Почувствовав убийственную ауру, исходящую от Симэня Чуйсюэ, наследник принца прикусил указательный палец до крови, оторвал кусок от своего одеяния и быстрыми движениями написал на нем несколько слов:
«Восьмой год эры Сюандэ, двадцать второй день третьего месяца. Наследник принца Пиннаня на острове Якши одержал верх над непревзойденным мечником Симэнем Чуйсюэ (Примечание автора: здесь наследник принца нарисовал огромную улыбающуюся рожицу, куда больше предыдущих слов).
Свидетели: Лу Сяофэн, Хуа Маньлоу, Лю Юйхэнь, владыка города Байюнь, Е Гучэн…»
Написав это, он протянул ткань Лу Сяофэну, чтобы тот передал ее по кругу, и каждый поставил подпись в подтверждение подлинности.
Разумеется, никто не осмелился это сделать.
Юный монах взглянул на владыку города Е и с недоумением спросил:
— Что он делает?
Е Гучэн хмыкнул:
— Играет со смертью.
Юный монах: «…»
Симэнь Чуйсюэ отлетел в угол от удара мечом, но, едва он уже собрался обнажить клинок, он замер. Может, это было игрой воображения, но ему показалось, что эта часть стены слегка выпирает. Он обернулся и осмотрел гладкую каменную поверхность — все выглядело ровным, но на ощупь отличалось.
Лу Сяофэн, уже готовившийся подбирать труп наследника принца, увидел, как Симэнь Чуйсюэ в одиночку ощупывает стену.
— Симэнь, что ты делаешь?
Маленький мальчик не ответил, продолжая изучать стену на ощупь. Лу Сяофэн подошел и тоже провел рукой по тому месту — да, ощущения были иными.
Зрелище, где взрослый и ребенок увлеченно щупали стену, выглядело забавно.
— Смотрите, они трогают друг друга! — смеясь, воскликнул юный монах.
Окружающие: «Черт… У этого парнишки явно не все дома».
Лу Сяофэн кашлянул и подошел ближе:
— Здесь должен быть механизм, но неизвестно, где именно.
Остальный люди тоже подошли и потрогали стену, но ничего не почувствовали.
— Должно быть, есть еще что-то, — сказал Симэнь Чуйсюэ.
Лу Сяофэн кивнул, и все принялись обыскивать каменный зал.
Наследник носился туда-сюда, словно не обращая внимания на происходящее. Также не особо помогал и юный монах, разговаривавший с Лю Юйхэнем — точнее, монах говорил сам с собой, а Лю Юйхэнь слушал его с явным раздражением.
Симэнь Чуйсюэ нахмурился. Удар мечом был слишком нарочитым — клинок даже не покинул ножен, значит, ранить наследник принца его не собирался, зато словно намеренно его загнали в угол. А тот монах, который мог бы его подхватить, намеренно увернулся, чтобы он наткнулся на скрытый механизм.
Кто из них двоих стоит за этим?
Ци Чжу шел куда глаза глядят, а Жуань Цинъюй следовал за ним, словно тень. В конце концов первый не выдержал и вздохнул:
— Может, займешься чем-то полезным?
Жуань Цинъюй облизал уголки губ, а взгляд его прищуренных глаз стал особенно соблазнителен:
— Можно, если ты поцелуешь меня.
Ци Чжу молча отошел, выбирая тактику игнорирования.
Но «липкая конфета» прилипла к нему:
— Поцелуй меня, и я скажу, где механизм.
Ци Чжу резко повернулся к нему:
— Ты знаешь?
Жуань Цинъюй кивнул:
— Хозяин этой комнаты использовал дешевый трюк, чтобы отвлечь внимание.
— Где?
— Сначала поцелуй.
— Говори!
Жуань Цинъюй подставил щеку.
Ци Чжу сдался:
— Отложим пока этот вопрос. Скажи, где механизм, остальное обсудим потом.
Жуань Цинъюй, почувствовав слабину, повторил жест наследника принца— прикусил палец, оторвал кусок ткани и написал:
«Восьмой год эры Сюандэ, двадцать второй день третьего месяца. Ци Чжу должен Жуань Цинъюю один поцелуй. Свидетели…»
— Как их там зовут?
Ци Чжу, увидев, как тот шагнул к другим людям за подписями, тут же схватил его за руку и пригрозил:
— Если осмелишься подойти к ним, эта договоренность будет недействительной.
Жуань Цинъюй улыбнулся, довольный тем, что добился своего, бережно свернул ткань и спрятал за пазуху.
Затем он указал на каменную дверь.
Массивная каменная глыба возвышалась во всей своей монументальности.
— Разве тебе не кажется, что ее вес и усилие, нужное для открытия, не соответствуют друг другу?
Ци Чжу задумался, затем подошел к двери и несколько раз толкнул ее.
Остальные, ничего не обнаружившие, с любопытством наблюдали за его странными действиями.
— Так вот в чем дело, — пробормотал Ци Чжу, глядя на дверь. — Выходит, мы искали слишком далеко.
С этими словами он нанес по двери удар ладонью.
На землю посыпались не обломки, а пыль. На земле образовался слой толщиной в несколько сантиметров, но дверь осталась цела, лишь слегка уменьшилась в размерах.
— Вот механизм! — крикнул Лу Сяофэн.
Он стоял как раз там, где ранее вместе с Симэнем Чуйсюэ ощупывал стену. Теперь там проступил четкий прямоугольник. Лу Сяофэн открыл его — внутри оказался рычаг, который можно было передвигать вверх или вниз. В данный момент он находился в среднем положении.
— В какую сторону? — спросил Лу Сяофэн.
Только одно направление было верным, а ошибка могла привести к катастрофе.
— Вниз, — без колебаний ответил Жуань Цинъюй.
Лу Сяофэн, недолго думая, действительно опустил рычаг вниз.
Громовые раскаты взорвали тишину зала, и перед ними открылся длинный подземный проход.
— Искусство, превосходящее природу, — восхищенно произнес наследник. — Не думал, что механизм, ведущий наверх, может одновременно раскрывать путь вниз.
Когда он вернется, надо будет приказать построить нечто подобное.
Лу Сяофэн тоже пораженно смотрел на новый путь, сожалея, что Чжу Тина нет рядом — тот бы с радостью изучил этот дворец до последнего камня.
— Это и есть подземный дворец. Дворец под дворцом. Интересно, какие сокровища скрыты так глубоко, что потребовалось столько уровней защиты?
— Спустимся и узнаем, — с этими словами Лу Сяофэн первым шагнул на каменные ступени.
Но почти сразу он вернулся и с театральным поклоном указал Ци Чжу пройти вперед.
Ци Чжу, конечно, понял его намек. Вспыхнувшее на его ладони пламя вновь осветило путь.
Симэнь Чуйсюэ наблюдал за мерцающим огоньком, и в его глазах мелькнул редкий проблеск интереса.
Он собрался последовать за ними, но перед ним стремительно промелькнула тень — Жуань Цинъюй вприпрыжку подбежал и устроился позади Ци Чжу, бросая на «малыша» вызывающий взгляд. Он явно считал мальчика своим соперником — точнее, каждого, кто приближался к Ци Чжу, он автоматически записывал во враги.
Ци Чжу, услышав шум позади, покачал головой. Интересно, как у кое-кого сформировался такой извращенный характер?
Спуск по сотням каменных ступеней занял немало времени. Когда до земли оставалась всего одна ступенька, Ци Чжу внезапно замер.
Жуань Цинъюй, почти прижавшийся к его спине, прошептал:
— Почему остановился?
— Если не хочешь, чтобы меня разорвало на куски, — ответил Ци Чжу, — слезь с меня.
Поскольку была затронута тема жизни и смерти, Жуань Цинъюй тут же послушно и безропотно отступил назад.
Ци Чжу схватил горсть каменной крошки с ступеней и швырнул ее вперед. В момент, когда пыль коснулась земли, из стен вырвался град стрел.
Наблюдая, как грунт превращается в порошок, все невольно отступили на шаг.
— И что делать? — вздохнул наследник принца. — Если бы я был один… Но сейчас я, похоже, тащу за собой целую ораву.
Е Гучэн: «…» Почему-то он почувствовал, как несколько стрел вонзились ему в спину.
— У стрел должен быть временной промежуток, — предположил Лу Сяофэн. — Нужно поймать паузу между залпами.
Как он и сказал, при следующей проверке стрелы не полетели. Лишь через несколько десятков секунд раздался новый выстрел.
Преодолев этот отрезок пути, все с облегчением выдохнули. Но впереди тянулся бесконечный туннель, и Лу Сяофэн вздохнул, не зная, сколько неизвестных опасностей ждет их впереди…
Однако, к всеобщему удивлению, дальнейший путь оказался на редкость гладким — даже простейших ловушек им не встречалось. Но чем спокойнее было вокруг, тем сильнее сжимались сердца путников от тревоги. Казалось, в следующий миг из слабого круга света на них обрушится непроглядная тьма.
Ци Чжу погасил пламя в ладони — в нем более не было нужды.
Впереди в каменных стенах виднелись крупные овальные светящиеся образования, на первый взгляд напоминающие лунный жемчуг.
— Свет. И очень яркий свет, — произнес Хуа Маньлоу.
Лу Сяофэн удивленно повернулся к нему:
— Ты... чувствуешь его?
— М-м. Он мягкий... приятный, — кивнул Хуа Маньлоу.
Жуань Цинюй ехидно вставил:
— И смертоносный.
Хотя его слова и нарушали атмосферу, нельзя было не признать, что в них была доля правды — свет в таком месте априори не мог не таить в себе подвоха.
Хуа Маньлоу сделал несколько шагов вперед и слегка пошевелил носом:
— Кажется, здесь есть цветочный аромат... едва уловимый.
Остальные тоже втянули воздух носом, но ничего не почувствовали.
— Обоняние Хуа Маньлоу тоньше, чем у обычных людей, — пояснил Лу Сяофэн. — Если он говорит, что запах есть, значит, он точно есть.
Все согласно закивали.
— Задержите дыхание, — внезапно предупредил Лю Сяо.
Ему почудилось, что гладкая, как галька, поверхность «жемчужин» будто шевелится — словно что-то готовится вылупиться.
Будто в подтверждение его догадки, одна из полусфер лопнула, и из нее высунулась мохнатая паучья лапа.
Жуань Цинъюй мигом шмыгнул за спину Ци Чжу:
— Фу, какая мерзость! Что это?!
Ци Чжу: «...»
— Цици, ты же защитишь меня, правда?
— Хватит притворяться, — фыркнул Ци Чжу.
Разоблаченный Жуань Цинъюй: «...»
В мгновение ока выскочил вперед, а его глаза загорелись азартом:
— Интересно, что это? Они все сейчас полезут? Могут ли они сожрать человека?
«Может, стоит немного умерить свой восторг?» — подумал про себя Ци Чжу.
Как назло, худшие их ожидания оправдались.
«Буль-буль» — звук напоминал лопающиеся пузыри.
Брюшко черное, густо покрытое темным ворсом...
Лу Сяофэн нахмурился:
— Это... пещерный тарантул?
Хуа Маньлоу покачал головой:
— Пещерные тарантулы обитают в северных пустынях или степях. В сырой и темной среде они долго не проживут.
К тому же он никогда не видел пауков, вылупившихся из яиц таким странным образом.
Симэнь Чуйсюэ вновь ощутил слабость детского тела. Едва вдохнув здешний воздух, он почувствовал легкое головокружение.
Хуа Маньлоу по звуку определил, что Лу Сяофэн подхватил на руки одного из детей:
— Что случилось?
— Должно быть, дело в том цветочном аромате, о котором ты говорил...
Не успел он договорить, как раздалось шипение, словно что-то жарилось на огне, и в воздухе разлился густой цветочный аромат.
http://bllate.org/book/17364/1628663
