Готовый перевод That Damn Gyeong / Чертов Гён: Глава 28

Щеки горели. Хишин не заметил, когда это началось. Стало ли ему хуже, пока он находился на крыше? Веки стали тяжелыми, и его начало клонить в сон. Стараясь не подавать виду, Хишин зашел в лифт, и Юн Сена последовала за ним.

— Т уверен, что можешь ехать один?

— Да. Я просто устал. Передай родителям мои извинения.

— Оппа, они знают, что ты занят. К тому же мама сейчас пьяна, что вообще ничего не соображает.

Ее мать в прошлом была актрисой и не имела за спиной влиятельной семьи. Возможно, поэтому на банкете она казалась странно отчужденной. К тому же, раз там присутствовала и первая жена, все внимание гостей, несмотря на статус супруги председателя Юна, неизбежно было приковано к старшему и второму сыновьям, которые являлись будущими наследниками.

Юн Сена понимала это, и в душе у нее закипала обида. После поступления в головной офис она стабильно демонстрировала результаты и получала признание своих способностей от начальства, но существовал предел того, как высоко она могла подняться. Она прекрасно знала, что ее роль ограничивается лишь поддержкой братьев.

Пока лифт спускался, Юн Сена стояла вплотную и поправляла ему галстук.

— Жаль. Было бы здорово, если бы в такой день мы могли быть вместе до самого утра, — произнесла она и обняла его за шею. — Может, мне поехать все же с тобой?

Хишин мельком глянул на камеру наблюдения в кабине лифта. Он понимал: если кто-то увидит и пустит слухи, для Юн Сены это добром не кончится. Стоило ему попытаться убрать ее руку, как она капризно наморщила нос. Это выглядело так мило, что он невольно усмехнулся.

— Не искушай меня.

— А поцелуй?

— Заразишься.

— Это же просто усталость.

Стоило выйти из лифта, как Юн Сена отвела Кан Хишина в укромный угол, где не было камер. Она торопливо поцеловала его и прижала к стене. Но ей показалось этого мало, поэтому она скользнула рукой поверх его брюк. Хишин тут же перехватил ее руку, и на ее красивом лице проступила обида.

— Перестань. Ты смерти моей хочешь?

Юн Сена вздохнула, поправила его галстук и воротник рубашки. Она сказала, что ей ужасно не хочется расставаться, после чего попросила позвонить, как он доберется.

— И обязательно прими лекарство.

— Да, хорошо.

Но и это ей показалось мало, и она обняла его за талию, прижавшись щекой к груди.

— Так жаль. Я хочу, чтобы мы поскорее уже поженились, чтобы я могла видеть тебя каждый день.

В этот момент в памяти всплыло фото, которое показал Им Гён. Закончились ли ее отношения с тем мужчиной на снимке? Когда-то Пак Тэмин говорил, что у дочерей богатых семей в качестве хобби всегда есть любовник из знаменитостей. Он тогда спросил, не такая ли и его пассия. Разозлился ли тогда Хишин… или просто проигнорировал его слова?..

— О чем ты так задумался?

— Не о чем, — улыбнулся Хишин. — Я пойду. Поднимайся скорее, мама, должно быть, ждет.

— Позвони, как приедешь.

— Хорошо.

После нажатия кнопки двери лифта открылись. Даже когда Юн Сена зашла внутрь, она продолжала мило махать рукой. Дождавшись, пока лифт остановится на этаже, где шел прием, Хишин направился к припаркованной машине.

Стоило ему сесть на заднее сиденье, как голову пронзила невыносимая боль. Он проверил бардачок в поисках лекарства, но там была лишь пустая упаковка. Вызвав через приложение водителя, Хишин прислонился головой к окну. Он чувствовал не просто усталость, а то, как тело наливается тяжестью и буквально погружается на самое дно.

Сколько времени прошло, он не знал. Пока он дремал, кто-то постучал в окно. Снаружи стоял мужчина с приятными чертами лица и дружелюбной улыбкой.

— Здравствуйте, вы владелец машины номер 3948?

— Да.

— Вы позволите?

Мужчина сел на место водителя, пододвинул кресло под себя и запустил навигатор. После этого он достал из кармана средство от похмелья и протянул ему.

— Вы выглядите уставшим, выпейте это.

Отказаться от такой любезности было неловко. Хишин поблагодарил его. Пить, конечно, он не стал, а просто убрал флакон в подставку на заднем сиденье. Вскоре двигатель завелся, и машина медленно начала движение, выезжая с парковки. Приблизившись к выезду, Хишин заметил людей, покидавших банкет.

Там был и Им Гён.

«Когда он успел спуститься?»

Им Гён, разговаривавший с кем-то, перевел взгляд на машину. Хишин невольно сжался. Хотя из-за тонировки лица не было видно, возникло иллюзорное ощущение, будто Им Гён его видит.

«Как давно он находился тут?.. Видел ли он то, что делала Юн Сена?»

От этих мыслей Хишину стало смешно.

Ну видел и что с того. Столько лишних забот.

Автомобиль проехал мимо него. Им Гён еще долго продолжал стоять и смотреть. Когда машина выехала на дорогу, глаза Хишина стали закрываться.

— Водитель, если рядом будет круглосуточный магазин или аптека, не могли бы вы там остановиться?

Минут через десять машина затормозила у аптеки. Хишин мысленно порадовался, что нашел место, работающее допоздна. Купив лекарство и сразу выпив его, он вышел. Водитель курил на улице и с кем-то говорил по телефону. В разговоре звучали слова о счетах за больницу, и на его лице читалась крайняя изможденность.

Как только Хишин сел назад, водитель закончил разговор и вернулся в салон.

— Вам получше? — заботливо поинтересовался он.

— Разбудите меня, когда приедем, хорошо?

— Конечно. Обязательно разбужу.

Немного поворочавшись, Хишин принял окончательную позу и прислонился головой к стеклу. Он то закрывал, то открывал глаза, пока окончательно не провалился в сон. Внезапно машина остановилась. Голос водителя прозвучал сквозь дрему до того нереально, будто снился ему.

— Мы приехали. Господин?

Открыв глаза, Хишин увидел перед собой лицо мужчины. Передав ключи, тот вежливо попросил его быть осторожнее. Мужчина уже собрался уходить, как вдруг сделал размашистый шаг назад к Хишину.

— Господин, у вас тут что-то на воротнике.

Мужчина коснулся воротника его рубашки, и Хишин почувствовал прикосновение кончиков пальцев к шее.

— Я сам.

Наверное, одежда помялась, пока он спал. Пока он поправлял рубашку, водитель с улыбкой попрощался. Редко встретишь такого вежливого человека. В памяти всплыло его озабоченное лицо во время разговора у аптеки и разговор о больничных счетах.

— Водитель, подождите.

Он достал из кармана бумажник и вытащил тридцать тысяч вон. На самом деле, он хотел дать больше, но это была вся наличность, что у него была. Когда он протянул купюры, глаза мужчины удивленно округлились.

— Здесь редко проезжают такси. Будьте осторожны.

Хишин вежливо кивнул и отвернулся. Послышались удаляющиеся шаги и едва слышный тихий вздох.

«Слишком мало дал? Или он решил, что его жалеют? Да даже если и пожалели, что с того?»

Будь у него самого такая ситуация, он бы не отказался, если бы кто-то из жалости дал ему лишних денег. Видимо, жизнь того человека еще не настолько прижала, чтобы забыть о гордости. Поразмыслив об этом, Хишин вошел в дом.

Напряжение окончательно ушло, и тело стало невыносимо тяжелым, словно к нему привязали огромный камень.

— Старею, не иначе.

Раньше он мог работать до рассвета, а утром как ни в чем не бывало пить соджу и есть рамён. Нужно было помыться, но сил не было даже на то, чтобы пошевелить пальцем. Он рухнул на кровать, проваливаясь в беспамятство. Сознание уходило куда-то на глубину. Поза была неудобной, но даже повернуться было выше его сил.

«Почему сегодня так клонит в сон? Из-за лекарства от простуды?»

Он был уверен, что дело в сильной усталости. Ровно до тех пор, пока не открыл глаза следующим утром.

***

Привычным жестом он потянулся к изголовью кровати, но телефона там, где он обычно лежал, не оказалось. Почувствовав неладное, Хишин с трудом сел. Голова была тяжелой, и рассудок никак не хотел проясняться.

…Странно.

Нахмурившись, он осмотрел себя. Неужели он был настолько измотан, что даже галстук не снял? Как бы тяжело ни было, такого с ним еще не случалось. Будь он мертвецки пьян — другое дело, но вчера он выпил лишь немного коктейля. Неужели это из-за того, что он постоянно недосыпал, да еще и лекарство выпил?

Хишин оглядел спальню. Обстановка казалась абсолютно привычной, но в воздухе витало едва уловимое ощущение чужеродности. Собираясь встать, Хишин почувствовал необъяснимую тревогу. Он наклонился к простыне и принюхался: его взгляд задрожал.

