Шэнь Цинъинь не сомкнула глаз за всю ночь.
Не от страха — от гнева. Фотография, присланная таинственным незнакомцем, засела в её голове занозой. Этот человек пробирался в кабинет Чэнь Мо, запечатлел момент, когда был открыт ящик стола, а затем заявил ей: «Он тебя обманывает». Если Чэнь Мо действительно лжёт, то кому тогда верить? Если же Чэнь Мо говорил правду, с какой стати этот тайный доброжелатель пытается их поссорить?
Обе версии звучали убедительно и в то же время рассыпались при малейшей проверке.
В пять утра, устав ворочаться, она встала и умылась. В отражении зеркала на неё глянуло лицо с синяками под глазами и пересохшими губами — вид был такой, будто она только что вернулась с поля боя. Шэнь Цинъинь плеснула в лицо холодной водой и долго вглядывалась в собственное отражение.
Кто бы ты ни был и где бы ни прятался, я тебя отыщу!
В тренировочный зал Шэнь Цинъинь не пошла. Сперва она направилась в комнату охраны.
Помещений с мониторами на первом этаже в конце коридора обычно сторонились, там почти никто не бывал. Дверь оказалась заперта, но Шэнь Цинъинь заранее попросила ключ у Чэнь Мо, и тот, не задавая лишних вопросов, сразу же отдал его ей.
Сама комната оказалась небольшой: на четырёх стенах висело с добрый десяток экранов, в реальном времени транслировавших всё происходящее в самых разных уголках базы. Усевшись за главный пульт управления, Шэнь Цинъинь отыскала запись камер у дверей кабинета Чэнь Мо.
Она перевела время на вчерашний день, на тот час, когда они с Чэнь Мо закончили разговор. На записи она сама выходит из кабинета, прислоняется к стене, на мгновение прикрывает глаза, после чего появляется Лу Яньчжоу, протягивает ей термос, они перекидываются пара фраз и уходят вместе.
Коридор опустел.
Шэнь Цинъинь ускорила воспроизведение. Десять минут спустя в поле зрения кто-то появился.
Неизвестный был в форме Тяньму, капюшон худи надвинут так, что скрывал половину лица, взгляд в пол — он быстрым шагом миновал дверь кабинета Чэнь Мо. Заходить внутрь он не стал, но на ходу сунул правую руку в карман и совершил едва заметное движение, словно нажал на какую-то кнопку.
Шэнь Цинъинь поставила запись на паузу и приблизила картинку. Почти весь профиль скрывали поля капюшона, различить удавалось лишь очертания подбородка да кисть руки. Долго всматриваясь в эти пальцы, она заметила одну деталь: на безымянном палец красовалось тонкое серебряное кольцо.
Сердце Шэнь Цинъинь забилось быстрее.
Носивших серебряные кольца на базе она уже видела. На безымянном пальце Фан Сяохэ поблескивало изящное серебряное колечко. Она запомнила это отчётливо, поскольку однажды во время тренировки обратила на него внимание и бросила вскользь: Разве кольцо не мешает тебе играть? На что Фан Сяохэ с улыбкой ответил: Привыкнешь — и перестанет.
Шэнь Цинъинь откинулась на спинку стула, уставившись на размытый профиль на экране, в голове стояла абсолютная пустота.
Фан Сяохэ.
Тот самый мягкий, внимательный Фан Сяохэ, который первым проявил к ней доброту. Тот самый Фан Сяохэ, который помогал ей разминать запястья, носил еду и говорил: «Если захочешь выговориться, я всегда рядом».
Неужели это он?
Устраивать допрос с пристрастием Шэнь Цинъинь не стала.
Выключив мониторы, она вернула ключ Чэнь Мо и направилась в тренировочный зал, как ни в чём не бывало. Фан Сяохэ уже был на месте: устроившись за своим столом, он настраивал наушники. Заметив входящую Шэнь Цинъинь, он улыбнулся — совершенно обычно, как всегда.
— Ты опять всю ночь не спала? — поинтересовался он.
— К новой постели привыкнуть не могу, — Шэнь Цинъинь опустилась на своё место, голос звучал ровно.
— В гостевых комнатах базы и правда неудобно. Хочешь, принесу тебе другую подушку? У меня в комнате есть запасная.
— Не нужно, спасибо.
Открыв ноутбук, Шэнь Цинъинь зашла в рейтинговое лобби. Пальцы лежали на клавиатуре, но боковым зрением она неотступно следила за Фан Сяохэ. Любое его движение казалось естественным: игра, глотки воды, болтовня с Линь Юйбаем, салфетка, протянутая Цзян Сяоюю. Ни малейшего отклонения от нормы.
И тем не менее серебряное кольцо по-прежнему сидело на его безымянном пальце.
Шэнь Цинъинь глубоко вдохнула, возвращая внимание к экранам. Нельзя спугнуть добычу раньше времени. Если Фан Сяохэ действительно тот таинственный незнакомец, ей нужны железные доказательства. Если же нет — она не имеет права оклеветать невиновного.
— Что отрабатываем сегодня? — спросила она Лу Яньчжоу.
— Имитацию матча BO5, все пять раундов. Сегодня цель не победа, а стабильность, — раздался голос Лу Яньчжоу с соседнего места. — В формате BO5 решают не механические навыки, а выдержка. С твоим микроконтролем всё в порядке, теперь нужно приучить себя к тому, что бы ни случилось, рука не должна дрогнуть.
Шэнь Цинъинь кивнула.
Она не знала, что в ту самую секунду, когда она повернулась к монитору, взгляд Фан Сяохэ отделился от её затылка. Выражение его лица не изменилось ни на йоту, однако пальцы правой руки едва заметно крутанули серебряное колечко.
Утренняя тренировка далась Шэнь Цинъинь на редкость уверенно.
Это была не та уверенность в стиле я сейчас всех вытащу на себе, а скорее спокойная уверенность человека, который знает, что способен победить, и потому никуда не спешит. Её Тёмный Владыка больше не гнался за сольными убийствами, терпеливо выжидая, пока союзники создадут момент. Её Страж Луны перестал агрессивно пушить линии, слаженно поддерживая темп контроля карты лесничего Лу Яньчжоу.
Три тренировочных раунда — три безупречные победы. Каждая завершилась чисто, без камбэков и какой-либо интриги.
Чэнь Мо стоял за её спиной, отслеживая каждый шаг.
— Сегодня ты играешь куда собраннее, чем вчера, — заметил он по окончании тренировки.
— Просто я кое в чём разобралась, — ответила Шэнь Цинъинь.
— В чём же?
— Я хочу победить, но больше не боюсь проиграть.
Чэнь Мо бросил на неё взгляд и кивнул: — Сохрани этот настрой до самого матча BO5.
Шэнь Цинъинь перевела взгляд на Фан Сяохэ. Тот оживленно обсуждал с Цзян Сяоюем детали размена на нижней линии — сосредоточенный, погруженный в дело, он выглядел точь-в-точь как любой другой профессиональный киберспортсмен. Оборвав зрительный контакт, Шэнь Цинъинь приняла твёрдое решение.
В обед Шэнь Цинъинь не пошла в столовую.
Она подстерегла Фан Сяохэ на пути к общежитию. Жилые комнаты располагались на первом этаже, и добираться до них из тренировочной зоны приходилось по длинному коридору. Шэнь Цинъинь прислонилась к стене, делая вид, что увлечена телефоном.
Фан Сяохэ приближался.
В руках он держал поднос с упакованным обедом — у него вошло в привычку носить еду в комнату. Заметив её, он замедлил шаг: — Ты чего не идёшь обедать?
— Жду тебя, — Шэнь Цинъинь убрала телефон и заглянула ему в глаза. — Хочу кое о чём спросить.
Выражение лица Фан Сяохэ осталось прежним, но пальцы, державшие поднос, чуть крепче сжались. — О чём?
— Твоё серебряное кольцо — давно носишь?
Фан Сяохэ опустил взгляд на собственную руку, поднял голову и улыбнулся: — Больше двух лет. А что такое?
— Где ты находился вчера между тремя и четырьмя часами дня?
Коридор на мгновение погрузился в тишину. Встретившись взглядом с Шэнь Цинъинь, Фан Сяохэ медленно стер с губ улыбку. Во взгляде не было паники человека, которого поймали с поличным; скорее, проступило что-то более сложное — смесь горечи и облегчения.
— Ты меня подозреваешь, — произнёс он.
— Я спрашиваю, где ты был.
Фан Сяохэ помолчал секунду-другую. — В комнате. Играл в рейтинге.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
— История матчей. Можешь проверить.
