Увидев недавнюю суровость Лу Минъюя, Сун Шиань не на шутку струхнул.
За те пять лет, что он работал на Лу Минъюя, он ни разу не видел, чтобы тот совершал что-то противозаконное.
И вот сегодня довелось воочию убедиться в обратном.
Он обхватил ногу Лу Минъюя, дрожа всем телом.
«Ы-ы-ы… я еще так молод, мне всего двадцать с хвостиком, я не хочу умирать! Ы-ы-ы… я виноват…»
Лу Минъюй сверху вниз посмотрел на Сун Шианя, вцепившегося в его ногу, и слегка нахмурился:
— Отпусти.
Сун Шиань вцепился еще крепче:
— Гендиректор Лу, те слова были нужны только для отвода глаз, я так не думаю на самом деле!
— О как? — Тон Лу Минъюя пополз вверх. — Значит, ты не собирался помогать ему похищать меня, а я вовсе не «злобный капиталист»? И не гей, который тебя принуждает?
Сун Шиань вздрогнул.
Когда это у Лу Минъюя слух стал таким чутким?
Как он умудрился расслышать всё до единого слова?
— Гендиректор Лу, я просто испугался, что вы будете волноваться из-за моего похищения. Решил обдурить их и поскорее вернуться к вам с добрыми вестями. Я же с вами пять лет! Пять лет пахал не покладая рук, во всем пекся о ваших интересах — неужели между нами нет ни капли доверия?
Сун Шиань задрал голову вверх; его глаза покраснели, а вид был такой, будто его незаслуженно обидели до глубины души.
— Неужели? — бесстрастно переспросил Лу Минъюй.
Сун Шиань закивал как заведенный:
— Да-да, честное слово!
Лу Минъюй молчал, и от этого молчания Сун Шиань запаниковал еще сильнее.
Он принялся тереться лицом о колено босса:
— Гендиректор Лу, моя преданность вам чиста как слеза!
— Кхм! — Лу Минъюй издал странный звук.
Пока Сун Шиань гадал, к чему это было, Лу Минъюй уже уперся рукой ему в макушку и отпихнул от себя.
С несколько неестественным видом он запахнул пиджак:
— Ладно, я в тебе не сомневался. Поднимайся. Это дело рук Е Чжичэна, он хотел через тебя надавить на меня. С ним уже разобрались.
— Гендиректор Лу, вы само воплощение мудрости и справедливости! — Сун Шиань мигом вскочил с земли, попутно отряхивая брюки на коленях.
На душе стало легко — к счастью, Лу Минъюй не стал припоминать ему те слова.
— Возвращайся. Сегодня отдыхай, а завтра поедем обратно, — тихо сказал Лу Минъюй.
Сун Шиань кивнул и, семеня следом за Лу Минъюем, принялся без умолку рассыпаться в похвалах:
— Гендиректор Лу, вы сами еще не оправились от ран, а уже бросились меня спасать! Я так тронут, так тронут!
Лу Минъюй шел впереди:
— Пришлось прийти, а то вдруг ты бы и правда спелся с похитителями, украл мою карту и снял все деньги.
Сун Шиань: «…»
«Ну и мелочный же тип! Я просто к слову ляпнул, а он до сих пор помнит!»
Сун Шиань благоразумно прикусил язык и послушно последовал за Лу Минъюем в дом.
После похищения и всей этой кутерьмы он чувствовал себя выжатым как лимон.
Единственное, чего ему сейчас хотелось — это поскорее добраться до кровати.
— Помощник Сун, — окликнул его Лу Минъюй.
Сун Шиань:
— Я здесь, гендиректор Лу. Будут указания?
— Зайди ко мне, — распорядился Лу Минъюй.
У Сун Шианя сердце ушло в пятки. «Неужели всё-таки решил свести счеты?!»
«Ну точно. При телохранителях Лу Минъюю не пристало гневаться — статус властного босса обязывает. А вот за закрытыми дверями можно делать что угодно, потом и не докажешь ничего».
«Всё, мне конец».
Сун Шиань занервничал:
— Г-гендиректор Лу, вы ведь еще не поправились. Врач велел вам соблюдать покой, так что я, пожалуй, не буду вас беспокоить.
— Это не беспокойство, — отрезал Лу Минъюй. Слыша его внутреннюю панику, он вдруг захотел его немного подразнить.
Сун Шиань не сдавал позиций:
— Вы сегодня столько сил потратили на моё спасение, наверняка устали. Лучше ложитесь пораньше.
Лу Минъюй:
— Я не устал.
Сун Шиань:
— Может, мне позвать врача? Вдруг сегодняшняя вылазка плохо сказалась на вашей ране?
Лу Минъюй:
— Не нужно.
Сун Шиань:
— Гендиректор Лу…
Лу Минъюй остановился и обернулся:
— Помощник Сун, ты что, не хочешь проводить со мной время?
Поняв, что его раскусили, Сун Шиань неловко выдавил:
— Да что вы, вовсе нет.
— Тогда заходи, — сказав это, Лу Минъюй первым вошел в комнату.
Делать было нечего, Сун Шиань поплелся следом. В комнате он специально не стал закрывать дверь до конца: если Лу Минъюй решит распустить руки, можно будет дать деру.
— Какие будут распоряжения, гендиректор Лу? — спросил Сун Шиань, застыв в добрых трех метрах от босса.
Лу Минъюй сел, поднял на него глаза и, заметив дистанцию, усмехнулся:
— Что такое? Помощник Сун стоит так далеко, будто боится, что я его съем.
Сун Шиань сделал крошечный шажок вперед:
— Вовсе нет. Просто жду указаний, чтобы сразу приступить к исполнению.
Лу Минъюй перевел взгляд на его руки:
— Поранился?
Сун Шиань глянул на свои запястья:
— Это веревками натерло. Помажу мазью, и всё пройдет.
— Какая же у тебя нежная кожа, чуть что — сразу краснеет, — с усмешкой заметил Лу Минъюй.
Сун Шиань спрятал руки за спину. «Этот извращенец на меня глаз, что ли, положил?!»
Лу Минъюй: «…»
Подумав о том, что Сун Шиань попал к похитителям только из-за него, Лу Минъюй проявил редкое милосердие и не стал больше его изводить:
— Ладно, иди отдыхай.
Сун Шиань что-то пробормотал в ответ и выскочил из комнаты, словно за ним черти гнались — боялся, что Лу Минъюй передумает.
Вернувшись к себе, он обработал запястья лекарством.
Лежа в постели, он принялся анализировать сюжет.
С тех пор как он «проснулся», большая часть событий шла по плану. За одним исключением: отношения главных героев полетели в тартарары.
Более того, многие сцены, предназначенные для героини, почему-то доставались ему.
Он будто стал козлом отпущения вместо Тан Жуань!
При этой мысли Сун Шианя пробрала дрожь. Он вовсе не горел желанием повторять путь Тан Жуань.
В конце концов, в этих старых романах про властных боссов сюжет строится на страданиях души и тела.
Он не такой «толстокожий», как Тан Жуань, чтобы вынести столько невзгод.
Сун Шиань рывком сел в кровати; взгляд его был полон такой решимости, будто он собрался записываться в добровольцы.
— Нет! Сюжет нужно во что бы то ни стало вернуть в колею!
— Главные герои должны быть вместе навеки!
На следующее утро они отправились в Хайчэн.
Было заметно, что Лу Минъюй не хочет иметь с Тан Жуань ничего общего — он уехал, забрав только Сун Шианя.
Вернувшись в офис «Лу корпорейшн», Лу Минъюй лично подписал приказ о переводе Тан Жуань из администрации президента.
Когда Тан Жуань вернулась, она обнаружила свои вещи упакованными — её перевели в отдел рекламы.
Она ворвалась в кабинет президента и со слезами на глазах посмотрела на Лу Минъюя:
— Гендиректор Лу, что я сделала не так? Почему вы так со мной поступаете?
Лу Минъюй:
— В отделе рекламы ты будешь полезнее.
Если бы не тот факт, что Тан Жуань спасла жизнь его бабушке, он бы уже давно выставил её из компании вон.
— Я не буду там полезнее! — возразила Тан Жуань. Она подняла глаза на Лу Минъюя и твердо заявила:
— Если вы настаиваете на переводе в отдел рекламы, я лучше уволюсь!
http://bllate.org/book/18972/1863992
Готово:
