На улице шел сильный снег, и сугробы на земле становились все толще. Шаги по ним отдавались звонким хрустом.
Слуга, кутаясь в плотную теплую одежду, вел за собой служанку в зеленой куртке к двору Янь Си.
Тем временем Янь Си полулежал в шезлонге, греясь у огня и читая книгу. Его личный слуга тихо стоял рядом. Услышав снаружи хруст снега под ногами, Янь Си выпрямился и сел.
Тук-тук...
— Второй молодой господин, к вам пришла Люйло, служанка госпожи Мужун.
— Пусть войдет.
«Как и ожидалось. Все в точности как в прошлой жизни: главная героиня прислала человека, чтобы отблагодарить меня. Хотя... я ведь ничем ей не помог, кхм... только добавил проблем. Но важен сам жест».
— Слушаюсь.
Слуга толкнул дверь, и в комнату тут же ворвался порыв ледяного ветра. Янь Си содрогнулся, почувствовав холод. Заметив это, служанка Люйло поспешно закрыла за собой дверь и, почтительно поклонившись, произнесла:
— Приветствую второго молодого господина Чу. Очнувшись и узнав, что вы бросились в воду ради ее спасения и слегли с сильным жаром, моя госпожа почувствовала вину, но в то же время и глубокую признательность. Она велела этой рабыне передать вам эти скромные дары в знак благодарности. Надеюсь, молодой господин не откажется их принять.
С этими словами она протянула несколько шкатулок. Стоявший рядом личный слуга поспешил забрать их и поставил перед Янь Си. Люйло улыбнулась:
— Молодой господин, почему бы вам не открыть их и не посмотреть, придутся ли они вам по вкусу?
Слуга открыл крышки. Внутри оказались отборные ласточкины гнезда, женьшень, а также разнообразные сладости и кусочки тростникового сахара.
Люйло с улыбкой пояснила:
— Моя госпожа слышала, что молодой господин не переносит горечи, а сейчас вам приходится часто принимать лекарства. Поэтому она прислала все это. Выпечка и леденцы приготовлены лично руками моей госпожи.
Глаза Янь Си радостно сощурились, и он с улыбкой ответил:
— Передай моей госпоже огромную благодарность. Мне очень нравится. Вот только у меня тоже есть кое-что, что я хотел бы подарить госпоже Мужун. Прошу госпожу Люйло передать ей это от моего имени.
Услышав, что у него есть подарок для Мужун Син, глаза Люйло загорелись. Она поспешно ответила:
— Эта рабыня благодарит молодого господина от лица своей госпожи.
Забрав вещи, служанка поспешно удалилась.
Янь Си перевел взгляд на лежащие перед ним сладости и кусочки сахара. У него аж слюнки потекли. Не в силах сдержаться, он тут же съел парочку, и на его лице отразилось абсолютное блаженство.
«Как и ожидалось от попаданки! Ее десерты намного вкуснее тех, что делают здесь. Она добавила в них современные элементы. Сладко, но не приторно, а послевкусие просто заставляет забыть обо всех тревогах. Жаль только... нельзя съесть все сразу, иначе ничего не останется».
С большой неохотой Янь Си отодвинул сладости и сказал стоящему рядом слуге:
— Лю Е, спрячь это. Убери так, чтобы я не видел, доем завтра. И запомни, главное — не дай мышам до них добраться.
Лю Е осторожно забрал шкатулки:
— Этот раб все понял.
Янь Си тоскливым взглядом провожал удаляющиеся лакомства, жадно облизывая губы.
«Эх, быть сладкоежкой и не иметь возможности есть много сладкого — это настоящая пытка. В прошлом году из-за того, что я переборщил со сладостями, у меня разболелся зуб, а щеку так раздуло, что я на улицу выйти не мог».
Откинувшись на спинку шезлонга, Янь Си вдруг почувствовал сильный озноб. Он чихнул и продолжил лениво листать книгу, предаваясь безделью.
Он и не подозревал, что за всеми его действиями из тени внимательно наблюдали, и шпион уже спешил доложить обо всем своему господину.
Прошло еще 2 часа. Старший брат и отец Янь Си, закончив с государственными делами при дворе, поспешили домой, чтобы проведать его и справиться о здоровье.
Как только министр Чу ушел, старший брат достал из-за пазухи куриную ножку, от которой исходил невероятно аппетитный аромат. Глаза Янь Си загорелись:
— Куриная ножка! Старший брат, все-таки только ты меня понимаешь!
Он потянулся было за лакомством, но брат шлепнул его по руке и строго предупредил:
— Лекарь сказал, что тебе нельзя жирное и мясное. Это мое.
Янь Си нервно дернул уголком губ:
— Тогда зачем ты ее достал?
Чу Цзюньяо вскинул бровь и с ехидной улыбочкой впился зубами в мясо прямо у него на глазах:
— О, просто вспомнилось, как в прошлом году я лежал с ранением, и кое-кто поступил со мной точно так же.
— ...Проваливай, — Янь Си сердито зыркнул на него. — Вот уж воистину родной братец.
Чу Цзюньяо в два счета обглодал кость, вытер руки и притворно-ласково утешил:
— Ну-ну, потерпи. Еще пару дней, и сможешь есть мясо.
— Эх, какая печаль! Как думаешь, что мне сегодня поесть: ребрышки в кисло-сладком соусе или курицу нищего? — Чу Цзюньяо, заложив руки за спину, неспешно направился к выходу, всем своим видом изображая глубокую скорбь.
Услышав это, Янь Си раздулся от злости, словно рыба-фугу.
Во время ужина Янь Си мрачно смотрел на стоящую перед ним миску с пресной рисовой кашей и зеленью. Лицо его потемнело.
— Я хочу мясо! Я хочу есть мясо, ты понимаешь?!
Лю Е втянул голову в плечи:
— Господин и старший молодой господин сказали, что ваше тело сейчас слишком слабо, поэтому вам нельзя есть мясное.
Янь Си в сердцах проглотил пару ложек каши. Аппетита не было совершенно. Надувшись, он забрался в постель и решил лечь спать пораньше.
«Спать, спать! Во сне есть всё!».
И кто бы мог подумать — во сне действительно нашлось все! Аромат жареной курицы, сладкий запах засахаренных фруктов на палочке и даже пирожные с гибискусом!
Янь Си облизал губы, сглатывая слюну. Он откусил кусочек и... действительно почувствовал вкус засахаренных ягод! Невероятно реалистичные ощущения заставили его резко вынырнуть из сна.
Открыв глаза, он увидел Сяо Цзинвэня, который сидел на краю кровати, держа в руках те самые лакомства из его снов.
— В-Ваше Высочество?
— Хочешь? — с ласковой улыбкой спросил принц, помахивая перед ним куриной ножкой.
Янь Си моргнул, проглотил кусочек сладости и, вскочив, словно карп из воды, резко сел прямо.
— Хочу!
Сяо Цзинвэнь изобразил легкое замешательство:
— Но лекарь ведь сказал, что тебе нельзя мясное и жирное, это навредит здоровью.
Услышав это, Янь Си мигом сник. Потеряв весь запал, он обиженно скривил губы:
— Тогда зачем Ваше Высочество это принесли? Неужто тоже хотите съесть это у меня на глазах, чтобы поиздеваться?
Сяо Цзинвэнь подпер подбородок рукой и наклонился вперед, сократив расстояние между ними настолько, что остался едва ли кулак. Глядя ему прямо в глаза и улыбаясь, он произнес:
— Нет, я принес это специально для тебя. Но у меня есть одно условие.
Его горячее дыхание обожгло кожу. Янь Си напрягся всем телом и поспешно откинулся назад.
— К-какое условие?
— Наедине называй меня по имени, — Сяо Цзинвэнь пристально смотрел на него.
— И все? — опешил Янь Си. «Так просто?».
— Да, только это, — уголки губ Сяо Цзинвэня приподнялись. Он поднес куриную ножку прямо к губам юноши, искушая: — Назовешь меня по имени, и она твоя.
Янь Си жадно смотрел на мясо и глотал слюнки. «Подумаешь, имя! Глупо отказываться от еды из-за такой мелочи!».
— Сяо Цзинвэнь, — выпалил он, но не успел даже коснуться бумажного пакета с курицей, как мужчина поднял его высоко над головой.
Янь Си уставился на него в немом изумлении.
— Ваше Высочество, вы жульничаете!
Сяо Цзинвэнь покачал головой:
— Я не совсем доволен. В твоем голосе не было искренности. И почему ты назвал меня по имени и фамилии? Это звучит слишком отчужденно.
Янь Си почесал затылок.
— Тогда... Цзинвэнь?
Но Сяо Цзинвэнь снова отрицательно покачал головой:
— Не пойдет. Ты не смотрел мне в глаза, не было эмоционального контакта. И тон слишком сухой.
— ... — «Да откуда столько требований?!».
— Янь Си.
— М? — Янь Си поднял взгляд и обнаружил, что Сяо Цзинвэнь смотрит на него с нежностью, в его глазах читалась улыбка, а черные омуты зрачков казались необычайно глубокими.
— Янь Си, ты должен произносить мое имя так же, как я произношу твое. Понял?
В голове у Янь Си зашумело, щеки обдало жаром, а на сердце вдруг стало тревожно.
— Кажется, п-понял.
После перемотки времени он все чаще замечал, что главный герой ведет себя очень странно, и это явно не было игрой воображения.
— Вот как? Тогда попробуй назвать меня еще раз. Я внимательно слушаю, — Сяо Цзинвэнь подмечал каждое изменение в выражении его лица, и радость в его душе переливалась через край.
Янь Си попытался взять себя в руки. Подражая его недавнему тону, он заглянул в глаза Сяо Цзинвэня и с жутким смущением произнес:
— Цзинвэнь, я проголодался. Может, отдашь все это мне?
Однако именно из-за этой неловкости его слова прозвучали с легким оттенком капризного кокетства. Сердце Сяо Цзинвэня пропустило удар. Глядя на этот жалобный вид, он почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Хорошо, бери все.
— Правда? Тогда я не буду скромничать! — забыв о всяких манерах, Янь Си выхватил куриную ножку и с жадностью впился в нее зубами. — М-м-м... как вкусно! Какое счастье... Я наконец-то поел мяса! Спасибо, Ваше Высочество!
Сяо Цзинвэнь вскинул бровь:
— М?
— То есть, Цзинвэнь! Я от радости забылся, — пробормотал Янь Си с набитым ртом и перепачканными в жире губами. — Но как же... предписание лекаря?
Уголки губ Сяо Цзинвэня дрогнули в усмешке. Протягивая ему платок, он сказал:
— Не бойся, я добавил лекарство в специи. Можешь съесть хоть еще две штуки, ничего не случится.
— Правда? — глаза Янь Си заблестели от радости. — А у тебя еще есть? Я бы съел еще парочку. За весь день я проглотил лишь несколько ложек каши и больше ни крошки во рту не держал.
К концу фразы его голос зазвучал откровенно обиженно.
На самом деле, сейчас ему еще повезло. В прошлой жизни из-за того, что холод проник глубоко в тело, его здоровье стало настолько хрупким, что при каждой болезни ему приходилось неделями сидеть на строгой диете. Это было невыносимо. Прямо перед перемоткой времени он давился одной зеленью целых два месяца — чуть не заблеял! Кто же знал, что после перерождения ему снова придется жевать траву. В целом свете не было человека несчастнее его!
«Но постойте-ка, почему в прошлой жизни у главного героя не было такого чудо-лекарства?». Янь Си нахмурился, одолеваемый сомнениями. «Неужели из-за того, что я увел у него главную героиню, он намеренно скрыл его от меня?».
Янь Си решил, что докопался до истины. В конце концов, кто станет проявлять милосердие к сопернику в любви?
«Но тогда... что происходит сейчас? Мы ведь и теперь соперники. Эта теория как-то не вяжется с реальностью. Или же перемотка времени вызвала эффект бабочки, и сейчас главный герой еще ничего не испытывает к героине? Если так, то это просто великолепно! Я смогу опередить его и первым завоевать ее сердце!».
С этими мыслями глаза Янь Си хитро забегали, и он решил осторожно прощупать почву. Откашлявшись, он спросил:
— Цзинвэнь, а что ты думаешь о пятой юной госпоже из семьи канцлера?
Нежная улыбка Сяо Цзинвэня мгновенно застыла, а взгляд потемнел.
— Зачем ты об этом спрашиваешь?
— Да так... ха-ха-ха! Просто мне кажется, что госпожа Мужун — очень приятная девушка, к тому же обладает выдающейся внешностью. В такую трудно не влюбиться. Вот я и подумал, не испытываешь ли ты...
— А если я скажу, что нет, то что ты сделаешь? — Сяо Цзинвэнь оборвал его на полуслове, сверля тяжелым взглядом.
Под этим немигающим взором Янь Си стало не по себе. Слова застряли в горле.
— Я...
— Янь Си, — прекрасный юноша придвинулся ближе и стер жир с его губ. Его прохладные пальцы скользнули ниже и легли на шею, мягко поглаживая кожу. Казалось, стоит Янь Си лишь озвучить свои мысли, и эти руки тут же свернут ему шею. — Давай больше не будем упоминать о ней, хорошо? Будь послушным, иначе этот принц разозлится. М?
По спине Янь Си пробежал холодок, он невольно вздрогнул. Взгляд, которым он смотрел на принца, наполнился неподдельным страхом.
«Почему мне кажется, что главный герой внезапно стал каким-то жутким? Он говорит такие страшные вещи!».
В этот момент главная Система своевременно пришла на помощь, чтобы развеять его сомнения:
— Дзинь! Обнаружено, что уровень очернения главного героя достиг 100%. Хозяин, пожалуйста, берегите себя!
«...Твою-то налево!!! Какого хрена тут вообще существует этот уровень очернения?!».
Глаза Янь Си широко распахнулись, ему резко поплохело.
«Разве сейчас главный герой не должен быть воплощением справедливости?! Откуда взялись эти 100% очернения?!».
Янь Си понял, что больше не может сохранять спокойствие. «Какой к черту главный герой?! Да это же ходячая бомба замедленного действия с максимальным уровнем очернения! И я собирался отбивать у него главную героиню?!».
Янь Си почувствовал, что его будущее покрылось мраком, а всякое желание жить бесследно испарилось.
Однако в глазах Сяо Цзинвэня его оцепенение выглядело как протест и обида на его слова. Пальцы принца сжались сильнее, сердце упало, и он зловеще протянул:
— Что? Ты не хочешь?
Янь Си вздрогнул. Столкнувшись с его мрачным, хищным взглядом, он замотал головой, спешно выдавая тройное отрицание:
— Нет, я не... то есть, я хочу! Я согласен, только не злись! Я... я обещаю, что больше не буду говорить о ней!
«Я пока не буду бороться с тобой за героиню, о великий босс, только пощади!».
— Умница, — тучи на лице Сяо Цзинвэня мгновенно рассеялись, уступив место солнцу. Он протянул ему засахаренные фрукты: — Ешь.
Янь Си дрожащими руками принял лакомство и уткнулся в него, не смея поднять глаз на собеседника.
Но тут Сяо Цзинвэнь неожиданно бросил:
— Отныне тебе запрещено есть что-либо, кроме того, что даю тебе я. Понял?
Янь Си опешил. «Нет, ну почему этот главный герой такой властный?». Поразмыслив, он запинаясь спросил:
— А то, что дают мне старший брат и отец, тоже нельзя?
— ...Их можно.
— А... Император или Вдовствующая Императрица?
— ...С осторожностью.
— Ну, а... то, что приготовит моя будущая жена?
— Можешь рискнуть и проверить, — Сяо Цзинвэнь одарил его ледяным взглядом.
http://bllate.org/book/16953/1724123