Шэнь Цинъинь смотрела на него, он — на неё. Три секунды молчания замерли в воздухе.
— Шэнь Цинъинь, — голос Фан Сяохэ звучал тихо. — Это не я.
— По-твоему, кто тогда?
Фан Сяохэ покачал головой. — Не знаю. Но я могу помочь тебе разобраться.
— Каким образом?
— Тот человек смог проникнуть в кабинет Чэнь Мо, значит, у него есть ключ или пароль. У людей, способных добыть ключ или пароль, уровень доступа на базе весьма высок, — понизив голос, продолжил Фан Сяохэ. — Можешь проверить, у кого помимо Чэнь Мо есть дубликаты от его кабинета.
Шэнь Цинъинь опешила. До такого она не додумалась, а Фан Сяохэ меж тем подталкивал её к размышлениям.
— Зачем ты мне помогаешь?
— Потому что мы в одной команде, — ответил Фан Сяохэ. — Между товарищами по команде не нужны причины.
С этими словами он продолжил путь с подносом в руках. Шэнь Цинъинь так и осталась стоять в коридоре, глядя ему вслед, пока в голове царил полный кавардак. Реакция Фан Сяохэ совсем не походила на игру актёра. Но если он не причастен к этому шантажу, то чей силуэт с серебряным кольцом зафиксировала камера? Есть ли на базе ещё кто-то с серебряными украшениями на пальцах?
Перебравшись в мыслях к другим кандидатам, она внезапно вспомнила про Цзян Сяоюя.
На безымянном пальце Цзян Сяоюя колец не было. Зато на мизинце красовалось крошечное серебряное колечко.
Шэнь Цинъинь прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Серебряное кольцо, мизинец, разные пальцы — всё это было слишком зыбко. Ей требовались веские доказательства.
Во второй половине дня Шэнь Цинъинь провернула одну вещь.
Во время тренировки она нарочно оставила на столе листок бумаги с вымышленной надписью: «Инсайдер: аналитик данных». После чего отлучилась за водой, пробыв в коридоре ровно пять минут.
Вернувшись, она обнаружила, что бумажка лежит на том же месте. Но по её краю тянулся еле заметный излом, словно кто-то поднимал листок, чтобы прочесть, а затем вернул обратно.
Усевшись на место, Шэнь Цинъинь притворилась, будто ничего не произошло. Боковым зрением она обшарила всех находящихся в помещении. Линь Юйбай сосредоточенно рубился в рейтинге. Цзян Сяоюй с Фан Сяохэ вплотную склонили головы над обсуждением закупа. Лу Яньчжоу в наушниках изучал тактические записи. Аналитик данных в углу возился с цифрами, даже не поднимая головы.
Кто из них?
Она не знала.
Но была уверена в одном: этот человек брал листок в руки.
Ближе к ночи Шэнь Цинъинь поднялась на крышу.
Ветер дул с такой силой, казалось, он способен сбить с ног. Прислонившись к перилам, она не пыталась убрать растрёпанные ветром волосы. Ей требовалось остыть — хладнокровно всё проанализировать, взвесить и вычислить того единственного.
Сзади послышались шаги.
Не Лу Яньчжоу — эти шаги были легче и торопливее тех, к которым она привыкла.
— Шэнь Цинъинь.
Обернувшись, она увидела у выхода на крышу Фан Сяохэ.
— Ты следишь за мной?
— Вовсе нет, — подойдя ближе, он остановился рядом, не прислоняясь к ограждению. — Я хотел кое-что тебе показать.
Достав из кармана телефон, он открыл переписку и протянул экран. В диалоге между Фан Сяохэ и неизвестным собеседником значился вопрос: «Как там Эхо в последнее время?» На что Фан Сяохэ отвечал: «Всё отлично. Даже лучше прежнего».
Шэнь Цинъинь перевела вопросительный взгляд на него. — Это кто?
— Тот самый таинственный незнакомец.
Сердце Шэнь Цинъинь резко подскочило. — Он с тобой связывался?
— И не раз, — голос Фан Сяохэ звучал ровно. — Требовал, чтобы я шпионил за тобой. Я отказался.
— Почему ты говоришь мне об этом только сейчас?
— Боялся, что не поверишь, — глядя ей прямо в глаза, ответил Фан Сяохэ. — Теперь-то ты всё равно меня подозреваешь, терять мне больше нечего.
