— Цзи Линьсюэ, ты знаешь, как решается эта задача? — Девушка прижимала к груди сборник задач и, заметив, что он смотрит на неё, ткнула пальцем в пример.
Цзи Линьсюэ взглянул на страницу.
— Это тот же тип, что ты спрашивала в прошлый раз. Решается аналогично.
Девушка, которая совершенно не помнила, о чём спрашивала «в прошлый раз»:
— …А у тебя память отличная.
Цзи Линьсюэ вздохнул про себя. С тех пор как он попал в первый класс, какие-то девушки то и дело находили повод к нему приблизиться. По сравнению с его прежней школой, здешние одноклассницы были куда смелее.
Он объяснил метод решения. Девушка хлопала глазами, на лице — полное непонимание.
— Поняла?
Девушка покачала головой:
— Нет… Можешь ещё раз?
Цзи Линьсюэ вздохнул. И тут сзади донёсся ленивый голос:
— В конце сборника есть ответы и пояснения. Не понимаешь — открой и почитай. Вечно пристаёшь с вопросами, а потом всё равно не понимаешь. Не надоело?
Девушка поперхнулась и пробормотала себе под нос:
— Тебя не спрашивают.
Это она не осмелилась сказать вслух при Гу Хэнчжи, но Цзи Линьсюэ расслышал каждое слово.
Забавно. Гу Хэнчжи в школе безумно популярен, но мало кто осмеливается к нему подойти. Наверное, все знают, какой у него скверный характер — одного взгляда хватит, чтобы человек замер на месте.
Но находились и те, кому он не нравился. Вот эта девушка, например.
После его слов у неё не осталось причин задерживаться. Она обиженно поджала губы и ушла, прижимая к себе задачник.
Цзи Линьсюэ покосился на Гу Хэнчжи. Тот, не поднимая головы, продолжал решать примеры.
С того дня на стрельбище, когда Цзи Линьсюэ его «опозорил», да ещё и застал в том самом жалком виде — со следом от пощёчины на лице, — Гу Хэнчжи начал к нему придираться. Но, если подумать, в этом был и свой плюс. Вот, например, сейчас: помог отвадить очередную «поклонницу».
Цзи Линьсюэ не видел в этом ничего плохого. Гу Хэнчжи не умел скрывать своих чувств — симпатии и антипатии у него всегда были как на ладони. Если Цзи Линьсюэ хотел к нему приблизиться, изменить ход будущих событий, ему нужно было привлечь его внимание.
Сейчас, по крайней мере, лучше, чем быть просто «обычным одноклассником».
Стояла жара, поэтому на физкультуре учились плавать — в крытом бассейне, подальше от солнца и тепловых ударов.
Лицо Гу Хэнчжи давно зажило, и следов не осталось. Сейчас он разминался на бортике, одетый лишь в плавки. Талия и бёдра подтянуты, мышцы перекатываются под кожей — тело ещё по-юношески угловатое, но уже обещающее силу.
Цзи Линьсюэ только вошёл в бассейн и сразу его заметил. Оглянулся — остальные тоже то и дело бросали на него взгляды украдкой.
В этом возрасте большинство парней худощавы, учёба отнимает всё время, на спорт его не остаётся. Такая фигура, как у Гу Хэнчжи — с рельефными мышцами, в одежде стройный, без одежды — атлетичный, — большая редкость.
Девушки краснели и смущались, парни завидовали.
Цзи Линьсюэ отвёл взгляд, скользнул по прозрачной голубой воде — и сердце его сжалось.
Он уже больше месяца прогуливал физру.
Когда узнал, что в программе — плавание, находил предлоги: то самочувствие плохое, то ещё что — и оставался в классе. Но учитель не дурак, заметил неладное и в этот раз велел явиться без разговоров.
Цзи Линьсюэ медленно, словно нехотя, поплёлся в раздевалку.
Урок начался. Учитель физкультуры с журналом в руках перекличку. Кроме тех, кто взял освобождение, не было только Цзи Линьсюэ.
— А где Цзи Линьсюэ? — учитель повысил голос. — Он ещё в классе?
Кто-то из девчонок ответил:
— Он здесь! Я видела, он в раздевалку пошёл.
Вокруг засмеялись:
— Ого, как внимательно ты за ним следишь~
— Тихо! — учитель обвёл взглядом класс и ткнул пальцем в самого высокого парня. — Сходи в раздевалку, позови его.
Гу Хэнчжи:
— Я?
— Да, ты. Чего уставился?
Гу Хэнчжи хмыкнул. Вот повезло так повезло. И направился к раздевалке.
Шэнь Шаоянь и Лу Юй переглянулись. Мысленно взмолились: только не подеритесь там, ради бога.
Гу Хэнчжи толкнул дверь. В раздевалке стояла тишина. Он прошёл внутрь и увидел Цзи Линьсюэ.
Тот сидел на скамейке, опустив голову, о чём-то задумавшись.
— Не удивительно, что ты не решался выйти, — Гу Хэнчжи подошёл ближе, на губах его играла насмешка. — С таким-то телом и вправду зазорно.
Он бесцеремонно ухватил Цзи Линьсюэ за руку, повертел так и эдак, словно кусок мяса на базаре прицениваясь:
— Тощий, как вобла.
Цзи Линьсюэ отдёрнул руку. По сравнению с Гу Хэнчжи он, конечно, проигрывал, но не настолько, как тот расписывал.
За три года в этом мире он упорно занимался. Но то ли конституция тела такая, то ли причина в другом — мышцы нарастали тонким слоем, а из-за узких костей он казался ещё более хрупким.
И без того раздражённый, Цзи Линьсюэ ответил резко:
— А ты чего припёрся?
Гу Хэнчжи скрестил руки на груди, скользнул взглядом по бледной коже, мелькнувшей в вырезе футболки, и холодно отвернулся:
— Думаешь, мне охота? Учитель послал.
— Понял.
Они вышли из раздевалки — один за другим.
Когда все собрались, урок начался. В этот раз учили брасс. Сначала на суше отрабатывали движения ногами, потом зашли в воду — учиться дышать: вдох ртом, выдох носом.
Все с весёлыми криками попрыгали в бассейн. Один Цзи Линьсюэ остался на бортике. Он смотрел на прозрачную воду и очень осторожно сделал первый шаг.
Вода облепила его, как слизь, липкая, бесформенная, проникающая всюду. Она поднималась выше, обволакивая тело.
Цзи Линьсюэ закусил губу, вцепился в бортик — костяшки побелели от напряжения.
— Внимание! Вдыхаем ртом, выдыхаем носом! — гремел голос учителя. — Ни в коем случае не задерживайте дыхание под водой!
Цзи Линьсюэ не слышал ни слова. Когда учитель объяснил технику, показал, как правильно плыть, и разрешил надеть плавательные лопатки и попробовать применить ножные движения в воде, он ничего не соображал.
— Сегодня отрабатываем дыхание и работу ног. Остальное время — свободное плавание.
Услышав это, Цзи Линьсюэ немедленно вылез на бортик, лёг на резиновый коврик и сделал вид, что усердно тренирует удары ногами.
Кроме него, на берегу было ещё несколько человек — они тоже «отрабатывали движения».
Сначала он ещё тешил себя надеждой, что это просто временно. Но сейчас, лёжа на этом коврике, Цзи Линьсюэ понял окончательно: он больше никогда не сможет плавать.
Хорошо, что никто не заметил его состояния. Большая часть урока прошла, Цзи Линьсюэ постепенно успокоился, уставившись невидящим взглядом на воду.
Одноклассники веселились вовсю: кто отрабатывал упражнения, кто обливался водой, кто бесцельно болтался по бассейну. Даже Гу Хэнчжи, казалось, получал удовольствие. Он проплыл туда-обратно, подтянулся на руках, уселся на бортик, откинул со лба мокрую чёлку, открыв гладкий, чистый лоб.
Капли стекали с чёрных волос, скользили по напряжённой груди, по подтянутому животу и исчезали там, внизу.
Вдруг, словно почувствовав взгляд, Гу Хэнчжи резко поднялся и широкими шагами направился прямо к нему.
— На что это ты там смотришь?
С ходу — обвинительный тон.
Цзи Линьсюэ глянул на него:
— С ума сошёл?
Гу Хэнчжи усмехнулся, но усмешка вышла злой:
— А ты скажи, что не смотрел мне между ног? — последние два слова он произнёс почти беззвучно, так, чтобы слышал только Цзи Линьсюэ.
Любого, кого обвинят в таком, да ещё и без причины, это заденет. Цзи Линьсюэ резко вскочил:
— Ты что несёшь?
Атмосфера накалилась до предела. Шэнь Шаоянь мигом подбежал, втиснулся между ними:
— Мужики, давайте без драк, а?
Лу Юй тоже подошёл. С самым серьёзным видом он изрёк:
— Не ссорьтесь. Если так хочется подраться — деритесь в бассейне.
Все как по команде уставились на него. Шэнь Шаоянь давился смехом, лицо его пошло красными пятнами от напряжения.
Цзи Линьсюэ дёрнул уголком рта. Спорить с этими придурками себе дороже. Он развернулся и пошёл прочь.
И в этот момент — откуда ни возьмись — рядом возник толстый парень, который, прежде чем кто-либо успел среагировать, со всей силы толкнул его в воду.
— Ой! Извините, нога поскользнулась.
Цзи Линьсюэ видел это злорадное лицо, но мысли в голове заметались, а тело, не слушаясь, уже падало назад, поднимая тучу брызг.
Вода накрыла его с головой.
Он попытался выплыть, но руки и ноги словно налились свинцом, отказывались слушаться. Перед глазами проплывали пузырьки воздуха, уходящие вверх, всё дальше и дальше.
Холодная вода, как болотная трясина, засасывала его, тянула вглубь. Он был как муха, попавшая в паутину — барахтайся не барахтай, нити держат крепко, не дают пошевелиться.
Как холодно.
Цзи Линьсюэ медленно закрыл глаза. Сквозь ватную пелену доносились приглушённые голоса.
— Что случилось? Кто упал?
— Может, задержку дыхания тренирует? Глаза, вон, закрыл.
— Кажется, это Цзи Линьсюэ…
— Спасайте! Ещё один парень утонул!
— Ребёнка вытащили, а спасатель на дно пошёл… Горе-то какое!
— Видно, сил не рассчитал. На вид лет двадцать с небольшим. Жалко.
— А по мне — дурак. Ради того, чтоб кого-то спасти, своей жизнью рисковать — оно того стоило?
Он снова… умирает?
«Бултых!»
Вода взметнулась фонтаном. Тёмный силуэт стремительно приближался. Цзи Линьсюэ почувствовал, как сильная рука обхватила его и рванула вверх.
Когда голова показалась над водой, мир вновь обрёл чёткость.
Его вытащили на берег. Он лежал неподвижно, с закрытыми глазами.
Шэнь Шаоянь метался рядом:
— Твою мать! Что с ним? Он дышит?
Гу Хэнчжи, с каменным лицом, несколько раз сильно надавил ему на грудь. Затем, не колеблясь ни секунды, наклонился и прижался к бледным, холодным губам.
В ту же секунду «утопленник» распахнул глаза.
— Ты что делаешь?
Гу Хэнчжи выпрямился, лицо его было мрачнее тучи:
— Кроме как спасать тебя, больше нечем заняться.
Цзи Линьсюэ сел, прокашлялся. Воды он наглотался немного, просто сознание мутилось — воспоминания из прошлой и нынешней жизни перемешались в голове в полный хаос.
А от этих нажатий на грудную клетку он, собственно, и очнулся — больно было до чёртиков.
Вокруг столпились одноклассники, кто-то принёс большое полотенце, закутал его, чтоб не замёрз.
Толстый парень стоял перед ним, щуря свои крошечные глазки:
— Извини, тут на полу мокро, нога поскользнулась.
Если бы Цзи Линьсюэ не видел его довольной рожи в тот момент, когда его толкали, он бы, может, и поверил, что это случайность.
— Ничего страшного, — сказал он, глядя на парня в упор. — В следующий раз смотри под ноги внимательнее. А то ногу сломаешь.
Парню почему-то стало не по себе. Было в этих словах что-то… многозначительное, что ли?
Цзи Линьсюэ отделался лёгким испугом, но учитель всё равно отправил его в медпункт — провериться. Когда вернулся, урок уже кончился. Он зашёл в класс и специально разыскал Шэнь Шаояня.
Шэнь Шаоянь, он же «ходячая энциклопедия Дэинь», связи у него были везде, ничего от него не скроется.
— Ты про того толстяка, что тебя толкнул? — переспросил Шэнь Шаоянь. — Это Лю Цинъян, из нуворишей, у них там шахта своя, кажется. Он, вроде, на нашу старосту запал. Раз сто уже признавался — и всё без толку.
Цзи Линьсюэ смутно припомнил: староста, кажется, та самая, что постоянно таскала ему сладости. В прошлый раз принесла коробку шоколада Y, он тогда не взял.
Через несколько дней на уроке классный руководитель объявил, что Лю Цинъян взял отпуск. Шёл из школы, мол, домой, под ноги не смотрел, в канаву свалился, ногу подвернул. Будет теперь лечиться. А всем остальным — наука: смотреть, куда идёте.
Гу Хэнчжи, услышав это, невольно поднял глаза и уставился в спину сидящего впереди.
После уроков он поймал Цзи Линьсюэ, когда тот собирал вещи:
— Поговорим?
После того случая в бассейне они словечком не перекинулись. Хотя они и раньше особо не общались, но Гу Хэнчжи больше не цеплялся.
То ли злость прошла, то ли просто надоело.
Цзи Линьсюэ хотел отказаться, но Гу Хэнчжи его перебил:
— И это всё, что ты скажешь своему спасителю?
Они поднялись на крышу общаги.
Гу Хэнчжи сразу перешёл к делу:
— Твоя работа?
— Понятия не имею, о чём ты.
Гу Хэнчжи рассмеялся — у него был приятный, глубокий смех, от которого даже простые слова звучали как-то… завораживающе.
— А я-то думал, ты у нас пай-мальчик.
Цзи Линьсюэ оставался невозмутим:
— А кто такой «пай-мальчик»? Я никогда не говорил, что я из таких.
— Логика у тебя, конечно, та ещё, — Гу Хэнчжи приподнял бровь. — Ты воды боишься?
Слишком резкая смена темы. Цзи Линьсюэ на мгновение растерялся, потом нехотя кивнул:
— В детстве утонул чуть. С тех пор…
— А раньше молчал? — Гу Хэнчжи скривился, словно лимон разжевал. — На физру попёрся, хотя плавать не можешь. У тебя с головой вообще порядок?
Что там сделал Гу Хэнчжи, Цзи Линьсюэ не знал, но с того самого дня его освободили от уроков плавания. Навсегда.
http://bllate.org/book/16531/1538877
Готово:
