Человек ушел. Юнь Цзиньшу машинально потер кончики пальцев, словно пытаясь уловить ускользающее ощущение от недавнего прикосновения.
Опомнившись, он перевел взгляд в темный угол кабинета.
— Выходи.
— Ваше Высочество.
Из тени вышел человек и отвесил поклон. Это был Сюань Е — тот самый, на кого Юэ Маньлоу только что жаловалась.
Ирония заключалась в том, что еще до прихода Юэ Маньлоу Сюань Е расхваливал её, отмечая стремительный прогресс и готовность к следующему этапу тренировок.
Вспомнив об этом, Юнь Цзиньшу с улыбкой покачал головой:
— Как удачно, не придется заставлять её карабкаться по отвесным скалам.
— Слушаюсь. Следующий этап — реальный бой. Нужно ли дать ей несколько дней на отдых?
— Раны несерьезные, да и жаловалась она не всерьез, просто хотела посетовать на твой метод обучения. Всё-таки еще совсем молода.
— Что прикажете, Ваше Высочество?
— Думаю, дня отдыха хватит. Пусть заодно подготовится. Ты ведь собирался взять её с собой на гору Сюэфэн?
— Да. Тогда позвольте мне удалиться.
Когда дверь за ним закрылась, Юнь Цзиньшу снова сел за стол. Он взял кисть, посмотрел на лежащий перед ним свиток с докладом, но так и не раскрыл его.
Через день она ненадолго покинет поместье. Почему-то при мысли о том, что послеобеденное время пройдет без неё, на душе стало пусто.
Привычка — страшная вещь. Что, если однажды она решит уйти навсегда?
Чернильная капля упала на белоснежную рисовую бумагу, расплывшись черным цветком.
Юнь Цзиньшу долго смотрел на неё, а затем скомкал лист в кулаке. Когда он разжал ладонь, от бумаги осталась лишь горстка белой пыли, которая исчезла без следа от легкого дуновения.
Тем временем Юэ Маньлоу получила уведомление о дне отдыха и предстоящих полевых тренировках. Она решила, что её притворство сработало и Юнь Цзиньшу так быстро решил за неё заступиться.
Она с торжествующим видом взглянула на Сюань Е и вдруг поняла, что чувствуют фаворитки, которые любят кичиться благосклонностью императора.
Впрочем, она не Дацзи, а Юнь Цзиньшу — не император Чжоу, поэтому перегибать палку Юэ Маньлоу не собиралась.
Гордо бросив «поняла», она отправилась искать своего «дешевого» наставника.
Сюань Е так и не понял, к чему были эти гримасы — неужели она повредила голову?
Услышав о поездке на гору Сюэфэн, Вэнь Банься первым делом спросила:
— Привези мне тушку ледяного волка.
— Что?
— Живого или мертвого — неважно. Мне как раз нужна его печень для одного рецепта. Будет совсем замечательно, если принесешь целыми сердце и почки. Только не забудь про лед, чтобы не испортились. Да, и еще на горе Сюэфэн растет пара редких трав…
Стоило зайти разговору о медицине, как Вэнь Банься преображалась и могла часами читать нотации.
Юэ Маньлоу лишь со вздохом согласилась. К счастью, у наставницы оставалась капля совести: закончив с поручениями, она не забыла выдать ученице лекарства от холода и ран.
Сюй Цисин, стоявшая рядом, смотрела на них с завистью. Ей тоже хотелось отправиться в дальний путь со старшей сестрой, но её уровень был слишком низким — всего лишь красный ранг, она бы только мешалась.
К тому же на ней лежала обязанность помогать Вэнь Банься с её странными исследованиями, так что о поездках не могло быть и речи.
Юэ Маньлоу заметила, как в её глазах вспыхнул и тут же погас огонек, и небрежно спросила:
— Я завтра хотела выйти в город, купить кое-какие вещи. Можно мне взять сестренку с собой?
— Хочешь — иди, я вас обоих тренироваться круглосуточно не заставляю.
Ответив это, Вэнь Банься снова уткнулась в горшок с какими-то снадобьями.
Глаза Сюй Цисин засияли, она присела на корточки и заулыбалась, как ребенок, получивший конфету.
Юэ Маньлоу, решив, что она очень милая, потрепала её по голове.
Договорились выйти спозаранку.
Поскольку Сюй Цисин выросла в Юньси и знала здесь каждый уголок, Юэ Маньлоу оставалось лишь прихватить свои карманные деньги — или, вернее, жалование.
Она тренировалась по приказу Юнь Цзиньшу и участвовала в отборах, так что эти деньги принимала без зазрения совести.
Только вот она понятия не имела о местных ценах: на что хватит десяти золотых?
Узнав, что Юэ Маньлоу берет с собой десять золотых, Сюй Цисин воскликнула:
— Старшая сестра, ты собралась покупать что-то крупное?
— А золото здесь так дорого ценится?
— Конечно! Один золотой равен десяти серебряным, а один серебряный — сотне медных. За три медных можно купить мясную булочку. Старшая сестра, неужели ты никогда раньше ничего не покупала сама?
Юэ Маньлоу понимающе кивнула:
— А если я приглашу тебя пообедать в лучшем ресторане, сколько это будет стоить?
— Одного золотого хватит с головой. Правда? Старшая сестра, ты правда меня угостишь?
— Раз уж деньги с собой взяла, значит, не обману. — Юэ Маньлоу похлопала по кошельку, успешно сменив тему.
О том, что она из другого мира, знали только шестеро: Вэнь Банься, Юнь Цзиньшу и четыре служанки. Даже Сюй Цаншу не был в курсе, поэтому сейчас Юэ Маньлоу, разумеется, не собиралась рассказывать ничего Сюй Цисин.
Не то чтобы она считала девочку угрозой, просто та была еще ребенком, и если бы её кто-то выведал секрет, вышло бы нехорошо.
— Старшая сестра — самая лучшая! — Сюй Цисин взяла её под руку, выглядя очень довольной.
Юэ Маньлоу позволила ей это — в её глазах эта младшая ученица была как родная сестра. Она и не подозревала, что каждое её движение фиксируется тем, кто скрывался в тени.
Юнь Цзиньшу возвращался из дворца в карете и просматривал только что доставленные отчеты.
Он тихо рассмеялся:
— Сначала называет сестрой, потом признает младшей... Как думаешь, о чем она думает?
Чи Лин не посмела ответить. Будучи той самой, которую называли сестрой, она даже при своей нерасторопности поняла, что в словах Юнь Цзиньшу скрыт подтекст.
Она пожалела, что не послушала Шуанчжао. Та была права: нужно быть осторожнее. По крайней мере, Юэ Маньлоу больше не должна называть её сестрой.
Однако Чи Лин не знала, что под «младшей сестрой» Юнь Цзиньшу имел в виду Сюй Цисин. Если бы она это знала, то наверняка подумала бы: неужели у Его Высочества помутился рассудок?
Тем временем у Юэ Маньлоу была четкая цель — она велела Сюй Цисин отвести её к кузнецам.
В эту эпоху владение оружием не запрещалось — исход боя всё равно зависел от мастерства владения энергией.
Юэ Маньлоу достала чертежи. Она хитро нарисовала лишь отдельные детали и заказала их в большом количестве в разных мастерских, так что никто не мог понять, что именно она собирается собрать.
На всякий случай она распределила заказы между тремя кузнями, чем окончательно запутала Сюй Цисин.
— Старшая сестра, ты нарисовала какие-то квадраты и трубки, что это вообще такое?
— Маленьким детям не положено знать. Сделают — увидишь.
— Я не маленькая! Если считать с того дня, как наставница меня подобрала, в начале года мне исполнилось двадцать.
— Всё равно еще совсем юная. В поместье все старше тебя.
Сюй Цисин надула губы и тихо проворчала:
— Старшая сестра всего на несколько лет старше меня.
— Даже на несколько лет — всё равно старше. Кто здесь старшая сестра, я или ты?
— Ты.
— Вот и славно. Слушайся сестренку, и я куплю тебе конфет.
Юэ Маньлоу снова взъерошила волосы Сюй Цисин.
Может, потому что её воспитывал мужчина, но волосы у Сюй Цисин были коротко подстрижены, и она выглядела как мальчишка.
Не то что она сама — та хоть могла собрать волосы в хвост.
Юэ Маньлоу даже не осознавала, что сама тоже не особо следит за своей внешностью.
http://bllate.org/book/18889/1845465
Готово:
