — Нань Шань пришёл в себя после перегрузки памяти и горько усмехнулся. — Не смог никого спасти.
— Неправда, — пожал плечами Шэнь Ти. — Даже притворство, что ты жив, помогло удержать одного маленького монстра в равновесии. Это было очень кстати.
У Ю с трудом сдержался, чтобы не врезать Шэнь Ти в лицо с такой силой, чтобы остался шрам и Ань Уцзю, глядя на него, перестал быть к нему так привязан.
— Заткнись, лжец, — всё же сдержался он. В конце концов, он был взрослым человеком.
Шэнь Ти сложил руки на груди и принял святое выражение лица:
— Это была ложь во имя любви.
— Раз в прошлый раз всё закончилось так плохо, — сказал Нань Шань, объезжая преграды на дороге, — на этот раз надо быть максимально осторожными.
— Да, — кивнул Ань Уцзю. Затем он выдвинул предложение, которое сразу вызвало протест у всех троих.
— В этот раз я хочу действовать один.
— Что?
У Ю первым покачал головой:
— Это слишком опасно.
— Согласен, — возразил и Нань Шань. — У нас нет способа держать связь. Если мы разойдёмся, можем больше не найти друг друга.
Шэнь Ти ничего не сказал, но по выражению лица Ань Уцзю понял — тот тоже против. Ведь с момента их последней встречи прошло всего около пятнадцати минут.
— У меня есть причины так поступить.
Ань Уцзю проверил время и ускорился, стараясь убедить их:
— Сейчас я должен спасти Эрцы и Ижоу. Они наверняка уже в пути к дому Ижоу. Согласно данным из прошлого цикла, их атаковал человек в маске, когда они ехали в одной машине. У них нет воспоминаний из прошлого цикла, поэтому их решения в этот раз неизбежно будут такими же, как и тогда. Человек в маске знает, что они не изменят свои действия, и может это предсказать. А учитывая моё мышление, он уверен, что я снова попытаюсь их спасти.
У Ю слушал, немного сбитый с толку:
— Не совсем понимаю. Если он может предугадать твои действия и ты для него уже «читаем», почему ты всё равно хочешь идти один? Это же самоубийство?
— Нет, — объяснил Ань Уцзю. — Человек в маске может предугадать меня, но не может предугадать Шэнь Ти. Пока рядом Шэнь Ти, всё, что им известно обо мне, становится неизвестным. Только мы вдвоём уже создаём четыре варианта: один — мы оба идём спасать их; два — ни один из нас не идёт; три — я иду один; четыре — Шэнь Ти идёт один.
Шэнь Ти понял, что он имеет в виду.
Нань Шань тоже уловил суть:
— Значит, человек в маске может размышлять и предсказывать только в рамках этих четырёх возможностей?
— Именно! — Ань Уцзю продолжил. — Человек в маске чересчур уверен в своём уме. Во время конфронтации в прошлом цикле он, скорее всего, понял, что я догадался: он не может предугадать действия Шэнь Ти. Так что на этот раз он обязательно учтёт это в своей тактике. И это его слабое место.
Шэнь Ти кивнул:
— Значит, ты хочешь действовать один, потому что ставишь на то, что человек в маске, зная, что ты это понял, используешь этот момент и решишь отправить меня — неизвестного для него игрока — одного, чтобы спасти Эрцы и Ижоу. Это был бы наиболее выгодный ход из четырёх.
— Да. Поэтому я сделаю наоборот и пойду один, — твёрдо сказал Ань Уцзю. — Я поставлю на это. Поставлю на то, что он не сможет предсказать моё предсказание.
У Ю вдруг понял:
— Теперь ясно. Если человек в маске решит, что в этот раз Шэнь Ти один пойдёт туда, где в прошлом цикле погибла Эрцы, тогда для него всё станет прозрачно. И вместо того чтобы менять план ради убийства нас всех, проще убить непредсказуемого Шэнь Ти и устранить Эрцы. Мы не знали, какой из вариантов он выберет, но теперь, похоже, он точно останется при старом плане, да?
Шэнь Ти похлопал его по плечу:
— Твой маленький мозг наконец-то что-то понял.
Для человека в маске Ань Уцзю был как открытая книга, но с появлением Шэнь Ти всё становилось сложнее.
Для самого Ань Уцзю человек в маске был полной неизвестностью. Никто из них не мог предугадать, где именно появится этот тип в решающий момент. Казалось, он тоже мог делать перезапуски и сохранял воспоминания. Когда Ань Уцзю менял стратегию, тот тоже менялись. В этом и заключалась вся сложность.
Но если использовать Шэнь Ти как дымовую завесу — и ставка окажется верной — тогда решения человека в маске можно будет предсказать.
— Если ты действительно всё верно просчитал, и он повторит действия из прошлого цикла, — сказал Нань Шань с тревогой, — тебе придётся сразиться с ним лицом к лицу.
— Не в первый раз.
Сразу после этих слов Ань Уцзю заметил впереди внедорожник. Водитель уже превратился в загрязнителя, но всё ещё сидел за рулём.
Он понял — это шанс.
— Останови машину, Нань Шань! Мне нужно попасть в тот внедорожник!
Нань Шань всё ещё чувствовал тревогу, но понимал, что остановить Ань Уцзю он не сможет.
— Будь осторожен.
Когда Ань Уцзю вышел из машины, он взял пистолет у Шэнь Ти, встал посреди хаоса на улице и посмотрел на них с решимостью и надеждой в глазах.
— Мы скоро встретимся снова.
Он перевёл взгляд, улыбнувшись Шэнь Ти.
Шэнь Ти тоже слабо улыбнулся.
Он знал, какого человека любит.
Того, кто стремится к справедливости, добр, силён, стал защитником, прошедшим сквозь страдания, готовым на всё, чтобы спасти своих товарищей.
— Иди. Я защищу их.
Услышав это, Ань Уцзю почувствовал облегчение.
Он захлопнул дверцу и услышал, как Нань Шань читает молитву за загрязнённого владельца машины. Он закрыл глаза.
На мгновение ему показалось, что он видит этого человека при жизни и слышит его голос, смешанный со странными криками загрязнителей.
Тот говорил, что не хочет становиться людоедом, и умолял Ань Уцзю освободить его.
Ань Уцзю не понимал, почему в этом цикле он мог слышать голоса загрязнителей, будто они были одного с ним рода.
Изначально он не хотел убивать владельца машины, стоявшего перед ним, но настойчивые мольбы и боль, которую он чувствовал, заставили его поднять руку с ножом, положить конец этой подконтрольной жизни и сесть в внедорожник. Автопилот не работал, и ему пришлось завести машину самому.
Нань Шань тоже завёл свою машину. Через разбитые стёкла они переглянулись, а потом разъехались в разные стороны.
Ань Уцзю оставил Шэнь Ти в машине с Нань Шанем и У Ю в качестве запасного плана.
Даже если его расчёты окажутся неверными и человек в маске изменит стратегию по сравнению с прошлым циклом, по крайней мере с ними будет Шэнь Ти, и это будет относительно безопасно.
Увидев, что Шэнь Ти способен напрямую передавать воспоминания, Ань Уцзю ещё больше утвердился в своём плане, поскольку его способности значительно усилились.
Пока Шэнь Ти с ними, судьба Нань Шаня и У Ю может измениться.
Ань Уцзю прикинул время. Согласно прошлому циклу, когда все четверо прибыли к дому Чжун Ижоу, она уже принесла тело Ян Эрцы и оказывала ей первую помощь. Значит, если он хочет застать её до смерти Ян Эрцы, нужно приехать как минимум на сорок минут раньше.
На этот раз точкой отката стал момент, когда они только сели в машину, а с тех пор прошло около двадцати минут. В прошлом цикле они долго не могли выбраться из окружения загрязнителей. Сейчас же, будучи один, он мог изменить маршрут.
Ян Эрцы и Чжун Ижоу, скорее всего, всё ещё были в пути. Ань Уцзю не слишком хорошо знал городские дороги, но, к счастью, в машине сохранилась карта с информацией о дорожной обстановке. Он нашёл дома Ян Эрцы и Чжун Ижоу. По предыдущей информации, заблокированной должна быть дорога, соединяющая эти два места.
Так как функция запроса была уничтожена, Ань Уцзю пришлось самому ехать и проверять. Он не раз ездил с ними и уже знал, как водит Ян Эрцы: она избегала перегруженных дорог и выбирала более узкие и спокойные маршруты. Учитывая нынешний хаос, разрушения и всеобщее бегство, она точно выберет самый короткий и наименее загруженный путь.
После некоторых раздумий Ань Уцзю выбрал один из возможных маршрутов, но не собирался ехать по нему напрямую. Вместо этого он объехал и направился в другую точку.
Он хотел выйти к ним наперерез и преградить путь раньше, чем туда доберётся человек в маске.
Этот маршрут занимал около восемнадцати минут на машине. Если всё пойдёт по плану, он точно успеет их перехватить.
По дороге он столкнулся с бесчисленным количеством загрязнителей разного размера и облика. Раньше он не понимал их языка, слышал лишь яростный рёв. Но сейчас он слышал внутренние голоса каждого из них.
Ань Уцзю думал, что они будут полны жажды убийства, что они будут рычать, желая убить его.
Но оказалось иначе.
«Так голоден, я так голоден…»
«Почему я стал таким? У меня ведь есть дочь… Где моя дочь?..»
«Мама… мама, спаси меня… я не могу найти дорогу домой…»
«Убейте меня! Убейте меня, я не хочу быть таким!»
«Великий Бог, даруй мне вечную жизнь! Я буду служить тебе вечно!»
…
Они выражали голод, гнев, страх, фанатичную преданность — как обычные люди. Эти крайние страхи, пожираемые злым богом, стали их единственными чувствами, в которых они навсегда застряли после загрязнения.
Ань Уцзю и представить себе не мог, что всё обстоит именно так.
Если человека оставить наедине только со страхом на всю жизнь — насколько же это ужасно.
В этот момент, поняв их, он уже не видел в загрязнителях монстров, охотящихся за ними, перед ним были жалкие люди, просящие о помощи. Они были заперты в телах чудовищ, обречённые бесконечно переживать крайние эмоции, словно в наказании от Бога смерти, как Сизиф, — без надежды на освобождение.
Но он пока не мог наладить с ними контакт. Всё, что он говорил, загрязнители будто бы не слышали.
Если бы это был Шэнь Ти, возможно, он бы смог разорвать их цепи и освободить от этих чувств, так же, как с У Ю и [Чжун Ижоу].
Но из-за этой односторонней связи Ань Уцзю слышал внутренние голоса всех окружающих его загрязнителей. Поток голосов полностью захватил его сознание и ему стало почти невозможно думать.
В этот момент он вдруг уловил слабый звук электромагнитных помех со стороны сиденья, на фоне хаотичных голосов загрязнителей он прозвучал особенно отчётливо и привлёк его внимание.
Ань Уцзю не остановил машину. Он нащупал источник звука одной рукой, пока вёл другой, и в конце концов нашёл коммуникатор — серебристую металлическую полудугу, которую при ношении крепили за ушами. Она издавала слабое, вибрирующее жужжание электромагнитных волн.
Как только он прикоснулся к ней, жужжание вдруг превратилось в симфонию.
Под её воздействием голоса загрязнителей стали менее различимыми.
Он подъезжал к перекрёстку нужной улицы. Но не доехав до предыдущего поворота, внезапно увидел, как гигантский загрязнитель нападает на двух студентов. Раненый мальчик заслонял собой девочку, сжимая в руках железный прут и отчаянно отбиваясь от огромного загрязнителя.
Шансов выжить у них не было. Рост чудовища соперничал с двадцатиэтажным зданием, а у детей в руках было лишь тяжёлое железное орудие.
Загрязнитель взревел, но не так, как остальные, которые были просто напуганы. Ань Уцзю понял, что он говорит.
Он искал свою дочь.
И из-за этого сошёл с ума: его гигантские щупальца сокрушали перила, отбрасывали пожарный рукав, предназначенный для спасения.
Как же это иронично — загрязнитель, навеки застрявший в отчаянии поиска дочери, сам причинял вред двум беззащитным детям.
Система машины выдала предупреждение:
[Скорость снижена. Предполагаемое время прибытия увеличено на 1 минуту.]
Ань Уцзю взглянул на таймер. По расчётам, путь должен был занять восемнадцать минут, а теперь прибавилась ещё половина минуты.
Если он остановится, чтобы их спасти, возможно, он упустит шанс спасти своих товарищей.
Судя по его предположениям, человек в маске продолжит действовать по прежнему плану. Если он задержится, то, вероятно, снова найдёт только холодное тело Ян Эрцы.
Но если он не спасёт этих двоих…
Ань Уцзю приблизился и сквозь музыку симфонии услышал крики девочки.
Очередной тяжёлый выбор.
[Скорость продолжает снижаться. Предполагаемое время прибытия увеличено на 1 минуту 12 секунд.]
Щупальца загрязнителя с яростью хлестали по пожарному рукаву, который со свистом пролетел перед лобовым стеклом Ань Уцзю.
[Вы сбились с маршрута. Поверните направо, чтобы добраться до пункта назначения!]
[Вы сбились с маршрута…]
Повернув руль, Ань Уцзю опустил окно, схватил скользящий рукав и закричал двум детям:
— Бегите!
Машина, двигаясь вперёд, натянула рукав, обмотав им одно из щупалец гигантского загрязнителя.
Внезапное натяжение полностью переключило внимание чудовища на Ань Уцзю. Щупальца отдёрнулись и у детей появился шанс на побег.
Не было времени отвечать на их благодарности. Ань Уцзю отпустил рукав, резко прибавил скорость, и вскоре громадная тень загрязнителя нависла над машиной.
На грани жизни и смерти он наконец увидел нужный перекрёсток.
Он резко вывернул руль, поставил машину поперёк дороги, распахнул дверь и перекатился наружу!
Плечо сильно ударилось о землю, от удара закружилась голова.
Но всё произошло, как он рассчитывал: гигантский загрязнитель, несущийся на высокой скорости, не успел увернуться. Внедорожник оказался достаточно крупным, чтобы сбить его с ног.
Ань Уцзю тут же поднялся, поднял пистолет и прицелился в голову загрязнителя.
Тот, получив пулю, не смог удержать тяжёлое тело и рухнул на землю.
Окружающие здания задрожали от удара. Ань Уцзю подбежал ближе, стреляя снова и снова, пока не убедился, что чудовище не встанет.
Его тело перегородило всю дорогу, чего и добивался Ань Уцзю.
Это был тот самый путь, по которому, по его предположениям, ехала Ян Эрцы. Перекрытая дорога вынудит её развернуться. Если всё повторится, как в прошлом цикле, она должна быть уже где-то рядом.
Ань Уцзю убедился, что у него ещё есть немного времени. Несмотря на боль в плече, он быстро вернулся к машине. Внедорожник пострадал от падения загрязнителя, но был ещё на ходу. Он развернулся и поехал по другому маршруту — к единственному перекрёстку, по которому могла проехать Ян Эрцы.
Человек в маске мог появиться в любой момент.
Глядя сквозь треснувшее лобовое стекло, Ань Уцзю снова и снова повторял про себя:
На этот раз я успею.
http://bllate.org/book/13290/1181364
