Несколько дней подряд Ся Цзэ гадал, была ли у его отца первая любовь или нет. Он пытался найти какие-то зацепки, но, похоже, происходившее было слишком давно, чтобы он смог что-нибудь найти. К счастью, скоро должен был состояться банкет по случаю дня рождения бабушки Ся. По заведенному обычаю, независимо от того, где бы обычно не находились члены их семьи, в этот день все они должны были собраться в родовом особняке семьи Ся, чтобы отпраздновать день рождения бабушки.
В отличие от малочисленной семьи Чи, у бабушки было трое сыновей и две дочери, а если считать и ее внуков, то можно сказать, что семья Ся процветает. Отец Ся Цзэ, Ся Чжичэн, был четвертым по старшинству ребенком, у него было два старших брата и старшая сестра, а также младшая сестра, Ся Сыхуэй. Среди старших членов семьи Ся Цзэ лучше всего общался со своей младшей тетей Ся Сыхуэй. Он думал о своей младшей тете, которая собиралась вернуться в Китай, и задавался вопросом, знает ли она, что тогда случилось с ее отцом?
Сейчас все дела семьи Ся были сосредоточены на банкете по случаю дня рождения бабушки Ся, и даже визиты Ся Цзэ в семью Чи для обучения были приостановлены. Но после того, как Ся Цзэ в прошлый раз показал хорошие результаты, Чи Ихэн стал просить Ся Цзэ каждый вечер выполнять задания. Перед сном он звонил Ся Цзэ, чтобы проверить, как тот справился, и так постепенно привык слышать это «Спокойной ночи, старший брат» от Ся Цзэ каждый вечер, как будто без этого день был бы неполным.
Вечером, когда Чи Ихэн снова позвонил, чтобы проверить домашнее задание, Ся Цзэ очень послушно сказал:
— Спокойной ночи, старший брат.
Чи Ихэн, улыбнувшись, не стал класть трубку, а спросил:
— Ся Цзэ, ты ведь завтра возвращаешься в старый особняк?
Старый особняк, о котором говорил Чи Ихэн, был родовым домом семьи Ся в северной части города Хайчэн, состоящим из четырех соединенных друг с другом дворов. Согласно семейным записям, этот особняк был построен еще прадедом дедушки Ся Цзэ, и его история насчитывала уже более двухсот лет. До Освобождения здесь жило несколько поколений семьи Ся. После Освобождения особняк был конфискован правительством и только через некоторое возвращен семье Ся. Однако в то время у членов семьи уже были свои дома, поэтому они не стали возвращаться в старый особняк. Сейчас там живет только бабушка Ся, а потомки собираются только во время праздников.
Услышав, что Чи Ихэн упомянул о старом особняке, Ся Цзэ хмыкнул. Помолчав, Чи ихэн сказал:
— Я дам тебе отпуск на эти дни, отдохни. Приступишь к задачам, когда вернешься из особняка.
— Спасибо, старший брат, — фыркнул Ся Цзэ.
Сбросив звонок, подросток приподнял уголок рта. Хотя Чи Ихэн не сказал этого ясно, он, очевидно, знал характер бабушки Ся и догадывался, что у Ся Цзэ скорее всего не будет настроения заниматься в старом особняке. Если считать его предыдущую жизнь, то если за двадцать лет Ся Цзэ и ненавидел что-то, то возвращение в свой старый дом определенно было одним из этих вещей. В детстве Ся Цзэ не любил возвращаться в старый особняк, потому что ему всегда казалось, что там жутковато. Старший брат тогда любил пугать его, хватая в темноте и пугая привидениями. Несколько раз Ся Цзэ пугался до слез и кричал, что хочет домой. Когда он вырос, он больше не верил в призраков и богов, и его нежелание возвращаться было целиком и полностью связано с бабушкой Ся.
Бабушку Ся звали Шэнь Цююэ. Она родилась еще до Освобождения в семье Шэнь, одной из шести аристократических семей в Хайчэне. Как и у семьи Ся, у семьи Шэнь было 52 книгохранилища, которые передавались по наследству на протяжении сотен лет. В те времена в Хайчэне царствовали только семьи Ся и Шэнь, и объединенные книжные коллекции этих двух семей могли равняться коллекции библиотеки среднего размера. К сожалению, из-за десятилетий войны, а затем политических потрясений после Освобождения семья Ся едва смогла спасти семь или восемь книг из своей коллекции, а семья Шэнь потеряла не только книги, но и людей. Остались только бабушка Ся, ее брат и их потомки, но семья Шэнь потеряли свои позиции в Хайчэне.
Когда бабушка Ся родилась, семья Шэнь была в расцвете, и девушка росла как избалованная молодая барышня. Когда бабушка Ся достигла совершеннолетия, до Хайчэна докатилось Освобождение, и семья шэнь уже не могла удерживать свои позиции. В этих условиях уровень жизни бабушки Ся резко упал, но она по-прежнему была горделива и высокмерна, и сохранила эти свои качества до сих пор.
Если перефразировать слова Ся Кая – бабушка Ся была вдовствующей императрицей, и вся семья должна была ее слушаться.
Ся Цзэ тогда ничего не сказал, но в глубине души он почувствовал, что Ся Кай все правильно подытожил. Высокомерие бабушки Ся отражается не только в ее строгом соблюдении некоторых так называемых семейных правил, но и в ее желании контролировать семью Ся. Ся Цзэ не любил приезжать к ней, потому что постоянно чувствовал, что старый сообняк слитшком давит на него, словно огромная гора. Что бы он не делал, его поведение не нравилось бабушке, и она вечно ругала его. Все это не похоже на жизнь в современном обществе, это больше похоже на возвращение в большую семью в феодальном обществе.
Больше всего Ся Цзэ впечатляло то, что бабушка Ся сидела наверху с угрюмым лицом, а семья тихо сидела внизу, дисциплинированно выслушивая ее наставления. Если Ся Цзэ и другие дети были приучены к этому с детства, то, когда Чжоу Ханьцин только вышла замуж, эта «традиция» стала настоящей трагедией. Вспоминая об этом, Ся Цзэ подумал, что Чжоу Ханьцин действительно способна противостоять бабушке. Неудивительно, что младшая тетя сначала невзлюбила Чжоу Ханьцин, но потом постепенно признала ее.
Возможно, потому, что перед сном он слишком много думал о старом особняке, этой ночью Ся Цзэ приснилось, что он снова вернулся туда.
Проходя одну за другой через маленькие двери, выкрашенные черной краской, Ся Цзэ с удивлением обнаружил, что он достиг входа в зал предков. Насколько он помнил, маленький дворик, где находился родовой зал семьи Ся, обычно был закрыт и открывался только на новый год для церемонии поминовения предков. Ся Цзэ не знал, как он сюда попал, и уже собирался развернуться и уйти, когда из родового зала вышел его дедушка. Дед Ся Цзэ умер слишком рано, в том же году, что и его мать. Ся Цзэ, по сути, ничего не знал о своем деде, разве что узнавал на фотографии. Но, как ни странно, он не почувствовал, что его дедушка какой-то странный, наоборот, он подумал, что его дед был очень добрым.
— Ся Цзэ, подойди к дедушке, — с улыбкой махнул рукой в сторону Ся Цзэ старик.
Ся Цзэ не удержался и подошел поближе. Дедушка Ся с любовью посмотрел на него и погладил по волосам. Ся Цзэ понял, что до сих пор не замечал, что во сне превратился в трехлетнего мальчика, малыша, тянущим деда за руку.
http://bllate.org/book/174/17103
