Готовый перевод Honest Person, But Delicate / Честный человек, но неженка: Глава 8

Стоило им всего лишь разок поужинать вместе, как шкала прогресса, долго стоявшая на месте, резво поползла вверх.

Глаза Сюэ Цы заблестели. В этот момент Синь Юэ в его глазах выглядел как маленькая овечка, с которой вот-вот начнут стричь шерсть... нет, как большая, очень большая овца.

Телосложение Синь Юэ действительно сильно отличалось от Сюэ Цы. Благодаря многолетней привычке к спорту этот Альфа был высоким, длинноногим, с широкими плечами и прямой спиной; под свободной курткой отчетливо угадывался рельеф мышц.

«Большая овца» Синь Юэ прибрал их подносы. Похоже, он до смерти боялся, что Сюэ Цы сбежит от него через пару дней:

— На севере кампуса есть еще одна столовая, там отлично готовят свиные ребрышки в кисло-сладком соусе и жареные грибы. В бу... завтра я отведу тебя туда, сможешь попробовать.

Он вовремя и очень осторожно поправил себя, а увидев, что Сюэ Цы кивнул, облегченно выдохнул. И втайне порадовался следующему совместному обеду.

Это просто обед с новым учеником, ничего особенного. Именно так и должен поступать хороший сосед по комнате.

— Пойдем назад, — тон Синь Юэ был легким. Он подхватил подносы и уже направился к выходу, но тут Сюэ Цы заявил, что не хочет возвращаться, и с энтузиазмом спросил, не может ли Синь Юэ прогуляться с ним по академии.

Бета придвинулся слишком близко, и его плечо случайно задело руку Альфы.

Такой мягкий... интересно, не останется ли у него на коже синяка от этого столкновения?

Лицо Синь Юэ вспыхнуло, а спину словно обдало огнем. Феромоны из желез начали просачиваться наружу.

Альфа выглядел вежливым и благородным, но его феромоны напоминали крепкий, агрессивный алкоголь с легкой перчинкой черного перца. К счастью, в это время в столовой почти никого не осталось, так что пострадавших было немного.

Сюэ Цы не чувствовал запахов, поэтому решил, что Синь Юэ просто стало плохо. Он тут же подскочил ближе и с тревогой спросил:

— Что случилось? Тебе нехорошо?

Этот тонкий аромат придвинулся вместе с ним. Стало еще жарче.

Синь Юэ стиснул зубы. Истязаемый собственными феромонами, он чувствовал во всем теле томительное возбуждение, но его голос, обращенный к Сюэ Цы, оставался очень мягким:

— ...Помоги мне достать из кармана блокирующее кольцо.

Блокирующее кольцо? Сюэ Цы сразу понял, в чем дело. Он протянул руку, но материал куртки Синь Юэ был слишком мягким, и нащупать кольцо было трудно. Пришлось обхватить парня за талию.

Трение ткани и кончики пальцев Сюэ Цы, случайно задевающие кубики пресса, заставили Синь Юэ пожалеть о своей просьбе и одновременно безмерно порадоваться тому, что он всегда усердно тренировался.

Кольцо вовремя защелкнулось на запястье.

Дыхание Синь Юэ постепенно выровнялось. Он прятал взгляд от заботливого лица Сюэ Цы, чувствуя, что опозорился по полной программе. Среди своих знакомых он был одним из немногих Альф, способных идеально контролировать феромоны, а сегодня так сорвался перед Сюэ Цы.

«Вдруг он решит, что от меня несет потом?»

Пряди черных волос упали Синь Юэ на глаза. Он посмотрел на Сюэ Цы виноватым взглядом «побитой собаки». Ожидая увидеть на лице Беты брезгливость, он внезапно обнаружил там... симпатию к какому-то животному? Казалось, юноша вот-вот протянет руку и погладит его по голове.

Как бы то ни было. Главное, что его не ненавидят.

Из-за этого происшествия Сюэ Цы хотел отменить прогулку, но Синь Юэ настоял на своем. В итоге они обошли добрую половину кампуса. Причем перед прогулкой Альфа даже сбегал в душ, заявив, что вспотел и боится пахнуть неприятно. Видимо, он очень строго следил за своим имиджем.

Сюэ Цы не потел, но тоже на всякий случай понюхал себя.

— Тебе не нужно мыться. От тебя... очень вкусно пахнет.

Синь Юэ осекся сразу после того, как договорил.

Что за сальности он несет? «Вкусно пахнет» — он что, извращенец какой-то, который мечтает усадить парня к себе на колени, уткнуться носом в кожу и жадно вдыхать аромат?

Представив себе эту сцену, Синь Юэ тут же приказал себе остановиться. О чем он вообще думает? Он просто хочет быть дружелюбным к новому соседу, у него нет никаких грязных помыслов.

Щелк — и он надел на запястье второе блокирующее кольцо.

Первая неделя учебы прошла куда успешнее, чем ожидалось. Навалилось столько дел, что Сюэ Цы боялся запутаться, но ему везло: прогресс шел отлично.

Он неустанно «лип» к Синь Юэ, и они стали кем-то вроде приятелей. Хотя сам Сюэ Цы считал себя жутко проблемным: он двигался медленнее Альфы, и по утрам тому иногда приходилось его ждать. Юноша полагал, что Синь Юэ начнет раздражаться еще до того, как наступит сюжетный момент с «тактильным голодом».

Со стороны Гу Сюя новых заданий пока не было, так что Сюэ Цы мог ничего не предпринимать. Однако Гу Сюй, видимо, боясь, что тот опозорит семью Гу в академии, постоянно слал сообщения: спрашивал, чем он занят и с кем проводит время. Иногда, когда Сюэ Цы не успевал ответить, ему приходили уведомления о денежных переводах от Гу Сюя.

Даже с карманными деньгами обычный человек в такой элитной школе вряд ли избежал бы участи стать изгоем. Сюэ Цы украдкой наблюдал за окружающими: когда он шел с соседями на лекции или в столовую, все пялились на него. Но стоило ему поднять голову, как люди тут же отворачивались, не желая встречаться взглядом.

«Наверняка насмехаются за спиной», — думал он.

Сюэ Цы полагал, что, кроме Синь Юэ, все будут его игнорировать. Но изоляция оказалась не такой уж тотальной. Соседи по комнате были вполне приятными ребятами.

Дуань Синъянь, обладавший некоторой тягой к чистоте, во время уборки приводил в порядок и стол Сюэ Цы, а иногда аккуратно складывал его высушенную одежду в шкаф.

В учебе помогал староста Се Ишу.

Се Ишу был ключевым персонажем сюжета. Хорошая семья, блестящая успеваемость, характер куда солиднее, чем у сверстников — девяносто девять процентов факультета его обожали. Оставшийся один процент составлял Гу Сюй. У него не было конкретной причины, он просто терпеть не мог манеры Се Ишу. По сюжету главный герой позже совершит серьезную ошибку в учебе, не послушав совета Се Ишу, и только тогда снимет «черные очки» и пересмотрит свое отношение к нему.

Сюэ Цы не понимал неприязни Гу Сюя. В его глазах Се Ишу за эти дни очень помог: подтягивал его по пропущенным темам, советовал факультативы, давал свои конспекты. Говорил он всегда размеренно и мягко. Даже когда Сюэ Цы ради выполнения задания притворялся, что ничего не понимает, Се Ишу не выходил из себя. Он расписывал все способы решения и выбирал тот, который был юноше понятнее всего.

Больше всего Сюэ Цы поражало, что Се Ишу считал в уме с невероятной скоростью. На многие расчеты ему хватало одного взгляда, чтобы выдать ответ.

«Он что, гений?»

Сюэ Цы покосился на голову Се Ишу, затем потрогал свою. У обоих волосы были густыми, но почему же один из них такой умный, а другой — нет?

Заметив его взгляд, Се Ишу улыбнулся:

— Не хочешь выбрать стрельбу из лука в качестве факультатива?

Он положил в рюкзак Сюэ Цы тетрадь, над которой корпел всю ночь, и его длинные бледные пальцы аккуратно застегнули молнию.

— Я тоже записался на этот курс, сможем ходить вместе.

Сюэ Цы, конечно, согласился, радостно закивав. У него уже был план: раз даже Се Ишу не сможет его научить, другие студенты точно станут над ним смеяться.

Синь Юэ, сидевший по другую сторону от Сюэ Цы, услышав про стрельбу из лука, с надеждой спросил:

— Может, всё-таки передумаешь и выберешь плавание? Скоро лето, в бассейне прохладно, не будет жарко.

Сюэ Цы покачал головой: — Стрельба из лука тоже в помещении, там не жарко.

Факультативы шли трижды в неделю по два часа. Это значило, что Синь Юэ шесть часов в неделю не будет видеть Сюэ Цы. Для него это было почти невыносимо.

— Говорят, стрельба из лука — это очень тяжело. Луки тяжелые, можно порезать руки тетивой, — он заволновался еще сильнее. — У тебя такие тонкие пальцы, ты наверняка поранишься при первом же касании.

«Да не такой уж я и нежный», — подумал Сюэ Цы, а вслух честно признался:

— Я плохо плаваю. Как только касаюсь воды — сразу иду на дно.

— Ничего, я тогда... — фраза «буду тебя держать» застряла у Синь Юэ в горле. Он не стал больше уговаривать юношу, а просто уткнулся лицом в стол. О чем он там думал, неизвестно, но его уши стали пунцовыми.

«Может, и к лучшему, что не плавание. Иначе Сюэ Цы наденет те крошечные плавки, и я вообще не буду знать, куда деть глаза».

— Тц...

Непрошеные мысли развеялись от резкой боли в руке. Синь Юэ поднял голову и увидел, что в него врезался собственный друг. В баскетболе столкновения — обычное дело, так что он не придал этому значения. Посмотрев на только что севшего за парту Гу Сюя, он спросил:

— Ты где был?

— В деканате.

— Опять влип во что-то?

Гу Сюй одарил его холодным взглядом.

Вроде бы небрежный тон Синь Юэ был таким же, как обычно, но почему же он так бесил? Зачем специально наговаривать на него перед Сюэ Цы, выставляя его хулиганом?

Через проход он перевел взгляд на Сюэ Цы, который сидел в окружении нескольких Альф.

Бета был таким хрупким, что Синь Юэ почти полностью его загораживал. Видна была только рука, сжимающая ручку, и кусочек белоснежного профиля. Видимо, задача была слишком сложной, и юноша снова заговорил с Се Ишу тем самым тягучим, умоляющим голосом:

— Ты... чуть помедленнее, ладно?

«Как он может говорить такие вещи Альфе? Неужели он думает, что Се Ишу — святой?» — возмутился про себя Гу Сюй. — «И этот Дуань Синъянь... Раньше на парах вечно сидел на последней парте и строил из себя загадочного типа, а теперь чего приперся в середину? Сидит, подперев щеку, и почему это он распускает руки и гладит Сюэ Цы по голове? Когда Ху Шэнлань говорила ему про помолвку, он же делал вид, что ему плевать!»

Ишь ты, все ведут себя так, будто они с Сюэ Цы — закадычные друзья.

Гу Сюй открыл чат с Сюэ Цы и пролистал их переписку за последние дни. Чем дольше он читал, тем сильнее портилось его настроение.

Каждый раз он писал первым. Его сообщения становились всё длиннее, иногда он слал по нескольку штук подряд. Сюэ Цы ответил ему вовремя лишь однажды, и на тот единственный раз Гу Сюй отреагировал мгновенно.

Дело плохо. Со стороны это выглядело так, будто он — влюбленный подлиза.

Слова, которыми он пару дней назад высмеивал Синь Юэ — «даже если его ударят, он будет лизать руку хозяина» — вернулись к нему бумерангом и больно ударили в самое сердце.

Гу Сюй не мог этого принять.

Он поклялся: больше он никогда не напишет Сюэ Цы первым.

Для внесения факультативов в систему требовалось пара дней. Помимо обязательных лекций, у Сюэ Цы оставалось много свободного времени.

У Дуань Синъяня и Се Ишу были пары, так что они ушли. У Синь Юэ намечался товарищеский матч по баскетболу. Сюэ Цы хотел было пойти посмотреть, но его остановили.

— Ты меня бойкотируешь, — обвинил Сюэ Цы. Он задрал голову, надув свои белые щеки. Его глаза, в которых на солнце плясали золотисто-чайные блики, напоминали драгоценные стеклянные шарики.

«Это... слишком... нечестный прием», — подумал Синь Юэ. Сдерживая желание погладить эту пушистую макушку, он кашлянул:

— С чего бы мне тебя бойкотировать? Сегодня матч на улице, солнце палит. На следующей неделе будет игра в зале, вот тогда я тебя обязательно позову.

— Понятно, — буркнул Сюэ Цы. — Тогда я пойду.

Синь Юэ: — В общежитие?

Сюэ Цы замялся: — Я хотел заглянуть в спа-отель.

В рекламной брошюре один спа-отель выглядел очень заманчиво: у владельца были два ручных кота-«манэки», а студентам предлагали не только бесплатные термальные ванны, но и возможность потискать котиков. 11-й сказал, что для Беты из деревни любопытство к роскошной жизни — это абсолютно в рамках роли.

Однако Синь Юэ внезапно изменился в лице и тревожно спросил:

— Зачем тебе туда?! Тебя кто-то туда заманил?!

— ?

Сюэ Цы помахал брошюрой: — Вот она заманила.

Синь Юэ выдохнул, но не до конца. Частные купальни в том отеле стоили бешеных денег, а общие были бесплатными, но смешанными. Мысль о том, что какие-то подонки будут пялиться на Сюэ Цы, приводила его в бешенство.

— Там ужасно. Куча народу после спорта идет туда, не помывшись, и лезет в воду. Вода воняет, тебе точно не понравится.

За неделю общения он уже немного изучил Сюэ Цы и знал, какие аргументы на него подействуют.

И действительно, на личике Сюэ Цы отразилось отвращение.

— В выходные съездим за город, я знаю отличные термальные источники, — Синь Юэ чувствовал, что должен как-то компенсировать разочарование. — Но я там всегда купаюсь один, никогда никого с собой не брал.

Сюэ Цы не понял скрытого смысла последней фразы и замялся:

— В выходные я должен поехать домой с Гу Сюем...

Синь Юэ замер. Он почти забыл: Сюэ Цы и Гу Сюй обручены еще в колыбели. У Сюэ Цы есть обязательства.

Синь Юэ поймал себя на том, что стал жадным. Сначала он просто хотел помочь другу присмотреть за парнем, а теперь ему хотелось забрать всё время Сюэ Цы себе. Но как Сюэ Цы может всегда быть с ним?

Пряди волос, упавшие на лоб Альфы, скрыли тень разочарования в его глазах, но он быстро взял себя в руки.

— Тогда... в другой раз, ладно?

Сюэ Цы согласился. Они вышли из учебного корпуса. Солнце стояло в зените. Синь Юэ, увидев, как «снежный комочек» уверенно топает вперед, тут же схватил его за руку. Так ведь и растаять можно под таким солнцем.

— А?

Сюэ Цы непонимающе моргнул.

Синь Юэ снял свою куртку и протянул ему:

— На улице печет. Надень это, пока идешь. И не вздумай по дороге заходить в тот отель купаться. То есть, вообще лучше к нему не приближайся.

«Сначала бойкот, теперь еще и запугивания», — подумал Сюэ Цы. Он лениво буркнул «о'кей» и взял одежду.

Куртка Синь Юэ была на Сюэ Цы огромной: подол доходил до основания бедер, а рукава полностью скрывали пальцы. Но эта мешковатость не делала его неряшливым, наоборот, подчеркивала хрупкость телосложения Беты. Его талия казалась такой узкой, что её можно было обхватить одной рукой.

Несмотря на все наставления, Синь Юэ, похоже, всё равно не решался оставить его одного. Он довел юношу до дверей общежития и только потом побежал на баскетбольную площадку.

Как только Сюэ Цы вошел в комнату, 11-й напомнил ему, что Гу Сюй днем несколько раз переводил деньги.

«Опять? Но сегодня на мне новая одежда, которую купил старший брат. Я что, опять его позорю?»

Сюэ Цы не понимал логики Гу Сюя, но вежливо ответил: [Спасибо.]

Меньше чем через две секунды телефон в руке забрировал несколько раз подряд. Ладонь Сюэ Цы даже онемела от вибрации. Он открыл сообщения.

Гу Сюй: [Эти деньги мама велела перевести, не я сам.]

Гу Сюй: [Хватает? Нужно что-нибудь?]

Гу Сюй: [Дома просили присматривать за тобой, а я в последнее время был занят и упустил это. Ты сейчас в общежитии? Я приду и принесу тебе одежду.]

Гу Сюй: [Видел тебя в куртке Синь Юэ. У тебя что, нет своей верхней одежды? У меня много вещей твоего размера. Все новые, я их не носил.]

Гу Сюй: [Соберу вещи и приду.]

Гу Сюй: [Увидишь — ответь.]

Сюэ Цы: «?»

«Как много букв... Если Гу Сюй когда-нибудь не найдет работу, он мог бы пойти в наборщики текста».

Когда Ли Сюнь заглянул в комнату к Гу Сюю, тот как раз перебирал шкаф.

— Сюй-гэ, ты что, выбрасываешь одежду? Но она же вроде новая.

Гу Сюю было не до него, он быстро работал руками:

— Говори, если есть дело.

— А, да, — Ли Сюнь пришел не просто так. Он протянул телефон. — Сюй-гэ, тут неладное творится. Твоя помолвка еще в силе?

Гу Сюй замер. Он взял телефон. На экране был открыт форум академии. Автором поста был студент-художник, любитель фотографии. Недавно он снимал виды в академии и случайно поймал в кадр очень красивую «парочку».

— Этот пост сейчас в топе. Все в комментариях думают, что Сун Сюэ Цы и Юэ-гэ — пара, и вовсю их шипперят.

На фото в основном были пейзажи, фигурки Сюэ Цы и Синь Юэ занимали лишь малую часть, а если увеличить — лица были размыты. Но даже так лицо Сюэ Цы казалось каким-то неземным и туманно-прекрасным.

В комментариях толпа народу уже вовсю называла его «женой».

Ли Сюнь считал себя главным соратником Гу Сюя, поэтому прекрасно знал о его связи с Сун Сюэ Цы. Заметив, что брови Гу Сюя сдвигаются всё сильнее, а лицо темнеет на глазах, становясь холоднее льда, он поспешил добавить:

— Но я уже попросил друзей написать в комментариях, что это фейк. Как Сун Сюэ Цы может быть женой Юэ-гэ?

Слова «жена Юэ-гэ» заставили веко Гу Сюя дернуться.

— Но, Сюй-гэ... — Ли Сюнь замялся, осторожно прощупывая почву. — В последнее время Сун Сюэ Цы постоянно липнет к Юэ-гэ. Может, он...

Остаток фразы он произнести не рискнул, боясь быть испепеленным взглядом Гу Сюя.

— Не мели чепухи, — голос Гу Сюя был холодным как иней. — Он не из тех, кто мечется от одного к другому. Если он и ошибся, то только потому, что другие его соблазняют.

Ли Сюнь: «?»

«Как это вы умудрились самым грозным тоном произнести фразу, достойную самого отчаянного подкаблучника?!»

http://bllate.org/book/16495/1615378