— Красивый папочка, пошли скорее покупать вкусняшки! Воспитательница говорила, что красотой сыт не будешь. Папа, ты внимательно меня слушай: запомни, даже если ты уродился красавцем, нельзя слишком важничать. Истинная красота — она внутри!
Не ожидавший такого наставления Лу Ин лишь беспомощно позволил сыну тащить себя вперед, тихонько ворча под нос:
— Твоя правда, излишне важничать из-за внешности не стоит. Но не будь твой отец красавцем, в кого бы ты тогда такой уродился? Сынок! Давай-ка сегодня купим поменьше, а то, чего доброго, скоро снова придется на одних мантах сидеть.
Малыш пропустил эти слова мимо ушей и с восторгом принялся сгребать в тележку сладости. Лу Ин медленно шел следом, предоставив сыну свободу действий.
Сам он привык жить экономно, заботясь лишь о том, чтобы они были сыты и одеты по погоде, поэтому не имел возможности бездумно потакать капризам ребенка. Однако раз в месяц он стабильно баловал сына вкусностями, и тот уже привык к такому порядку. Даже без лишних напоминаний мальчик прекрасно знал меру.
Лу Ин то и дело поглядывал на сына, попутно увлеченно переписываясь в WeChat. Единственными людьми, с кем он мог поболтать без утайки, были его друзья. Их общий чат носил говорящее название «Закадычные придурки».
Идеальный папа: Быть слишком красивым — сплошная морока. Чувствую, после Нового года опять придется искать работу. O(╥﹏╥)o
Блистательный братец Цзи: +1, красота — это грех! Девчонки из моей тусовки «Похороненная любовь» из-за меня каждый день махач устраивают, этот вечный визг уже в печенках сидит, бесит.
Риелтор Лю Дичуань: Мужик должен выглядеть как я — надежно и прилично!
Блистательный братец Цзи: И что хорошего в твоей постной физиономии? Только и ловить долю одинокого пса. Ты посмотри на Лу Ина: не будь он таким красавцем, разве стал бы отцом? Я ему по-черному завидую.
Идеальный папа: Цзи-гэ, ты сейчас где трудишься?
Блистательный братец Цзи: Да ну, работать еще. С девяти до пяти — тоска смертная. Мы с ребятами из «Похороненной любви» сейчас короткие ролики снимаем, умора полная, каждый день со смеху катимся.
Риелтор Лю Дичуань: Эта ваша «Похороненная любовь» поистине бессмертна. Цзи-малыш, веселишься-то ты на славу, а жрать-то тебе на что?
Блистательный братец Цзи: Пару дней без еды протяну, не помру.
Идеальный папа: Всё хотел спросить, а что это вообще за «Похороненная любовь» такая?
Риелтор Лю Дичуань: Советую не спрашивать и в Байду не гуглить. Если ненароком ослепнешь от увиденного, кто о мелком заботиться будет? Ха-ха.
Идеальный папа: ……(⊙o⊙)…
Блистательный братец Цзи: Эй-эй, Лю-честный, ты что-то совсем от рук отбился! Ишь, расхихикался тут.
Мастер Ян: Лу Ин, если на новогодние праздники будешь свободен, приходи ко мне на подработку, расчет поденный. У меня несколько помощников на праздники уезжают в родные края, как раз рук не хватает.
Идеальный папа: Спасибо, Ян-гэ! Твоё дело так спорится, ты просто супер.
Блистательный братец Цзи: (ˉ﹃ˉ) Эх, соскучился по стряпне Ян-гэ, надо бы как-нибудь наведаться пожевать.
Мастер Ян: Добро пожаловать в любое время. Мы сто лет нормально не собирались, выберите время да приходите ко мне в гости. Можно прямо на Новый год — начнем год с чистого листа, заодно и к удаче Лу Ина приобщимся.
Риелтор Лю Дичуань: Идет. Лу Ин, а может, после праздников к нам в агентство устроишься? На недвижимости можно неплохо подняться, да и график свободный — всегда успеешь забрать ребенка из садика.
Блистательный братец Цзи: Ха-ха-ха, Лу Ин же скромняга и на язык туговат, он эти продажи как огня боится.
Риелтор Лю Дичуань: Не попробуешь — не узнаешь. В продажах не обязательно быть соловьем. Лу Ин парень надежный, работящий, трудностей не боится, так что вполне потянет. В супермаркете ты ведь примерно тем же занимаешься.
Мастер Ян: У тебя смены заканчиваются слишком поздно. Цзайцзай еще маленький, отцу нужно проводить с ним больше времени.
Риелтор Лю Дичуань: Тоже верно, эх… До одиннадцати-двенадцати ночи задерживаться — обычное дело. Сейчас везде непросто, деньги тяжело даются.
Блистательный братец Цзи: Вот-вот! Даже на стройке кирпичи таскать стало не так выгодно, как раньше, многие объекты вообще заморозили.
Идеальный папа: Ты же до этого ассистентом у доктора Ху работал, там ведь прилично платили? Зачем опять на стройку подался?
Блистательный братец Цзи: (へ╬) Ой, не напоминай про этого старого лиса! Он просто изощрялся как мог, чтобы извести меня. Придумал тысячи правил: то нельзя, это нельзя… Не выдержал я его душноты, осточертело.
Мастер Ян: Я на прошлой неделе отвозил ему заказ, так он про тебя спрашивал.
Блистательный братец Цзи: И что этот старый хрыч спрашивал?
Мастер Ян: Ну… интересовался, не сдох ли ты еще с голоду.
Блистательный братец Цзи: Старый хрен! Да я скорее копыта отброшу, чем подохну у его порога!
Мастер Ян: Понятно.
Риелтор Лю Дичуань: Понятно!
Идеальный папа: ……Понятно.
Поболтав с друзьями, Лу Ин со своим природным оптимизмом выбросил все тревоги из головы.
Отец и сын вернулись из супермаркета со множеством покупок. Сегодня они набрали кучу продуктов, и Лу Ин быстро приготовил в скороварке говядину с морковью, а вдобавок нарезал мясные и овощные закуски.
Так, в этот холодный зимний вечер, большая и маленькая свинки насладились сытным и наваристым хого.
Лу Ин наелся до отвала и, сыто икая, принялся убирать со стола и мыть посуду. Однако пухлый малыш, которому всё было мало, продолжал вылавливать остатки еды из котелка, пока не выскреб всё до последней крошки.
Глядя на это, Лу Ин невольно приуныл. То, что у сына отменный аппетит — заложено природой, но сейчас его порции грозили превзойти отцовские. Лу Ин одновременно и радовался, и сокрушался.
Что ж, в будущем придется решать проблемы по мере их поступления.
________________________________________
В отличие от холодного Цайфэна, в расположенном на юге городе Гуаньлань вовсю светило яркое солнце.
Местный знаменитый загородный клуб «Пурпурная трава» раскинулся бескрайними изумрудными лугами. Живописное озеро Пурпурной травы искрилось в лучах солнца. По одну сторону водоема в бурном порыве страсти мчались всадники на конях, по другую — плавно и элегантно раскинулись холмистые поля для гольфа.
Облачившись в непривычный за долгое время черный костюм для верховой езды, затянув наколенники и застегнув шлем, Цинь Чжопу взмахнул хлыстом. Он направил своего белоснежного скакуна за пределы ограждения. Лошадь шла ровным, уверенным аллюром.
Под мерные удары копыт по сочной траве и навстречу мягкому прохладному ветру мысли мужчины на мгновение прояснились, принося долгожданное облегчение.
Он вдруг поймал себя на мысли, что если бы не приглашение старых друзей, он, кажется, уже больше полугода никуда не выбирался, чтобы просто подвигаться и расслабиться. День за днем его жизнь вращалась исключительно вокруг работы — продуктивно, но до безумия изматывающе.
— О, наш трудоголик наконец-то снизошел до нас! А я уж думал, ты сегодня опять сольешься и продинамишь встречу.
Цинь Чжопу доскакал до зоны отдыха посреди ипподрома, где наконец встретил старых приятелей, их жен и детей. Его опоздание тут же стало поводом для дружеских подколов.
Мужчина с привычной для него мягкостью и добродушием спешился:
— Старина Гао, виноват. Сегодня ужин за мой счет, место выбирайте сами.
— Эх, с тобой даже подраться толком не получается, — с усмешкой покачал головой упитанный мужчина средних лет из толпы.
Сидевшая рядом с ним миловидная женщина мягко заступилась за Цинь Чжопу:
— Это потому, что брат Чжопу умный и дисциплинированный человек. И что хорошего в алкоголе и сигаретах? Он к вредным привычкам даже не прикасается. Не то что ты: пьешь так, что скоро в двери не пролезешь, да и облысел уже весь.
— Вот-вот! Наша учительница тоже говорила, что пить и курить — это нездоровые привычки, от них еще и дурнеют! Папа, а нам в школе рассказывали, что лысина передается по наследству… У-у-у, я что, тоже потом облысею? Не хочу быть как ты! — со стороны площадки прибежала маленькая девочка лет восьми-девяти и со всей серьезностью уставилась на отца.
Все вокруг прыснули со смеху.
Толстяк Гао вскипел от возмущения:
— Меньше слушай мамины сказки! Лысина передается только по мужской линии, тебе-то чего бояться? Если кто и облысеет, так это твой младший брат.
— Папа! Цвяточек красивый! — вслед за девочкой, забавно переваливаясь с ноги на ногу, притопал маленький мальчик.
С самым невинным видом он теребил свои пушистые волосики и улыбался лысому отцу.
Толстяк Гао растаял от умиления, сгреб малыша в охапку и звонко поцеловал:
— Ой, вы ж мои сокровища! Никто из вас не облысеет! Пускай папа один лысым ходит.
— Дядя Цинь, я так давно тебя не видела, очень соскучилась! — маленькая девочка радостно подбежала к Цинь Чжопу, преданно заглядывая ему в глаза.
