Готовый перевод Reborn in Ancient Times: Farming and Raising a Family [Farming] / Перенесшись в древность, зарабатываю деньги на содержание малыша [Земледелие] [💗] ✅: Глава 80. Как вам не стыдно

Гу Юнь представил Шэнь Ро: — Это Лань Чжао, Лань Линьчуань, мой бывший одноклассник.

Шэнь Ро улыбнулся и кивнул ему в знак приветствия.

Лань Чжао ответил учтивым поклоном литератора, не выпуская из рук книжный сверток, и с любопытством спросил: — А это…?

— Шэнь Ро.

Чистый голос Гу Юня произнес имя Шэнь Ро. Он сжал тонкие губы, взглянул на Шэнь Ро, и их взгляды встретились.

В этот момент он все еще держал его за руку, скрытую под широкими рукавами, так что другие ничего не видели. В его сердце что-то дрогнуло, и он, отбросив всякий стыд, заявил: — Мой будущий супруг.

Шэнь Ро впервые обнаружил, что за прямолинейным характером Гу Юня скрывается наглость. Как он раньше этого не замечал? Он лишь согласился попробовать, а Гу Юнь уже объявил его своим будущим супругом?

В душе Шэнь Ро посмеялся, но вслух не стал разоблачать Гу Юня.

Лань Чжао перевел взгляд с Гу Юня на Шэнь Ро и обратно, от удивления чуть не вытаращив глаза. — Боже правый! — воскликнул он. — Так это Шэнь Ро?! Тот самый Шэнь Ро, что годами безнадежно преследовал тебя, страдая от неразделенной любви?!

Выражение лиц его спутников-студентов отражало то же потрясение.

Не все из них были одноклассниками Гу Юня, но кто в академии Биань не знал Гу Юня? Эта романтическая история была широко известна.

Многие завидовали, но еще больше — ревновали! Ведь не каждому выпадало быть объектом столь страстной любви и преследования со стороны гэра.

Некоторые любили, когда их боготворили, и наслаждались этим, считая, что это придает им вес в обществе!

К тому же, Гу Юнь славился своим талантом, и за исключением горстки злопыхателей, все считали эту историю прекрасной. В конце концов, разве можно не любить талантливого человека?

Но тогда они лишь слышали о Шэнь Ро, не зная, как выглядит этот легендарный персонаж.

Теперь, увидев его, все принялись разглядывать.

Перед ними предстал юноша хрупкого телосложения, с чистой, будто светящейся кожей, алым родимым пятнышком на лбу (п/п: отличительная черта гэра), миндалевидными глазами, изящным носом, тонкими бровями и алыми губами с едва заметной бусинкой. С первого взгляда — красавец.

Присмотревшись, можно было заметить южную изысканность в его чертах.

Ошеломленные, студенты забыли, что так пристально разглядывать гэра крайне неприлично.

Хотя строгих правил между мужчинами и гэрами не существовало, но подолгу стоять и глазеть на кого-то — это уже перебор.

Гу Юнь нахмурился, шагнул вперед, заслонив Шэнь Ро, и преградил путь любопытным взглядам.

Обычно он не проявлял эмоций, но сейчас его лицо выражало недовольство. Его взгляд, полный укора, заставил всех опомниться.

— Простите… я был непочтителен, — пробормотали студенты, извиняясь. Сначала они просто хотели увидеть, как выглядит тот самый Шэнь Ро, о котором ходили «легенды», но невольно задержали взгляд, что было действительно невежливо.

Шэнь Ро не боялся чужих взглядов. Еще до попадания в этот мир он выглядел так же. В современном мире многие девушки засматривались на него и просили WeChat.

Здесь, помимо родимого пятна на лбу, метки на пояснице и способности рожать детей, он практически не отличался от своего прежнего «я».

В современности он считался симпатичным парнем. Благодаря спорту у него были рельефные мышцы, а кожа — загорелой, поэтому, несмотря на немного женственные черты, никто не называл его «женоподобным».

Но здесь его загар исчез, как и мышцы. Шэнь Ро считал, что всему виной бедность — в прошлом он плохо питался, отчего не имел ни капли жира. Теперь он был худым, как щепка.

К тому же, его кожа была белой — той самой, что не поддается загару, вызывая зависть у девушек.

Но в этом мире именно такой тип внешности считался эталоном для гэров. Не то чтобы его лицо было неотразимо прекрасным — по правде говоря, оно было вполне заурядным, и большая часть его привлекательности заключалась именно в коже.

Так думал сам Шэнь Ро.

Лань Чжао, наблюдавший за происходящим, вздохнул и покачал головой, видя, что Гу Юнь рассержен.

Несмотря на то, что он выглядел моложе Гу Юня, он повел себя как старший, похлопав книжным свертком по ладони.

— Гу Цзыно, Гу Цзыно! — воскликнул он. — Я учился с тобой всего три месяца, но даже я знаю, сколько насмешек ты терпел. Если бы ты тогда ответил ему взаимностью, ничего этого бы не было! — На лице Лань Чжао читалось разочарование. Если бы Гу Юнь сразу принял ухаживания Шэнь Ро, никто не осмелился бы издеваться над ним.

Не все студенты были благородными. Среди них хватало и подлых душонок.

Иначе они не стали бы высмеивать историю ухаживаний Шэнь Ро за Гу Юнем, превратив ее в повод для насмешек.

Многие в городе смотрели свысока на деревенских, а Гу Юнь был не только выходцем из бедной деревни Шэньцунь, но и самым способным студентом в академии. Те, кто считал себя выше других, но не мог тягаться с деревенским парнем в учебе, искали способы самоутвердиться за счет Гу Юня.

Лань Чжао помнил, что за три месяца в Чушуйчжэнь он наслушался сплетен о Гу Юне. Но Гу Юнь оставался невозмутимым, продолжая заниматься своими делами, не обращая внимания на пересуды. Такая твердость духа была редкостью.

Если бы Гу Юнь сразу ответил Шэнь Ро взаимностью, насмешек было бы меньше? Ведь большинство людей вступали в брак в семнадцать-восемнадцать лет, а некоторые и в пятнадцать-шестнадцать.

Большинство студентов в академии уже были женаты. Если бы Гу Юнь сразу женился на Шэнь Ро, возможно, у других не нашлось бы повода для пересудов.

Гу Юнь сказал: — Каждый год приносит новые события. Не стоит вспоминать прошлое. Лучше смотреть вперед.

Несколько лет назад это был еще не «Шэнь Ро», поэтому он не мог испытывать к нему чувств, не говоря уже о женитьбе.

Лань Чжао вздохнул: — Ты меня разорил!

Шэнь Ро с любопытством выглянул из-за спины Гу Юня.

Тот недоуменно смотрел на Ланя Чжао, не понимая, о чем речь.

— Я поставил на то, что ты умрешь в одиночестве, а ты собрался жениться! Ох, какие убытки!

Гу Юнь: «…»

Шэнь Ро не сдержал смеха. В его голове заиграла мелодия «Скажи мне спасибо».

«Вот же жук! Надеяться, что Гу Юнь умрёт в одиночестве — это уже слишком!»

Думал, случайно встретил старого друга, а оказалось — настоящего хама.

— Глядя на тебя в прошлом, казалось, ты навеки сроднился с книгами, — сказал Лань Чжао, высунув язык и скорчив страдальческую гримасу. — Только и думал, как сдать экзамены, каждый день в академии учился усерднее всех. И без того умный, а ещё и трудолюбивый — из-за тебя мне пришлось поднажать, и все три месяца я неизменно оказывался третьим. Потом вернулся в столицу, и меня здорово отругали родители.

Шэнь Ро понял: Гу Юнь в одиночку «закрутил» всех студентов в академии, особенно Лань Чжао — тому пришлось туго.

— Если ты был третьим, то кто же занимал второе место? — поинтересовался Шэнь Ро.

Услышав вопрос, Лань Чжао тут же стёр с лица страдальческое выражение и, приветливо улыбнувшись, ответил: — Мой двоюродный брат!

— Лань Фан, — добавил Гу Юнь.

Шэнь Ро удивился. Лань Фан, помешанный на торговле, казался человеком, который больше увлекался сплетнями и мелочами, да ещё и слегка жеманным. Не ожидал, что он занимал второе место.

Разве этот человек выглядел как прилежный ученик?

— Внешность обманчива, — пробормотал Шэнь Ро.

Лань Чжао рассмеялся: — Ты тоже знаешь моего брата? У него просто талант от природы — как и у твоего мужа: схватывает всё на лету. А вот мне пришлось несладко.