Долго вглядываясь в скриншот переписки, Шэнь Цинъинь хранила молчание. — Ты сказал, он связывался неоднократно. Когда это началось в первый?
— На третий день твоего приезда.
Мысли в голове Шэнь Цинъинь закрутились со страшной скоростью. Третий день её пребывания здесь — день получения её самого первого странного сообщения. Будь Фан Сяохэ тем самым шантажистом, он ни за что не стал бы добровольно показывать ей подобные улики.
— Чего он от тебя добивался?
— Чтобы я выдумывал и сливал компромат. Будто ты халатно относишься к тренировкам, грызёшься с командой и теряешь форму, — горько усмехнулся Фан Сяохэ. — Кое-что я сочинял, но всё с точностью до наоборот. Говорил, что ты не стараешься, хотя на деле приходишь раньше всех, а уходишь позже. Уверял, что ты ругаешься с ребятами, хотя ваши отношения с Цзян Сяоюем только налаживались. Утверждал, что ты сдаешь позиции, хотя каждый день видел твой прогресс.
— Зачем было врать ему в обратную сторону?
— Затем, что, реши он, будто ты ни на что не годишься, он перестал бы тобой интересоваться.
Изучая лицо Фан Сяохэ, Шэнь Цинъинь внезапно осознала, что, судя по всему, действительно напрасно его подозревала. Не потому, что он предъявил доказательства, а потому, что логика его поступков идеально складывалась в общую картину.
— Что еще тебе известно? — спросила она.
Фан Сяохэ выдержал небольшую паузу. — Я знаю, кто это.
Сердце Шэнь Цинъинь сжалось в комок. — Кто?
— Не могу сказать. У меня пока нет улик, — тихо произнёс Фан Сяохэ. — Но подкину подсказку: этот человек связан с Чэнь Мо куда теснее, чем ты думаешь.
Оставшись на крыше после ухода Фан Сяохэ, Шэнь Цинъинь простояла там ещё долго.
Ветер набирал обороты, синоптики обещали на вечер снегопад. Глядя на далёкие огни ночного города, она снова и снова прокручивала в памяти последние слова Фан Сяохэ: «Этот человек связан с Чэнь Мо куда теснее, чем ты думаешь».
Кто мог быть ближе к Чэнь Мо, чем остальные?
В памяти пронеслись лица: аналитик данных, менеджер, переводчик, куратор от спонсоров... Но за неимением улик она не могла голословно обвинять никого.
Достав смартфон, она набросила сообщение Лу Яньчжоу: «Ты где?»
Пришёл ответ: «В тренировочной».
«Совсем не уходишь?»
«Ты на крыше. Я волнуюсь».
Шэнь Цинъинь уставилась на эти слова, и глаза неожиданно защипало. То ли отхлынувшее умиление, то ли накопившаяся усталость, то ли ощущение, что хоть кто-то дарит ей чувство безопасности.
«Я спускаюсь», — напечатала она.
«Не торопись. На улице ветрово».
Спрятав телефон в карман, Шэнь Цинъинь повернула к лестнице. Уже у самой двери на крышу она помедлила и бросила прощальный взгляд на ночное небо. Первая снежинка опустилась ей на щеку — холодная, она растаяла почти мгновенно.
Пошёл снег.
Одиннадцать часов вечера застали Шэнь Цинъинь в гостевой комнате.
Уткнувшись взглядом в потолок, она лежала неподвижно. Уже завтра начнётся этот матч BO5. Ей предстоит выйти против Цинь Шэня, против Лехо, против затаившегося в тени тайного врага. Но думать об этом больше не хотелось.
Единственным желанием было хорошо отыграть предстоящую серию.
Потому что кем бы ни был этот человек и чего бы он ни добивался, одного ему изменить не удастся: на этой сцене стоять ей, Шэнь Цинъинь.
Телефон коротко вибрировал.
Новая весточка от анонима: «Завтра ты проиграешь».
Прочитав угрозу, Шэнь Цинъинь позволил губам тронуть лёгкую улыбку. Ответ занял ровно четыре знака: «Посмотрим».
После чего этот номер отправился в чёрный список, телефон погас, и веки сомкнулись.
Снаружи снег валил всё гуще. Весь город тихо погружался в белоснежную пелену.
До встречи на арене.
http://bllate.org/book/19710/1938147
Готово:
