Цзян Хэн еще толком не сообразил, в чем дело, а наследный принц Лин уже подошел к нему сам, чтобы помочь снять одежду. Цзян Хэн тут же воскликнул:
— Ваше Высочество, не стоит!
Он поспешно схватил принца за руку, но тот высвободил ее и начал расстегивать его одежду, серьезно говоря:
— Ло Хэн, ты готов ради меня пойти на такой огромный риск. Чем же я могу отплатить тебе? Думаю, ни богатство, ни слава тебя не прельщают. Тогда позволь мне хотя бы так проявить свою искреннюю благодарность.
Цзян Хэн, удерживая наследного принца, отступил на шаг, а тот уже расстегнул свой ворот и развязал пояс. Одежда тут же соскользнула к его ногам, открыв стройное и белое тело молодого человека.
Цзян Хэн: «!!!»
Наследник престола, будущий правитель великого государства Чжэн, вот так стоял перед ним совершенно обнаженный!
Любовь к мужчинам у народа Юэ была известна всем в Центральных равнинах. После того, как царство Чжэн поглотило земли Юэ, оно переняло у них и эту особенность, и люди с удовольствием ее обсуждали. Стареющий Чжэн-ван страстно любил мужчин, и не было секретом, что тридцатилетний генерал Лун Юй был его фаворитом. От нижних чинов до высоких, сановники при дворе сановники содержали мужчин-наложников для утех, это было обычным делом.
Но то, что сам наследный принц Лин предложил себя таким образом, чтобы отблагодарить за готовность совершить ради него покушение… Цзян Хэн никак не мог это принять.
— Ваше Высочество, пожалуйста... в этом совсем нет нужды, — торопливо отговаривал его Цзян Хэн. Тело наследника Лина было уже готово к близости, откровенно и открыто показывая это.
Принц был довольно прямодушен и с улыбкой ответил:
— Это мне следует так говорить. Сегодня ночью, что бы ты ни захотел сделать, я всему научу. Ло Хэн, если я не ошибаюсь, ты никогда не знал радостей близости ни с мужчиной, ни с женщиной? Не так ли?
Цзян Хэн поспешно отстранил наследника, закрыл покрасневшее лицо рукой и услышал, как Чжао Ци закрыл за собой снаружи дверь в покои.
— Ваше Высочество, пожалуйста, сначала оденьтесь, а потом поговорим, — сказал Цзян Хэн. Нечаянно бросив взгляд на фигуру принца, он вдруг понял, что тот не такой уж и слабый, как могло показаться на первый взгляд.
Хоть он и был наследным принцем царства, но, должно быть, часто занимался боевыми искусствами — на плечах, спине и талии явно виднелись следы тренировок, мышцы были хорошо очерчены и не излишне массивны, на плоском животе были видны их красивые четкие контуры.
Цзян Хэн не осмелился опустить взгляд ниже — рассматривать там наследного Лина было бы совсем уж неприлично.
Во время учебы в Озерном павильоне Цзян Хэн уже видел обнаженное мужское тело — Ло Сюань никогда не скрывался от него, когда мылся или переодевался, а летом они даже часто купались вместе в горном ручье.
И еще до этого, мыться вместе с Гэн Шу было обычным делом.
Но в эту ночь под светом луны поведение наследника Лина сильно отличалось от прямодушия Гэн Шу или Ло Сюаня, заставляя Цзян Хэна невольно отводить взгляд. Он поспешно нашел свои длинные нижние штаны и протянул их наследнику.
Тот, видя искреннее смущение Цзян Хэна, счел это забавным и настаивать не стал. Цзян Хэн наконец с облегчением выдохнул.
Подумав, он предложил:
— Раз Ваше Высочество в настроении, может, просто побеседуем?
Наследник Лин пошутил:
— Тоже верно, нужно сначала узнать тела друг друга, да?
— Я не совсем то имел в виду, — покраснел Цзян Хэн и мысленно застонал.
Оба сидели на краю кровати, обнаженные до пояса. Принц сказал:
— Тебе всего семнадцать, впереди еще долгая жизнь. Я старше и могу быть тебе как старший брат, научу тебя, как это делается по обычаям юношей Юэ. Тебе не стоит смущаться.
Цзян Хэн промолчал, улыбнувшись принцу. Тот вдруг вздохнул и проговорил:
— Я знаю, что та моя просьба очень бесцеремонна, пренебрегает твоей жизнью и смертью...
... — Но некоторые возможности, — продолжил он, — если их упустить, другого шанса больше не будет. Некоторые люди, стоит им уйти, уже никогда не вернутся.
— Я понимаю, — ответил Цзян Хэн, осознав, что принц Лин говорит о покушении. — Я дал слово Вашему Высочеству, и это не было вежливой отговоркой. Раз я согласился, то дело будет непременно сделано.
Никто не мог понять слов об ушедших лучше, чем Цзян Хэн. Он даже подумал: если бы некоторые события прошлого сложились хотя бы чуть-чуть иначе, было бы сейчас все совершенно по-другому?
— В том году, когда мой отец был еще жив, — проговорил наследник, — мне было всего четырнадцать. Но в конце концов он был убит в Аньяне.
Цзян Хэн вспомнил того могущественного верховного главнокомандующего Цзы Люя из Чжэн, и именно его собственный отец когда-то в столице царства Лян нанес ему смертельный удар мечом.
— Ах, — невольно вырвалось у него.
Наследник Лин загадочно подмигнул:
— Разве ты не знал?
Цзян Хэн вспомнил — он где-то мельком слышал, что наследный принц Лин был усыновлен Чжэн-ваном. Его настоящий отец — Цзы Люй. У самого Чжэн-вана не было своих детей, поэтому он принял сына своего брата и объявил его наследником престола.
— Позже я часто думал, — промолвил принц Лин, — если бы тогда я удержал его, не позволил встретиться с моим двоюродным братом[1], может, он бы не погиб? И каким бы тогда было великое царство Чжэн?
[1] Двоюродный брат принца Лина — Би Цзе, бывший юный Лян-ван, племянник главнокомандующего.
— Но раз все уже случилось, — ответил Цзян Хэн, — значит, так было предначертано.
Наследник Лин кивнул, посмотрел на Цзян Хэна и сказал:
— Я еще не спрашивал о твоих родителях. Остались ли у тебя еще родные в этом мире?
Цзян Хэн помолчал, а потом ответил:
— Нет.
Он уже вырос и давно понял, что мать покинула его в тот год не для лечения болезни, а для того, чтобы не показывать своему девятилетнему сыну жестокость и уродство этого мира, чтобы оставить ему призрачную надежду, словно мираж. Пусть он недосягаем, но его все же можно видеть издалека, он существует в мечтах и может длиться всю жизнь.
— Печально, — сказал наследник Лин.
Цзян Хэн лег на кровать рядом с наследником. Странно, принц был старше его на целых десять лет, но ему казалось будто они ровесники.
Принц Лин снова заговорил:
— Я подумал, если бы ты согласился оставить потомка, и случись непредвиденное, будь то мальчик или девочка, я бы обязательно позаботился о ребенке. Конечно, если ты вернешься благополучно, как я того желаю, то сможешь насладиться семейным счастьем.
Цзян Хэну вдруг стало смешно, но это тронуло его сердце:
— Ваше Высочество, я не слишком озабочен этим. А у Вас есть дети?
Принц Лин кивнул:
— Сын и дочь. Сейчас они оба в Юэ, отец-ван и генерал Лун очень любят их, поэтому им позволено подольше погостить у деда.
Цзян Хэн повернулся к нему, собираясь что-то сказать. Принц тоже повернулся к нему и приблизился для поцелуя. Цзян Хэн поспешно сказал:
— Ваше Высочество, я даже не думал о таком.
Наследник Лин улыбнулся, разрядив неловкость, и кивнул:
— Хорошо, раз уж ты так говоришь...
С этими словами наследник Лин принял отказ Цзян Хэна, встал и собрался уходить.
Цзян Хэн вдруг произнес:
— Я согласился на убийство не только ради Вашего Высочества, но и ради моих родных, погибших из-за этих войн.
Наследник Лин стоял спиной к Цзян Хэну, на его обнаженную сильную спину падал лунный свет, струившийся в комнату. Он тихо пробормотал:
— И из-за поручения твоего учителя — положить конец этой эпохе великой борьбы, верно?
Цзян Хэн замялся: «Э-э-э...», придумывая, как ответить.
Наследный принц продолжил:
— Так и должно быть. Это я был самонадеян.
Цзян Хэн окликнул:
— Ваше Высочество.
Наследник Лин обернулся, взглянул на него и улыбнулся.
Цзян Хэн сказал:
— Я думал, что у меня не будет детей, потому что не хочу, чтобы они страдали в этом мире как я. Моя матушка когда-то сказала, что хочет убить меня своим мечом...
...— Тогда я не понимал, понял только потом — она любила меня и не хотела, чтобы я прожил свою жизнь в одиночестве и несчастье.
— Так не будет, — тихо вздохнул наследник Лин. — Так не будет, юный наставник Ло[2], ты не одинок.
[2] «Учитель» и «господин» — одно слово, уважительное обращение к человеку, обладающему более высоким статусом или знаниями.
Цзян Хэн улыбнулся:
— Пусть это будет тем, что я сделаю ради простого народа Поднебесной. Независимо от успеха или неудачи, пусть это будет ради Ваших детей и тысяч других детей, живущих в этом мире.
Говоря это, Цзян Хэн снова вспомнил себя и Гэн Шу в том году на горе Линшань в Лояне — неопытных, полных дерзкой отваги, только вступивших в этот кровавый мир людей.
Тогда они тоже были всего лишь детьми.
— Если мне повезет, все пройдет успешно, и я вернусь живым, — сказал он наследному принцу, — тогда я хотел бы попросить у Вашего Высочества кое-что.
