По дороге домой за рулём снова был Сун Цимин. Когда Линь Юйшу в спешке спустился вниз, тот уже сидел на водительском месте, взяв в заложники его любимую машину. На мгновение Линь Юйшу даже подумал проявить принципиальность и поехать домой на метро или такси. Но мысль о том, что Сун Цимин уедет на его «жене», а ему самому придётся добираться как-то иначе, казалась невыносимой. Ощущение было такое, словно у него увели вторую половину.
Всю дорогу Линь Юйшу ехал с мрачным лицом, игнорируя все попытки Сун Цимина завязать разговор. Лишь у дверей своей квартиры, увидев висящий на ручке огромный пакет, он наконец соизволил заговорить:
— Это что?
— Продукты, — Сун Цимин снял пакет, ввёл пароль от квартиры Линь Юйшу и по-хозяйски открыл дверь. — Сегодня готовлю я. В качестве извинения.
Глядя, как тот уверенно, словно к себе домой, входит в его квартиру, да ещё и по паролю, который он сам же ему и сказал, Линь Юйшу почувствовал, что весь его гнев улетучился.
— Ты решил меня отравить? — спросил он, следуя за Сун Цимином в прихожую и переобуваясь в тапочки.
— Ты болен, тебе нужно больше отдыхать, — Сун Цимин снял джинсовую куртку, прошёл на кухню и надел фартук. — Ужин предоставь мне.
Сняв куртку, Сун Цимин остался в чёрной облегающей водолазке. Он закатал рукава до локтей, обнажив сильные предплечья, тёмная ткань обрисовывала мышцы рук и рельеф груди. Ладно.
Линь Юйшу понимал, что ещё не до конца выздоровел и Сун Цимин торопил его с работы, чтобы он больше отдохнул. В конце концов, в другие дни, когда Линь Юйшу действительно нужно было задержаться, они не всегда уезжали вместе.
Линь Юйшу, украдкой бросив ещё пару взглядов на хозяйничавшего на кухне Сун Цимина, с напускной важностью спросил:
— Тебе точно не нужна моя помощь?
— Не нужна, — Сун Цимин помахал телефоном. — У меня есть помощник.
В интернете можно найти тысячи рецептов, Линь Юйшу инстинктивно решил, что помощник — какой-нибудь кулинарный сайт. Однако, переодевшись в домашнюю одежду и вернувшись в гостиную, он увидел, что Сун Цимин разговаривает с кем-то по видеосвязи в WeChat.
— Вот, он вернулся, — Сун Цимин повернул экран телефона в сторону Линь Юйшу. — Я готовлю как раз для него.
Линь Юйшу застыл на месте от удивления. Человеком на экране была не кто иная, как младшая дочь Шао Чжэньбана, Шао Вэньцянь.
— Здравствуйте, — женщина на экране приблизилась к камере и помахала ему рукой. — Я мама Цимина.
Как к ней обращаться? В голове Линь Юйшу на мгновение воцарился хаос. Большинство членов семьи Шао занимали какие-то должности, но даже если нет, всегда можно было использовать «господин», «госпожа» или «мадам». Но называть мать Сун Цимина «госпожа Сун»? Слишком официально. «Тётушка Шао»? Слишком фамильярно, всё-таки это семья начальника. К тому же Шао Вэньцянь представилась как «мама Цимина». А как должен представиться он? Инвестиционный менеджер «Семейного офиса Шао»? Не та обстановка. Все эти мысли пронеслись в его голове за долю секунды.
— Здравствуйте, я… Сун… — он проглотил слово «господина». — …Цимина…
«Коллега» или «сосед»? «Коллега» в такой ситуации звучало странно. Но то, что они соседи, было их общим секретом. Можно ли его раскрывать?
— …сосед, — в итоге он выбрал последнее.
Представление вышло скомканным и с запинками. Линь Юйшу опустил глаза и осознал, что на нём домашняя одежда. Знай он заранее, что ему предстоит встреча с матерью Сун Цимина, он бы не стал переодеваться. Сун Цимин даже не предупредил его!
— Он простудился, — Сун Цимин снова повернул телефон к себе, видимо объясняя, почему он решил готовить, но не стал продолжать разговор о Линь Юйшу и плавно сменил тему: — Ты там тоже береги себя.
— И это всё? — в голосе Шао Вэньцянь слышался еле сдерживаемый смех, она вернула разговор в прежнее русло. — Ты встречал стольких людей, но ещё ни разу никому не готовил.
Сун Цимин вдруг затараторил, пытаясь её отвлечь:
— Ты что, забыла, как я жарил тебе яичницу?
— И это называется готовить? — Шао Вэньцянь хихикнула, но потом перестала смеяться и, понизив голос, спросила: — Так он твой парень?
Линь Юйшу, свернувшись калачиком на диване, хоть и понимал, что подслушивать чужие разговоры нехорошо, всё же не удержался и навострил уши. Сун Цимин, промывая овощи, мгновение помолчал, а затем неожиданно перешёл на немецкий:
— Noch nicht (Ещё нет).
Шао Вэньцянь снова рассмеялась, а Линь Юйшу нахмурился. Что он только что сказал?
Затем они перешли на немецкий. Линь Юйшу и раньше слышал в социальных сетях, как Сун Цимин говорит на иностранных языках, но это всегда был английский. Он впервые услышал немецкую речь Сун Цимина: звуки, казалось, рождались где-то глубоко в горле, и в исполнении Сун Цимина звучали настолько приятно, что, казалось, могли вызвать беременность ушей. Но это лишь разозлило Линь Юйшу ещё больше. Просто издевательство! Он же не понимает по-немецки!
Под руководством Шао Вэньцянь ужин получился вполне сносным. Вот только гарниры и приправы немного отличались от привычной домашней кухни — видимо, за годы жизни за границей Шао Вэньцянь многое адаптировала под себя.
— Ну как? — спросил Сун Цимин, снимая фартук и садясь напротив.
— Нормально, — Линь Юйшу дал сдержанную оценку. — Есть можно.
Услышав эту похвалу с ноткой критики, Сун Цимин улыбнулся:
— Не будь слишком строг к новичку.
То, что кто-то приготовил ужин, было, безусловно, хорошо. Линь Юйшу не хотел подрывать энтузиазм Сун Цимина, поэтому добавил:
— Вообще-то, неплохо.
Сун Цимин тоже взял палочки:
— А как тебе моя мама?
Линь Юйшу был в некотором недоумении:
— Очень приятная.
Шао Вэньцянь была младшей дочерью Шао Чжэньбана. Да кто он такой, чтобы давать ей оценку? Но если уж говорить начистоту, то она не была похожа на светскую львицу вроде Фан Лань: без толстого слоя косметики на лице, она казалась простой и располагала к себе.
— Вот и хорошо, — сказал Сун Цимин и перевёл разговор на работу. — Я сегодня подумал: если с землёй не получится, может, нам стоит выкупить гоночную трассу у семьи Лу Цзыбо?
— Лу Цзыбо? — Линь Юйшу на мгновение замер, удивлённый, что Сун Цимин готов покуситься на собственность его друга. Подумав, он ответил: — Во-первых, не факт, что семья Лу вообще захочет её продавать. Во-вторых, площадь того автодрома недостаточна, придётся выкупать ещё и прилегающие участки, это очень хлопотно. В-третьих, та трасса изначально строилась для тест-драйвов соседней тюнинговой мастерской. Если покупать трек, то, скорее всего, придётся выкупить и мастерскую, а это ещё одна крупная статья расходов.
Когда Линь Юйшу закончил свой анализ, Сун Цимин выдохнул:
— Ты прав.
Вариант с Фан Лань не сработал, выкуп другой трассы тоже не подходил. У Линь Юйшу больше не было идей.
— Я ещё подумаю, — сказал Сун Цимин. — Помоги мне: нужно немного затянуть бракоразводный процесс.
Линь Юйшу ответил не сразу. Сун Цимин, видимо, почувствовав неладное, отложил палочки и посмотрел на него.
— Ты ведь знаешь, что если они успешно разведутся, — Линь Юйшу сделал паузу, — то меня повысят?
В этом деле Линь Юйшу не хотел тянуть время. Их интересы вошли в противоречие, он отбросил непринуждённый тон. Если бы не домашняя одежда, он был бы точь-в-точь тем Линь Юйшу, каким бывал на деловых переговорах.
— Две недели. Пойдёт? — Сун Цимин тоже перешёл на деловой тон, без своей обычной расслабленности. — Дай мне две недели, я решу этот вопрос.
Две недели. Не просто затягивание, а решение вопроса. Линь Юйшу изначально рассчитывал, что развод завершится до конца года. Когда Сун Цимин попросил потянуть время, он подумал, что речь идёт о следующем годе, и, естественно, был не в восторге. Но теперь Сун Цимин просил две недели на решение ситуации, а это означало, что, получат они землю или нет, через две недели будет результат.
— Почему именно две недели? — спросил Линь Юйшу, отбросив внутреннее сопротивление.
— Мне нужно на две недели вернуться в Германию, — ответил Сун Цимин. — Как только приеду, займусь этим делом. Я и сам не хочу затягивать.
— Ты возвращаешься в Германию? — удивлённо спросил Линь Юйшу.
— Угу, — кивнул Сун Цимин. — У гоночной команды накопились дела, которые требуют моего присутствия. Кроме того, мне нужно привезти оттуда двух инженеров для обучения местных сотрудников S-Power.
Хоть S-Power и была выкуплена «Юнсин», команда продолжала функционировать.
— А как же пресс-конференция? — спросил Линь Юйшу.
— Проведём по возвращении.
«Значит, я не увижу Сун Цимина две недели…» — подумал Линь Юйшу. К тому же Сун Цимин сказал «вернуться» в Германию. Это означало, что в глубине души он всё ещё считал её своим домом.
— Мне понадобится твоя помощь, — голос Сун Цимина вырвал его из раздумий.
— М? — Линь Юйшу отогнал неуместные мысли. — Какая?
— Присмотри за Во-Во эти две недели.
Ухаживать за собакой? Это была слепая зона Линь Юйшу. Возможно, беспокойство отразилось у него на лице, потому что Сун Цимин добавил:
— Это очень просто. Нужно лишь выгуливать его утром и вечером и кормить один раз в день.
— А если он не будет слушаться? — в представлении Линь Юйшу эта чехословацкая волчья собака казалась очень своенравной.
— Невозможно, — с невозмутимым видом ответил Сун Цимин. — Во-Во очень послушный.
Да неужели? Линь Юйшу сомневался.
В итоге на первой же прогулке с собакой он пожалел о своём решении. Ранним утром Во-Во тащил его в бешеном темпе по жилому комплексу. Даже проходивший мимо консьерж был крайне удивлён — должно быть, он никогда не видел его в таком неэлегантном виде.
— Во-Во! А ну стоять!
С горем пополам остановив рвущегося вперёд пса, Линь Юйшу потащил его обратно подбирать слетевшую тапку и грозно прорычал:
— Твой папаша сказал, что ты очень послушный!
Однако, стоило ему вернуть обувь на ногу, как Во-Во, словно получив сигнал «На старт!», снова потащил его за собой. Линь Юйшу заранее навёл справки: взрослая чехословацкая волчья собака весит несколько десятков килограммов. Поскольку это помесь немецкой овчарки и волка, выглядит она точь-в-точь как волк. Линь Юйшу не знал, сколько Сун Цимин за него заплатил, но в Китае щенок такого класса стоил бы не меньше ста тысяч юаней. Этот породистый аристократ, когда начинал резвиться, совершенно забывал о своём высоком происхождении.
— Теперь я понимаю, откуда у твоего папаши такая фигура, — сказал Линь Юйшу, уперев руки в колени и тяжело дыша. — Оказывается, он каждый день бегает с тобой.
Его высочество Во-Во, оставив на газоне внушительную кучу, наконец-то набегался и перестал рваться вперёд. Слуга Линь достал заранее приготовленный совок, убрал за ним и наконец-то нашёл возможность вытащить телефон, собираясь предъявить претензии его отцу.
На экране было два непрочитанных сообщения, пришедших пять минут назад. Разблокировав телефон, Линь Юйшу увидел ночное фото аэропорта от Сун Цимина и короткий вопрос: «Простуда прошла?» Разница во времени с Германией составляла семь часов. Судя по всему, Сун Цимин приземлился совсем недавно. Линь Юйшу: «Прошла».
Ответив, Линь Юйшу принялся строчить в чате: «Что за характер у твоей собаки, ты хоть знаешь, что он…» Не успел он дописать, как окно чата исчезло, и на экране появилось предложение о видеозвонке. Линь Юйшу не привык общаться по видеосвязи, если это не касалось работы. Он замер на пару секунд, затем торопливо пригладил растрёпанную ветром чёлку и нажал кнопку ответа. На экране тут же появились два окошка: в одном была ночь, в другом — день.
— Чем занимаешься? — спросил Сун Цимин. Фон за его спиной двигался — похоже, он уже ехал в машине.
— Гуляю с собакой, — от одного упоминания об этом Линь Юйшу снова разозлился и направил камеру на Во-Во, который сидел рядом, высунув язык. — Я правда не понимаю, в каком месте он послушный!
Сун Цимин сдержал смешок:
— Нельзя его баловать, ему нужно отдавать команды.
Линь Юйшу устало вздохнул, понимая, что ему предстоит ещё две недели прислуживать этому высочеству:
— Попробую в следующий раз.
— Соскучился по мне? — внезапно спросил Сун Цимин.
— А?
Линь Юйшу опешил и подсознательно начал обдумывать вопрос, но тут Сун Цимин добавил:
— Я спрашиваю у Во-Во. — Говоря это, он широко улыбался. Казалось, он заранее знал, что Линь Юйшу примет вопрос на свой счёт, и всё равно намеренно спросил именно так. Каков хозяин, таков и пёс. Оба одинаково невыносимы!
— Что-то не похоже, — ответил Линь Юйшу. — Он ест, когда положено, спит, когда положено. Кажется, он тебя уже забыл.
— А, — безразлично отозвался Сун Цимин. — А я по тебе соскучился.
Одного раза ему было мало? Снова за своё? Линь Юйшу прохладно ответил:
— Я по-собачьи не говорю, так что передать не смогу. Может, сам гавкнешь ему пару раз?
— На этот раз я говорил тебе, — Сун Цимин перестал улыбаться. Его глубокие глаза смотрели прямо с экрана, и во взгляде не было ни тени шутки.
Говорил… ему? Линь Юйшу снова застыл. Что вытворяет этот немец?..
Автору есть что сказать
Во-Во: Я — элитная порода.
Трёхсотлетний: А у меня есть мама.
Во-Во: У-у-у, папа, где моя мама…
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/13504/1199996