— Мы ещё не женаты, — напомнил Шэнь Ро.

Не дав Лань Чжао вставить слово, Гу Юнь заявил: — Рано или поздно.

— Бесстыдник, — фыркнул Шэнь Ро.

Гу Юнь даже бровью не повёл, лишь хмыкнул в ответ, полностью принимая этот «титул».

Лань Чжао смотрел на них с откровенным недоумением.

Несмотря на то, что они проговорили довольно оживлённо, прошло не так уж много времени. Хотя этот человек и был другом Гу Юня, но раз уж открыл торговлю, деньги брать полагалось.

В итоге продали ещё пять рюкзаков. Лань Чжао взял один дополнительно — сказал, что подарит младшему брату.

Затем он разглядывал другие милые безделушки на прилавке Шэнь Ро и прихватил понемногу всего. Один из студентов как раз недавно стал отцом двойни — мальчика и девочки! — и купил сразу два «одеяла ста семей», а ещё взял несколько красивых подвесок, чтобы потом развесить их над кроватками для игр малышей.

Все, конечно, поздравили его — двойня ведь большая редкость.

— Я пойду послушаю расказчиков в чайную, она недалеко, — сказал Лань Чжао, обращаясь к Шэнь Ро с непринуждённой улыбкой. — Когда закончите, позовите меня — вместе сходим к моему брату и угостимся за его счёт, как вам?

Раньше он не раз приглашал Гу Юня, но почти всегда получал отказ. Теперь он поумнел и спрашивал напрямую Шэнь Ро.

— Хорошо, — согласился Шэнь Ро. — Как раз после закрытия лавки мы собирались к нему.

— Тогда договорились, я пошёл! — Лань Чжао торопился в чайную послушать истории и, помахав рукой, удалился. Остальные студенты, сделав покупки, тоже разошлись.

Шэнь Ро сложил выручку в поясную сумку и довольно прищурился. Дорогие вещи продавались быстро, значит, можно было пораньше закрыться. Дешёвые тоже разлетались неплохо — выручки с утра уже хватало, чтобы покрыть затраты на обменённую птицу и яйца.

Теперь всё, что зарабатывалось, было чистой прибылью!

Этим делом определённо стоило заниматься и дальше. Правда, рюкзаки легко скопировать, и с этим ничего не поделаешь. Придётся придумать что-то ещё, чтобы разнообразить ассортимент и обеспечить стабильный доход.

Подумав, Шэнь Ро спросил Гу Юня: — Ты запомнил цены на все эти вещи?

Гу Юнь обладал феноменальной памятью и, конечно, помнил. Шэнь Ро тут же осознал, что задал глупый вопрос.

— Помню, — тот перечислил все цены по порядку.

Шэнь Ро кивнул и, не церемонясь, протянул ему поясную сумку — та заметно оттягивала руку.

— Присмотри за ларьком, я схожу купить кое-что по хозяйству, да ещё нужно прикупить ткани. — Шэнь Ро достал из косой сумки три связки монет, сунул их за пазуху и уже собрался уходить.

— Хорошо. — Для Гу Юня торговля была новым опытом. Купцам не разрешалось сдавать государственные экзамены, поэтому-то Лань Фан и не мог их пройти – у него не было даже звания сюцая.

Но мелкие торговцы отличались от купцов. Если учёный действительно жил в бедности, то мог продавать свои каллиграфические работы или картины.

То, что Шэнь Ро так спокойно доверил ему ларёк, вызвало у Гу Юня лёгкую улыбку, которую он не смог сдержать.

Эта улыбка промелькнула так быстро, что её невозможно было заметить.

Гу Юнь хотел сделать для него больше – что угодно, лишь бы он мог. Лишь бы этот «Шэнь Ро», пришедший неизвестно откуда, больше на него полагался, испытывал привязанность и не покидал этот мир.

= = = =

Шэнь Ро уже обошёл рынок ранее, и теперь солнце клонилось к закату. В последние часы работы ярмарки товары продавались плохо – людей становилось меньше.

Поэтому Шэнь Ро решил прогуляться и, возможно, найти что-то выгодное.

Хотя рынок работал до вечера, не все торговцы были местными. Многие приезжали из деревень или других мест и спешили свернуть ларьки до наступления темноты, чтобы успеть домой. К ночи ряды заметно редели.

Шэнь Ро шёл по памяти и наконец увидел лоток с остатками тканей. Там ещё оставалось много материала, беспорядочно сваленного в кучу. Хозяин уже собирался закрываться, упаковывая готовую одежду, лежавшую рядом с тканями.

Одежда Шэнь Ро не заинтересовала – грубые рубахи вроде той, что была на нём. Ему нужна была именно ткань.

— Сколько стоит эта ткань? — спросил он, подходя.

Торговец, не ожидавший клиентов в такой час, ответил небрежно: — Узорчатая – десять вэней за пачку, однотонная – восемь.

— Сколько кусков в пачке? — Шэнь Ро присел на корточки, разглядывая груду. Ткань была разного размера, и понять систему ценообразования было сложно.

— Десять штук: пять больших, пять маленьких. Выбирайте сами. Подумав, что это последняя сделка сегодня, хозяин добавил: — Если возьмёте много, сделаю скидку.

Шэнь Ро сказал: — Сколько за всё? Назовите цену.

На глаз здесь было около пятисот отрезов, но самые большие – разве что размером с современную футболку, а самые маленькие – с женскую стельку. Разбираться в этом хаосе Шэнь Ро не хотелось. Всё равно даже обрезки могли пригодиться.

Услышав это, торговец расплылся в улыбке: — Пять связок!

Пять связок – это пятьсот вэней. Его явно принимали за дурака! Один вэнь за кусок – это же цена за узорчатую ткань!

Шэнь Ро холодно поднялся: — Если вы не хотите честно торговать, я пойду к другим.

Ткань продавали не только здесь. Шэнь Ро не собирался переплачивать. Тут было около пятисот отрезов, причём некоторые – совсем крошечные.

— Вы целый день торговали, все хорошие расцветки уже разобрали. Если не продадите мне, эти остатки вам всё равно не сбыть, — сказал он.

Так и было. Соседние торговцы, возмущённые нечестностью, вступились: — Непорядок! Перед закрытием все сбрасывают цены, а вы с клиента, который берёт много, ещё и драть хотите! Совести у вас нет!

— Молодой человек, купите у меня! У меня тоже есть ткань – штук пятнадцать, размером с корзину. Все хлопковые, всего десять вэней! — позвал другой продавец.

Шэнь Ро осмотрел товар. Действительно, хлопок, правда, однотонный. Но очень выгодно.

— Беру, — сразу отсчитал десять монет.

Торговец, довольный быстрой сделкой, поблагодарил и стал собираться.

Первый продавец, видя, как легко расстаётся с деньгами Шэнь Ро, загорелся. Он думал, что тот не разбирается в ценах, но ошибся.

Натянув улыбку, он сказал: — Ладно, четыре связки. Меньше не могу, тут больше пятисот двадцати отрезов!

— И этот лоскуток тоже считается? — Шэнь Ро поднял крошечный кусок.

— Конечно! — без тени смущения ответил торговец. — Маленький, зато узор красивый!

Шэнь Ро бросил ткань и развернулся. Этот кусок даже на повязку для волос не годился.

Увидев, что он уходит, торговец засуетился: — Эй, молодой человек, давайте торговаться! Куда же вы? Три связки – это же дёшево! Я себе в убыток! Берите за три, и я сразу закрываюсь, согласны?

Шэнь Ро сделал вид, что не согласен, и продолжил уходить. Кто первым не выдерживал, тот и проигрывал. Торговец хотел поскорее закончить день, а Шэнь Ро пришёл за выгодной покупкой. Если его считали простаком, он не собирался платить.

Вести дела нужно честно. А таких, как этот торговец, Шэнь Ро предпочитал избегать.

Разве что тот серьёзно сбавит цену. В любом случае, продавец останется в плюсе – о каких убытках он говорил?

Торговец в досаде топнул ногой и снова бросился вдогонку: — Две связки! Забирайте всё за две!

Шэнь Ро, оказавшись вне поля его зрения, усмехнулся. Сделав серьёзное лицо, он наконец кивнул: — Ладно, возьму. Разгружу вас, и вы быстрее домой попадёте.

— Договорились! — обрадовался торговец. Пусть прибыль небольшая, зато он избавился от залежалого товара.

Не прогадал!

http://bllate.org/book/13807/1218598