Готовый перевод After Slacking Off, I Inherited a Massive Fortune / Бездельничая, я унаследовал колоссальное состояние [Перевод завершён✅]: Глава 28

Стоявшие рядом Цяо Улэй и Хань Муянь бесцеремонно притащили выбранные ими вещицы и всучили их Цзян Юйчэ, выжидающе уставившись на него.

Цзян Юйчэ лишь недоумённо приподнял брови:

— Вы что творите?

— Как что? Расплачиваемся вместе, конечно, — с невинным видом ответил Хань Муянь.

Они давно к этому привыкли — каждый раз, когда Цзян Юйчэ звал их «помочь», они мимоходом прихватывали что-нибудь для себя, зная, что он всё оплатит. Это уже вошло в привычку.

Однако на сей раз Цзян Юйчэ явно не собирался идти у них на поводу.

— С чего это я должен за вас платить? Сами выбрали — сами и покупайте.

Он произнёс это так, будто это подразумевалось само собой, и повернулся, чтобы уйти.

Хань Муянь и остальные поспешно окликнули его:

— Эй! Ты же сам сказал, что мы тебе поможем, а ты заплатишь! Как ты можешь нарушать своё слово?!

— Когда это я такое говорил? — спокойно парировал Цзян Юйчэ. — Разве мы не друзья? А друзья должны помогать друг другу. Я всего лишь попросил у вас совета, вот и всё. С какой стати это должно стоить денег?

Он сделал паузу, а затем добавил с едва заметной усмешкой:

— К тому же ваши расписки всё ещё у меня. Одна «услуга» идёт в счёт погашения одного долга — давайте посчитаем её по самой высокой почасовой ставке на рынке. Сейчас вы всё ещё должны... хм, один миллион и тридцать тысяч. Я округлю до одного миллиона, так и быть, — Цзян Юйчэ усмехнулся и добавил: — В следующий раз снова «поработаем вместе», хорошо?

Он похлопал их по плечам и тут же поспешил ретироваться.

Хань Муяню и остальным оставалось лишь бессильно злиться, мысленно проклиная весь коварный род семьи Цзян, где не водилось ни одного порядочного человека, и сокрушаясь о собственной глупости — надо же было так легко угодить в ловушку Цзян Юйчэ!

***

Тем временем в огромной трёхэтажной вилле, оформленной в подчёркнуто традиционном китайском стиле, всё дышало сдержанной роскошью.

Повсюду стояла дорогая деревянная мебель, чьи глубокие коричневые тона идеально гармонировали с современным западным освещением. Перила и поручни, вырезанные из ценного сандалового дерева, украшали замысловатые узоры в виде облаков, что с первого же взгляда придавало всему дому особую утончённость.

За окном тихо накрапывал мелкий дождь.

Лу Шан сидел у окна за чайным столиком, неспешно делая небольшие глотки.

Напротив него расположился Эрик, владелец элитной подпольной чайной и игорного дома. Он восхищённо поцокал языком, осматривая новое пристанище Лу Шана в Цзинхае.

— В твоём репертуаре. Прошло всего полмесяца, а это место уже полностью пропитано твоим духом. Должно быть, влетело в копеечку? Антиквариат, безмятежность... Лу Шан, из всех, кого я знаю, ты бережнее всех относишься к традиционной эстетике родной страны.

Лу Шан ничего не ответил. Он лишь сидел, опустив голову, и молча читал книгу.

Эрик с любопытством огляделся по сторонам, то и дело к чему-то прикасаясь. Видя, что Лу Шан никак не реагирует, он в конце концов заскучал и подпёр подбородок рукой.

— Мне вот интересно, — заговорил он. — Такой человек, как ты — самодостаточный, обособленный и никого не подпускающий к себе близко, — должен сильнее всего презирать эти могущественные кланы вроде семьи Цзян, верно? Когда ты возвращался, разве ты не говорил, что не станешь лезть в эту грязь? Так почему же ты принял приглашение старейшины Цзян и взял под своё руководство автомобильную компанию? Только не говори мне, будто передумал... или в семье Цзян появился кто-то, кто сумел тебя заинтересовать?

При этих словах Лу Шан наконец отложил книгу и перевёл взгляд на Эрика.

— На что ты намекаешь?

Эрик ухмыльнулся:

— Эй, мы же договаривались, помнишь? Я уже положил глаз на второго молодого господина Цзян, тебе нельзя вмешиваться. В студенческие годы стоило мне кем-то увлечься, как этот человек в итоге начинал бегать за тобой. Надеюсь, на этот раз ты не станешь мимоходом разбивать чужие сердца.

Лу Шан тихо рассмеялся.

Он вспомнил юношу, которого встретил в тот день в саду, и слегка покачал головой.

— Успокойся. Не всякая добыча стоит внимания охотника.

***

Лу Шан обладал колоссальной тягой к контролю.

На первый взгляд, глава семьи Цзян собирал всех членов главной и побочных ветвей клана, чтобы устроить приветственный банкет в честь Лу Шана, объявив о его официальном вступлении в руководящее ядро конгломерата Цзян и скором принятии бразд правления компанией «Цзян Моторс».

Однако за этим крылся иной умысел: Лу Шана намеренно выставляли живой мишенью, вынуждая его пойти наперекор всей семье Цзян.

Но Лу Шан был далеко не из тех, кто слепо подчиняется чужой воле.

Он действительно согласился возглавить «Цзян Моторс» — этот раскалённый докрасна уголь, — однако связывать себя тесными узами с кланом Цзян не планировал.

В конце концов, судно, на котором уже вспыхнул пожар, могло пойти ко дну в любой момент.

Желая избежать лишней путаницы, он проигнорировал распоряжения главы семьи Цзян. Вместо этого он перенёс банкет на более раннее время и сменил место проведения на собственное поместье.

Благодаря этому роли изящно переменились.

Кто здесь хозяин, а кто лишь гость — вся расстановка сил внезапно предстала в совершенно ином свете.

Подобный шаг мгновенно вызвал бурю недовольства среди многих представителей прямой линии семьи Цзян.

Члены клана и без того были недовольны тем, что какой-то дальний родственник посягает на ключевые интересы семьи. Теперь же, видя, насколько он «не знает своего места» и заставляет их самих являться к нему на поклон, они лишь сильнее преисполнились презрения.

Испокон веков повелось, что младшее поколение наносит визиты старейшинам, а не наоборот.

Как следствие, почти никто из сверстников Лу Шана среди членов семьи Цзян не соизволил явиться лично. Они просто прислали вместо себя детей — исключительно ради приличия, чтобы не подрывать авторитет главы клана.

Старшая ветвь отправила Цзян Юйци.

От второй ветви прибыл один лишь Цзян Юйчэ.

Третья прислала Цзян Юйхуа, который едва успел выскочить со съёмок шоу талантов.

Старшая дочь четвёртой ветви училась за рубежом, поэтому отдуваться пришлось восьмилетнему сыну: няня привела мальчика, тот формально поприветствовал присутствующих и тут же удалился.

Собравшаяся молодёжь в массе своей разделяла настрой родителей: они вели себя высокомерно, неприветливо и явно привыкли к тому, что именно перед ними постоянно лебезят окружающие. Многие явились с пустыми руками, а кое-кто и вовсе намеревался с порога показать Лу Шану, кто здесь хозяин.

На этом фоне Цзян Юйчэ, явившийся с подарком, смотрелся белой вороной.

— Ох, молодой господин, вам вовсе не стоило беспокоиться, — удивлённо произнёс дворецкий семьи Лу, поспешно шагнув навстречу, чтобы принять подношение.

Договорив, он спохватился, посчитав свои слова двусмысленными, и поспешно склонил голову в почтительном поклоне.

Однако Цзян Юйчэ этого даже не заметил — его до глубины души потряс исполинский размах поместья Лу Шана.

В оригинальной новелле немало слов уделялось феноменальной деловой хватке Лу Шана. Писали, что примерно к тридцати годам его личное состояние ничуть не уступало богатствам семьи Юань.

И пусть до семьи Цзян в пору её наивысшего расцвета он пока не дотягивал, сейчас одна империя стремительно взлетала, а вторая неуклонно катилась к закату. Рано или поздно Лу Шан без труда затмил бы клан Цзян, даже если бы не получил от них ни гроша наследства.

Цзян Юйчэ честно пытался морально подготовиться к зрелищу невиданной роскоши. Однако, когда он воочию увидел эти масштабы... у него невольно отвисла челюсть, прямо как у деревенщины, впервые выбравшегося в город.

Если состоятельность клана Цзян отличалась сдержанным благородством и скрытой глубиной, то богатство Лу Шана заявляло о себе во весь голос — броско, но при этом с безупречным вкусом.

Территория резиденции раскинулась на площади свыше восьмисот тысяч квадратных метров. Здесь имелись собственное поле для гольфа, конный трек и даже огромное пресноводное озеро. Роскошные сады тянулись вдоль извилистых искусственных ручьёв, поражая ландшафтным дизайном. А подземный гараж длиной более километра был способен вместить целых двадцать тысяч элитных спорткаров.

В самом сердце владения возвышалась трёхэтажная вилла в традиционном китайском стиле, по бокам от которой расположились два дополнительных корпуса — по всей видимости, для гостей и прислуги. Облицованный жемчужно-белым мрамором фасад главного здания казался сошедшим с обложки авторитетного журнала об архитектуре.

Едва переступив порог, Цзян Юйчэ уловил благородный древесный аромат. Внутреннее убранство было продумано до мелочей: обилие деревянной мебели, украшенной искусной резьбой, органично переплеталось с ультрасовременным освещением, мягкими диванами, передовой бытовой техникой и безупречным дизайном ванных комнат и кухонь. Подлинный триумф гармонии Востока и Запада.

«В таких местах вообще живут обычные люди?.. Так вот ты какое, пристанище истинных олигархов...» — невольно заворчал про себя Цзян Юйчэ.

По сравнению с этим великолепием его вилла в заливе Баньюэ разом как-то... померкла.

Пускай сейчас на его личных счетах скопилось предостаточно карманных денег, позволявших вести праздную жизнь типичного золотого мальчика, менталитет забитого офисного клерка из прошлой жизни никуда не делся.

Окружающая роскошь поражала воображение. Цзян Юйчэ то и дело озирался по сторонам и ощупывал предметы декора, точь-в-точь неотёсанный плебей на выставке.

В этот момент в холл вальяжной походкой вплыл Цзян Юйфань — вернее, Цзян Юйхуа. Он щеголял в массивных золотых цепях, огромных солнцезащитных очках и был с ног до головы укутан в роскошные меха.

Заметив ошарашенное лицо Цзян Юйчэ, он презрительно фыркнул:

— И что тут примечательного? Обычные понты нувориша. Кругом сплошное дерево — случись пожар, хозяин отсюда даже выбраться не успеет. Раз уж ему так нравится выставлять богатство напоказ, выколол бы сразу на лбу «Я при бабле». Боится, что иначе его за бедного примут? Хм.

Оторвавшись от созерцания интерьера и испытав глубокий шок от нелепого наряда кузена, Цзян Юйчэ долго раздумывать не стал. Он просто поднял руку и влепил парню звонкий подзатыльник.

— И у кого после этого вкус нувориша? — язвительно поинтересовался Цзян Юйчэ. — На себя-то посмотри. И вообще, какого чёрта ты опять нацепил эти меха? На календарь глянь, тебе там не припекает?!

Цзян Юйхуа обиженно потёр затылок. Ему жутко хотелось огрызнуться, но рисковать головой и напрашиваться на добавку он не решился, а потому лишь упрямо выпятил грудь:

— Много ты понимаешь! Это высокая мода! Тут сегодня столько приличных людей собралось, прояви хоть каплю уважения к моему статусу! Хватит распускать руки по поводу и без!

Цзян Юйчэ не сдержал смешка. Но не успел он сказать ни слова, как Цзян Юйхуа юрким угрём выскользнул из-под его руки и мгновенно затерялся в толпе.

«Впрочем, пускай развлекается. Это обычный семейный банкет — даже если мелкий накуролесит, до крупного скандала дело не дойдёт».

Цзян Юйчэ мысленно махнул на него рукой, взял с проносимого мимо подноса бокал с напитком и сделал осторожный глоток.

«О?.. А вкус на удивление хорош».

Куда благороднее того пойла, что подавали на недавнем аукционе. Да и баланс оказался идеальным — приятная сладость с едва заметной кислинкой, прямо как он любил. Шеф-повар Лу Шана знает своё дело!

Почувствовав себя первооткрывателем, Цзян Юйчэ принялся методично дегустировать выставленные на фуршетных столах десерты.

Гостей в просторном зале собралось немало. Основная масса толпилась вокруг старшего сына главной ветви, Цзян Юйци, вполголоса обсуждая, как реагировать на вступление Лу Шана в бизнес конгломерата. Сам же глава клана Цзян вместе с почтенными старейшинами поднялся на второй этаж — по всей видимости, чтобы лично представить им преемника.

Словом, все вокруг увлечённо налаживали социальные связи. И лишь Цзян Юйчэ, абсолютно наплевав на интриги, с аппетитом уплетал пирожные за обе щёки, целиком погрузившись в свой личный гастрономический рай.

Спустя некоторое время глава семьи Цзян в сопровождении свиты начал спускаться по лестнице. Цзян Юйчэ к этому моменту как раз успел насытиться и наконец вспомнил об истинной цели своего визита.

Сверившись с наручными часами, он внимательно оглядел присутствующих. Никаких признаков Тан Цзинмо, возлюбленного главного героя оригинального романа, он не обнаружил.

«Странно. Неужели он остался наверху наедине с Лу Шаном?»

Насколько помнил Цзян Юйчэ, в первоисточнике дебютное совместное появление главного гуна и протагониста-шоу произошло именно на этом приёме.

После провального аукциона на улице Линшу Тан Цзинмо погряз в колоссальных долгах. Оказавшись в безвыходном положении, парень был вынужден пойти на сделку и фактически продать себя Лу Шану. А тот, желая открыто поиздеваться над семейством Цзян, демонстративно притащил протагониста на банкет, устроив публичное унижение для Цзян Юйхуа и Цзян Юйчэ.

По всем канонам это должна была быть важнейшая, поворотная сцена сюжета. Цзян Юйчэ даже подготовился на славу, прихватив с собой сразу два подарка — чисто на всякий случай.

И всё же... где он?!

«Может, они эффектно явятся вместе чуть позже?»

Едва он об этом подумал, как из-за спины донёсся до боли знакомый голос:

— Какая встреча, второй молодой господин Цзян. Давненько не виделись.

Цзян Юйчэ обернулся и уставился на точёное лицо стоящего перед ним светловолосого и голубоглазого красавца.

«Это ещё кто?.. Я его знаю?»

Заметив его пустой взгляд, Эрик — владелец подпольного игорного дома — изобразил на лице глубочайшую обиду и драматично развёл руками.

— Ох, неужели я настолько незапоминающийся? Дорогой мой, прошёл всего месяц, а ты меня уже забыл? Какая жестокость. Мне напомнить? Азартные игры на камнях, красный нефрит, владелец чайной...

С каждым произнесённым словом глаза Цзян Юйчэ округлялись всё сильнее.

Поддавшись панике, он мгновенно протянул руку и намертво зажал Эрику рот.

http://bllate.org/book/18098/1740292