В комнате воцарилась тишина. Трое мужчин замерли, подняв чашки с чаем, но так и не поднесли их к губам, погрузившись в раздумья над только что обсуждавшимся вопросом. Стук в дверь прервал их мысли.
— Дядя Мань, дедушка Яо Янь, вы здесь? — раздался за порогом голос девятилетнего Фан Муе.
Все трое одновременно опустили чашки, которые держали в руках уже довольно долго. Взгляд Цинь Маня, обращенный к старцу Сину, сменился с растерянного на решительный, и он тяжело кивнул. Старец Син перевел взгляд на Яо Яня. Тот лишь тихо вздохнул и, глядя на плавающие в чае зеленые листья, с доброй, но полной тревоги печалью в глазах, медленно кивнул в ответ.
— Входи.
— Дедушка Син, вы тоже здесь? Дядя Мань, дедушка Яо Янь, — произнес Фан Муе, входя в комнату.
— Кхм, Муе, уже поздно, почему ты еще не принял целебную ванну и не лег спать? — спросил Яо Янь.
— Дедушка Яо Янь, я уже принял ванну, но у меня накопилось много вопросов к вам, дяде Маню и дедушке Сину. Я не могу уснуть, поэтому пришел побеспокоить вас в столь поздний час.
— Что ж, Муе, подойди сюда, садись, — Цинь Мань поднялся и уступил ему главное место.
— А? — Фан Муе удивленно посмотрел на двух других стариков, которые тоже встали. Заметив, что те кивнули ему, он медленно направился к главному креслу. Когда он сел, Цинь Мань отошел за спину старца Сина. Трое мужчин склонились в глубоком поклоне, коснувшись лбами пола.
— Да здравствует молодой господин, — в один голос произнесли они. Даже после приветствия они не поднялись. Старец Син продолжил: — Молодой господин, мы знаем, о чем вы хотите спросить. Хотя некоторые вещи нам до сих пор не удалось до конца прояснить, мы ответим на большинство ваших вопросов, включая тайну вашего происхождения.
— Да, я очень хочу узнать, кто мои родители и почему с самого детства я не слышал о них ни слова. Хотя... хотя вы, дяди и дедушки, всегда были рядом, заботились обо мне и обучали мастерству, мне все равно нужно знать правду о них и о том, кто я такой. Дедушка Син, пожалуйста, поднимитесь, мне очень неловко видеть вас в таком положении. — Фан Муе попытался помочь старцу Сину подняться, но тот остановил его движением руки.
— Молодой господин, этот обряд обязателен, таковы правила. Благодарим за вашу заботу о нас, стариках, но мы будем следовать долгу. — Сказав это, они еще раз поклонились и, выпрямившись, встали по обе стороны зала.
— Дедушка Син, прошу, садитесь. Присядьте и говорите спокойно, я совсем запутался, — попросил Фан Муе. Трое мужчин ответили: Благодарим, молодой господин, — и заняли места внизу.
— Молодой господин, слушайте внимательно. Девять лет назад, в одну из ночей, в столице нашего государства Синчэнь — величайшей державы Континента Звездного Моря — произошел страшный переворот. В ту ночь император, императрица и все наследники престола покончили с собой. Перед смертью император приказал главе Управления Звездной Пыли Фан Ину и двадцати четырем посланникам тайно вывезти из дворца единственного наследника, который был еще младенцем. Вы и есть тот самый единственный принц, оставшийся в живых.
— Я?.. Принц?.. Дедушка Син, вы хотите сказать, что мои родители — император и императрица государства Синчэнь? Они... они мертвы... Почему? Вы сказали, что они покончили с собой? И что такое Управление Звездной Пыли? Если вы смогли спасти меня, почему не смогли защитить моих отца, мать и братьев с сестрами, которых я даже не успел узнать? — Фан Муе резко вскочил. Его лицо выражало полное неверие, а сжатые кулаки слегка дрожали. В душе мальчика бушевала буря. Он был потрясен тем, что родители, о которых он ничего не знал девять лет, оказались мертвы, и тем, что он — последний выживший из императорской семьи. Но его мучил вопрос: кто? Кто стоял за этой трагедией?
— Да, молодой господин. Вы — единственный потомок императорской крови и законный наследник государства Синчэнь. Что касается причин, по которым император, императрица и другие члены семьи покончили с собой, это то, что Управление Звездной Пыли расследует все эти годы. Управление было создано императором как секретное ведомство. Мы под разными личинами странствовали по миру или служили при дворе, собирая сведения и тайно охраняя членов императорской семьи. Мы были скрытым мечом в руках правителя, и только он один знал о нашем существовании. В день трагедии император призвал только Фан Ина — нынешнего наставника Чэнь Мо. Затем Фан Ин передал мне приказ вывести вас вместе с двумя людьми из числа двадцати четырех посланников: главным поваром императорской кухни Гоу Пингуем и величайшим мастером внутренней энергии Не Чжэньюнем. Лишь благодаря их самопожертвованию вас удалось доставить в эту пустыню, где вы укрылись от мира. Один из них ослеп, другой получил тяжелое ранение в ногу и был ранен в горло, навсегда потеряв способность говорить. Это те двое, что заботились о вас в пустыне все эти годы. В ту ночь родители Чэнь Мо тоже участвовали в операции, но, к несчастью, мать Чэнь Мо была сражена отравленной стрелой евнуха Цай Цина, когда они покидали город. Его отец бросился на помощь, и они оба погибли. И еще... — Старец Син невольно взглянул на стоявшего рядом Цинь Маня. Тот сжал зубы, его глаза округлились, на шее вздулись вены, а кулаки были сжаты так сильно, что побелели костяшки. Казалось, он погрузился в пучину мучительных воспоминаний и самобичевания.
Старец Син медленно покачал головой и продолжил:
— Кроме того, тогда же, по пути на помощь императору, почти триста человек из рода Цинь были зверски убиты. Лишь потому, что Цинь Маня в тот момент не было в Цзинду — его отправили на границу помогать генералу Гао Юэ, — он остался жив. Иначе, зная его характер, он вряд ли избежал бы той же участи.
Услышав это, Фан Муе, словно лишившись сил, опустился на деревянный стул. Долгое время он молчал, а затем тихо произнес:
— Дядя Мань, спасибо. И простите меня.
— Молодой господин, не стоит, — ответил Цинь Мань. — Моя жизнь принадлежала императору, он спас меня на поле боя. Для моего рода было честью погибнуть, пытаясь защитить его. Я лишь скорблю о том, что не смог проститься с родителями и братьями, чьи тела позже удалось собрать и предать огню лишь нашим братьям, скрывавшимся в столице. Я... я не оправдал их надежд. — Сказав это, Цинь Мань поднял взгляд на Фан Муе, и в глазах могучего, словно железная башня, воина стояли слезы.
Старец Син помолчал некоторое время, прежде чем продолжить:
— В последующие годы, когда всё Управление Звездной Пыли покинуло столицу, нам удавалось собирать лишь крупицы информации, основанные на слухах и догадках. Мы предполагаем, что ваш дядя в сговоре с евнухом Цай Цином и пограничным генералом Гао Юэ устроил дворцовый переворот, вынудив императора пойти на смерть. Династия пала, а на престол взошел ваш дядя — Князь Аньпин Фан Тяньци. Но в этой истории много нестыковок. Согласно слухам, в тот год странные знамения наблюдались и в Государстве Аньси, а в ту роковую ночь в Цзинду проникло множество наемных убийц из Храма Падающих Звезд. Мы продолжаем расследование, чтобы докопаться до истины.
Закончив, старец Син тяжело вздохнул и посмотрел на Фан Муе, ожидая реакции, но в то же время боясь её. Фан Муе, опираясь на подлокотники, медленно поднялся. Он обвел взглядом троих мужчин, и в его глазах отразилась невыразимая гамма чувств. Затем, с трудом переставляя ноги, он направился к выходу из комнаты.
http://bllate.org/book/19207/1885930
Готово:
