Когда Чэнь Дэн-дэн приехала в Дунху с черновиком второй половины сценария к фильму «Сон о бренном мире», она не ожидала, что брат Чу всё ещё будет пропадать в спортзале. Было уже десять часов утра, и, что важнее, в зале он был не один.
Тётушка Чжан с улыбкой провожала её.
— Видимо, у всех сегодня выдалось свободное время, — приговаривала она. — Цинь-бай сейчас даёт ему советы.
— Брат Чу — эксперт в фитнесе, это правда.
Но давать советы господину Чжоу?
Чэнь Дэн-дэн сильно сомневалась. Неужели её босс нарочно придумал новый способ помучить господина Чжоу?
Мало того, что господин Чжоу совсем не похож на человека, который будет обливаться потом в тренажёрном зале, главное — разве их отношения настолько хороши, чтобы вместе тренироваться?
Чэнь Дэн-дэн подошла к дверям спортзала.
Она не стала сразу входить, а лишь вытянула шею, заглядывая внутрь.
Они действительно тренировались.
Только вот лицо у брата Чу было совсем не радостным.
Он стоял, скрестив руки на груди, возле тренажёра для скручиваний и хмурился:
— Руки не разводи, спину прижми плотнее.
Похоже, смотреть на это было выше его сил, поэтому он шагнул вперёд, взялся за поручни, чтобы помочь, и похлопал подчинённого по плечу:
— Расслабься.
Чжоу Шэн лежал на спине, его лицо блестело от выступившего пота.
Запрокинув голову и глядя на стоящего над ним мужчину, он недовольно произнёс:
— Я больше не буду.
Чу Цинь-бай опустил взгляд:
— Разве не ты сам с самого начала хотел тренироваться?
— Я сказал, что попробую, — Чжоу Шэн потерял дар речи.
Мало того, что этот человек с самого утра напугал его до смерти, подкравшись сзади, так он ещё и начал расспрашивать про все эти тренажёры в доме, а теперь, стоило один раз взобраться на них, как слезть стало невозможно.
Чу Цинь-бай, контролируя рукоятки, смотрел сверху вниз.
— Год пролежал в больнице, такой слабый, что через десять минут быстрой ходьбы на дорожке начинаешь задыхаться. В твоём состоянии нужно постепенно повышать нагрузку и сочетать это с кардио, иначе скоро совсем развалишься.
Чжоу Шэн и сам знал, что после выписки его физическая активность была практически равна нулю.
Врачи советовали не переусердствовать, да и времени у него толком не было. Но одно дело — забота о здоровье, и совсем другое — чувствовать себя принуждённым.
Чжоу Шэн качнул тренажёр, показывая, чтобы тот отпустил:
— Нельзя же тренироваться без остановки. Я лучше тайцзи позанимаюсь.
Чу Цинь-бай ответил:
— То, как ты пытаешься отлынивать, больше похоже на тайцзи со мной.
Ну и человек!
Чжоу Шэн впервые проявил признаки раздражения:
— Я тебе не ученик!
Чу Цинь-бай поднял голову и как раз заметил в дверях Чэнь Дэн-дэн.
Он отпустил тренажёр, выпрямился и сказал:
— Таких учеников, как ты, у меня нет. Ты бы не потянула плату за обучение у меня.
Он подошёл к стойке, взял два чистых полотенца и бросил одно Чжоу Шэну.
Только после этого спросил:
— Что-то случилось?
Чэнь Дэн-дэн робко вошла внутрь.
Она не стала сразу переходить к делу, а, глядя на Чжоу Шэна, который сел на тренажёре, поправляя влажные волосы на лбу, с любопытством отметила:
— Господин Чжоу сегодня выглядит намного лучше.
Не так, как раньше, когда его лицо в любой момент казалось болезненно бледным.
Чжоу Шэн вытер лицо полотенцем и едва заметно улыбнулся девушке.
— Просто кратковременный всплеск адреналина, — бросил Чу Цинь-бай.
Человек, который тренируется годами, сразу видит, пуст организм или нет. Он больше не стал ничего говорить, лишь мельком взглянул на Чжоу Шэна и забрал у Чэнь Дэн-дэн сценарий.
Девушка переключилась на дело:
— Брат Чу, здесь полный текст сценария. Посмотрите, есть ли какие-то замечания. Если нет, я свяжусь с продюсерами и обсужу детали вхождения в проект.
Чу Цинь-бай кивнул:
— Прочитаю — дам знать.
— Хорошо. И ещё, — добавила Чэнь Дэн-дэн, — у нас будет две локации для съёмок. Помимо киностудии, нужно будет ехать на юго-запад. Это ещё три месяца, и условия там, скорее всего, будут не лучшими. Сестра Фань спрашивала, не хотите ли вы взять с собой больше людей?
— Не нужно, — ответил Чу Цинь-бай. — Оставим всё как есть.
— Ладно.
Чэнь Дэн-дэн знала, что он не любит, когда на площадке за ним ходит толпа, поэтому не стала настаивать.
Закончив разговор, Чу Цинь-бай повернулся к Чжоу Шэну. Тот всё ещё сидел на прежнем месте, глядя на него.
— В следующем месяце я уезжаю на съёмки, — сказал Чу Цинь-бай.
Чжоу Шэн кивнул:
— Счастливого пути. Успешной работы.
Чу Цинь-бай нахмурился.
— Ещё что-то? — спросил Чжоу Шэн.
— В этот спортзал можешь заходить в любое время. Но кроме тех тренажёров, что использовал сегодня, другие не трогай — при неправильном обращении можно получить травму.
— Я не буду сюда заходить, — ответил Чжоу Шэн.
Чу Цинь-бай замер, нахмурившись. Чжоу Шэн уже открыл рот, чтобы пояснить, но тут пришла тётушка Чжан.
Она остановилась в дверях:
— Господин Чжоу, к вам пришли.
— Ко мне? — удивился Чжоу Шэн.
Кто мог прийти к нему сюда? С тех пор как он поселился в Дунху, кроме Сюй Чао, который забирал его в первый рабочий день, никто его не навещал. А если бы Сюй Чао собрался приехать, он бы обязательно написал заранее.
Тётушка Чжан кивнула:
— Гостья сказала, что она ваша мать.
Чжоу Шэн замер, так и не успев встать.
Та самая родная мать, которая много лет назад уехала за границу?
Когда Чжоу Шэн встретил гостью в гостиной, он понял, что ошибся. Это была не его родная мать, а мачеха — Шу Мэйли.
Шу Мэйли следила за собой, на вид ей было немногим больше сорока. Химическая завивка, высокий рост. Её лицо было на пять частей похоже на лицо Чжоу Суна, но с возрастом зубы стали немного выступать вперёд, из-за чего выражение лица казалось стервозным.
Пришла она не одна. С ней была молодая женщина, которую Чжоу Шэн уже видел — та самая, что жила в доме Чжоу Суна, когда Чжоу Шэн приходил туда разбираться с недвижимостью.
Войдя, Шу Мэйли огляделась по сторонам.
— Вижу, ты неплохо устроился, — заговорила она. — Я теперь спокойна за тебя.
— Вы по делу? — Чжоу Шэн, отдавая дань уважения старшим, использовал вежливое обращение.
Шу Мэйли перевела взгляд на своего неродного сына и на мгновение остолбенела.
Молодой человек с тёмными волосами и глубоким взглядом, стройный, но не болезненно худой. Никто бы не связал его с тем Чжоу Шэном, которого она знала раньше. Она знала, что он всеми правдами и неправдами пролез в компанию Чжоу, втёрся в доверие к Чжоу Цицуну, а её собственный сын из-за него постоянно выходил из себя.
Перед приходом она думала, что этот щенок Чжоу Шэн после женитьбы стал наглее. Но он что, забыл, что она — хозяйка дома Чжоу? Она не позволит ему распоряжаться всем как вздумается. Год пролежал в больнице, а всё никак не угомонится, только и делает, что всё переворачивает вверх дном.
Однако, увидев его, она прикусила язык.
Она демонстративно усадила свою спутницу на диван и, приняв позу старшей, начала:
— Я твоя мать, а это девушка твоего брата, в будущем она тоже станет частью семьи Чжоу. Неужели мы не можем просто навестить тебя? — она решила перейти в наступление. — Ты тоже хорош: отец сколько раз звал тебя домой пообедать, а ты всё отказываешься. Пришлось мне самой приехать.
Увидев это лицо, Чжоу Шэн сразу понял — добром визит не кончится. Он не хотел тратить энергию впустую:
— Вы пришли сюда, только потому что узнали, что я сегодня не в офисе. Госпожа Чжоу, и вы, мадам, Дунху — это частная резиденция господина Чу, здесь строгие правила безопасности. Если у вас нет серьёзного дела, я бы предпочёл, чтобы вы не беспокоили меня своими визитами.
Шу Мэйли задохнулась от возмущения и тут же вскочила.
С тех пор как она вошла в семью Чжоу, этот невоспитанный наглец никогда не проявлял к ней уважения, даже в присутствии Чжоу Цицуна он грубил ей. В молодости она ещё пыталась притворяться, но после стольких лет вражды, когда они оставались вдвоём, их разговоры не длились дольше трёх фраз.
Она схватилась за сумочку и сверкнула глазами:
— Это что за тон? Ты так разговариваешь со старшими? Даже после свадьбы ты остался таким…
— Госпожа Чжоу.
Чу Цинь-бай неизвестно когда появился в гостиной.
Обе женщины видели его впервые. Увидев, как он небрежно прислонился к дверному косяку, они почувствовали себя неловко.
Шу Мэйли поправила волосы и выдавила улыбку:
— Вы, должно быть, Цинь-бай? Раньше я видела вас только по телевизору, вы действительно талантливый молодой человек.
Заметив, что Чу Цинь-бай насмешливо смотрит на неё, она запнулась и перевела тему на Чжоу Шэна:
— Я пришла просто так. Мой сын ещё молод и глуп, я боялась, что он доставит вам хлопот, вот и решила проверить.
Она подтолкнула вперёд свою спутницу:
— Это Лю Ци, девушка моего второго сына. Решила привести её, чтобы познакомить, всё-таки теперь родственники.
Затем она прикрикнула на девушку:
— Поздоровайся! Что за невоспитанность? Цинь-бай теперь тебе вроде как старший брат.
Лю Ци было невыносимо стыдно. Семья у неё была самая обычная, но она была хороша собой. Ещё в университете она начала встречаться с Чжоу Суном, и многие завидовали ей, что она нашла «золотого мальчика». Она знала, что у Чжоу Суна беспорядочная личная жизнь и куча женщин, но ей было всё равно — лишь бы он тратил на неё деньги. Чтобы удержать его, ей приходилось подлизываться к его матери.
Она помнила Чжоу Шэна — видела его лишь раз, но он произвёл впечатление очень воспитанного человека, который даже когда требовал освободить дом, не опускался до оскорблений. Но она и представить не могла, что сегодня встретит здесь знаменитого киноактёра Чу Цинь-бая.
Чу Цинь-бай был известен своим тяжёлым характером, и в реальности он казался ещё более неприступным. Он не проронил ни слова, отчего находиться рядом было страшно. И только эта мать Чжоу Суна была настолько слепа.
Лю Ци прокляла всё на свете, но ей пришлось изобразить послушную невестку.
Она пропищала, как комар:
— Брат Цинь-бай.
Чу Цинь-бай даже не шелохнулся.
Он отошёл от косяка, неспешно подошёл к дивану и сел.
— Правильно делаете, — сказал он, глядя на Шу Мэйли. — Навещать сына — дело благое, чувствуйте себя как дома.
После его слов Шу Мэйли не смогла вымолвить ни слова. Ей стало неловко сидеть, и она снова переключилась на Чжоу Шэна, переходя к главной цели визита.
Она достала из сумочки документ и протянула Чжоу Шэну:
— Раз уж я здесь нежеланный гость, не буду докучать. Это договор о передаче проекта. Подписывай.
Чжоу Шэн усмехнулся:
— С какой стати мне его подписывать?
— Ты хочешь дождаться, пока компания Чжоу рухнет?! — Шу Мэйли, видимо, считала, что она абсолютно права, поэтому не стеснялась в выражениях. — Я знаю, что сотрудничество со «Шэнъюй» — это твоя заслуга. Но подписание этого документа не означает, что у тебя что-то отбирают. Чжоу Шэн, ты получил шанс на сотрудничество только благодаря браку с семьёй Чу, но есть ли у тебя способности? Чжоу Сун учился управлению бизнесом, ты должен помогать ему, чтобы братья вместе развивали компанию, и тогда мы с твоим отцом будем спокойны.
Чжоу Шэн взял контракт и небрежно спросил:
— Это воля отца?
Шу Мэйли замешкалась.
Чжоу Шэн всё понял и усмехнулся:
— Хорошего же сына вы вырастили.
— Что ты имеешь в виду?
Чжоу Шэн даже не открыл контракт и бросил его в мусорное ведро.
— Иди и скажи Чжоу Суну, чтобы он перестал прятаться за спинами своей девушки и матери. Если он действительно на что-то способен, пусть придёт сам. И скажу прямо: не потому, что я презираю его, а потому, что он просто не потянет этот проект. На этом всё. Если ещё раз заявитесь сюда с разборками, я сделаю так, что вашему сыну не найдётся места даже в его собственной компании.
Губы Шу Мэйли задрожали, она долго указывала на него пальцем, не в силах вымолвить ни слова. Она привыкла, что Чжоу Шэн осыпает её проклятиями — она привыкла к этому и часто делала вид, что выше этого. Но когда её так спокойно угрожали — такое было впервые.
Чжоу Шэн посмотрел на неё:
— У вас есть ещё дела, госпожа Чжоу?
— Чжоу Шэн, ты…
Шу Мэйли в ярости хотела схватить его, но тут раздался грохот.
Это Чу Цинь-бай, сидя на диване, пнул журнальный столик.
С абсолютно невозмутимым лицом он встретился взглядом с перепуганной Шу Мэйли.
— Гостям мы рады, — медленно произнёс он, — но если вы пришли устраивать сцены, я вызову охрану.
— Тётушка, — Лю Ци, испугавшись Чу Цинь-бая, потянула её за рукав, — пойдёмте, пойдёмте отсюда.
Она слышала, что Чу Цинь-бай может и ударить — об этом писали в новостях.
Шу Мэйли посмотрела на одного, на другого. Она поняла, что её план провалился.
Бросив на Чжоу Шэна гневный взгляд, она, покраснев от ярости, поспешно направилась к выходу.
В гостиной воцарилась тишина.
Чжоу Шэн постоял несколько секунд, отводя взгляд. Он подошёл, чтобы поставить столик на место, толкнул его, но тот не сдвинулся.
Он поднял глаза на сидящего Чу Цинь-бая:
— Ты слишком агрессивен.
Это было просто констатацией факта, без всякого подтекста.
Чу Цинь-бай, не меняясь в лице, наклонился и помог ему подвинуть столик.
Тот встал на место.
http://bllate.org/book/19123/1878039
Готово:
