Чу Вана разбудил плач.
Изначально, после того как Юй Лань спустил его на инвалидном кресле вниз, из-за разделения души и тела Чу Ван чувствовал себя как обычно: словно саму его сущность растянули и раздробили, даже просто шевелиться было невыносимо тяжело.
Он уловил какой-то шум на первом этаже, но из-за большого расстояния его прежде острые чувства притупились. Он лишь понял, что пришли гости, но не разобрал, что именно происходит.
— Спустя какое-то время его душа стала прозрачной, должно быть, Юй Лань вывез его из виллы.
Чу Ван по привычке приготовился к погружению в небытие. Однако, казалось, прошло совсем немного времени, как он внезапно услышал посреди хаоса рыдания.
И, что самое важное, голос был до боли знакомым.
Он открыл глаза и обнаружил, что всё ещё парит в воздухе, но вокруг была не его спальня, где он пробыл запертым целый год, а сад.
Я что, выбрался?
Пока Чу Ван анализировал обстановку, обиженный, но громкий плач донесся снова, теперь уже снизу. Он опустил взгляд и увидел своё тело в инвалидном кресле с закрытыми глазами и… целиком навалившегося на него Юй Ланя.
— ?
Чу Ван сначала оторопел, мигом забыв о причинах своего внезапного перемещения.
Почему он… плачет?
Он смотрел на человека, который почти обнимал его целиком: тонкая толстовка на спине насквозь промокла, даже маленькие кудряшки на кончиках волос слиплись от воды и безвольно повисли. Плечи у того были узкими, и даже на больном, исхудавшем Чу Ване они казались хрупкими.
Чу Ван нахмурился, не заботясь о том, увидит ли его Юй Лань, и попытался наклониться, чтобы рассмотреть, в чём дело.
В следующее мгновение Юй Лань, лежавший на нём, поднял голову. Глаза были красными, но слез почти не было, а откуда взялись водяные следы на лице — было загадкой.
В голове у Чу Вана словно что-то щелкнуло, появилось нехорошее предчувствие.
И действительно, он увидел, как Юй Лань, придерживаясь за инвалидное кресло, вдруг повернул голову и указал на кого-то:
— Старший брат! Ты… как ты мог так поступить?
Юй Лань, по-видимому, не видел настоящего Чу Вана, поэтому со слезами на глазах обвинял:
— Старший брат, я уже замужем за господином Чу, он ведь просто беспомощный человек в вегетативном состоянии! Зачем ты решил сорвать на нем свою злость?!
Чу Ван: …
Хотя он и не знал, что произошло до обретения сознания, но, зная Юй Ланя, почти не сомневался — это очередная игра.
Чу Ван проследил за взглядом Юй Ланя и увидел человека в нескольких шагах. Черты лица казались заурядными, но сшитый на заказ повседневный костюм — продуманный до мелочей — выдавал в нем богатого отпрыска, привыкшего с детства к роскоши.
А раз Юй Лань назвал его «старшим братом», личность была очевидна: это Юй Лин, фальшивый младший господин, которого семья Юй долгие годы лелеяла как зеницу ока.
Юй Лань всхлипнул, шмыгая носом:
— Ладно, хотел выместить на мне гнев — пожалуйста, но зачем трогать моего мужа?!
Чу Ван всё еще пытался понять, что случилось на этот раз, но, услышав из уст Юй Ланя слово «муж», замер. Конечно, он понимал, что Юй Лань снова хитрит, надеясь быстро заручиться поддержкой окружающих, и что этот плач — не более чем спектакль, но… но…
Как достойный, пусть и бестелесный дух, Чу Ван спокойно поднял голову, решив, что это лишь детские шалости, ничего серьезного. Однако секунду спустя он снова посмотрел на Юй Ланя, на его промокшие кудряшки, и подумал: проучить самозванца — неплохая идея.
Не очень-то его и жаль.
Плач Юй Ланя привлек немало людей, а Юй Лин, как другой «герой» драмы, застыл на месте.
Это было нелепо! Слишком дешево!
Юй Лин считал себя экспертом в области «зеленого чая». Когда и что сказать, как себя подать — всё требует тонкого расчета. Истинный «зеленый чай» должен выглядеть пристойно и невинно, вызывая жалость, а не бросаться под воду самому! Это же так грубо!
Лицо Юй Лина залилось краской. Видя брезгливые взгляды слуг и садовников, он тут же начал оправдываться:
— Как это мог быть я?!
Но Юй Лань уже перебил его сквозь слезы:
— Но, старший брат, неужели я сам подошел, открыл кран и вылил на себя воду?
А?! Неужели нет??!! Ты что, решил еще и весь сценарий вслух проговорить?!!
Голова Юй Лина пошла кругом, а окружающие начали подхватывать:
— И правда, разве Сяо Юй мог так сделать?
— Конечно, нет!
— Я с самого начала чувствовал, что ты плохой брат, но не думал, что ты решишь навредить господину Чу!
— Ох, посмотрите, вся спина у Сяо Юя промокла — это он господина Чу защищал…
— Господин Юй, подождите, я сейчас принесу полотенце!
Юй Лин стоял на месте, растерянно открывая рот:
— Конечно, не я! Как я мог посметь навредить господину Чу, ведь это…
Он окончательно сбился с мысли.
Кто-то поспешил принести полотенце:
— Господин Юй, скорее идите переоденьтесь, не хватало еще простудиться.
Приговаривая это, он бросил на Юй Лина гневный взгляд.
— Предупреждаю: если с господином Чу что-то случится из-за тебя, пощады не жди!
— Скорее везите господина Чу обратно, нужно позвать врача…
Юй Лань кивнул, «выключив» несуществующие слезы:
— Хорошо, мы вернемся.
Затем, изобразив скорбь, он тихонько пробормотал:
— Старший брат, забудь. Я знаю, что ты просто вспылил, я, конечно, прощу тебя.
Юй Лин никогда не сталкивался с такой подлостью. Но сейчас ему уже никто не поверит.
Пока он пребывал в замешательстве, Юй Лань бросил на него томный взгляд. Выражение лица было ленивым, он высокомерно приподнял бровь и беззвучно, одними губами, произнес:
«Дрянной актер».
Затем Юй Лань развел руками, намекая: «Где же мои деньги?»
Юй Лина чуть не хватил удар от злости, но Юй Лань вовремя остановился и, опустив голову, перевел взгляд на Чу Вана.
— Похоже, денег от Юй Лина сегодня не дождаться.
Юй Лань с сожалением подумал, что был слишком нетерпелив — надо было разыграть спектакль позже. Обязательно вытрясти из него деньги. В конце концов, стоило Юй Линку увидеть, что он неплохо устроился, как тот сразу перестал притворяться щедрым.
Вот же. Еще не знает, сколько там на картах!
Юй Лань злился всё больше. Он больше не взглянул на Юй Лина и, толкая инвалидное кресло, прямо направился к выходу.
Чу Ван, будучи сторонним наблюдателем, восстановил картину по обрывкам диалогов. Представив, как Юй Лань специально подошел, открутил кран, вылил на себя воду, а потом умело всё подстроил…
Чу Ван сжал губы, не выдавая эмоций на лице.
Юй Лань толкал кресло, а душа Чу Вана, отстранившись от недавнего фарса, погрузилась в раздумья.
Раз Юй Лань всё еще не видит его, но он сам выбрался из ловушки своей комнаты…
Согласно теории Юй Ланя об «автоматическом включении», его душа не ограничена пространством комнаты. Если Юй Лань прикоснется к нему в спальне — он может говорить; а на улице, при достаточном контакте, он может проявиться там, где находится тело. Оставалось лишь проверить, сколько времени и какая площадь контакта необходимы.
Думая об этом, Чу Ван «вплыл» вслед за Юй Ланем в дом.
А Юй Лань, пребывая в полном неведении, размышлял, стоит ли рассказывать обо всем Чу Вану. Он закатил кресло в комнату и только при переодевании вспомнил, что прежний владелец тела был изгнан из семьи Юй и приехал почти с пустыми руками. Распахнув шкаф и обнаружив там лишь одежду Чу Вана, Юй Лань закрыл дверцы, решив для начала переложить Чу Вана обратно в кровать.
Чу Ван, пребывая в своей призрачной форме, ждал уже давно. Он привык к дням, проведенным взаперти, когда никто не мог его видеть, но сейчас чувствовалось возвращение к состоянию сразу после несчастного случая.
Тревога смешивалась с ожиданием. Тревога — от неизвестности, ожидание — от надежды на перемены.
«Может, я просто слишком давно ни с кем не говорил», — подумал он.
Юй Лань уложил Чу Вана в кровать, привычно подключил монитор и дыхательный аппарат. Взглянув на кровать, он снова увидел его.
— Господин Чу, долго ждали? — с улыбкой спросил Юй Лань.
Чу Ван не знал, какое у него сейчас выражение лица, поэтому, притворившись, что только что «проснулся», коротко ответил:
— М-м.
Он посмотрел на промокшую толстовку Юй Ланя и кашлянул:
— Почему одежда мокрая?
Юй Лань не ожидал, что Чу Ван так быстро заметит:
— Я…
В его планах было сыграть стойкого и хрупкого «цветочка», если Чу Ван спросит. Сначала сделать вид, что всё в порядке, а затем, после настойчивых расспросов, «случайно» проговориться о визите Юй Лина и о том, как тот облил его водой. Логическая цепочка была идеальной, план безупречным — это помогло бы завоевать расположение Чу Вана!
Однако, услышав вопрос, он вдруг почувствовал, что такая строгость ни к чему.
Он прикусил губу, поднял глаза на Чу Вана и, словно ябедничая, выпалил:
— Господин Чу, это мой старший брат сделал!
Забыв о продуманном сценарии, Юй Лань тараторил без остановки:
— Он пришел ко мне, хотел поиздеваться, а когда я ответил парой слов, пришел в ярость и плеснул в меня водой!
— О, кстати, чуть на вас не попало! — спохватился Юй Лань на полуслове.
Чу Ван спросил:
— Твой старший брат?
— Ага! — наполовину правдиво, наполовину приврал Юй Лань. — Сказал, что пришел проведать, а на самом деле — видеть не может, как у меня всё хорошо…
Хотя Юй Лин вряд ли был настолько зол, Юй Лань, рассказывая, надул губы и решил довести ложь до конца:
— Он такой злой! Еще и обругал меня!
— Правда? — Чу Ван терпеливо дождался конца рассказа и встретился с чистыми, невинными глазами Юй Ланя.
Возможно, в них пряталась капля лукавства и безобидных хитростей.
Юй Лань без колебаний кивнул:
— Ага!
Чу Ван на мгновение забыл, что собирался сказать, глядя на маленького лжеца перед собой. Он мягко, поддакивая ему, ответил:
— Тогда это… действительно чересчур.
http://bllate.org/book/14892/1340527
