В семь тридцать вечера Цзян Цзи с гитарой в руках спустился со второго этажа. Чжун Ян, сидевший на высоком стуле у барной стойки, поднялся:
— Ши Яо ещё не пришёл? Думаешь, он вообще придёт?
— Не знаю. — Цзян Цзи направился к сцене. — Если не придёт, завтра я подкараулю его на съёмочной площадке.
— Набьёшь ему морду? — с энтузиазмом спросил Чжун Ян. — Тогда я с тобой.
Цзян Цзи взял у официанта список заказанных на сегодня песен и пробежался по нему взглядом.
— Эй, ты Weibo смотрел? — Чжун Ян снова толкнул его локтем. — Съёмочная группа проплатила тебе чёрный хайп.
— Нет.
Чжун Ян поднёс телефон к его лицу:
— Вот, до сих пор висит. Цзян Цзи избил музыкантов из «Крушения города». Глянь.
Цзян Цзи не стал брать телефон. Его взгляд по-прежнему был прикован к списку песен.
— Не хочу.
— Ты должен посмотреть! Там такие комментарии, тебя уже записали в мафиози. Не хочешь смотреть — я тебе почитаю, — сказал Чжун Ян и, открыв популярный пост, начал зачитывать комментарии: — Вот тут пишут: «Как же жаль ребят из «Крушения города», их так избили…»
Цзян Цзи поднял руку и выхватил у него телефон. Уж лучше он сам бегло просмотрит эти комментарии, чем слушать, как Чжун Ян с пафосом всё это зачитывает. Под постом и впрямь кипели страсти.
«Как же жаль ребят из «Крушения города»! Смогут ли они вообще выступать после такого?»
«Разве за такое избиение не несут уголовную ответственность?! Куда же смотрит съёмочная группа?»
«Раньше слили инфу, что Цзян Цзи отчислили из школы за драку. Он же обычный гопник, недоучившийся в старшей школе».
«Слышал, что участники «Крушения города» заранее сказали Цзян Цзи, что выберут их группу, и тот сразу полез в драку… Совсем не умеет проигрывать».
«Не умеешь проигрывать — не лезь в шоу. Продолжал бы гнить в своём баре».
«Их до сих пор не выгнали? У «Шероховатых облаков» что, есть крыша?»
Чжун Ян рядом подначивал его:
— Тебе же недавно создали аккаунт на Weibo. В самый раз написать пост с объяснениями.
— Не буду. — Цзян Цзи без особого интереса прочёл несколько комментариев и вернул ему телефон.
— Бро, ну нельзя же быть таким пофигистом… Если ты не напишешь, я напишу с аккаунта группы. Это же полное искажение фактов!
— Если напишем, станет только хуже. — Цзян Цзи передал список песен официанту. — Ты просто не смотри, и всё.
Ему было абсолютно наплевать на общественное мнение в интернете. Если бы не Чжун Ян, который специально принёс ему это показать, ему бы и в голову не пришло интересоваться, что о нём думают незнакомые люди.
В кармане завибрировал телефон. Цзян Цзи достал его, и Чжун Ян зорким глазом успел заметить имя на экране:
— Ши Яо? Неужели он и правда пришёл?
Цзян Цзи встал и, отойдя к лестнице, ответил на звонок:
— Режиссёр Ши.
— Цзян Цзи, — раздался голос Ши Яо на том конце провода, — я у входа в ваш бар. Может, ты выйдешь, и мы найдём место, где поговорить?
— У меня не так много времени, — сказал Цзян Цзи. — Заходите. Поговорим на втором этаже.
— Что ж, хорошо.
На том конце провода повесили трубку, и через несколько секунд Ши Яо, толкнув стеклянную дверь, вошёл в бар.
Чжун Ян тихо спросил Цзян Цзи:
— Приятель, ты же не собираешься его бить? Осторожнее, как бы не навлечь на себя беду.
Цзян Цзи не ответил. Когда Ши Яо подошёл ближе, он молча развернулся и пошёл на второй этаж. Ши Яо последовал за ним. Глядя, как они поднимаются, Чжун Ян нахмурился и с тревогой пробормотал:
— Как бы чего не вышло… — Походив взад-вперёд у сцены, он взял телефон, нашёл в контактах нужный номер и набрал его.
Поднявшись на второй этаж, Цзян Цзи кивнул в сторону дивана:
— Садитесь.
Сам же он остался стоять, прислонившись к бильярдному столу. Ши Яо не стал садиться, он встал напротив него и огляделся по сторонам:
— Тяжело, наверное, всё время жить в таком месте?
Цзян Цзи бросил на него взгляд, но промолчал. На такую пустую болтовню он отвечать не собирался, ожидая, когда Ши Яо перейдёт к делу. Но тот, казалось, полностью проигнорировал инцидент с папарацци и заговорил о другом:
— Цзян Цзи, ты подумал насчёт контракта? Цинчжо ведь с тобой говорил?
— Говорил. Мне неинтересно, он ничего не смог поделать, — холодно ответил Цзян Цзи.
— Какое-то из условий контракта не устраивает? Срок слишком длинный? — Ши Яо был на удивление любезен. — Хочешь, я по своей инициативе скощу тебе пять лет?
Цзян Цзи усмехнулся:
— Вы предлагаете скостить срок как в тюрьме?
В его голосе звучали колкости, которые он не пытался скрывать, но Ши Яо, будто не замечая, миролюбиво продолжил:
— Цзян Цзи, после подписания контракта вы сможете успешно вернуться на шоу и занять хорошее место. Компания разработает для вас подробный план развития, появятся ресурсы… Это намного лучше, чем прозябать в таком маленьком баре. Ты так молод, зачем ставить крест на своём будущем? Поверь мне, Цзян Цзи, я, как и Цинчжо, искренне желаю тебе добра.
Услышав это, Цзян Цзи почувствовал острое отвращение, его даже затошнило. Как этот лицемерный тип смеет, без зазрения совести, ставить себя на один уровень с Цинь Цинчжо? Но внешне он этого не показал. Цзян Цзи опустил взгляд и, подумав, сказал:
— В словах режиссёра Ши… кажется, есть резон. Но у меня есть один вопрос, на который я хотел бы получить от вас ответ.
Увидев, что Цзян Цзи, кажется, готов пойти на уступки, Ши Яо заговорил ещё более доброжелательно:
— Говори. Всё можно обсудить.
— Если моя группа вернётся на шоу, мы сможем победить?
Ши Яо, словно ожидавший этого вопроса, усмехнулся:
— Как только подпишете контракт, всё будет обсуждаемо.
— А что насчёт «Крушения города»? Они ведь тоже подписали контракт?
— Они? — Ши Яо не скрывал презрения в голосе. — Просто побитые собаки. У них нет права ставить мне условия.
— Судя по словам режиссёра Ши, в прошлый раз победили мы? Так почему же результат был представлен иначе? — Цзян Цзи посмотрел на него с насмешкой в глазах. — И ещё… Не наступит ли однажды день, когда режиссёр Ши вышвырнет нас так же, как сегодня вышвырнул их?
Эти слова были сказаны в лоб, и Ши Яо наконец с неудовольствием нахмурился:
— Цзян Цзи, что ты имеешь в виду?
— Ничего. — Цзян Цзи отвернулся с безразличным видом. — Просто не хочу быть ни собакой, ни вышвырнутым собакой.
— Ты… — Ши Яо никогда прежде не терпел такого унижения. Гнев подступил к горлу, кровь бросилась в лицо, но, произнеся «ты», он, видимо, счёл, что злиться — ниже его достоинства, и в итоге проглотил остальные слова. За несколько секунд он успокоился и вернул себе привычное выражение лица: — Цзян Цзи, я немного знаю твою историю. Эти годы дались тебе нелегко: семья разорилась, отец сбежал, мать умерла… Тебе, должно быть, было очень тяжело? Впрочем, я слышал, твой отец недавно вернулся. Как он сейчас? Вы хорошо ладите?
— Откуда мне знать, хорошо ли живётся мертвецу? — безэмоционально произнёс Цзян Цзи. — Может, мне отправить вас к нему, чтобы вы спросили лично?
Ши Яо, униженный несколько раз подряд, переменился в лице. Он и раньше знал, что уговорить Цзян Цзи будет нелегко, но не ожидал, что тот окажется настолько непробиваемым — не возьмёшь ни кнутом, ни пряником.
В этот момент в дверях второго этажа показалась невысокая худенькая девчушка со стрижкой-грибочком — Цзян Бэй, раздобыв где-то ещё один телефон, шла, подбрасывая его в руке. Подойдя ближе, она взглянула на Цзян Цзи и Ши Яо, но, не удостоив их вниманием, развернулась и вошла в свою комнату. Проводив глазами закрывшуюся дверь, Ши Яо перевёл взгляд на Цзян Цзи и, понизив голос, сказал:
— Чуть не забыл, у тебя же есть сестра. А она, надо сказать, весьма интересная личность.
— Что вы имеете в виду? — Цзян Цзи посмотрел на него с непроницаемым лицом.
— Я лишь немного навёл о ней справки. То, что она живёт с тобой, — для неё уже лучший вариант. Но для тебя, признаться, эта девочка — настоящая обуза.
Цзян Цзи холодно усмехнулся:
— Так вы тайно следили за мной и собирали информацию только для того, чтобы найти рычаг давления?
— Цзян Цзи, я искренне хочу подписать с тобой контракт. Узнавал о твоей ситуации лишь для того, чтобы убедить тебя. Если это тебя так задело, я приношу извинения. — Сказав это, Ши Яо протянул Цзян Цзи принесённый с собой контракт и произнёс с искренним видом: — Тебе всего девятнадцать, юношеский максимализм — это нормально. В конце концов, ты ещё не хлебнул жизни сполна. Я не приму близко к сердцу то, что ты только что наговорил. Но если ты подпишешь контракт, я действительно смогу помочь тебе решить некоторые насущные проблемы. Например, выдать аванс, чтобы ты мог погасить долги. Или помочь с лечением и учёбой твоей сестры. Как тебе такое предложение?
Он говорил так проникновенно, что любой бы сказал: «и к сердцу взывает, и разум убеждает». Но лишь Цзян Цзи знал, какая угроза скрывалась за этим «сладким предложением».
Закончив, Ши Яо ждал ответа, но не ожидал, что Цзян Цзи будет лишь холодно сверлить его взглядом. От его тёмных, непроницаемых глаз ему стало не по себе. Пробыв под этим взглядом некоторое время, он начал терять терпение и снова заговорил, на этот раз многозначительно:
— Ты ведь не хочешь, чтобы о делах твоей сестры узнало больше людей? И, наверное, не хочешь, чтобы её отправили обратно, к той жизни, которой она жила раньше?
— Какого хрена ты задумал? — Цзян Цзи схватил его за воротник. — Смерти ищешь?
— Цзян Цзи, успокойся. — Тон Ши Яо был неторопливым, будто он был абсолютно уверен в своей правоте. — Я просто помогаю тебе взвесить все за и против.
Рука Цзян Цзи с силой сжала воротник, на тыльной стороне ладони вздулись вены. Он рванул Ши Яо на себя и с силой ударил о бильярдный стол. Ножки стола с оглушительным скрежетом проехались по полу. Бильярдные шары, находившиеся на столе, тут же с громким стуком раскатились в разные стороны.
— Режиссёр Ши, снимите свою лицемерную маску. Я на это не куплюсь, — понизив голос, процедил Цзян Цзи. — Есть такая поговорка: «Голому разбой не страшен». Вы ведь понимаете, что это значит? Вы столько всего обо мне раскопали. А вы выяснили, как именно умер мой отец? Как думаете, что с вами будет, если вы тронете мою сестру?
В его тихом голосе звучала скрытая угроза, а во взгляде читалась жестокость. Особенно пугал скрытый смысл его слов, от которого Ши Яо на мгновение стало не по себе... «Что он имеет в виду? Неужели смерть отца Цзян Цзи как-то связана с ним? Неужели Цзян Цзи убил собственного отца?» Ши Яо, ещё несколько секунд назад полностью контролировавший ситуацию, теперь был в смятении и не мог вымолвить ни слова.
В этот момент на лестнице послышались шаги. Он инстинктивно посмотрел в сторону входа — это был Цинь Цинчжо.
— Цинчжо! — вырвалось у Ши Яо, и он с облегчением выдохнул.
Цзян Цзи проследил за его взглядом, посмотрел на дверь, и его пальцы, ослабив хватку, отпустили Ши Яо. Тот, выглядя несколько потрёпанно, отступил на шаг и поднял руку, чтобы поправить воротник.
— Что здесь происходит? — подойдя ближе, спросил Цинь Цинчжо.
На самом деле, ему было достаточно одного взгляда на раскатившиеся по бильярдному столу шары и контракт, чтобы, сопоставив это с тем, что рассказал ему по телефону Чжун Ян, в общих чертах понять, что случилось.
— Цзян Цзи, я всего лишь пытался объяснить тебе все за и против. — Ши Яо вернул себе привычно спокойный тон. — Тебе не стоило так горячиться.
— Дело в контракте? — мягко спросил Цинь Цинчжо.
Одним своим вопросом он разрядил накалённую до предела атмосферу.
— Режиссёр Ши, ты слишком торопишься. Я ещё не успел тебе ответить, а ты уже сам пришёл к Цзян Цзи. Впрочем, это и к лучшему. Я как раз хотел тебе сказать, что Цзян Цзи согласился подписать контракт.
На мгновение на лице Ши Яо отразилось недоумение. Он не сразу понял:
— В каком смысле? Цзян Цзи согласился? Тогда он…
— Да, только не с вами, — сказал Цинь Цинчжо и положил на бильярдный стол контракт поверх уже лежащего там. Он поманил Цзян Цзи рукой: — Цзян Цзи, иди, подпишем.
Ши Яо на мгновение растерялся, не понимая, что происходит. Через несколько секунд до него дошло. Он разглядел наверху контракта надпись «Студия Цинь Цинчжо» и окончательно разобрался в ситуации. Нахмурившись, он произнёс:
— Цинчжо, так поступать с твоей стороны очень некрасиво.
— Режиссёр Ши, — Цинь Цинчжо улыбнулся и ответил с невозмутимым спокойствием, — думаю, как бы некрасиво я ни поступил, это всё же куда порядочнее, чем угрожать парню, который младше тебя на десять с лишним лет. И ещё. Что касается возвращения «Шероховатых облаков» на шоу, я попрошу кое-кого переговорить с высшим руководством съёмочной группы. Так что тебе, режиссёр Ши, не стоит беспокоиться. — Сказав это, он протянул Цзян Цзи ручку: — Подписывай, Цзян Цзи. Тебе не о чем беспокоиться. Никто не сможет тебе угрожать.
Цзян Цзи взял ручку, открыл на последней странице контракт Цинь Цинчжо и, даже не взглянув на текст, поставил свою подпись.
Автору есть что сказать. Вчера, когда сидела в интернете, я увидела причёску, которую представляла у Цинь-лаоши. Оказывается, у неё есть название — «волчий хвост» (狼尾). Если вам интересно, можете поискать на «Сяохуншу», выглядит очень красиво!
http://bllate.org/book/13503/1199962