Цинь Чжопу улыбнулся и погладил ребенка по голове:
— Сюаньсюань, как ты выросла. Вылитая мама.
— Хи-хи, ну конечно! — девочка больше всего на свете любила, когда её сравнивали с мамой, ведь мама была самой красивой. Малышка тут же решила подмазаться: — Дядя Цинь, а ты всё такой же красавчик. Если бы ты учился в нашей школе, точно был бы самым главным принцем.
— Спасибо за комплимент, маленькая принцесса, — не удержался от смеха Цинь Чжопу.
— Да уж, сразу видно разницу между женатыми мужчинами и теми, кто еще не обзавелся семьей. Как это называется? Юношеский задор! Раньше я не верил, а сейчас смотрю на старину Циня и не могу не признать. Вы на свои пуза гляньте, а теперь посмотрите на кубики старого Циня. Цзы-цзы, вот она, разница-то где нарисовалась, — еще один плотный, высокий мужчина с долей безнадежной зависти покачал головой.
Единственный, помимо Цинь Чжопу, неженатый мужчина среди них поспешил оправдаться:
— Кхм, я тут ни при чем, у меня ничего такого нет. Я вообще-то в вашей лодке.
— Брат Чэнь, ты еще даже жену не нашел, а уже заплыл жирком вместе с нами! Хех, да и линия волос у тебя знатно поползла вверх. Тебе срочно нужно взять у старого Циня пару уроков по уходу за собой.
Брат Чэнь со скорбным видом прикрыл ладонью редеющий лоб:
— Да ладно вам, даже у зарубежных принцев лысина не лечится, так что я смирился. У старого Циня просто генетика отменная. Вспомните дедушку Циня: голова вся белая как лунь, а шевелюра — дай бог каждому! Против природы не попрешь.
— Ну, с волосами ладно, а против кубиков на прессе тоже не попрешь?
Кто-то покатился со смеху:
— Старина Цинь оделся так, что ни одного зазора нет. Ты какими вообще глазами его кубики разглядел?
……
Цинь Чжопу окинул взглядом собравшихся, чувствуя легкую ностальгию.
Почти все присутствующие были его друзьями еще с детсадовских времен. Время пролетело незаметно, все повзрослели, и создание семьи стало делом обыденным.
В юности они каждый день проводили вместе, гоняя наперегонки, но с каждым годом встреч становилось всё меньше. И с каких-то пор любые их дружеские посиделки, не связанные с бизнесом, превратились в бенефис их вторых половинок и детей.
На этом фоне человек без штампа в паспорте и без потомства выглядел белой вороной.
Особенно когда…
— Старина Цинь, жениться-то когда думаешь?
Ну вот, началось. Наконец-то прозвучал тот самый дежурный вопрос, от которого ни одному взрослому холостяку нигде не скрыться.
Тетушки и дяди, кузены и коллеги, мужчины и женщины — от высшего руководства до бульварной прессы, все считали своим долгом спросить об этом.
Дома тебя пилят старшие родственники, на отдыхе — наседают друзья.
Неужели одиночество — это порок?
Цинь Чжопу почувствовал, как к горлу подкатило раздражение.
Он резко выпрямился, легким, отточенным движением взлетел в седло и, взмахнув хлыстом, недовольно покачал головой:
— Хватит ворчать на меня как старые наседки, у меня от ваших разговоров голова пухнет. Моя нынешняя любовь — это работа, и мы с ней неразлучны.
— Ну вот, а сам еще спорил, что не трудоголик! Мне кажется, у тебя просто гормональный сбой из-за нехватки романтики. Тебе нужно развеяться, встряхнуться. Давай я на днях познакомлю тебя с парой отличных девушек… кхм, или отличных парней, а? В конце концов, штамп в паспорте не обязывает искать именно женщину. Если ты, старина Цинь, решишь сойтись с мужчиной, мы только за!
Цинь Чжопу искренне расхохотался:
— Ладно. Если этот день настанет, с тебя двойной конверт на свадьбу.
— О чем речь! Но если серьезно, старина Цинь, скажи честно: у тебя сейчас вообще есть кто-нибудь? А то меня тут попросили разузнать, не хотелось бы выступать в роли сводника для занятого человека, я ведь парень порядочный, — старина Гао пару раз кашлянул и с предвкушением уставился на Цинь Чжопу.
Остальные друзья тоже навострили уши — похоже, разговор только сейчас дошел до сути.
— И кто же тебя попросил? — прямо спросил Цинь Чжопу, и улыбка мгновенно исчезла с его лица.
Старина Гао скрывать не стал и выложил всё как есть:
— Младший брат одного моего заграничного приятеля. У него те же предпочтения, что и у тебя. На пару лет моложе, внешность — закачаешься, к тому же твой сокурсник по университету. Зовут Юй Южун…
— Он не подходит.
Цинь Чжопу резко оборвал рассказ друга, взмахнул хлыстом и пустил коня в галоп. Его статный силуэт в мгновение ока скрылся за пеленой поднявшейся пыли.
http://bllate.org/book/17616/1638793