— Конечно, — ответил он. — Независимо от исхода, чего бы ты ни захотел, если это в моих силах, я дам это тебе.
Он обернулся, поднял руку и сказал:
— Спасибо тебе, Ло Хэн.
Цзян Хэн и принц хлопнули друг друга по ладоням, после чего тот развернулся и покинул покои.
— Хорошо служи юному наставнику, — распорядился принц за дверью.
Цзян Хэн услышал, как Чжао Ци ответил «Да», и спокойно лег.
***
На следующий день Сунь Ин, попивая вино, разглядывал Цзян Хэна.
— Женщин тебе не надо, — сказал он Цзян Хэну. — Мужчин тебе не надо. Даже когда сам наследник престола пришел, ты и его не хочешь. Господин Ло, ты что, практикуешь технику сохранения девственности?
Цзян Хэн внимательно изучал военные донесения и между делом ответил:
— Господин Сунь, видимо желает сам попробовать?
Сунь Ин ответил:
— Все мы служим наследному принцу. Кого бы из придворных ты ни захотел раздеть, хоть самого генерала Лун Юя, принц разденет его для тебя и доставит в твою постель. Если хочешь меня — для меня это честь! Я польщен! Пошли в покои? Гарантирую, ты никогда этого не забудешь.
— Отстань! — огрызнулся Цзян Хэн, что было редкостью для него.
Он просто хотел прервать разошедшегося Сунь Ина. Этот неряшливый бродяга, хоть и казался бесшабашным, на самом деле был очень проницательным. Возможно, что и наложница, и даже визит самого наследного принца были его идеями. Но в свободное время позабавиться перепалкой с умным человеком было довольно забавно.
В это время наследник Лин снова пришел и привел с собой молодого человека.
— Несколько дней назад генерал Чэ захватил Лоян, — сообщил принц этим двоим. — Цзэн Юй в панике бежал и отступил к перевалу. Чжи Цун покинул Лоянь и направляется к заставе Юйби. Ожидается, что он достигнет перевала в течение двух недель и начнет контратаку. Мы можем начинать подготовку.
Цзян Хэн никак не ожидал, что события будут разворачиваться так стремительно. По плану, Чэ Кун должен был атаковать только после того, как Чжи Мяо захватит уезд Сун. Но у командующего армией на передовой, безусловно, должно быть собственное суждение, поэтому Цзян Хэн ничего не сказал.
Молодой человек держал в руках коробку с лекарствами. Он подошел к Цзян Хэну и спросил:
— Это он?
Сунь Ин кивнул. Принц обратился к Цзян Хэну:
— Это господин Гунсунь У, божественный целитель из земель Юэ. Господин Гунсунь, это гунцзы Хэн.
Услышав слова «господин Гунсунь», Цзян Хэн на мгновение замер и встретился взглядом с молодым человеком. Тот был в синем пао и держался элегантно и учтиво.
— Мы встречались? — с улыбкой спросил Гунсунь У в ответ на взгляд Цзян Хэна.
— Нет, — улыбнулся он, отложив военные донесения. — Просто не ожидал, что столь прославленный господин окажется таким молодым.
Этот божественный целитель был лет двадцати с небольшим, примерно одного возраста с Ло Сюанем, и это действительно удивило Цзян Хэна. Он вспомнил, как его матушка, госпожа Чжао, говорила, что отправляется в земли Юэ для лечения. Она пробыла там восемь лет. Восемь лет назад Гунсунь У ведь был еще моложе?
Тот поставил аптечку, открыл ее и начал готовить лекарство:
— Гунцзы, наверное, слышал о моем отце.
Принц Лин присел рядом, жестом подозвав Сунь Ина. Тот налил ему немного вина, наследник взял чашу, они чокнулись, отметив тостом что-то, понятное лишь им двоим.
Их план вот-вот должен был начаться, и судьба Центральных равнин теперь полностью зависела от этого юноши перед ними.
— А Ваш отец... как поживает? — сердце Цзян Хэна забилось чаще.
— Благодарю за заботу, он покинул нас два года назад от преклонных лет, — не поднимая головы, ответил Гунсунь У, размешивая лекарство. — Гунцзы был знаком с ним?
— Нет, — сказал Цзян Хэн. — Просто давно слышал о славе божественного целителя.
Гунсунь У смешал порошки из нескольких чашечек и добавил немного воды. Цзян Хэн продолжил:
— Хотелось бы спросить господина Гунсуня об одном человеке.
Тот, размешивая лекарство, взглянул на Цзян Хэна, давая понять, что ожидает вопроса.
— Я слышал, что была одна девушка из Юэ, — сказал Цзян Хэн, — по имени Цзян Чжао. Восемь лет назад она отправилась в земли Юэ к господину Гунсуню за лечением. Не знаете, где она сейчас?
— Цзян Чжао? — Гунсунь У задумался и перестал смешивать: — Не слышал о ней. В последние годы отец уже не принимал пациентов, все дела вел я, но не припомню, чтобы такая девушка приходила за лечением.
http://bllate.org/book/14344/1569155