Он буквально зарылся лицом в постель и глубоко вдохнул.

Простыня была пропитана тонким ароматом женской косметики — запахом, которого здесь не могло быть по определению.

Это было его личное пространство, и он никогда не приводил сюда женщин. Даже с Юн Сеной он всегда встречался вне дома. Но откуда тогда этот запах? Сдернув одеяло, Хишин принялся судорожно осматривать постель, но никаких видимых следов не обнаружил. Какое-то время он сидел в оцепенении, пока в голове не начала выстраиваться определенная догадка.

Туман, застилавший сознание, стал медленно рассеиваться. Он поспешно спустился с кровати и нашел свой телефон. После этого Хишин обыскал весь дом. Хотя он нечасто убирался, он точно знал, где и какая вещь лежит. На всякий случай он снова осмотрел пол и кровать, но ни единого женского волоска так и не нашел.

Просидев в раздумьях на диване, он принял душ, переоделся и поспешил вниз, в пост охраны. Стоило ему войти, как начальник смены, пришедший рано утром, приветливо поздоровался.

— Здравствуйте, прокурор. Что привело вас сюда так рано?

— Простите, я могу проверить записи камер видеонаблюдения? Кажется, вчера ко мне в квартиру кто-то проник.

— Ночью? Кто? Вы заявили в полицию?

Успокоив перепуганного начальника смены, Хишин спросил, может ли тот прямо сейчас проверить записи. Мужчина без лишних слов сразу подвел его к мониторам.

— Так, посмотрим… Секция 104, верно? Минутку.

Вскоре на экране появилось изображение из лифта. Воскресное утро было спокойным, людей почти не было. Отмотав время назад к моменту своего возвращения, Хишин начал внимательно просматривать запись.

Но на восьмом этаже, кроме него, никто не выходил. Он уже почти отчаялся, когда увидел, как в два часа ночи в лифт заходит незнакомая женщина. Глядя на женщину с длинными прямыми волосами в коротком платье, начальник смены пробормотал:

— Она что, вчера не работала?..

— Вы ее знаете?

— Да. Она живет на четвертом. Похоже, она обычно уходит на работу ночью, а возвращается утром. Вчера пришла рано.

Женщина вышла на четвертом этаже. После этого по записям на восьмом так никто и не появился. Можно было заподозрить соседей, но там жила пожилая пара, которая почти не выходила из дома.

«Неужели я ошибся?..»

Хишин пристально вглядывался в экран, а потом спросил у охранника:

— Есть же камера, которая снимает вход в сто четвертый корпус? Можно ее посмотреть?

— Ой, камера там уже сто лет как не работает.

Заметив смену настроения Хишина, начальник смены тут же спохватился и поправился, сказав, что сломалась совсем недавно. Видимо, испугался, что к нему начнут придираться.

— У вас пропало что-нибудь? Может, всё-таки лучше в полицию сообщить?

Поразмыслив немного, Хишин поднялся с места.

— Спасибо за помощь.

Попрощавшись, он сразу вернулся домой. На всякий случай он снова принюхался к кровати: аромат все еще слабо ощущался.

«Когда это произошло?»

С того момента, как он вошел? Или позже? Мысли окончательно запутались.

В этот момент раздался звонок от Юн Сены.

Стоило ответить, как из динамика полился ее восторженный голос.

— Оппа, ты проснулся? Как твое самочувствие? Я вчера звонила, но ты не отвечал, наверное, уже спал.

Юн Сена казалась чем-то очень воодушевленной.

Не желая портить ей настроение, Хишин заговорил бодрее.

— Прости. Выпил лекарство и сразу уснул. У тебя голос такой радостный. Что-то случилось?

— Слушай внимательно и не падай!

— Да, я слушаю.

— Папа разрешил нам пожениться!

Хишин замер. Она восторженно рассказывала, что вчера отец очень лестно о нем отзывался и теперь не видит препятствий для свадьбы.

— Это прекрасная новость.

— И все? Какая-то скучная реакция. Только я одна рада?

Он невольно перевел взгляд на развороченную кровать. Это было то самое событие, которого он так ждал. Нужно было радоваться и чуть ли не танцевать, но почему на душе было так скверно и тревожно?

Внезапно какая-то мысль промелькнула в голове. Продолжая разговор, Хишин подошел к окну. Внизу виднелись припаркованные машины. Глядя на них, он заговорил громче, пытаясь изобразить искреннее волнение.

— Конечно рад! Я настолько счастлив, что готов расплакаться.

http://bllate.org/book/18048/2028974