Юнь Муцы и Юнь Мубай вместе разошлись по своим комнатам и спали без задних ног.
Ло Юньмо и остальные — три парня и два питомца — во время обеда так и не дождались обоих. Спросив слуг, они узнали, что те толком не выспались и ушли отдыхать.
— Каковы планы ууважаемых господ на будущее? — спросил Ши Ань.
Шэнь Чэнь ответил:
— Планируем вести дела в Области Лазурного Дракона.
Ло Юньмо добавил:
— Побудем здесь ещё несколько дней, тут весьма неплохо.
Налань И заменил вино чаем и произмолвил:
— Скоро за мной придут, и я сразу отсюда уеду. Мы все прошли через огонь и воду, так что, если в мире суворов суждено будет встретиться, свидимся вновь.
Ши Ань пожелал:
— Счастливого пути, брат Налань.
Трое провожали Наланя И чашкой чая вместо вина, как вдруг впереди зашагал Юнь Мубай, а за ним, неторопливо покуривая и прихватив кувшин вина, в столовую вошёл Юнь Муцы.
— Разве можно провожать в путь без хорошего вина?
Юнь Муцы сам наполнил всем по пиале, пропустив лишь себя.
— У меня нынче самочувствие неважное, заменю вино чаем. Братец, начинай свою речь.
Юнь Мубай поднял пиалу:
— Всё сказано без слов.
Юнь Муцы взял чашку с чаем:
— Пожалуй, лучше я скажу. Не бойся расстаться в пути с тем, кто не знает тебя, ведь нет на земле человека, который бы не слыхал о тебе. Брат Налань, счастливого пути!
Налань И откликнулся:
— Пью до дна! Премного благодарен Владыке Области и Второму молодому госпожу за приют. Эту доброту я навечно запечатлю в сердце. Если в будущем понадобится моя помощь, я брошу всё и приду без раздумий.
Проводив Наланя И, Юнь Мубай ухватил Юнь Муцы за ухо и выволок в главный зал.
— Говори, признавайся, ты ранен и ничего не сказал брату?
— Ай-яй-яй, если будешь так крутить моё ухо, этот молодой господин перестанет быть красавцем! Отпусти же скорее!
Ло Юньмо и остальные услышали слова Юнь Мубай и тоже последовали за ними в зал.
Юнь Муцы оправдался:
— Так, пустяковая царапина на руке, я сам всё завязал.
Ши Ань предложил:
— Может, позвать лекаря, чтобы осмотрел Второго молодого господина?
Юнь Муцы тут же подскочил:
— Ни в коем случае! Это оскорбление моего медицинского искусства! Чьё же искусство во всей Области Лазурного Дракона может превзойти моё?
Ло Юньмо заметил:
— В народе говорят: лекарь сам себя не лечит.
Юнь Муцы хлопнул по столу и, криво усмехнувшись, зловеще протянул:
— Смеет ли кто-нибудь позвать лекаря — я того самого доктора до полусмерти изобью! А ну, попробуйте!
Все четверо мужчин тут же сникли: по силе тягаться с ним было бесполезно.
Ши Ань поинтересовался:
— Брат Юньмо, твоя боевая ци восстановилась?
Ло Юньмо с абсолютно серьёзным лицом ответил:
— Я вообще не учился боевым искусствам.
Шэнь Чэнь аж выплюнул глоток чая.
Поняв, что Ло Юньмо не поддаётся на провокации, Ши Ань перевёл взгляд на Шэнь Чэня:
— Брат Шэнь Чэнь, а у тебя ведь наверняка есть с собой лекарь, верно?
Шэнь Чэнь про себя подумал: …Да этот хмырь — сущая чёрная кунжутная заварная булочка в сахарной глазури. Вслух же он произнёс:
— Среди сопровождающих меня людей есть кто угодно, кроме лекарей. Брат Ши Ань, полагаю, ты-то точно захватил с собой врача, так почему бы не позвать его осмотреть рану Второго молодого господина?
Юнь Мубай наблюдал за фокусами Ши Аня и думал, что этот малый довольно забавен — если не сделать его старейшиной, это станет упущением.
— Зачем брат Ши Ань пожаловал в Область Лазурного Дракона?
Ши Ань поднялся и отвесил поклон:
— В поисках возможностей.
— Через три дня Область Лазурного Дракона будет обновлять кровь. Если брату Ши Аню интересно, приглашаю принять участие.
— Благодарю Владыку Области за весть.
— Если у остальных господ тоже есть желание, можете прийти.
— Благодарю Владыку за приглашение.
Увидев, что делать больше нечего, Юнь Муцы собрался сбежать тайком.
— Куда это собрался Второй молодой господин?
— Братец-Владыка, я просто прогуляться.
— Юнь Сань, следуй за Вторым молодым господином и следи, чтобы он снова не заблудился.
Юнь Сань сорвался с крыши и приземлился рядом с Юнь Муцы.
— Подчиненный повинуется.
Юнь Муцы мысленно скрипиел зубами: ладно, смотри у меня, как только представится шанс, я одурманю тебя и брошу где-нибудь.
— Малыш Сань, за мной, отправляемся кутить в бордель!
Юнь Муцы взмахнул полой халата и широким шагом вышел из главного зала.
Юнь Мубай от злости аж задохнулся — у него в голове словно барабаны застучали. Он ткнул пальцем в спину удаляющегося Юнь Муцы и не смог вымолвить ни слова.
————————————————
В то же время Пэй Синъюнь сидел в повозке, направляясь в Область Лазурного Дракона.
Стоило Пэй Синъюню вернуться в Девять Областей Байцзэ, как образ Юнь Муцы в его голове стал лишь отчётливее. Накануне ему приснился кошмар, в котором Юнь Муцы был весь в крови, и Пэй Синъюнь проснулся посреди ночи в холодном поту. Не обращая внимания на то, что племянник правителя вцепился ему в колено и со слезами умолял не уходить, он схватил Линьфэна и сразу прыгнул в повозку.
Пэй Хуайсюй заливался слезами, глядя, как бессердечный дядюшка бросил его и сбежал: кому теперь разгребать столько докладов? Нельзя же так просто бросать племянника, а если уж собрался уходить, забрал бы хоть мемориалы с собой!
Сяо Чэнцзы оттаскивал Пэй Хуайсюя обратно:
— Правитель, перед отъездом глава клана велел передать: если до его возвращения эти мемориалы не будут разобраны, вашей пятой точке придется туго. Посмеете сбежать — наказание удвоится.
Сяо Чэнцзы чувствовал себя смертельно уставшим: за что ему в прошлых жизнях досталось такое наказание — служить шестнадцатилетнему господину, который целыми днями хочет только развлекаться и забрасывает дела?
— Но ведь правитель — это он! С какой стати всё сваливают на меня? Глава клана — настоящий правитель, будь он на моём месте, мог бы целыми днями бегать куда вздумается!
— Могу лишь сказать, что в ту пору вы были слишком наивны. Глава клана поманил вас большой лепёшкой, вот вы и прельстились должностью правителя.
— По молодости лет не ведал, что творил, а теперь жалеть поздно. Эх…
Пэй Синъюнь молча вернулся в главный зал разбирать доклады: бежать он не смел, иначе бы потом не сдобровать.
Пэй Синъюнь сидел в повозке и легко гладил шерсть Линьфэна, подозревая, что он и впрямь сошёл с ума. Почему все последние дни, стоит ему перестать видеть Юнь Муцы, как в голове всплывает только он? Но ведь он совершенно не любит мужчин! Он уже перепробовал всех подчинённых, кроме Пэй Му, и его едва не выворачивало от отвращения. Из-за этого в те дни никто, кроме почтенного управляющего Пэя, не смел показываться ему на глаза — все боялись попасться под горячую руку и быть схваченными за руки, а противиться при этом было нельзя.
Пэй Синъюнь потёр виски.
— Пэй Му, через сколько дней мы доберёмся до Области Лазурного Дракона?
— Господин, должно быть, через три.
— Сократи привалы, будет лучше, если прибудем пораньше.
— Слушаюсь.
Линьфэн, понимая, что они едут навещать Фаньтуаня, выглядел крайне возбуждённым: интересно, помнит ли его та бестолковая лисица? Зверь беспокойно метался по повозке, не в силах сдержать радость.
————————————————
Юнь Муцы с гордым и независимым видом примчался в Бордель Мэйсян.
— Молодой господин, вы снова пожаловали к нам!
— Именно. Матушка-настоятельница, дайте отдельный кабинет и двух девиц, искусных в игре на цине.
Юнь Муцы бросил кошель с серебром владелице борделя.
— Сей же миг! Прошу наверх, в Ручей Юньшуй!
Юнь Сань не знал, куда девать глаза, и, опустив голову, сел следом за Юнь Муцы.
— Малыш Сань, чего ты стыдишься? Иди за мной, набирайся уму-разуму.
— Как скажете, Второй молодой господин…
Юнь Муцы налил две чашки чая и протянул одну Юнь Саню.
— Эх, раз уж выдалась редкая вылазка, пить вино нельзя — досадно. Садись, Малыш Сань, составь мне компанию за чаем.
— Второй молодой господин, я лучше постою в сторонке и буду служить вам.
— Если я сосчитаю до трёх и ты не сядешь, пожалеешь! Раз, два, три!
Юнь Сань послушно присел, обеими руками бережно обхватил чашку, которую налил Юнь Муцы, и стал по чуть-чуть отпивать.
В отдельный кабинет вошли две девушки с утончёнными манерами и таким жалостливым видом, что сердце сжималось.
— Приветствую молодого господина, эту скромницу зовут Синэр.
— Приветствую молодого господина, эту скромницу зовут Цинцин.
— Прошу вас, садитесь, красавицы.
— Что бы молодой господин хотел послушать?
— Весеннюю реку вцветущую лунную ночь.
Синэр заиграла на пипе, а Цинцин — на гуцине.
Юнь Муцы потягивал чай, прикрыв глаза, и вдумчиво наслаждался мелодией.
Юнь Сань всё ещё чувствовал себя не в своей тарелке: его пиала уже опустела, но он всё равно продолжал сжимать её в руках и делать вид, что пьёт пустой чай.
— Юнь Сань, неужели мне самому подливать тебе чай после того, как допьёшь? Давай-ка я послужу тебе.
Юнь Муцы открыл глаза и потянулся за чайником.
Юнь Сань тут же перехватил его и вскочил на ноги:
— Господин, позвольте мне!
Мелодия смолкла.
Юнь Муцы захлопал в ладоши:
— Наградить!
— Благодарю молодого господина!
— А теперь составьте мне компанию за чаем.
— Слушаемся.
Юнь Муцы сидел, обнимая обеих девушек и принимая из их рук угощения и фрукты, вылитый завсегдатай борделей и ветреный молодой господин.
Юнь Сань не мог на это смотреть: если они вернутся в таком виде, глава клана наверняка придёт в бешенство.
— Второй молодой господин, давайте всё же вернёмся, старший молодой господин рассердится.
— Я же не пью вино, только ем фрукты и пью чай, на что ему сердиться? Девушки, уделите внимание этому брату.
— Слушаемся.
Обе девицы направились к Юнь Саню. Тот шарахнулся назад и замахал руками:
— Не подходите! Не приближайтесь ко мне!
Юнь Муцы беспомощно улыбнулся:
— Садитесь, красавицы, этот молодой господин сам сыграет мелодию.
Он распахнул дверь, подхватил пипу и единым прыжком сорвался со второго этажа вниз.
Посетители борделя увидели лишь благоухающего, словно орхидея, юношу в синих одеждах, который, прижимая к груди пипу, изящно опустился на землю.
— Чистейший снег в весенний день!
Юнь Муцы уселся посреди сцены и принялся перебирать струны. Радостные звуки пипы закружились под сводами Борделя Мэйсян, публика слушала с улыбками на лицах, восхищённо обсуждая юношу.
Когда музыка смолкла, грянули бурные аплодисменты и восторженные крики.
— Благодарю всех за поддержку! — Юнь Муцы помахал рукой и вернулся в свой кабинет.
— Эй, хозяин, принеси-ка ещё кувшин вашего лучшего чаю!
— Сию минуту, молодой господин, уже несём!
Юнь Муцы устроился на оконной раме, обмахиваясь веером и глядя наружу.
Юнь Сань почему-то разглядел в облике Юнь Муцы глубокую, идущую изнутри печаль.
— Юнь Сань, заплати им и отпусти девушек.
Юнь Сань выдал щедрые чаевые и молча забился в угол.
— Скоро праздник Середины осени, луна снова станет круглой… Юнь Сань, а какие мероприятия проходят в Области Лазурного Дракона в этот день?
— Сочинение стихов, запуск фонариков, поедание лунных пряников, катание на лодках.
— Понятно.
Поломойка принесла чай.
Юнь Сань налил чашку и подал Юнь Муцы. Тот взял пиалу и устремил взгляд в небеса.
В этот момент проезжавшая мимо повозка слегка приоткрыла занавеску: изящная нефритовая ручка отодвинула занавесь, и сидевшая внутри девушка увидела беззаботно устроившегося на окне Юнь Муцы. Её личико тут же порозовело.
— Чуньхуа, ты не знаешь, чьих будет этот молодой господин?
— Барышня, я никогда прежде не видела его в Области Лазурного Дракона.
— О~ значит, новенький.
— Барышня, да ведь это же Бордель Мэйсян, весёлый дом. Добропорядочный мужчина туда не пойдёт.
— Ничего страшного, просто стало любопытно. Поехали дальше.
http://bllate.org/book/21460/2194245
Готово:
