Слова И Сяожаня вмиг застряли в горле. В смысле? С каких это пор взрослый и солидный взрослый Чжань-дажэнь стал так мастерски красноречив?
— Чжань-дажэнь, если Вэнь Син поверит в то, что вы сейчас сказали, моим сбережениям в этом мире точно придёт конец, — уголки его губ дернулись. — Только не говорите, что вы лично будете защищать меня от её гнева, лишив её всякой возможности со мной расправиться.
Сказав это, он мысленно попытался представить себе картину, где Чжань-дажэнь защищает его, но в итоге потерпел сокрушительное поражение из-за полного отсутствия воображения.
Он просто не мог вообразить сцену, в которой Чжань-дажэнь встал бы на его защиту — в конце концов, когда бы ни возникали споры, Чжань-дажэнь всегда казался склонным поддерживать именно Вэнь Син.
Осознав это, И Сяожань понял, что он совершенно не умеет искать помощи. И без того было прекрасно известно, какие близкие отношения связывают этих двоих, а он ещё рассчитывал на защиту Чжань-дажэня! Разве это не попытка увести чужого человека прямо на глазах у Вэнь Син?..
Между необходимостью смиренно признать поражение и перспективой схлопотать тумаков И Сяожань решительно выбрал первое:
— Ладно-ладно, считайте, что я ничего не говорил. Я просто вспомнил кое-какие забавные вещи, и чем больше думал об этом, тем сильнее мне казалось, будто я собираюсь увести у вас человека из-под носа.
— Если бы ты вовремя не пояснил свои слова, даже при всём моём понимании тебе было бы трудно избежать недопонимания.
Ты...
И Сяожань был рад, что объяснился вовремя, и благодаря этому не зашёл слишком далеко.
Но, не зная наверняка, шутит этот человек или говорит серьёзно, он теперь чувствовал из-за этих слов какое-то странное смятение в душе.
Он вспомнил госпожу Юэ Лохэн и порадовался, что она ещё не последовала за этой девчонкой в поместье Вэнь. Иначе при нынешнем нраве Вэнь Син оставалось лишь гадать, каким именно испытаниям пришлось бы подвергнуться в том доме.
Пока троица беспечно болтала о том о сям, Си Жу внезапно вошла в главный зал и о чём-то шепнула на ухо Вэнь Син.
В тот же миг Вэнь Син поднялась на ноги, принесла обоим извинения и, поспешно покинув поместье Чжань, спешно направилась в сторону Цинфэнлоу.
Глядя ей вслед, И Сяожань не удержался от цоканья языком:
— И чего она так понеслась? К кому это её так срочно понадобилось?
— И спрашивать нечего. Судя по тому, как сильно нервничала Си Жу, в Цинфэнлоу стряслось что-то неладное с госпожой Лохэн, раз это заставило её так всполошиться, — вид у Чжань-дажэня был такой, будто ему было известно абсолютно всё, и это вызывало у И Сяожаня лёгкую зависть.
Однако вскоре до него дошло, что именно произнёс Чжань Тяньлинь, и он потрясённо вскочил:
— Да с чего бы с госпожой Лохэн могло что-то случиться?! Если память мне не изменяет, Вэнь Син должна была перекинуться парами слов с управляющим Цинфэнлоу, не говоря уже о тех стражниках, которых она оставила дежурить вокруг ресторана. Госпожой Лохэн едва ли кто-то смог бы помыкать или обидеть её.
— Пути судьбы неисповедимы, кто же может знать наверняка, как всё повернётся?
Чжань Тяньлинь смотрел на вещи гораздо проще. К тому же люди не святые, и кто из нас не совершает ошибок? Было вполне естественно, что Вэнь Син могла что-то упустить из виду.
— Нет уж, я тоже должен пойти взглянуть, иначе мне будет неспокойно на душе, — И Сяожань поднялся с места. — Чжань-дажэнь, не хочешь составить мне компанию? Заодно и с госпожой Лохэн повидаешься, а то мне всё кажется, что мои опасения не напрасны.
— Не нужно. Даже если я пойду, толку от меня будет немного. Уж лучше в эти дни вести себя потише, чтобы не дать императору ни единого повода придраться к нам.
Когда разговор внезапно зашёл об императоре, шаги И Сяожаня замерли, а на лице читалось немалое удивление.
— С чего это вдруг... зашла речь об императоре?
— Принцесса Ваньтань собирается в Линтин, и нам всем следует быть осторожнее — это неизбежно. Если уж ты направляешься в Цинфэнлоу, не забудь дать Вэнь Син пару напутствий: пусть ведёт себя сдержаннее, чтобы её никто не использовал в своих целях и тем более не поймал напропалую.
И Сяожань слегка кивнул:
— Я понял, я передам ей всё это.
С этими словами он поспешно удалился, желая поскорее оказать хоть какую-то помощь Юэ Лохэн.
Он не заметил лишь одного: провожая его взглядом, Чжань Тяньлинь тяжело вздохнул, сокрушаясь о чём-то известном лишь ему одному.
***
Юэ Лохэн смотрела на свою обожжённую до красноты кожу, и острая боль захватила её сознание быстрее, чем вспыхнувший гнев.
Сколько она себя помнила, ей уже очень давно не доводилось получать ранений, из-за чего она успела позабыть сам вкус боли.
Но сегодняшний инцидент словно помог ей воскресить в памяти кое-какие воспоминания, о которых лучше бы не вспоминать.
Как назло, виновница всего происходящего продолжала лицемерно извиняться:
— Я и не думала, что сестрица Лохэн не сможет поймать пиалу, из-за чего её руки и обожгло. Простите меня ради бога, я вовсе не хотела.
И хотя с её губ слетали извинения, Юэ Лохэн не уловила в них ни малейшего намёка на искреннее раскаяние.
Разумеется, она не считала себя обязанную кого-то прощать — она никому ничего не должна, а потому не собиралась заставлять себя сгибаться перед кем-либо.
Цин Юй никак не ожидала, что та будет упорно молчать, заставив её стоять неподвижно, опустив голову так низко, что взгляд невозможно было поднять даже на полдюйма.
Она попыталась исподлобья взглянуть на Юэ Лохэн, но тут же встретилась взглядом с её ледяными, невероятно холодными глазами, от которых по спине пробежал мороз.
— Лохэн, милая, Цин Юй ведь сделала это не со зла, прости её, — поспешно подбежавшая Цун Жун с первых же слов принялась выгораживать девушку. — Ты же сама знаешь, в последнее время у Цин Юй здоровье ни к чёрту, неудивительно, что работа спорится у неё не так ловко, как раньше. Оплошности в таком деле неизбежны...
— Тетушка Цун Жун, — Юэ Лохэн медленно подняла свою руку, прерывая её на полуслове. — Если вы считаете, что я не должна допытываться до правды, лучше взгляните на мои руки.
Она никогда не отрицала, что избалована и изнежена — в конце концов, она росла окружённая заботой семьи, и ей никогда не доводилось терпеть обиды. В конце концов, эти люди вокруг — всего лишь временные встречные, с которыми они рано или поздно расстанутся навсегда, так с какой стати ей позволять кому-то портить ей жизнь?
Услышав это, Цун Жун перевела взгляд на её руку: на нежной коже чётко выделялись багровые следы от ожога, а местами даже начинала слезать кожица.
Даже ребёнок, ничего не смыслящий в подобных делах, с первого взгляда понял бы, что этот ожог — далеко не пустяк, и он вполне может помешать ей в дальнейшей работе.
Для женщины руки — самое главное, и вы, столько лет управляя Цинфэнлоу, не можете этого не знать. Если сегодня Цин Юй позволила себе поступить со мной столь жестоко, то что мешает остальным девушкам в ресторане завтра точно так же последовать её примеру, чтобы избавиться от тех, кого они ненавидят?
Можете себе представить, во что тогда превратится это место: каждая девушка в ресторане славится своей красотой, но их руки будут выглядеть просто отвратительно.
Не говоря уже о дорогих гостях, даже мне самой было бы неприятно смотреть на такое.
Всего в нескольких фразах она раздула масштаб последствий этого инцидента. Цин Юй никак не ожидала, что та представит случившееся в столь серьёзном свете, и отчаянно попыталась оправдаться:
— Сестрица, вы же преувеличиваете! Я совершила это ненамеренно, у меня не было злого умысла. С какой стати остальным сестрам брать с меня пример?
— Было это сделано случайно или нарочно, вы в душе знаете лучше кого бы то ни было, — Юэ Лохэн неторопливо поднялась со стула и подошла к Цин Юй вплоть. — Цин Юй, положа руку на сердце, ты можешь честно сказать, что у тебя нет на меня никаких обид?
Под её пристальным взглядом Цин Юй смутилась и отвернулась, наотрез отказываясь встречаться с ней глазами.
И именно это маленькое движение полностью подтвердило каждое слово, сказанное только что Юэ Лохэн.
Цин Юй действительно сделала это умышленно, надеясь с помощью этой подлости сбросить её с поста главной красавицы ресторана.
Цун Жун тяжело вздохнула, желая уладить дело до того, как о нём узнает Вэнь Син:
— Давайте на этом закончим? Я сейчас же велю позвать хорошего лекаря, если вовремя нанести мазь, думаю, всё обойдётся не так...
— Как легко вы об этом рассуждаете, аж смешно становится.
Вэнь Син появилась как нельзя вовремя. Услышав слова Цун Жун, она решительно встала рядом с Юэ Лохэн, и её намерение заступиться за подругу было более чем очевидным.
http://bllate.org/book/21729/2245614
Готово:
